Луис Ламур. Соль земли
страница №2
... добавил: -Интересно, что случилось с Юдит?
- Пойди и посмотри. Я останусь здесь. Хотел бы знать, полезут ли они в
драку. Если нет, то мы выйдем к ним.
Отодвинув стул, я встал и направился в гостиницу. Там поднялся по
лестнице. Дойдя до двери Юдит, я постучал раз, другой.
Ответа не было.
Я постучал чуть погромче, никто не откликнулся, тогда я просто открыл
дверь.
Комната была пуста. Кровать не застелена после сна, но Юдит не было, как
не было и ее вещей.
Спускаясь по лестнице, я шел чертовски осторожно. Когда сталкиваешься с
опасностью, не мешает двигаться осторожно, а я чувствовал, что это именно
тот случай.
В холле - никого. Я пробрался в такое место, откуда через арку можно
наблюдать за рестораном.
Галлоуэй сидел там же, где я его и оставил, только за столом напротив
него сидели два Фетчена, а еще один стоял у входной двери. Все держали
пистолеты.
Черный Фетчен был вместе с Бэром и еще одним ковбоем, которого я не знал,
- человеком с копной волос соломенного цвета и шрамом на челюсти.
- Это ваши шутки, - говорил Черный, - твои и твоего братца. Вы увели
священника из города. Ну что ж, это вам так не пройдет. Юдит едет с нами на
Запад, мы найдем себе священника.
- Я не хочу, чтобы этой девушке был причинен вред, - спокойно ответил
Галлоуэй. - Если ей будет причинен вред, эта страна очень обеднеет на
Фетченов.
- У тебя не будет такого шанса. Ты из этой комнаты не выйдешь. Живым не
выйдешь.
Именно в этот момент я услышал, как скрипнула доска позади меня. Очень
тихо скрипнула, но я услышал. Не двигаясь, я сумел глянуть назад. Утренний
солнечный свет, падающий через окно очерчивал легкую тень, и я заметил носок
сапога.
Как только я увидел это, носок немного изогнулся, как в случае, если
человек делает шаг вперед или вскидывает ружье, чтобы ударить кого- нибудь
по голове. Так что я отскочил вправо и, сильно размахнувшись, нанес удар
кулаком слева. Мой левый кулак попал ему в солнечное сплетение, как раз под
третью пуговицу рубашки, и из него весь дух вышел, словно его бык боднул.
Все произошло быстро и тихо, так что я опять мог наблюдать за рестораном.
Галлоуэй сидел спокойно. Никто и никогда не мог заставить волноваться
этого парня. Он говорил вежливо, но был таким крутым и колючим, что даже
одежду изнашивал сначала изнутри.
Я вот что хочу сказать, Галлоуэй не тот парень, на которого следует лезть
напролом, если не хочешь потерять свою шкуру.
- Я уйду из этой комнаты, Фетчен, - сказал Галлоуэй, - когда захочу. Если
при этом придется пройти по Фетченам, я сделаю это. На вашем месте я бы
развернулся и вышел бы отсюда, пока все идет хорошо. И помните, что я вам
сказал: если хоть один волосок упадет с головы этой девушки, многие из вас
будут болтаться на виселице.
Они не могли раскусить его. Никто не верил, что он может так спокойно
разговаривать, не имея достаточного количества стволов за спиной. Он был
один, но именно он диктовал условия, и это беспокоило их. Они думали, что у
него наверняка есть какой-то козырь про запас.
Бэр оглянулся вокруг и увидел меня. Я стоял в двери, с их фланга, на
расстоянии выстрела. Между нами было двадцать - двадцать пять футов, и
никакой преграды. Они понимали, что с нами могут быть и другие, так как
видели нас с ковбоями из стада с клеймом "X".
Черный поднялся, спокойно передвигаясь, и, надо отдать ему должное, он
был изящен, как кот. Крупный мужчина, крупнее нас с Галлоуэем. Там, в горах,
говорили, что в уличных драках он мог кулаком убить человека.
- Мы подождем, - сказал Черный. - У нас есть все время, какое только
существует на этом свете. И первый же священник, которого мы встретим,
обвенчает меня и Юдит.
Они вышли толпой так же, как и вошли, а я зашел вовнутрь. Галлоуэй
взглянул на меня.
- Были проблемы?
- Да так, мелочи, - ответил я.
В деле с Тори Фетченом последнее слово еще не сказано. Это была
незакрытая книга. Фетчены слишком благоразумны, чтобы вступать в
противоречия с законом по поводу использования огнестрельного оружия, когда
закон находился в руках таких парней, как Вайат Эрп, Бэт Мастерсон и других.
К западу - просторные прерии и что там произойдет, не будет никого
волновать, кроме нас и их, Фетченов.
- Давай выпьем кофе, - угрюмо предложил Галлоуэй. - Нам надо
поразмышлять.
Не успели мы сесть, как зашел Эван Хоукс. Заметив нас, он подошел к
столику.
- Какие планы, парни? Если ничего пока не решили, можете присоединиться к
нам. Он придвинул стул и взгромоздился на нем.
- Если правда, что банда Фетчена угнала мой скот, то, мне кажется, они
прихватят стадо чуть западнее. Насколько нам известно, ни одна голова скота
не была продана, разве что немного говядины в форте Додж. У нас осталось
около трехсот голов, которых я собрал здесь, но хотел бы вернуть все стадо.
И впрямь, почему бы и нет? Фетчен украл стадо, чего ради не вернуть его
тем же способом? Кто потерпит, чтобы у него уводили из-под носа скот
стоимостью около пятидесяти тысяч долларов.
- Мы скачем на Запад, - сказал я ему, - хотели бы убедиться, что этой
девушке ничего не грозит.
Выехали на рассвете. Эван Хоукс во главе, за ним десяток крепких парней,
включая и нас. Здесь были Гарри Бриге, Жердь Уолкер и другие. Среди прочих в
нашей группе выделялись двое, - похоже, меткие стрелки: Ларни Кэгл лет
девятнадцати, с походкой пумы, и более спокойный Кайл Шор.
Хоукс-поравнялся со мной.
- Флэган, я слышал, ты чертовски умен на тропе. Сможешь взять след той
группы?
- Попытаюсь.
Через час-два я нашел следы их лошадей. Я узнал ту, на которой скакала
Юдит, и всех других ее лошадей, а также лошадь Черного Фетчена. Это было
нетрудно.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
С первым лучом солнца мы двинулись на запад, погоняя небольшое стадо,
передвигавшееся в хорошем темпе. Что касается меня, то мысль о том, что Юдит
где-то неподалеку впереди нас, придавала мне странное чувство близости с
ней. До сих пор мы не были абсолютно уверены, куда они следуют, но теперь я
чувствовал, что уж если занялся этим, то смогу настичь их еще до заката
солнца.
