Категория:
Гомосексуалы
В попку
Мне всегда нравилось вводить в свой анус разные предметы.
Когда мне было 12 лет, я впервые попробовал проникнуть в свою попку пальчиком.
Потом были корпуса от шариковых ручек, карандаши и ручки зубных щеток, потом
свечи и рукоятки инструментов. Больше всего мне нравилось испытывать чувство
легкой боли, когда твой анус расширяется и медленно впускает в себя толстый
предмет. Я долго пытался ввести в свою попку черенок от лопаты, но это никак у
меня не получалось. И не смотря на то, что я очень хотел ощутить его в своем
анусе, он никак не хотел принимать такой размер, пока я не придумал, как это
сделать.
Как обычно, оставшись один дома, а решил немного помучать свою
попку, и нашел для этого подходящий предмет - овощная полка холодильника была
завалена огурцами разных размеров. Для начала я выбрал самый тоненький, но даже он
был вполне велик для моей мальчишеской попки. Обильно смазав свою дырочку маслом,
я попробовал ввести его внутрь. Кольцо сфинктера плотно обхватило его со всех
сторон, приятно зудя от напряжения. Холодный огурчик в попке - это восхитительно!
Когда моя дырочка немного привыкла к такому состоянию,
принялся растягивать ее дальше. Я вращал огурчик рукой, раскачивая его в разные
стороны, и еще больше растягивая свой анус. Скоро моя попка захотела большего, и я
выбрал огурец покрупнее. Этот я не смог засунуть в себя с первого раза. Я
максимально расслабил сфинктер, и медленно, миллиметр за миллиметром, ввел огурец
на всю глубину, какую позволяла моя попка. Ах, это больно и сладко! Твой анус
горит от напряжения, малейшее движение откликается эхом в изученной попке.
Это мне и надо. Я же хотел сегодня ее немного помучать!
Осторожно придерживая огурец рукой, я наклонился вперед. Анус отозвался новой
вспышкой жжения. Хочется немедленно достать огурец из попки и свободно вздохнуть,
но я не буду этого делать. Вместо этого я разогнулся, и несмотря вспышки боли в
растянутом сфинктере осторожно прошелся по квартире. Попка немного привыкала к
тому, что заткнули таким большим огурцом, и я даже мог себе позволить немного
пошевелить его.
Потом мне в голову пришла восхитительная мысль, вот так вот с
огурцом в попе принять душ, а это еще как минимум 5 минут наслаждения и сладкой
боли. Чтобы огурец не выскальзывал из ануса, я привязал его тесемками к бедрам -
теперь можно не придерживать его руками. Дрожа от возбуждения я отправился в душ,
ежесекундно ощущая, как пульсирует растянутый сфинктер. Я не мог долго принимать
душ - моя попа ныла от сладкой боли. Не в силах больше терпеть, я вытащил огурец и
немного расслабился. Да, моя попка сегодня молодец - впустила в себя такую
штуковину и терпела ее несколько минут.
Анус мой успокоился и я снова захотел заполнить его огурцом.
На этот раз огурец вошел в меня легко, по-прежнему сильно распирая отверстие
входа. Я решил, что анус сможет выдержать еще несколько минут, и снова привязал
огурец тесьмой. Теперь можно было начинать готовиться к главному. Я достал черенок
от лопаты и долго с возбуждением его рассматривал, пытаясь представить, что я буду
чувствовать, когда мой анус поглотит его. Для моей детской попки черенок был
действительно толстый, но я решил во что бы то ни стало надеть себя на него в этот
раз.
Не вынимая огурца, я приступил к приготовлениям. Натянул на
черенок презерватив и обильно смазал его маслом. Достал надувной матрац и накачал
в него воздух. Можно было освобождать свою попу от огурца. Сфинктер растянулся
достаточно, чтобы не реагировать вспышками острой боли на каждое мое движение, и я
еще немного покачал
огурец в разные стороны, перед тем, как его достать. Наконец-то моя попка
освободилась, но не надолго и как раз для того, чтобы принять, наконец, в себя еще
более толстый предмет. Я дал своей попке немного отдохнуть и принялся за дело.
