Григорий Григорьевич Родин. Продовольственный плацдарм революции
страница №4
...нная помощь не появилась до окончательного разгрома мятежников.Справка из архива.
3
"Царицын. Срочно. Военруку Носовичу. 22 июня 1918 года.
Сообщаю, что в Котельниковском районе отряд Черникова был послан в
Нагавскую, хутор Комаров, где по прибытии на место арестовали своего
командира Черникова и убили его. После чего был выкинут белый флаг (в смысле
белогвардейский - Р.Г.) и отряд присоединился к кадетским бандам.
Малочисленный местный гарнизон в 160 человек бежал в Котельниково. Ожидается
отряд на 2000 человек... для ликвидации мятежа.
Командующий фронтом Крачковский".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 101, лист 190/.
Второй социалистический полк в трагических тисках мятежа. Над командным
составом учинена расправа. Свирепствуют карательные акции в Нагавской,
В.Курмоярской, Потемкинской станицах. Мятеж зловещим пожаром ползет по
округу.
4
"Из Жутово. Царицын. Штаб СКВО Носовичу, 25 июня 1918 г.
Отрядами тов.Родина была взята станица Верхне Курмоярская, наши потери
8 легко раненых, 80 тяжело. После занятия станицы отряды отошли в
Котельниково.
Командующий фронтом Крачковский".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 101, лист 220/.
5
"Срочно. Царицын. СКВО. Носовичу.
...Тов.Родин доносит: противником заняты хутора Похлебин, (..?). У них
имеются окопы Майорском, Семичном, Захарове.
25 июня 1918 г. ст.Жутово, Командующий Царицынским фронтом Крачковский.
Нач.штаба...".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 101, лист 231/.
Выбив белоказаков из станицы Верхнее Курмоярской, командовавший
отрядами Котельниковского гарнизона Родин понял, что дальнейшее развитие
наступления очень рискованно. Со стороны Нагавской и Потемкинской, как
клещами, фланги его отрядов начали сжимать атакующие силы белоказаков. В
хуторах, в непосредственной близости от Котельниково, белые уже успели
создать опорные пункты. Чтобы не допустить отсечения и изоляции своих
отрядов от основных сил, Родин немедленно отошел на хорошо подготовленные
оборонительные позиции в Котельниково, где занимает круговую оборону. Тем
временем в Котельниково провокаторам удалось поджечь оружейные склады, но
вызвать панику и замешательство эта предательская акция не смогла, дружины
рабочих мужественно вступили в схватку с огнем, пожар был потушен не
причинив особого вреда военному имуществу, находящемуся на хранении в
складах. Председатель окружного Совдепа Кивгила 24 июня объявляет приказ
окружного штаба обороны, призывающий к мобилизации всех сил гарнизона для
отражения атак врага. Все предприятия города приостановили работу, замерли
депо и железная дорога, и только форсировалась погрузка литерных
продовольственных эшелонов. Рабочий класс города, взяв оружие в руки, занял
место в окопах для отражения нападения врага. Отрезанный от основных
котельниковских сил, прикрывая город со степной стороны, отряд Пимена
Ломакина жестоко бьется с калмыцкими частями, наступающими со стороны станиц
Атаманской, Андреевской и хутора Нагольного. На станции начали скапливаться
вагоны с продовольствием, даже с помощью бронепоездов их невозможно было
провезти через атакующие цепи противника. Несмотря на неоднократные
заверения о реальной военной помощи, командующий Царицынским фронтом
Крачковский пока не выделил ни одного солдата Котельниковскому гарнизону, он
только по существу вопроса ведет обмен телеграммами со штабом СКВО. Наконец
26 июня становится известно, что на помощь котельниковцам выступил
двухтысячный отряд Черняка. Но пока, истекая кровью, Котельниково ведет бой
с мятежниками один на один. 26 июня на подступах к Котельниково противник
сосредоточил мощные ударные силы для решительного штурма.
Справка из архива.
6
"Царицын. Военруку Носовичу.
...Вчера 26.6. в 3 часа утра кадетские бандиты повели наступление на
ст.Котельниково. Наступление было с трех сторон: с хуторов Майорского,
Семичного, Нагольного. В течение трех часов было отбито шесть атак. Убитых
кадетов найдено в окопах 20 человек. В плен взято 150 человек. С нашей
стороны убитых и раненых 18 человек. Подробности выясняются.
