Друзья
Почти вся эта история - чистая правда. Даже некоторые имена и
клички я оставил, как есть.
Было это в середине восьмидесятых - 83-й или 84-й, точно не
помню. Было нам всем тогда по 13-14 лет.
Сначала придумал все Сопля. Был у нас такой во дворе. На
год-два старше, чем все мы, и потому занимающий положение некоего лидера. Впрочем,
никакой жесткой дисциплины в компании не было, просто жили все в одном дворе,
ходили в две школы - половина пацанов, у кого родители покруче - в одну, с
английским уклоном, половина, у кого попроще - в другую, обычную. А по вечерам
тусовались вместе.
Сопля, кстати, был сыном вечно пьяненькой уборщицы. А прозвище
свое получил за постоянный насморк и привычку шмыгать носом. Кроме нас, у него
была какая-то компания "старших ребят", где он имел привычку пропадать на
недельку. После этого всегда возвращался с деньгами, по тем временам для нас
огромными - двести-триста рублей, угощал всех мороженым, покупал матери бутылку и
ходил королем. Как потом выяснилось, Сопля помогал этим парням "выставлять хаты" -
по причине худобы легко пролезал в форточки. Но история не об этом.
Как-то летом, был конец июля, и каникулы перевалили за
половину, Сопля в очередной раз появился после своей недельной отлучки. Половина
наших разъехалась с родителями по югам и дачам, а мы, по разным причинам
оставшиеся в городе, с утра вылезали во двор и коротали время в беседке крохотного
скверика посреди двора, лениво болтая о всякой всячине, или в подвале третьего
подъезда, покуривая тайком от родителей. Вот так же мы собрались в беседке в тот
день вшестером, когда кусты зашуршали, и возник Сопля, какой-то весь сам не свой -
глаза горят, руки дрожат и вообще. Похвастался двумя сотнями, отправил Димку за
мороженым для нас и бутылкой пива для себя, а самому явно не терпится что-то
рассказать. Еле дождался возвращения Димки, отхлебнул пивка и начал:
- Пацаны, я бабу попробовал!
- В смысле? - не поняли мы.
- Ну ебаться! Бабу ебал, поняли!
- Да ладно, хорош пиздеть, - наперебой ответили мы, не веря,
что настоящая живая женщина может обратить внимание на худющего, оборванного,
вечно шмыгающего Соплю.
- Бля буду! Мы дела сделали, отвисли на какой-то хате,
побухали, Бугай куда-то ушел и привел девку. Старая уже, лет двадцать пять, волосы
черные и такая, толстоватая. - Сопля показал руками здоровые груди. - Все время
молчит, потом я понял, что глухонемая. Бугай ей налил водки, а потом похлопал по
плечу и показал себе на ширинку. Она так спокойно сняла юбку, а сама без трусов,
все видно, жопа здоровая и на пизде волосня! Встала на колени перед ним,
расстегнула штаны, трусы стянула, а у него такой здоровущий хуй как выскочит! И
тут она рукой его пару раз вздрочнула и прямо себе в рот засунула и как давай
сосать! Лысый с дивана вскочил, штаны снял, к ней подбежал, поднял ее, раком
поставил и прямо в пизду ей как бэн засадит! Она сосет у Бугая и стонет, громко
так - глухая же - а Лысый ее ебет, аж глаза закатил. Потом спустили оба, малафья
Бугая прямо по всему ебальнику у ней разбрызгалась, и говорят - Сопля, хочешь тоже
попробовать? А у меня хуй уже трусы рвет, я как бросился к ней, она так раком и
стояла. Подскочил, вставляю в пизду, а он прямо куда-то провалился, тепло и мокро
все. Я задергал туда-сюда и сразу - ух, пацаны, такой кайф спускать в бабу! Когда
дрочишь - это просто хуйня.
- А она что? - спросил вдруг в наступившей тишине рыжий
Серега.
- Ничего. Выпрямилась, пошла в ванну, Лысый сказал -
подмываться. Потом вернулась, юбку надела, еще водки накатила и ушла.
- Она, наверное, проститутка была. Ну, блядь. Это которым
денег
дают за еблю, - прокомментировал очкарик Саня.