Этим вечером мы разбили лагерь у северного рукава Симмарона, и едва
закипел кофе, как нас окликнул какой-то всадник. В наши дни, как я уже
говорил, из темноты никто просто так не выезжает. Ели хочешь дожить до
внуков, научись останавливаться.
Когда он присел к костру и мы, перекинувшись несколькими словами о ценах
на говядину, об охоте на буйвола, познакомились, он глянул на меня через
костер и спросил:
- Вы Флэган Сакетт?
- Да.
- Вам послание от Бета Мастерсона.
Он вручил мне свернутую бумагу. Открыв ее, я нашел внутри еще две других
бумажки.
Первой была записка от Бета: "Если бы мы это знали раньше!"
Второй - ответ на нашу телеграмму, направленную в Тейзвелл: "Дж. Ч.
Фетчен, Колби Рафин, Бур Фетчен разыскиваются за убийство Лабана Костел-ло.
Арестовать и держать под стражей".
- Итак, они убили его, - сказал Галлоуэй. - Я предполагал, что такое
может случиться.
- Нам нужно отнять у них девушку, Галлоуэй, - сказал я.
- Если твои предположения верны, - сказал Хоукс, - они используют ее для
шантажа отца. Похоже, так оно и будет. У них - большое стадо скота, но нет
пастбища. Они могут обосноваться на любом свободном пастбище, но тогда
возникнут вопросы. Мое клеймо известно, так что если они еще не переменили
его, то им придется...
- У них не было на это времени, - сказал Уолкер. - Стреножить и
проклеймить так много голов не очень-то легко.
- Мы теряем время, - сказал Ларни. - Давайте установим, где стадо, и
заберем его.
- Их девятнадцать, - возразил Бриге. - Справиться с такой компанией
непросто.
- Ларни прав в одном, - сказал Хоукс. - Мы должны найти стадо.
В таких бескрайних просторах, как эти, где закон - чисто местное дело и
ни один чиновник не желает забираться дальше собственного округа, человек
может рассчитывать только на себя или на свое оружие. Единственное, что
сдерживало людей вне обжитых мест, были их собственные взгляды на мораль да
сила.
Если человек опасен" рано или поздно все об этом узнают, если он лжец или
трус, об этом тоже скоро станет известно всем. Но если он силен и смел, у
него скоро появятся друзья и репутация справедливого, и он сможет заключить
большие сделки, не обладая никаким иным капиталом, кроме своей репутации.
Каждый полагался только на самого себя.
Если вор был пойман на горячем, его обычно вешали на ближайшем дереве. Ни
у кого не было времени ехать за сотню миль в здание суда, а тем более
возвращаться туда снова. Многих из чиновников устраивал такой ход дела.
Мы с Галлоуэем были бедны. Первый раз приехали на Запад заработать денег,
чтобы выплатить отцовские долги, и вот опять возвращались попробовать
создать собственное дело. Но телеграмма из Теннесси все изменила.
Мы не препятствовали, когда Черный Фетчен заявил, что претендует на Юдит,
так как и она собиралась выйти за него замуж, у нас не было юридических
оснований возражать. Но тот факт, что он убил ее дедушку, все изменил,
теперь мы знали, по собственной воле она никогда за него не пойдет.
Галлоуэй и я скакали вместе с Моссом Риардоном. Мы следовали по слабому
следу, начав с того же места, где оставили его вчера. Этим утром, несмотря
на то, что след менял направление, загибался, поворачивал по разным углам
или отклонялся, я и Галлоуэй продолжали следовать по нему.
- Думаю, что мы их достали, - сказал Мосс. - Если я не ошибаюсь, там, в
реке, есть впадина, где задерживается вода после дождя. Ее там достаточно,
чтобы напоить стадо.
Мы сошли со следа и поехали по низине, придерживаясь линии горизонта, но
двигаясь в том же направлении, куда вел след. Время от времени один из нас
отъезжал, чтобы проверить, идем ли мы вдоль следа. Все было правильно.
Мустанг Мосса занервничал.
- Чувствует воду, - сказал он мрачно. - Нам лучше поехать потише.
Мы начали замечать, что трава на дне высохшей реки общипана. Кто-то
провел здесь большое стадо, погоняя его низинами, что настоящий скотовод не
сделал бы, так как ему пришлось бы все время выгонять скот из кустарников.
Только человек, скрывавший стадо от людских глаз, мог сделать это.
Мы нашли место на дне реки, где сохранилась вода. Оно было все затоптано
прошедшим здесь стадом, но теперь вода стала снова наполнять ложбину. Мы
спешились и напоили наших лошадей.
- Как далеко они ушли? - спросил Галлоуэй. Риардон подумал минуту-
другую:
- Недалеко... может быть, мили на три или четыре отсюда.
- Хорошо бы одному из нас вернуться и предупредить Хоукса.
Приближался закат, а наша группа находилась в добрых десяти милях. Никто
не двигался. После того, как наши лошади утолили жажду, мы отъехали.
- В общем, - перенес я ногу через седло, - хочу съездить в их лагерь и
посмотреть, как там поживает Юдит. Если она в беде, в самый раз увезти ее
оттуда.
- Неплохо бы их немного встряхнуть, - предложил Мосс, и его неприятные
глаза сузились. - Можно даже увести, пару голов скота.
Мы вскочили на лошадей и двинулись в путь, где-то около полуночи мы
почуяли дым костра, а еще через несколько минут увидели его красное пламя.
Уже были видны очертания человека, сидящего на страже. Тонкий ствол его
ружья отбрасывал длинную тень.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Мы подошли к лагерю с подветренной стороны, чтобы их кони не смогли
почуять нас. Скот ночевал на широкой плоской возвышенности, выступающей на
несколько футов над рекой. Большая часть скота спала, но несколько
беспокойных бычков по-прежнему паслись то там, то тут.
В конце концов я покинул остальных и двинулся к лагерю. Уже виден был
красный глаз угасающего огня, когда я привязал своего коня на небольшой
прогалине, окруженной кустарником. Это было место, где никто не наткнется на
мою лошадь, а я смогу быстро ее найти, если придется бежать.
Сняв с седла ружье, я двинулся в путь, имея при себе шестизарядник,
пистолет, прикрепленный к моим штанам, и длинный охотничий нож. Сменив
сапоги на мокасины, которые возил в своих седельных вьюках, я стал
пробираться через кусты по направлению к лагерю.
Сквозь листья уже слегка был виден часовой, но последние шестьдесят футов
у меня заняли почти полчаса. Часовой курил трубку из стержня кукурузного
початка, с трудом раскуривая ее. Время от времени он склонялся над костром,
брал веточку, чтобы вновь разжечь трубку, и это давало мне преимущество.
Когда он смотрел в темноту, его глаза, привыкшие к отблескам костра, видели
плохо.
Лагерь был довольно прост. То тут, то там лежали свернутые в клубок
мужчины, и в одном месте я увидел Юдит. Голову она положила на ствол
огромного старого тополя. По одну сторону в десяти футах от нее лежал
Фетчен, по другую на таком же расстоянии - Бер. Ее ноги лежали по
направлению к огню, футах в двадцати.