Зам.командующего Царицынским фронтом Юсин".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 101, листы 265, 266/.
7
"По словам перебежчиков, противник при наступлении 26 июня 1918 года на
ст.Котельниково потерял убитыми до 500, а ранеными до 800 человек. Нами
захвачено 3 пулемета.
Нач.штаба СКВО Носович".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 115, лист 4/.
На ближних подступах к Котельниковской обороне противник был жестоко
наказан. В отчаянных атаках с 26 на 27 июня 1918 г. Операция по захвату
Котельниково захлебнулась кровью. Потери противника были настолько велики,
что сконцентрировать силы для очередного штурма Котельниковской обороны он
был уже не способен. Казачий есаул Землянухин, едва собрав остатки
потрепанных частей, вынужден был беспорядочно, преследуемый красной конницей
котельниковских войск, отойти к Дону. Сто пятьдесят человек пленных провели
по котельниковским улицам, среди них были и те старики, которые вершили
казнь Чеснокова. Их судьбу должен решить военно-полевой суд. Командующий
Царицынским фронтом Крачковский 27 июня 1918 г. делает итоговое донесение о
ликвидации мятежа в Котельниковском округе.
8
"Военруку Снесареву на телеграмму вашу No 126.
Ввиду усиленных атак противника на ст.Котельниково внимание мое
отвлечено от Ремонтной. (Под натиском белых войска сальской группы, оставив
Двойную, Великокняжескую, Куберле, отходили к Ремонтной. (Чтобы занять
оборону по реке Сал. - Р.Г.) Два броневика, назначенные мной для очистки
станций ... обстоятельства заставили меня отозвать их для отбития атак на
Котельниково... Сегодня в 3 часов утра до двух тысяч было произведено шесть
атак до 6 часов утра. Все атаки отбиты с большим уроном противника, который
оставив 150 человек пленными, бежал в панике. Операцией руководил
тов.Родин... Котельниково укрепляется. Подробности боя сообщу дополнительно
телеграммой.
27.6-1918 г. Командующий Царицынским фронтом Крачковский".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 95, лист 24/.
Победа была внушительной, но она не смогла решить всех проблем на
Котельниковском участке. Если сальская группа войск имела возможность
отступить, маневрировать, менять свои боевые позиции, то котельниковским
войскам отступать было некуда. С отступлением из Котельниково было бы
окончательно утрачено господство на Владикавказской железной дороге,
разрушен последний продовольственный плацдарм, откуда поступало большое
количество хлеба для центра республики. Такая утрата была бы невосполнима
для революции. За время осады на Котельниковских подъездных путях скопилось
более 600 вагонов хлеба для Москвы. Погрузка его не прекращалась даже в
самые критические моменты осадного положения. Нужно было безотлагательно
оживить работу железной дороги, а для этого рабочих железнодорожников
освободить из окопов. Как набатным колоколом председатель окружного Совдепа
Кивгила Авксентий взволнованными телеграммами в СКВО бьет тревогу и требует
реальной помощи для борьбы с превосходящими силами контрреволюционных войск
добровольческой армии Деникина. К исходу дня 27 июня в Котельниково прибыл
эшелон с двухтысячным отрядом под командованием Черняка.
9
"26.06-1918 г. Срочно. Военруку СКВО Носовичу.
Прошу срочно выслать отряд Черняка. Крачковский".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 101, лист 264/.
10
"Из Котельниково. Царицын. Военкому СКВО. 26.06-1918 г.
Военная записка.
Отряд тов.Черняка прибыл на станцию Котельниково в 20 ч. 05 мин.
27.06-1918 г. и по распоряжению Крачковского отправился на ст.Жутово 20 ч.
35 мин. 27.06-1918 г.
У нас в это время перестрелка на правом и левом флангах. Патронов
совершенно нет. Армия волнуется. Получил сейчас донесение, что отряд под
командованием Ломакина окружен. Не знаю какие будут последствия.
Настоятельно требую: дать реальную силу на ст.Котельниково. Необходимо
освободить железную дорогу от банд, занимающих ст.Ремонтную. Также
необходимо освободить железнодорожных служащих, они все занимают оборону.