- Не-а, они ей денег не давали. А знаете, почему? Вы, пацаны,
сейчас вообще ебнетесь! Она - старшая сестра Бугая, Леной зовут! Он ее поэтому и
не ебет, что сестру ебать нельзя, могут уроды родиться. А в рот он ей с двенадцати
лет дает, он нам все рассказал. Ему двенадцать было, а ей четырнадцать, она в
школу не ходила, глухонемая от рождения и еще какая-то заторможенная, дома сидела.
А у него уже вставать начал, он одноклассниц на переменах щупал возле женского
туалета. И вот приходит как-то домой, родителей днем нет, а она давай его просить
- купи шоколадку да купи шоколадку, знает, что у него всегда два-три рубля есть.
Он сначала отказывался, отстань, самому деньги нужны, а потом присмотрелся к ней,
а у нее уже сиськи выросли, халатик коротенький, почти трусы видно. Он и
показывает ей руками: сними халатик, тогда куплю. Она сначала стеснялась, а потом
сняла. Он ее пощупал, потом предлагает: хочешь две шоколадки? Она кивает - ага,
мол, хочу. Он ей - снимай трусы, куплю. Она взяла и сняла. Бугай ее всяко нащупал,
намацал, и за пизду, и за сиськи. Потом показал, как дрочить ему хуй, и она ему за
две шоколадки каждый день дрочила, а он спускал ей на рожу. А где-то через месяц
сосать научил, так она ему до сих пор без проблем сосет и с его друзьями ебется, а
у самой уже муж и ребенок есть. Бугай говорит, ей нравится.
Сопля замолчал, а мы сидели красные как раки и с явно
оттопыренными штанами. Забытое мороженое растаяло и капало со скамейки. Весь опыт
каждого из нас в сексе пока сводился к разным способам онанизма, о реальных живых
девушках пока никто и не помышлял, а тут такой рассказ и от кого - от Сопли! В
таком отрешенном состоянии мы в тот день и разошлись по домам, и, я думаю, все
яростно ночью дрочили. Я, во всяком случае, точно.
На следующий день мы опять собрались в беседке. Сопля пришел с
пивом, пачкой сигарет и заговорщицким видом.
- Айда, пацаны, в подвал покурим! - позвал он нас. - Есть
мысля!
Мы, жаждавшие новых рассказов, наперегонки бросились к подвалу
и ввалились в "камору" - так называлась у нас комнатка, до которой в лабиринте
переходов и труб не так просто было добраться, в которой взрослые нас никогда не
находили и которую мы мало-мальски оборудовали: несколько старых стульев,
продавленное кресло со свалки, стол, на полу - матрас, на стенах две фотки с АББой
и Бони М. Мы даже свет умудрились провести. Сопля раздал сигареты, все, кроме
Димки, закурили (Димку отец как-то нещадно выпорол, почуяв табачный запах, и он
запомнил урок навсегда), и Сопля с ехидной мордой начал излагать "мыслю".
- Ебаться хочется всем! (Сопля иногда мог быть философом:) Но
пока вы все, салабоны, только дрочите (видимо, трахнув один раз какую-то шлюху, он
возомнил себя секс-монстром). Так может, найдем себе девку и поебем ее? Чего
просто так болтаться, каникулы-то проходят!
- Охуительная мысль, - съязвил очкастый Саня. - Без тебя бы
хуй додумались. Только где мы ее найдем-то? Кто постарше и уже ебется, на нас и не
посмотрит, а нашего возраста телки все еще в дочки-матери играют.
- Закрой ебало! Если б не знал что делать - не предлагал бы, -
Сопля обвел нас таинственным взглядом, и мы поняли, что он снова что-то придумал.
- А как вам Светка?
Мы все пораженно переглянулись. Светка жила в одной из квартир
дощатого барака, стоящего чуть поодаль от нашего двора. Барак был построен еще в
сороковые годы, а сейчас, покосившийся и гнилой, приютил полунищих рабочих
какого-то мелкого обувного цеха на другом конце города, видимо, лимиту. Между
собой мы называли его "крысятником" и почти не видели его обитателей, за
исключением этой самой Светки. Все взрослые из "крысятника" с утра уезжали на
работу, а приезжали ...