Немного отодвинув кровать, стоящую вплотную к стене, я
поставил туда черенок. Его длина стала такой, что он вошел бы в мой анус
сантиметров на 20, если бы я стоял ногами на кровати. Я подложил себе под ноги
свернутый вчетверо надувной матрац, встал на него и аккуратно пристроил черенок к
своему отверстию. Он жестко упирался в мой анус, слегка расширяя его. Еще никогда
моя попка не была так растянута. Еще никогда предмет такой толщины не входил в
меня. От возбуждения у меня перехватило дыхание, я жаждал, чтобы этот толстый
цилиндр вошел в меня, даже не смотря на сильную боль. Я потянул за нить и вытащил
пробку, затыкавшую матрац...
Воздух со свистом вылетал из матраца. Он медленно сдувался,
опуская меня на кол. Черенок все тверже упирался в мой анус, расширяя его все
сильнее и сильнее. Я глубоко дышал, и пытался расслабить сфинктер. Черенок
медленно открывал ворота моего ануса, вползая внутрь. Приятный зуд в попе медленно
нарастал. Вот, наконец, знакомое ощущение, когда вход в анус растянулся примерно
до размеров большого огурца, и продолжал растягиваться дальше. Боль в попе
постепенно усиливалась, и, наконец, дошла до той точки, когда я обычно, не в силах
ее терпеть, прекращал попытки надеть себя на черенок. Я невольно стал подниматься
на цыпочки, а матрац между тем все продолжал сдуваться. Наконец, я достиг момента,
когда даже полностью встав на цыпочки, начал медленно опускаться на черенок. Его
сферический конец начал неумолимо раздвигать мой сфинктер, а боль в расширяемом
анусе стала настолько сильной, что я невольно застонал.
Мой член торчал, как столб и я, чтобы хоть немного заглушить
боль, начал мастурбировать. Небольшие покачивания заставляли черенок проникать в
меня еще больше. Я больше не мог этого терпеть! Я, стоя на цыпочках, уже весь
вытянулся в струнку. У меня не хватало роста чтобы слезть с черенка, а боль в попе
была просто невыносимой. Я отчаянно мастурбировал, ожидая момента, когда же
черенок, наконец станет в меня входить. А он, еще только раздвигал мой сфинктер.
Какой же он толстый, это просто кошмар!
Мой анус пылал огнем, я стонал от боли и изо всех сил пытался
расслабить сфинктер, как вдруг почувствовал, что что-то огромное стало медленно
вползать в мой анус. Из глаз покатились слезы. О, это было невыносимо больно и
приятно! Моя разрываемая на части попка принимала в себя черенок! Он
медленно-медленно входил в меня, причиняя жгучую боль. О, я этого не вынесу!
Матрац еще не сдулся даже на половину, а моя попка уже полыхала как от жгучего
перца. Я больше не мог думать ни о чем, только моя бедная попка и толстый черенок,
заполняющий ее всю.
Сколько я продолжал опускаться я не помню: минуту, может быть
две или пять. Все это время я мастурбировал и стонал от боли, пока, наконец,
кончики моих пальцев не коснулись поверхности кровати сквозь сдувающийся матрац.
Совершенно обессиленный, я пытался хоть как-то приподняться над кроватью, но попа
моя была прочно посажена на черенок. Я не знаю, как еще описать это чувство, но
наверное я испытывал что-то, похожее на оргазм. Приступы боли сменялись приступами
эйфории. Я чувствовал себя почти проткнутым с невыносимым жжением в анусе, но при
этом я задыхался от возбуждения, при одной только мысли, что я сам посадил себя на
кол и стою на собственной кровати с толстым черенком в анусе и жгучей болью,
превратившей меня в сгусток блаженства.
Киевская городская библиотека
собрана Максимом Мошковым