Некому производить ремонт паровозов, вагонов, разобранных железнодорожных
путей. А самое главное это то, что север отрезан в доставке хлеба, а это
преступление перед пролетариатом, оно уморит его голодом.
Член ЦИК Донской республики
Председатель окружного Совдепа Кивгила".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 82, лист 329/.
В сложившейся военно-политической ситуации Котельниковский окружной
штаб обороны, мобилизовав все возможные силы и резервы, отстоял город
Котельниково - опорный пункт на южных подступах к Царицыну, отстоял
продовольственный плацдарм, вдохнул жизнь в железную дорогу, разрушенную во
время блокады города. Усилиями котельниковских большевиков шестьсот вагонов
продовольствия, скопившихся на подъездных путях станции, были отправлены по
назначению, но кризис на котельниковском участке встревожил не только
Царицынское революционное руководство, но и Совнарком. Исследованием этого
кризиса займется в срочном порядке созванное чрезвычайное совещание.
6. ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ СОВЕШАНИЕ
Развеяв отряды мятежного казачества на подступах к Котельниковской
обороне 27 июня 1918 года, революционные войска котельниковского гарнизона,
тем не менее, не добились решительной победы. Более того, они утратили очень
выгодные позиции на левом берегу Дона. В станицах Потемкинской, Верхне
Курмоярской, Нагавской властью вновь овладели казачьи атаманы. Над
советскими активистами была учинена расправа. Но, несмотря на эти тяжелые
утраты, котельниковским войскам удалось удержать господство на
Владикавказской железной дороге от Котельниково до Царицына, сохранить
работоспособность продовольственного плацдарма, в короткий срок оживить
работу железной дороги и отправить 600 вагонов продовольствия. Исход боевых
операций на Котельниковском участке не ликвидировал очаги контрреволюционной
активности. Продолжались диверсии, провокации, предательства. Реальной силы
для ликвидации сопротивления контрреволюционных формирований на участке
Котельниковского округа не было. Призывной контингент из местного казачества
был ненадежен. Как Дамоклов меч постоянно висела угроза захвата
котельниковского продовольственного плацдарма.
Отзвуки котельниковского кризиса сразу же болезненно почувствовали
Совнарком и продовольственный комиссариат республики. Утрата
продовольственной базы на Владикавказской железной дороге была бы
невозместимой. Поэтому, события в Котельниково вызвали серьезную
озабоченность и необходимость срочного созыва чрезвычайного совещания.
Чрезвычайное совещание начало работу 26 июня 1918 года, когда на
позиции Котельниковской обороны обрушивались одна за другой мощные атаки
мятежников. Несмотря на большие потери, враг рвался к центру города, но
совещание началось точно в намеченный срок. Рабочая повестка дня - "О
военном положении в Котельниковском округе". Представительность совещания
красноречиво говорила о его особой важности. Сюда были делегированы:
чрезвычайный уполномоченный Совнаркома Кондратьев, представитель Военного
Совета СКВО Эратов, представитель центрального исполнительного комитета
Донского Советского правительства Иванов, представитель административного
управления СКВО Серебрянников, представитель всесоюзного исполнительного
комитета железнодорожников /ВИКЖ/ Романюк, представитель чрезвычайного
отдела комиссариата продовольствия /ЧОКПРОД/ Самойлова, представители
Котельниковского окружного руководства: Кивгила, Лыков, Болтручук, Родин,
Васильев, Чубаров, Советкин и другие. Единогласно был избран председателем
совещания Эратов, секретарь Самойлова. Запротоколировано семь выступлений, в
которых были подвергнуты тщательному анализу причины возникновения кризиса.
Прошло много времени после этого совещания, но честность,
самокритичность, бескомпромиссность выступлений на совещании могли бы и
сегодня стать уроком партийной демократии. Первым выступил председатель
Котельниковского окружного совета Авксентий Кивгила. Он не ищет объективных
и субъективных причин, чтобы оправдать кризисную ситуацию в округе, хотя их
было немало. Всю полноту ответственности за события в округе он взваливает
на свои плечи, и его самокритичное выступление было похоже на самобичевание.
Он отметил, что призыв на службу в Красной Армии местного казачества трех
последних возрастов, вооружение их и попытка использовать в военных
операциях против местного враждебного населения было очень горькой ошибкой.