К ней нельзя было добраться, не переступив через одного из мужчин или же
как-то перебравшись через этот ствол. Хотя когда начнется массовое бегство
скота, они на минуту забудут о ней и...
Это было чертовски рискованно. Но я рассчитывал на то, что в прериях
первая мысль человека - о коне. Когда эти парни повскакивают и кинутся к
своим лошадям, они на минуту-другую забудут о Юдит. Если бы в этот момент я
был вот за этим стволом...
Мы не рассчитывали заполучить Юдит, но я знал, что наши парни воспримут
мой поступок как само собой разумеющееся. Они начнут нападение через
несколько минут. Поэтому лучшее, что я мог сделать, это незаметно
прокрасться к стволу тополя. Таким образом я тихо ушел с того места, где
был, а когда углубился в лес, начал по кругу огибать лагерь.
Я волновался. Что-то мне не нравилось, казалось, кто-то следит за мной
или устроил засаду. Это неприятное чувство. Я не видел и не слышал никого,
но не мог недооценивать ребят Фетчена. Слишком много я о них знал, чтобы
быть беспечным. Это - очень ловкие типы; они умели охотиться и драться.
Вдруг я услышал шум. Кто-то шел в их лагерь. К тому времени я уже был на
одной линии со стволом дерева, так что прополз по земле под прикрытием
кустов и оказался как раз за ним.
Теперь я мог видеть Черного Фетчена, стоящего у огня, там же был и Бер. С
ними - трое-четверо других, они тихо переговаривались. Что-то случилось...
может быть, они заметили наших ребят, или кто-то из их банды увидел нашу
группу, приближающуюся с севера.
Почти в тот же миг я увидел Юдит. Она лежала неподвижно, ее глаза были
открыты, а голова немного откинута назад. Смотрела прямо на меня.
- Флэган Сакетт, - прошептала она, - убирайся отсюда. Если они тебя
найдут, то убьют.
- Я пришел за тобой.
- Ты дурак. Я выхожу замуж за Джеймса Черного Фетчена.
- Только через мой труп.
- Если ты останешься здесь, то так оно и будет. Убирайся.
Или я ошибался, или она уже не с таким восхищением относилась к браку с
Черным. Как бы там ни было, теперь или никогда.
Я не имел ни малейшего понятия о том, что случилось в лагере Фетчена, но
наше нападение должно было вот-вот начаться. Вряд ли мне удастся еще раз так
близко подобраться к Юдит. Поэтому я сказал:
- Успокойся и незаметно подберись сюда.
- Нет!
- Юдит, - сказал я, так как время неумолимо уплывало, - как ты думаешь,
почему люди Фетчена приехали на Запад?
- Чтобы забрать меня! - ответила она гордо.
- Возможно. Но у них есть и другая причина для этого. Они бежали сюда,
потому что их разыскивают за убийство!
Ребята Фетчена стояли вместе и разговаривали. Еще один выполз из- под
одеяла и подошел к ним. В этот момент один из группы сдвинулся с места и я,
наконец, увидел того, кто их всполошил.
В центре стоял некто, не из их лагеря, но очень знакомый. Неожиданно он
повернулся и пошел к своей лошади. Я не видел его лица, но я узнал походку.
Это был Ларни Кэгл.
- Я тебе не верю! - прошептала Юдит. Появление Кэгла меня чертовски
напугало. Если он говорил с ними, то наверняка рассказал, что мы совсем
близко. А судя по тому, как они его встречали, можно было не сомневаться,
что он здесь свой.
- У меня больше нет времени. Черный Фетчен, Бер и остальные убили твоего
деда и, чтобы доказать это, я покажу тебе телеграмму из Тейзвелла.
Она глотнула воздух и начала было говорить, затем неожиданно
выскользнула.из-под одеяла, схватила свои ботинки и бросилась в кусты.
- Юдит!.. Где эта глупая девчонка? Я услышал, как они гонятся за нами,
так что мы встали на ноги и бросились бежать. Именно в этот момент и
раздались гром копыт, дикие крики, выстрелы и мы услышали, как понеслось
стадо.
Взглянув через плечо, чтобы по костру определить направление, я увидел
поляну, где находился их лагерь. Все замерли, услышав этот шум, потом
бросились к своим лошадям. Внезапно кусты прорвала сплошная стена
стремительно двигающихся рогов и копыт, которая в ярости крушила перед собой
все.
Моя лошадь была в безопасности, но к ней надо еще добраться. Я
подпрыгнул, ухватился за нижнюю ветку тополя, подтянулся вверх, затем
схватил Юдит и подтянул к себе как раз в тот момент, когда громадный
пятнистый бык, освещаемый пламенем костра, пронесся внизу.
Позади нас, в лагере, слышались крики и выстрелы, которыми пытались
повернуть стадо, затем раздался душераздирающий вопль, исходивший из
чьего-то нутра, развороченного давящими копытами. Скот пронесся мимо нас, и
я чувствовал его тепло.
Это заняло всего несколько минут, но, казалось, длилось гораздо дольше.
Мы с Юдит добрались до моего коня, который чертовски обрадовался при виде
меня. Я вскочил на него и посадил к себе в седло Юдит. И когда я мчался к
нашему лагерю, она припала ко мне, держась за талию.
Но в этот момент я мог думать только о Ларни Кэгле. Он продал нас с
потрохами.
Перед рассветом я встретил Мосса и Галлоуэя. Они скакали, ведя за собой
одну из кобыл Костелло и пегого пони.
Юдит пересела на кобылу, и мы направились на север к лагерю Хоукса,
сгоняя в стадо скот, который находился по дороге. К тому времени, когда
достигли лагеря, мы уже гнали впереди себя по меньшей мере пятьсот голов.
Первым нас встретил Кайл Шор, за ним шел "Жердь" Уолкер.
Я взглянул на Шора, изучая его и соображая, не продал ли и он нас? И как
далеко он пойдет, защищая своего напарника.
Мы подогнали скот к лагерю. Нас выехал встречать и Эван Хоукс - без
пиджака, на неоседланной лошади.
Он перевел взгляд со стада на Юдит. И, сделав паузу, сказал:
- Все в порядке, парни?
- Да, - ответил я. - Но Фетченам, должно быть, пришлось несладко. Стадо
растоптало их лагерь.
- И поделом, - сказал Уолкер. Затем послышалось пение, и подъехал Ларни
Кэгл.
- Как насчет кофе? - спросил он. - Никак не могу привыкнуть к ночным
охотам.
Я сделал шаг вперед, ощутив внутри холод и пустоту.
- Пришлось поскакать? - спросил я. Стало так тихо, что можно было
слышать, как проплывают облака. Он подошел ко мне и взглянул через пламя
костра.
На какой-то миг все смолкли. Первым нарушил паузу Кайл Шор.