Призывники, выросшие и воспитанные в традициях монархической преданности, по
отношению к Советам были настроены враждебно, и местные власти в
Котельниково едва не оказались в плену у них, как это случилось в станицах
Потемкинской, Верхне Курморярской и Нагавской.
Перед мятежом Котельниково оказалось без боеприпасов, без снаряжения,
без командиров, с ненадежным войском, которое врагом было спровоцировано к
неповиновению и измене.
В выступлении Болтручука прослеживалась попытка найти конкретного
виновника сложившейся ситуации, но Родин видел основную причину трагедии в
этом, что у сыновей не поднялась рука стрелять в своих отцов.
Председатель Котельниковского исполкома Лыков своим выступлением дал
кардинально новое направление совещанию: истинный демократ не должен
касаться личных вопросов. Сущность нашего совещания заключается в решении
вопроса: что нам нужно делать, чтобы удержать фронт, установить движение по
железной дороге? Нам нужны революционные войска, нам нужна бронированная
сила, нам нужно оружие, боеприпасы, снаряжение. Откуда нам все это взять?
С нетерпением ожидалось выступление чрезвычайного уполномоченного
Совнаркома Кондратьева. От него ожидалось очень многое и прежде всего -
конкретные меры по оказанию реальной помощи котельниковским революционным
войскам для удержания фронта и обеспечения надежной работы Владикавказской
железной дороги. Но перед выступлением Кондратьева совещание было неожиданно
прервано. Поступило тревожное сообщение, из Жутово прибыл большой транспорт
с двухтысячным войском для подмены рабочих железнодорожников, сражающихся в
окопах. Командующий прибывшим двухтысячным отрядом Черняк узнал, что его
отряду предстоит занять позиции в котельниковских окопах, освободив, таким
образом рабочих для срочных работ по восстановлению железной дороги. Черняка
это явно не устраивало. Привыкший к неограниченной вольности, он совершенно
не имел желания поставить себя в рамки революционной дисциплины. Долго не
раздумывая, Черняк ворвался в кабинет начальника станции и, приткнув
пистолет к виску его, потребовал немедленно паровоз. Точно так же, арестовав
машиниста, заставил буксировать эшелон в Жутово.
Этот рыцарь анархии, жестокий властелин больших дорог и глухих ночных
закоулков очень хорошо был знаком котельниковским большевикам. Всего
двадцать дней назад, в Котельниково он не подчинился революционным властям,
навязал котельниковскому гарнизону кровопролитное побоище, пытался силой
провести к Царицыну эшелоны анархистов с награбленным оружием и ценностями.
Вместе с отрядом Черняка из Царицына прибыл Штейгер, однако Штейгер прибыл в
Котельниково на этот раз не с пустыми руками. Он предъявил предписание
Северо-Кавказского военного округа, в котором рекомендовалось использовать
его как военспеца в качестве военрука в округе Васильева.
Было совершенно не понятно: почему вчерашним государственным
преступникам Черняку и Штейгеру вдруг оказано такое большое доверие? В
Котельниково еще не было известно, что главком Кубано-Черноморского фронта
Калинин взял под свою защиту анархистов и настоял перед СКВО, чтобы они
немедленно были вооружены и экипированы по всем нормам военного довольствия.
Прерванное совещание возобновило работу к исходу суток и продолжилось
до утра следующего дня. Представитель Совнаркома Кондратьев подробно доложил
совещанию сущность чрезвычайного происшествия. Весть о самоуправстве Черняка
была встречена возмущением и негодованием. Кто, по какому праву возвратил
оружие Черняку и его уголовникам? Откуда исходит такая политическая
безответственность? Сообщение о появлении в Котельниково Штейгера было также
встречено совещанием без восторга: два сапога - пара, ворон ворона в глаз не
клюнет...
Повестка дня чрезвычайного совещания требовала решения первоочередных
задач на участке Котельниковского округа, и выступление председателя
Совнаркома вскрыло сущность котельниковского кризиса и подвело итоговую
черту совещанию:
"Нужно забыть, что Котельниково - степное захолустье. Даже "город в
степи", как образно сказал о нем наш земляк писатель Серафимович, не
определяет сегодня той его исторической роли, которую возложила на него
революция. Сегодня Котельниково - это кормилец голодающего пролетариата,
центральных районов Республики. Здесь, на участке Котельниково-Ремонтная,
решается судьба не географической точки, даже не судьба тактически важного
объекта. Здесь решается судьба революции, судьба Советской власти, судьба
революционного народа, судьба всех нас. Кажется, что Царицын не смотрит на
дело так серьезно, как этого требует время, а обстановка вокруг
Котельниково, его военное положение весьма грозное. Для Котельниково нужна
реальная сила - чтобы двинуть на север продовольствие. А эту реальную силу
мы только что увидели в бандитской акции Черняка. Такой взгляд на
котельниковский участок может окончательно погубить продовольственный
плацдарм, во имя которого льется кровь лучших сынов революции.
Необходимо решительно потребовать от военных властей Царицына все то,
что нужно для решения первоочередных задач котельниковской обороны. О
чрезвычайном положении на участке котельниковского округа без промедления,
срочно поставить в известность Совнарком, Ленина, продовольственный
комиссариат республики, чрезвычайного комиссара по продовольствию в
Царицыне. Промедление недопустимо. Против Котельниково непрерывно
наращиваются мощные силы контрреволюции, которыми непременно воспользуются
царские генералы. Не теряя времени, нужно приступить к реорганизации
управления войсками котельниковского округа. Совершенно недопустимо, что на
территории округа существуют два военных учреждения, совершенно независимых
и неподчиненных одно другому, которыми командуют также независимые и не
подчиненные один другому начальник штаба обороны и командующий войсками
округа. Котельниковский участок, как особо ответственный участок перед
революцией, должен быть выделен из состава Царицынского фронта в
самостоятельно оперирующий фронт с опытным, грамотным в военном отношении
командующим. Кроме всего прочего необходимо сделать территориальную
переброску войск. Молодых призывников из местного казачества недопустимо
посылать в бой не только против своих родственников, но даже против
земляков. Эти новобранцы должны быть отозваны для службы в отдаленных
районах. И это нужно понять со всей серьезностью, потому что трагедия в
котельниковском округе - это недооценка морально-политического настроя
молодого пополнения. Штабу СКВО необходимо организовать управление войсками,
а для этого нужна надежная связь, которая сегодня на участке Царицынского
фронта отсутствует. Как мы не пытались, но так и не смогли войти в связь с
командованием сальской группы войск. Отсутствие связи лишает возможности
оперативного решения замыслов командования СКВО и постоянного взаимодействия
между войсковыми группами царицынского фронта..."[*].
В выступлении представителя Совнаркома Кондратьева были
сконцентрированы основные проблемы котельниковских большевиков. Текст
телеграммы Ленину, принятый совещанием, отразил всю суровую правду о
положении на котельниковском участке.
Справка из архива.
"Телеграмма
Совнарком: Ленину, Троцкому, Невскому
Царицын: наркому Сталину
ВИКЖдор: Рогову, Броневичу
Из Котельниково No 505
Принята 26.6.1918 г. 200 слов 26. 3 часа 15 мин.
Положение района Царицын Великокняжеская критическое. Бандой
контрреволюционеров прервано движение на станции Ремонтная. В силу местных
условий своими силами справится не можем. Если северу нужен хлеб, то нужна
реальная сила севера. Просьба принять самые срочные меры к высылке таковых.
Если будет очищена Ремонтная местными силами, все-таки нет гарантии, что
завтра не прервут движение на новом месте. Обильное поступление
продовольственных грузов в последние дни сейчас, в связи с наступлением
банд, совершенно прекратилось. Немедленно требуется в срочном порядке
высылка достаточного количества крупных революционных сил, вооруженных и
обеспеченных в достаточной степени снаряжением No 5.
Председатель окружного революционного Совдепа Кивгила.
Член центрального исполнительного комитета
Донской республики Иванов,
Чрезвычайные уполномоченные Кондратьев,..
Представители ВИКЖ Романов, Дрисов.
Представители Российского Совета Д..., Кудряев,
железнодорожников Ткаченко
Представитель штаба обороны
Котельниковсокого округа Родин".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 24, лист 25/.
Чрезвычайное совещание закончило работу 1 июля, резолюция по основному
вопросу была принята 28 июля 1918 г., в ней нашло отражение все, что было
связано с кризисом на участке.