- Ларни Кэгл - мой друг, - сказал он.
- Спроси его, где он был сегодня ночью, а затем решай, друг он тебе или
нет.
- Ну что ж, можем поговорить и об этом, - сказал Кэгл.
- Но прежде, чем мы начнем говорить, - сказал я, - пусть каждый возьмет
оружие. Фетчены ищут нас и знают, где мы. Они могут появиться здесь в любую
минуту.
Гарри Бриге вдруг отошел от группы.
- Я скажу Дэну и ребятам, - произнес он и удалился.
Кайл Шор оторвал взгляд от меня и перевел его на Кэгла.
- Что он хочет сказать, Ларни?
- Он начал, пусть и говорит.
- Выкладывай, что ты имеешь в виду, Сакетт, - сказал Шор. - Хочу
послушать.
- Ларни Кэгл незаметно оставил ночью скот и отправился в лагерь Фетченов.
Он рассказал им все, что только они хотели услышать о Галлоуэе, Моссе и обо
мне, и если бы мы внезапно не начали раньше их, нас бы схватили и убили. А
сейчас, видимо, последует нападение на наш лагерь.
Кэгл не спускал с меня глаз, ожидая, когда я вытащу пистолет. Вдруг он
начал отступать, ожидая помощи.
- Кто этому поверит? - сказал он почти безмятежно.
- Они поверят, - неожиданно вмешалась Юдит. Это была первая фраза,
которую она произнесла после приезда в лагерь. Кэгл был похож на
затравленное животное. Он не заметил Юдит и не знал, что она в лагере.
- Ну так как, Кэгл? - спросил Хоукс ледяным тоном.
- Мистер Хоукс, - сказал Кайл Шор, - это мое дело. Я привел его в лагерь.
Он повернулся к Кэглу:
- Ларни, когда я работаю, я работаю на совесть. Я могу продать свое
ружье, но если я продам его, оно будет проданным.
Бриге подъехал к костру.
- Фетчены приближаются, мистер Хоукс. Они окружают нас.
- У вас нет ни единого шанса! - сказал Кэгл с насмешкой.
- Зато у тебя есть, - сказал Кайл Шор. - У тебя есть лишь один шанс,
Ларни, но, чтобы использовать его, тебе нужно прикончить меня.
Они уставились друг на друга через пламя костра.
Кэгл опустил руку. Он был быстр. Его пистолет вышел из кобуры и начал
стрелять. Первый выстрел попал в землю возле ног Шора, второй - оторвал
кусочек поля его шляпы.
Кайл Шор вытащил пистолет почти одновременно с ним, но его пистолет вышел
гладко и сделал свой выстрел... всего один выстрел.
Ларни Кэгл покачнулся и упал лицом вниз, мертвый еще до того, как
коснулся земли.
В прериях послышался выстрел - один, другой. Мы побежали к нашим лошадям
и загнали их под деревья. Галлоуэй опустился на колено возле ствола дерева и
быстро начал стрелять. Взяв Юдит за руку, я толкнул ее за поваленное дерево.
Затем опустился на колено рядом с ней, взвел ружье и поискал цель.
Ливень жужжащих выстрелов пронесся над нами, затем послышался топот
копыт, и наконец они скрылись. Когда Черный увидел, что внезапное нападение
не получилось, он поджег ночь оружейным огнем и ускакал, рассчитывая, что
наступит другой день, когда и на его улице будет праздник.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Юдит была свободна. Она честно выполняла свою долю работы по лагерю-
помогала готовить обед и даже доказала, что может не только прясть грубые
нитки, но и кое-что смыслит в уходе за скотом.
Хотя я пытался не обращать на нее внимания, мне это не удавалось.
Помешивая в котелках склоняясь над костром, она выглядела просто прелестно.
Через некоторое время мы снова продолжили свой путь на запад. Вокруг был
простор. Большая, огромная, широкая страна, которую и не охватишь. Какое-то
особенное ощущение вызывал ветер, дувший через эти травы, ветер - такой
холодный, что он проникал вовнутрь тебя, ты при каждом вздохе ощущал, будто
глотнул холодной воды.
Дважды мы видели сожженные фургоны - места, где индейцы напали на
каких-то переселенцев. Никто так никогда и не узнает, кто они были. Их
родственники еще какое-то время будут интересоваться ими, но скоро забудут.
Как-то, ускакав намного вперед стада, я услышал, что кто-то скачет следом
за мной. Я обернулся и увидел Юдит. Она сидела в седле по- дамски, и когда
подъехала ко мне, выглядела весьма соблазнительно.
- Тебе лучше бы оставаться со всеми, - сказал я, - если нас встретят
индейцы, они могут захватить тебя.
- Когда ты заботишься обо мне, я не боюсь. - Не беспокойся, я сумею
защитить тебя, - сказал я, - но ведь если появится банда Фетчена, ты сразу
же смотаешься с ними.
- Нет!
Она поравнялась со мной и поехала рядом.
- Ты даже не представляешь, какие они. Я никогда не думала, что мужчины
могут быть такими. - Она быстро взглянула на меня. - О, они ко мне хорошо
относились. Джеймс присматривал за этим. Но я как-то случайно подслушала
один разговор... - Она снова повернулась ко мне. - Самый счастливый момент в
моей жизни - когда ты появился из-за того ствола дерева. Тебя же могли
убить!
- Да, здесь такое случается. Просто не нужно быть беспечным. Ты тоже
должна быть осторожной.
Прелестный маленький ручей, около восьмидесяти дюймов глубиной, но с
быстрым течением, извивающийся среди плоского луга с невысокими холмиками,
предложил нам укрытие от северного ветра среди тополей с ивами. Для лагеря
лучшего места не найти.
Когда загорелся костер, и воздух наполнился запахом кофе, я подошел к
Эвану Хоуксу.
- Мистер Хоукс, Галлоуэй и я думаем, что нам лучше направиться прямо на
ранчо Костелло в Гринхорнс. Если Фетчены застанут его врасплох, ему может не
поздоровиться. А без стада мы будем двигаться быстрее.
- Все в порядке, ребята. Мне жаль терять вас, но мы держим путь в том же
направлении. - Он сделал паузу. - Вы собираетесь вернуть мое стадо, так что
считайте себя по-прежнему на довольствии. Когда вернете эту девушку ее отцу,
поищите мой скот.
К рассвету мы уже оставили лагерь далеко позади. Лошади, на которых мы
скакали, были быстры и с добрым запасом жизненных сил. Юдит - наездница что
надо, и мы оставались в седле весь день, догоняя солнце на небе до тех пор,
пока не увидели далекую зубчатую линию гор. Появились звезды.
Мы спали в крохотной ложбине под тополями, лошади паслись, а под
кофейником дымились остатки небольшого костра. Юдит лежала, положив щеку на
руку, ее темные волосы были разбросаны по лицу, а губы блестели при утреннем
свете. Какого мужчину не встревожит такая картина? Но я не имел права
расслабляться, поэтому отвернулся к костру.