"... Спасение социалистического отечества и революции, судьба всех в
данный момент решается на линии Котельниково-Ремонтная Владикавказской
железной дороги повелительно вынужден требовать от комиссариата по военным
делам Северо-Кавказского военного округа, в ведении которого находится эта
линия, немедленного удовлетворения нижеследующего:
Самое важное - немедленное прибытие в Котельниково военного
руководителя, самостоятельно оперирующего помимо командующего тов.
Крачковского, для очищения в первую очередь железнодорожного пути для
пропуска маршрутных продовольственных поездов... на север.
Два броневых автомобиля с прислугой, которые по условиям фронта и
равнинной местности с твердым грунтом принесут большие услуги.
Бронированный, вполне оборудованный поезд, прикрытием которого можно
будет немедленно восстановить линию на станции Ремонтная.
Безусловно необходимо для связи один аэроплан.
5 и 6. Необходимо шесть трехдюймовых и два шестидюймовых орудия с
прислугой..., по крайней мере один миллион трехлинейных патрон.
7. Тысяча штыков и кавалерии революционных войск, снабженных оружием и
снаряжением.
8. Санитарное имущество, 3 врача для Котельникоского округа.
9. Удовлетворение финансами по смете, а временно аванс до 500000
рублей.
Председатель Эратов
Секретарь Самойлова".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 23, лист 422/.
Для срочного проведения в жизнь этого решения чрезвычайное совещание
направило делегацию в Царицын к Сталину. В состав ее вошли: от ЦИК Донской
Советской республики Иванова, от исполнительного комитета железнодорожников
Попова, Ткаченко, от Котельниковского окружного Совета и штаба обороны
Лыков.
Однако принятием резолюции чрезвычайное совещание не закончило свою
работу. Предстояло внести существенные изменения в структуру окружного штаба
обороны, а также подготовить заседание военно-полевого суда над пленными
казаками, среди которых было много тех, кто предал Чеснокова, кто вершил
жестокий суд над ним.
Чрезвычайное военное положение в Котельниковском округе диктовало:
Всю неограниченную полноту власти сосредоточить в руках военного
комиссара округа, вручив ему мандат на диктаторские полномочия[*].
Для непримиримой борьбы с предателями, провокаторами, организаторами
диверсий непосредственно подчинить военному комиссару округа
рабоче-пролетарский окружной карательный батальон.
Из наиболее преданных частей и отрядов котельниковского гарнизона
приступить к формированию котельниковской социалистической дивизии,
детальные вопросы этого мероприятия рассмотреть на закрытом совещании
военных руководителей.
В соответствии с новой организацией военного руководства
котельниковского округа было предложено:
Полномочия военного комиссара округа с неограниченными диктаторскими
правами вручить Авксентию Кивгиле.
Руководителем окружного совета рабочих, крестьянских и казачьих
депутатов избрать Василия Лыкова.
Командиром рабоче-пролетарского окружного карательного батальона
избрать Василия Болтручука.
На закрытом военном совещании было принято решение назначить Григория
Родина начальником котельниковской социалистической дивизии и поручить ему
ее формирование.
Вопросы, связанные с формированием котельниковской дивизии, носили
секретный характер, поэтому рассматривались на закрытом заседании военных
руководителей.
Неожиданно принятие решения по перечисленным вопросам встретило протест
со стороны Авксентия Кивгилы. Он заявил, что не может принять такие суровые
полномочия. Семья находится рядом с врагами и может в любую минуту оказаться
в заложниках у врага. Его мнение поддержал Василий Лыков, подчеркнув, что в
роли диктатора было бы лучше иметь руководителя, не связанного родством с
местным населением.
Окончательное решение этого вопроса было передано в партийную
организацию, которая отклонила самоотвод Кивгилы. Кивгила подчинился решению
партийного собрания.
В июле 1918 года в Котельниково была проведена реорганизация военной
структуры округа в соответствии с резолюцией Чрезвычайного Совещания.
Решение вопроса о выделении Котельниковских боевых сил из состава
Царицынского фронта взял на себя вновь созданный Котельниковский окружной
военный комиссариат с таким расчетом, чтобы к прибытию будущего командующего
фронтом организованная структура боевых сил Котельниковского фронта была
нацелена на решение неотложных оперативных задач. Несомненно, что для
формирования Котельниковской Социалистической дивизии необходимо было
отобрать хорошо организованные преданные революции подразделения, части
Окружного штаба обороны и отряды железнодорожных войск Котельниковского
военного округа. Необходимо было особо решить вопрос об оперативном
использовании отрядов Ломакина и Лобашевского в составе Котельниковского
фронта.
Сложность решения этих нелегких проблем в Котельниково состояла в том,
что мнение Военного Совета СКВО о создании самостоятельно оперирующего
Котельниковского фронта не имело ясного и однозначного выражения.
Создавалось впечатление, что выполнение резолюции Чрезвычайного совещания
встречало противников среди военной бюрократии СКВО.
Однако, оперативная обстановка на участке Котельниковского фронта не
давала основания для длительных размышлений, требовались решительные и
безотлагательные действия.
7. РЕОРГАНИЗАЦИЯ УПРАВЛЕНИЯ ОКРУГОМ В УСЛОВИЯХ РАЗГОРАВШЕЙСЯ
ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ. КОТЕЛЬНИКОВСКАЯ ДИВИЗИЯ.
Закончило работу чрезвычайное совещание. Отправлены телеграммы Ленину,
чрезвычайному продкомиссару Сталину. Внутри котельниковского округа в
соответствии с решениями чрезвычайного совещания началась очередная
реорганизация управления, вся полнота неограниченной власти
сосредотачивается в руках военного комиссариата, возглавляет который военный
комиссар округа Авксентий Кивгила с заместителем Василием Лыковым. Все
внимание комиссариата по-прежнему сконцентрировано на работе
продовольственного отдела, железной дороги и формировании надежных
вооруженных сил, способных защитить работу продовольственного плацдарма и
железнодорожного участка.
Реорганизация управления затронула не только Котельниковский округ. В
Царицыне также шел непрерывный поиск формы управления войсками СКВО.
Не трудно понять, что все царицынские реорганизации обрастали военной
бюрократией, не способной дать оценку реально назревавшей оперативной
обстановки в границах округа, и по времени пришлись, когда на
Котельниковском участке началась активная деятельность контрреволюционных
сил. На состоянии военной структуры Котельниковского участка не могли не
отразится постоянные реорганизации СКВО. Целенаправленного руководства
призывной работой, организации боевых сил, боевой работы на Котельниковском
участке со стороны СКВО не было. Не случайно, поэтому, возникали такие явно
преступные курьезы со стороны СКВО, как возвращение оружия анархистам
Черняка, которые не замедлили применить его против Советской власти.
Отчетность СКВО о состоянии войск, об их количественном составе, расстановке
командного состава граничила с откровенным очковтирательством.
Предательства были повсеместно. Вспыхивали мятежи, как разрушительные
шквалы налетали самостийные каратели, самоуправствовали и грабители и
анархисты, не прекращались диверсии на железной дороге, на больших участках
разрушались линии связи. Все эти контрреволюционные акции ликвидировались
местными отрядами революционных войск, о чем СКВО становилось известно очень
часто с большим запозданием. Такая обстановка заставляла объединяться
локальные отряды в войсковые объединения разных родов войск, партизанские
стычки перерастали в войсковые операции, роль СКВО сводилась к регистрации
их.
В конце июля месяца 1918 года на Царицынском участке генерал Краснов
сосредоточил против Сальской группы войск 10000 штыков и сабель полковника
Полякова, против Котельниковского и Жутовского участка 12000 штыков и сабель
генерала Мамонтова, севернее Царицына на Усть-Медведицком, Камышинском
направлении более 20000 штыков и сабель генерала Фихцелаурова.
На южном участке Царицынского фронта располагались три основные группы
войск: жутовская, котельниковская, сальская. Не смотря на то, что они
объединялись командующим Царицынским фронтом, тем не менее стыки на флангах
групп не существовали, войсковое взаимодействие между группировками налажено
не было. Да и линия фронта носила условный характер: левый берег Дона -
красные, правый берег - белые. У левофланговой сальской группы войск были
свои проблемы: связанная большим количеством беженцев, под давлением мощных
контрреволюционных сил, она была вынуждена вести оборонительные бои,
цепляясь за каждый удобный рубеж.