Юдит Костелло... Какое чудесное имя! Но даже если бы мы с ней поладили,
что бы я мог предложить такой девушке? Ее семья торговала лошадьми и, как я
слышал, была весьма обеспеченной. А что имел я? Ружье да седло.
Мои мысли перенеслись на ранчо близ Гринхорна. Фетчены убили деда Юдит в
Теннесси вроде бы из-за того, что злились на Юдит и могли потерять лошадей.
Но если предположить, что было еще что-то? Если предположить, что в этом
деле есть что-то такое, о чем никто из нас и не догадывается?
Мы соорудили завтрак из припасов, которые взяли у людей Хоукса, затем
оседлали коней и поскакали на запад, придерживаясь все время низин.
Прежде всего мы должны найти ранчо Костелло. Единственное, что мы знали -
оно находится где-то в Гринхорне. Как мне было известно, ближайшим городом
был Вальзенбург, но я старался избегать городов. Без сомнения, у Фетченов
там есть свои люди, которые сразу же сообщат им о нашем прибытии. К северу
отсюда, и прямо на запад от нас был перегон под названием Грин-хори, в
гостинице "Гринхорн Инн" - одном из известных мест сборищ банды Кита
Карсона, мы рассчитывали что-нибудь разузнать.
В Фетченах было много ненависти, но ни в одном из них ее не было столько,
сколько в Черном. Они не успокоятся, пока не пригвоздят наши шкуры к земле,
или в конце концов мы не сделаем то же самое с ними.
Когда день уже подходил к концу, мы сели на лошадей и двинулись к
Гринхорну. Горы были названы по имени индейского вождя, который заправлял
здесь много лет назад. "Гринхорн" - так называют молодого оленя, когда его
рога в мягкой коже, "Гринхорн" означает "зеленые рога". В это время он
по-дурацки храбр и готов броситься на любого. Именно таким и был индейский
вождь, пока его не прикончили испанцы.
Гостиница "Гринхорн Инн" была достаточно комфортабельной: стоянка и отель
со спальными комнатами, сносная столовая. Мы подъехали к ней, привязали
своих лошадей, чтобы их не было видно, и проверили лошадей, стоящих в
конюшне, но ни одна из них не принадлежала Фетченам.
Место было полупустое. На лавочке сидел старик с таким лицом, будто оно
было высечено из камня, и посмотрел на нас так, словно видел раньше, хотя я
его не знал. Это был высокий, с суровым лицом старик, один из тех старых
охотников на бизонов, с которыми лучше не связываться.
Человек за стойкой бара, куда мы вошли, взглянул на Юдит, затем на нас.
Мы нашли столик и, повесив шляпы рядом, сели. Он подошел к нам.
- Как дела, ребята? У нас есть бобы с беконом, с медвежьим мясом, с
олениной. Что желаете? Есть свежеиспеченный хлеб, сам пек.
Мы сделали заказ. Он принес нам кофе, черный и крепкий. Пробуя его, я
взглянул на Юдит. Для девушки, которая попала в такой переплет, она
выглядела весьма бодро и чертовски привлекательно, слишком привлекательно
для такого парня с гор, как я.
- Это, - обратился я к ней, - очень опасные края. Здесь есть индейцы юта
и команчи и, что бы кто не говорил, в них течет злая кровь. Они не очень-то
любят белого человека, и друг друга.
- Я ни о чем, кроме отца, не могу думать, - ответила она. - Я так давно
не видела его, и теперь, когда мы совсем рядом, не могу сидеть спокойно,
хочется скорее двинуться в путь.
- Попридержи лошадей, - посоветовал Галлоуэй. - Мы сделаем это в нужный
момент.
Когда он говорил, у меня было такое предчувствие, будто что-то должно
случиться.
Когда бармен вернулся с едой для нас, я взглянул на него и сказал:
- Мы ищем ранчо Костелло в Гринхорнсе. Не могли бы вы нам сказать, как
туда добраться?
Прежде чем ответить, он поставил еду перед нами.
- Мой вам совет, держаться оттуда подальше. Это ничего, кроме
неприятностей, вам не принесет.
Даже под загаром лицо Юдит побледнело, в ее глазах появился испуг.
Когда я заговорил, то не узнал собственный голос.
- Что вы хотите этим сказать?
Человек остановился, нисколько не испугавшись.
- Я имею в виду, что там сейчас крутые ковбои. Вы едете туда искать
неприятностей и, похоже, вы их там найдете.
- Мы не ищем неприятностей, - сказал я более спокойно. - Костелло - отец
этой леди. Мы везем ее домой.
- Извините, сударыня, - сказал он спокойно. - Я не знал. На вашем месте я
бы ехал очень осторожно. Там, в горах какая-то беда.
Он молчал до тех пор, пока мы не кончили есть.
- Вы, ребята, зайдите ко мне попозже, - сказал он, - я угощу вас чем-
нибудь.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Мы вернулись в салун. Старик все еще сидел за столом, попивая кофе. Он
метнул на нас суровый взгляд, но мы не обратили на это внимания -
проследовали дальше в бар.
Бармен плеснул нам в стаканы, а затем указал на столик,
- Мы могли сесть. Вряд ли еще кто-нибудь заглянет сегодня вечером. В
ногах, как говорится, правды нет.
- Весьма приятная дама, - сказал он, когда мы расположились за столом. -
Жаль было бы, если б с ней что-то случилось. Вокруг много разговоров и в
центре их Костелло и она. Кажется, там действительно что-то не в порядке.
Раньше сюда Костелло часто заходил. Но теперь... Последний раз он был тут
год назад. Я наведался к нему, но он не впустил меня. Приказал мне
убираться.
Бармен снова сделал паузу и продолжил:
- Несколько дней назад сюда прискакали люди и расспрашивали, как найти
Костелло.
- Как и мы, - сказал я.
- Да, я сообщил им. Не было никаких причин скрывать это. Хотя, по правде
говоря, их вид мне не очень понравился. Единственное, что я мог сделать, это
предупредить, что их там не ждут. Тогда один из них сказал, что их там
примут, как родных. Костелло просто жаждет их видеть.
- Флэган, они нас обошли, - сказал Галлоуэй, - наверняка они уже там.
Бармен глянул на Галлоуэя, потом на меня.
- Так вы знаете этих людей?
- И даже очень хорошо. Если кто-нибудь из них покажется здесь снова,
будьте осторожны. Они убьют вас, как только заметят... а, может быть, еще
раньше.
- Что же вы собираетесь делать?
- Скакать туда. Мы дали честное слово, что доставим девушку к отцу, и
сдержим его.
- А эти люди? Галлоуэй ухмыльнулся.
- Лучше бы им убраться в Техас, пока мы не привязали консервные банки к
хвостам их лошадей.
- Эти парни - спросил я, - привели с собой какой-нибудь скот?
- Да. Они сказали, что за ними следует стадо, - он сделал паузу. - Могу
ли я вам чем-нибудь помочь? В этих краях живут хорошие люди, А Костелло тоже
был хорошим соседом, хотя и замкнутым. Найдется немало людей, которые
согласны ему помочь.
- Оставьте это нам. Мы, Сакетты, предпочитаем свежевать свой скот сами.
Старик, все время молча сидевший за соседним столом, вдруг заговорил.
- Я так и знал. Ну, конечно же, - Сакетты. Я - Кэп Раунтри, был с
Тайлером и остальными в Моголлоне, когда там все это случилось.
- Слышал о вас, - сказал Галлоуэй. - Присядьте с нами.
- Если вы, ребята, попали в передрягу, - заметил Раунтри, - буду рад быть
рядом с вами. Я делил беды с Сакеттами не один год, и теперь мне их как-то
недостает.
- О'кэй, ребята, увидимся на рассвете, - сказал Раунтри, - Если
понадоблюсь, я ночую в конюшне.
Кэп вышел, немного постоял на улице и исчез в темноте.
- Мне нравится этот старик, - сказал Галлоуэй. - Похоже, Тайлер очень
ценил его.
- Один из самых старых его друзей. Приехал с ним на запад из восточного
Канзаса, где они арканили скот.
- Он нам понадобится, - добавил Галлоуэй. - Будет много работы, Флэган.
- Поспи немного, - посоветовал я. - Я тоже прилягу.
Небо уже светлело. Свернув свою постель, я вывел лошадей, напоил их, и
еще до того, как Галлоуэй вышел из гостиницы, оседлал всех трех.
Кэп Раунтри привязал своего коня рядом с нашими.
- Вы, ребята, в этих краях впервые? Я могу провести вас прямо к ранчо
Костелло, минуя дорогу.
Ждавшая нас Юдит выглядела прекрасно, словно гнедая пони с тремя белыми
чулками. Мы сели за столик, и бармен или владелец гостиницы, или кто он там
был, принес яйца с беконом. Мы уничтожили по шесть яиц каждый и большую
часть бекона. По крайней мере я и Галлоуэй съели не меньше шести. Юдит и Кэп
довольствовались шестью на двоих.
Спустя час мы уже были среди сосен, слушая, как меж ними шумит ветер,
будто морской прибой. Кэп Раунтри указывал путь, следуя по тропе, которую
никто, кроме него, не замечал, но он ехал уверенно.
Через некоторое время Кэп вдруг обернулся к нам и спросил:
- Вы сказали, что Фетчены угнали стадо Хоукса а вы не слышали, что они
собирались искать золото? Люди говорят, здесь много заброшенных шахт и
тайников с золотом.
Он показал на запад и на юг.
- Там лежат Испанские Пики, о которых ходит много легенд, будто их
оберегают боги солнца и дождя, и будто там спрятано золото. На север отсюда
есть пещера в Мраморной Горе - ее называют Золотая Пещера. Считается, что
там есть золото. Правда, я никогда не слышал, чтобы золото находили в
естественной пещере, если, конечно, его там кто- нибудь не спрятал, что
совсем не исключено. Ведь древние испанцы передвигались по всей стране.
Вон в том месте живет человек по имени Шарп, - продолжал он. Его ранчо
называется "Спальня канюков". Он подружился с ютами и наверняка знает об
этих старых шахтах больше чем кто-либо. Немало времени.он потратил на поиски
сокровищ.
Через полмили Кэп остановился, чтобы дать лошадям передохнуть.
- Я вот что думаю, может быть, люди Фетчена знают что-то такое, о чем вы
и не подозреваете? - спросил он. Кэп пристально взглянул на Юдит.
- Ты никогда не слышала, чтобы твой дед упоминал о золотых шахтах?
- Нет, не припоминаю ничего такого.
-А теперь немного пораскинь мозгами. Ваша семья - торговцы лошадьми -
всегда держалась вместе. Я неплохо знаю ирландских торговцев, много лет
провел в тех краях, где они торговали. Очень странно, что один из них
оторвался от остальных и поселился отдельно. Я имею в виду твоего отца. Ты
не считаешь, что на то были какие-то особые причины? Может быть, параллельно
с торговлей он занялся еще чем-то?
Чем больше я размышлял над словами Кэпа, тем больше убеждался в
правильности его догадки. Действительно, Фетчены были бандой убийц, но зачем
им надо было уничтожать Костелло?
Возможно, занимаясь торговлей, один из Костелло напал на карту или
подслушал рассказ о сокровищах. А может, с ним кто-то поделился сведениями,
в которые сам не верил?
На востоке было очень немало людей, которые поехали на Запад, а затем
вернулись в Штаты. Кое-кто, чтобы жениться, другие в поисках спокойной жизни
или потому, что боялись оставить свой скальп у команчей. Возможно, один из
таких людей что-то знал, или, умирая, послал карту кому-нибудь из своих
родственников.
Мы следовали за Раунтри по старой индейской тропе, идущей через горы.
Этой ночью мы разбили лагерь в лесу, вдыхая аромат сосен и питаясь мясом
оленя, которого подстрелили. Это была прекрасная ночь,и мы допоздна
засиделись у костра, разговаривая о том, о сем.
Но на душе было неспокойно. Я слишком много думал о Юдит, и это волновало
меня. Когда мужчина попал в переделку с выстрелами, ему лучше подумать о
себе, а не предаваться мечтам о прекрасном личике.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Когда мы подскакали к торговому посту, Том Шарп вышел на ступеньки
встретить нас. Мне понадобилось лишь взглянуть на него, чтобы понять, что
этот человек неправедным делом заниматься не будет, и уж, конечно, симпатии
к таким, как Черный Фетчен, у него нет.
- Мистер Шарп? - спросил я. - Я Флэган Сакетт, это - мой брат Галлоуэй и
наш друг Кэп Раунтри. Юная госпожа - Юдит Костелло.
Шарп кивнул мне и посмотрел на Юдит, впрочем, я его в этом не виню.
- Как поживаешь, Юдит? Твой отец рассказывал о тебе.
- С ним все в порядке?
- Месяц назад, когда я видел его в последний раз, было все в порядке. Не
хотите ли спешиться и зайти в дом? Моя жена захочет поговорить с тобой, и, я
уверен, все вы не откажетесь поесть.
Когда все зашли в дом, я повел коней на водопой. Спустя какое-то время
вышел Том Шарп.
- Отличные кони, - сказал он. - Это клейма Костелло?
- Да. Мы взяли на себя ответственность доставить Юдит сюда, к ее отцу, но
по пути были неприятности. С Фетченами.
- Я слышал о них, - хмуро сказал Шарп, - и ни слова хорошего.
Я удивленно посмотрел на него.
- Вы встречались с ними раньше? Неужели вы из Теннесси?
- Нет, из Миссури. Но это было не там. Несколько лет назад у нас возникли
проблемы к северо-востоку отсюда с бандой Рейнольдса. Одним из бандитов был
Фетчен. Когда людей Рейнольдса уничтожили, среди них не нашли Фетчена.
- Которого из них?
- Тери. Теперь он приблизительно моего возраста. Его разыскивали еще до
того, как он связался с бандой Рейнольдса. Лет двенадцать тому назад я был
заместителем шерифа в Вайоминге и помню, что в циркулярах на него
перечислялось немало еще довоенных убийств. Во время войны он был с бандой
Рейнольдса.
Мы завели лошадей на конюшню, затем я зашел в дом. Все уже собрались
вокруг стола и ели. Аромат еды был чертовски дразнящим.
- Мы видели, как они приехали, - сообщил Шарп за кофе, - но не
остановились, а направились в горы. - Он посмотрел на меня. - Если они
отправились на ранчо Костел-ло, то его дела плохи.
- Мне нужно предупредить вас, а когда прибудет Хоукс, предупредите его.
Фетчен зарегистрировал клеймо на свое имя.
Кэп хмыкнул:
- Быстро же он действует. Хоукс, скорее всего, найдет свое стадо с чужим
клеймом.
- Я думаю, нужно пустить слух о стаде Хоукса и о том, что Фетчен с ним
собирается делать.
Шарп ухмыльнулся.
- Это забавно. Но вы должны торопиться. Приближается пора загона скота
для клеймения.
- Тем лучше. Многое может случиться во время клеймения. Мы только хотим,
чтобы вы поняли, что это сугубо наше дело - наше и бандитов Фетчена.
-Это послужит им уроком, - сказал Шарп. На вашей стороне будут все.
Тем не менее, я был неспокоен. Нам нужно было возвращаться в горы,
изучить ранчо Костелло, увидеть самого Костелло, но Галлоуэй и я знали, что
каждый шаг на этом пути будет шагом к опасности.
Эван Хоукс оставался все еще далеко позади, в то время как Фетчены были
здесь и в немалом количестве. По пути они набрали еще людей - уголовников и
им подобных.
Но чего же в самом деле хочет Черный Фетчен?
В голове у меня засела мысль, что Тери Фетчен промышлял в этих краях с
бандой Рейнольдса задолго до того, как любой из нас приехал на Запад. Здесь
что-то крылось.
Мы пошли в горы, взбираясь ввысь по старой тропе ютов, о которой нам
рассказывал Шарп.
Кэп, который ехал впереди, остановился. Перед нами, среди ветвей
деревьев, растущих вдоль тропы, появилась открытая местность. На несколько
миль простиралась зеленая долина. Приблизительно в пятистах футах ниже нас
виднелись окна, отражавшие солнечный свет.
- Это оно, - прокомментировал Кэп.
Ранчо было окружено горами и представляло собой маленький, но удобный
домик, построенный на зеленом лугу, по которому извивался ручей. Из дымохода
шел небольшой дымок, в загоне стояло много лошадей. На крыльце перед домом
сидел человек с винтовкой на коленях.
Десяток лошадей на лужайке, на гладких боках которых блестело солнце,
представляли великолепную картину. Ее портил лишь человек на крыльце. Он
чертовски был похож на часового.
Галлоуэй осадил лошадь и изучил местность. То же сделал и я.
- Выглядит слишком спокойно, - некоторое время спустя сказал он. - Мне
это не нравится.
Мы ждали, но Юдит не терпелось.
- Флэган, я хочу спуститься туда. Я хочу увидеть отца.
- Стой здесь, - ответил я. - Ты его скоро увидишь... когда мы убедимся,
что все в порядке.
Долина, на которой лежало ранчо, переходила в более широкую долину, через
которую мы проехали. В первой паслось немного скота, во второй еще больше.
Трава здесь была зеленой и сочной, а ручьи давали столько холодной воды, что
любой фермер мог только мечтать о таком. Костелло нашел хорошее место.
- Они спрятались, - сказал наконец Галлоуэй. - Думается, они поджидают
нас. В такое время дня ни одно ранчо не выглядит столь тихим. Если учесть к
тому же, сколько вокруг мужчин.
Мы переехали на возвышенность пониже и спрятались среди деревьев. Вдруг
мы увидели, как из ранчо вышел второй человек. Они о чем-то поговорили, и
вышедший уселся на ступеньках, а первый вошел в дом. Видно, смена караула.
- Твой отец, - предположил Кэп, - должно быть, в доме. Несомненно, там
должен быть кто-то, кого нужно охранять.
Мы ждали под деревьями, стараясь как можно меньше двигаться, чтобы нас не
заметили. Занятие утомительное, и я все больше сочувствовал Юдит. Там,
внизу, был ее отец, и естественно, она хотела увидеть его. Только прежде,
чем начать действовать, нам нужно еще кое-что узнать. Нам нужно было узнать,
жив ли Костелло, как они держат его и чего хотят.
Теперь мы были уверены, что Фетчены пришли сюда не за скотом. У них есть
стадо с собственным клеймом, и они попытаются удержать его, но я был уверен,
что было нечто большее, чем стадо или даже ранчо, привлекшее их сюда.
Нам необходимо было их переждать. Я знал, что они не очень терпеливые
ребята и скоро устанут лежать в засаде без дела.
- Нам нужно получше разобраться во всем этом, - сказал я. - Кэп, вы
знаете историю банды Рейнольдса?
- Не больше, чем все остальные. Они выдавали себя за сторонников
Конфедерации и начали грабить поезда с золотом и прочим добром, распуская
слух, что достают средства для поддержки Юга. Но большинство считало, что у
них на уме совсем не то, особенно после того,как золото накопилось в их
руках. Считали, что они собираются использовать его для себя.
- Что же случилось с золотом?
- Никогда ничего не слышал об этом, но, без сомнения, живущие здесь могут
тебе кое-что рассказать.
- Шарп должен знать, - предположил Галлоуэй.
Ко мне подошла Юдит.
- Флэган, я думала над тем, о чем ты спрашивал. Был ли отец в Миссури в
семьдесят первом. Я уверена, что был. Я кое-что вспомнила.
- Что?
- У отца был дядя, - скверный человек. После того, как у него начались
неприятности с семьей, он уехал на запад. Никто не вспоминал о нем, но у
него опять случились какие-то неприятности... кажется, это было в Денвере.
- И что?
- Однажды ночью он вернулся. Помню, как я проснулась и услышала тихие
голоса в палатке, на стороне отца. Я услышала голос другого человека -
человека, который говорил как-то странно... будто он был болен или что-то в
этом роде.
Это было все, что она тогда вспомнила, но этого было достаточно, чтобы я
начал думать.
Может быть, то, что знали Костелло, они узнали именно от этого отщепенца.
А он промышлял около Денвера. Там же, где Тери Фетчен. И банда Рейнольдса.
Мы двинулись по горам к низине, укрытой нависающими выступами и стеной
сосен, и разбили лагерь в таком месте, где можно было развести костер.
- Я считаю, что если мы спустимся к ранчо, нам в шкуре проделают столько
дырок, что она уже будет непригодна для дубления, - сказал Галлоуэй. - Эти
люди ждут в засаде. Ну что ж, пусть ждут.
- Мне кажется, что сейчас как раз настало время подумать об их скоте, -
предложил Кэп.
- Хорошая мысль. Давайте заарканим несколько бычков и проверим клеймо.
Итак, мы уселись за кофе и беконом, чтобы поразмыслить. Было решено,, что
если большая часть их банды сидит в засаде, то за скотом почти никто не
наблюдает.
Утром, как только небо прояснилось, мы сели на лошадей и пустились в
путь. Единственный, кто был не доволен нашим решением, это - Юдит.
Вскоре мы были в Спальне Канюков, сидели возле печи и ели крокеры с
сардинами. Я упомянул банду Рейнольдса. Едва я назвал это имя, как Шарп
выложил нам ее историю.
Банда Рейнольдса закопала богатство, как считают некоторые, где-то возле
Испанских пиков. Они находились к югу от нас, всего в нескольких милях.
Это не была слишком кровавая банда. Дело в том, что во время ограблений
они никого не убивали. До начала войны у Рейнольдса уже была репутация
преступника, затем, очевидно, его завербовал Юг, чтобы избавить Колорадо от
партий золота и серебра.
- Много говорили о том, сколько он награбил, - сказал Шарп, - но реально
у них никогда не было больше семидесяти тысяч долларов.
- Ты думаешь, деньги здесь? - спросил Кэп.
Шарп пожал плечами.
- Знаю точно, что, когда их поймали, у них "ничего при себе не было. Да и
спрятать бы золото они не успели, если только не сделали это раньше.
Юдит сидела молча, с серьезным испуганным видом. И все же, зная ее, я
понимал, что она больше боится за своего отца, чем за себя. Мне нужно было
попытаться с помощью какой-нибудь уловки освободить его с ранчо.
Пока я сидел с Юдит, Кэп и Галлоуэй куда-то вышли. Я сказал Юдит:
- Не волнуйся. С ним все в порядке, скоро мы его оттуда вытащим.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Утром, погоняемый ковбоями с соседних ранчо, спустился скот. Его пригнали
пастись в низину, после чего ковбои снова вернулись в горы. Вовремя прибыл и
Эван Хоукс.
Тем временем в долине была развернута походная кухня. И с полдюжины
местных скотоводов собрались возле вагончика. Джеймс Черный Фетчен не
явился, хотя некоторых из Фетченов заметили в горах. Эван Хоукс заарканил
молодого бычка и вместе с Томом Шарпом и двумя другими скотоводами изучил
клеймо. На букву "X" - клеймо Хоукса было наложено другое "ДЧФ" - клеймо
Фетчена.
Родригес посмотрел на Хоукса.
- Когда вы собираетесь затеять разбирательство с Фетченом, сеньор?
- Надеюсь отложить его до конца клеймения. Есть многое, чего Фетчены не
знают о скоте и об угоне скота. Если я рассчитал правильно, они скоро
явятся, но не знают, что их ждет. - Он оглядел всех. - Господа, это мое
дело, мое и Сакеттов. Вам нет надобности вмешиваться в него.
- Это наши прерии, - ответил Шарп, - и мы не потерпим здесь воров.
Предоставляем вам свободу действий, но если понадобится помощь, дайте только
знать.
Хоукс кивнул.
Я задумался, ведь с бандой Фетчена едет несколько чужих парней, а они
могут знать о стирании клейма побольше Фетченов. Например, этот
светловолосый ковбой со шрамом на лице. Как то бишь его имя?.. Русс Менард.
Я выговорил это имя вслух, и Родригес вдруг обернулся ко мне.
- Русс Менард? Ты знаешь его?
- Он здесь. Он один из них.
Губы мексиканца сначала сжались, потом растянулись в улыбке, в которой не
было ни грамма юмора.
- Это скверный человек. Но что касается пистолета, ему равных нет. Если
он с ними, заварухи не миновать.
Скот был так разбросан в горах, что пособи-рать его в кустарниках и
каньонах было нелегко.
Кроме угнанного стада Хоукса, здесь был скот и десятка других ранчо,
включая бычков Тома Шарпа. К закату солнца в долине собралось несколько
сотен голов.
Большинство ковбоев мы не знали. Впрочем, все они - люди с близлежащих
ранчо, хорошие наездники и трудолюбивые парни.
Тех двух Фетченов, которых я заметил, помнил еще по Тейзвеллу. Я не знал
их имен, пока не услышал, как их окликнули возле общего костра.
Клайд Фетчен был жилистым мужчиной лет тридцати пяти или около того, с
узкими, плотно сжатыми губами. С виду - настоящий труженик, чего нельзя было
сказать об остальных. Лену Фетчену было лет семнадцать или восемнадцать -
широкие плечи и спадавшие на них волосы. Он вообще не разговаривал. Оба
избегали меня и Галлоуэя, - без сомнения, по приказу Черного.
К костру изредка подходили и другие, но я знал лишь этих двоих. Да еще
Русса Менарда.
Тем временем мы делали работу, которую не могли видеть сидевшие у костра
для клеймения. Занимались ею в горах, где бы можно было отыскать стадо с
клеймом "X". Все клейма животных были к этому времени изменены, и некоторые
такие свежие, что кожа быков в этих местах была еще теплой. Когда мы
находили их, то меняли клеймо на Пиг-Пен (Свинарник), т. е. просто ряд
вертикальных и горизонтальных линий. Таким клеймом можно было покрыть все,
что попадалось под руку, но мы искали лишь скот, украденный у Хоукса. Мы
снова и снова приводили скот к костру, разыскивали его и в загоне.
На третий день уже половина ковбоев на ранчо приспособилась к этой работе
и могла заново клеймить украденный скот так же быстро, как и мы. На пятый
день с гор прискакал Джеймс Черный Фетчен с Руссом Менардом и еще шестью
ковбоями.
Эван Хоукс стоял возле костра, и когда увидел подъезжающего Фетчена, то
окликнул Уолкера. Высокий и тощий погонщик оглянулся и снял с ремня свой
шестизарядник. Повар также вынул из скатки своих вещей дробовик и сунул его
рядом с сушеными яблоками и мукой.
Фетчен подскакал к костру и спешился, то же сделали Менард и Колби.
Фетчен взглянул своими тяжелыми глазами на меня, затем на стоящего у костра
Уолкера. Повар замешивал тесто. Здесь был Том Шарп, Родригес и Болдуин,
который владел парой ранчо в Кугарасе.
- Я хочу видеть список учета, - сказал Фетчен.
- Пожалуйста. - Хоукс показал на большой камень, где лежал список,
прижатый маленьким камешком.
Черный Фетчен резко обернулся, ...