После чрезвычайного совещания в Котельниково ожидалось реальное
руководство участком, реальные революционные боевые силы, реальный
бронированный парк на рельсах и на степных дорогах, но все это утопало в
нераспорядительности, а, возможно, и в саботажах военной бюрократии СКВО,
среди которой очень часто находились предатели. СКВО с непонятной
настойчивостью рекомендовал использовать Штейгера как начальника боевого
участка, а в это в то время, его боевой соратник по анархии Черняк
терроризировал в Жутовском районе органы Советской власти, грабил местное
население, его насилия приводили к тому, что представители Советской власти
складывали с себя полномочия, разбегались кто куда. Разгул самовластия
анархистов усугубляется тем, что они бесчинствовали от имени революционных
войск.
Справка из архива.
"Ежедневные денные и ночные грабежи с убийством мирных жителей
неоднократно лично и письменно докладывалось командному составу, но принятых
мер не заметно, а наоборот. Советы как хуторские и районные разоружены. От
переживаемого насилия жители разбегаются неизвестно куда, жилые дома брошены
на произвол судьбы. Телеграфировали Царицын, Котельниково военным комиссарам
о помощи. Ответа и помощи нет. Совет слагает полномочия. Из района
самовольно забирается одежда, скот и все предметы. Явления начались с
прибытием Первого объединенного полка, руководитель Черняк, грабежи
разразились поголовно. На все предупреждения Советами ответы даются
расстрелами. Советы и хуторские исполкомы сложили полномочия, скрылись. Дома
взрываются, сжигаются... жители привлечены к отбытию повинностей в обозах.
Хлеб, сено, солома в полях сжигаются в тылу революционных войск.
26 июля 1918 года No 343
Жутовский районный председатель исполкома.
Резолюция Ковалевского: "Ворошилову. Расследовать и доложить. 30.7.1918
г.".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 12, лист 156/.
Это только один из большого потока документов о бесчинствах и
самовластия анархистов Черняка. Местные власти ищут защиты от насилия.
Тревожные сообщения исходят не только от местных властей, но и от Донского
Советского правительства, от железнодорожной администрации и просто от
граждан. От СКВО, тем менее, вновь и вновь шли рекомендации котельниковским
властям: доверить Штейгеру руководство котельниковским участком.
Котельниковский окружной военный комиссариат категорически отвергает
рекомендации СКВО и к личности Штейгера подходит с большой осторожностью, то
обстоятельство, что он добровольно сдался котельниковским властям во время
разоружения анархистов, еще не давало морального права доверять ему большую
власть в округе. Штейгер не оставлял о себе приятного впечатления. В нем
чувствовался военный человек: он был энергичен, распорядителен, но показной
военной эрудицией больше оригинальничал, чем употреблял ее в пользу дела.
Его бравада выражалась излюбленной фразой: "Я анархист-коммунист. На вашем
знамени Ленин, а на моем - Кропоткин. Революция в России совершалась не
только для большевиков...". Своей симпатии к анархистам Штейгер не скрывал.
Справка из архива.
"...Выяснить партийное состояние в войсках трудно, так как партийных
очень мало, большинство бойцов и даже лиц командного состава принадлежит к
сочувствующим партии большевиков. Есть единицы здесь, правда, и лица с
определенной физиономией, например, анархист Штейгер и его анархический
летучий отряд. Сейчас в Котельниковском округе совершенно нет агитаторов
нашего комиссариата".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 7, лист 72. Из доклада о
политико-моральном состоянии СКВО от 27 июля 1918 г./.
По решению пленума окружного Совдепа Штейгер был откомандирован в
Котельниковский военный округ к Васильеву, где с 10 июля 1918 года приступил
к исполнению обязанностей военрука округа. Это назначение прежде всего не
давало возможности Штейгеру иметь прямую власть над войсками, необходимо
было присмотреться к нему на административной работе.
Котельниковский военный округ Васильева к исходу первой половины июля
1918 года фактически прекращал свое существование. Сальская группа войск под
мощным натиском противника отошла на рубеж реки Сал в районе Дубовки. В
дальнейшем предполагалось объединение этих войск с Котельниковскими силами,
затем совместный отход к Царицыну. Из шести отрядов, составлявший военный
округ Васильева, пять отрядов были вынуждены покинуть свои гарнизоны и
частично влиться в войска Кубано-Черноморского фронта, частично
предназначались для комплектования котельниковской социалистической дивизии
и были сосредоточенны в эшелонах на подъездных путях в Котельниково. К этому
времени фактически власть командующего котельниковского военного округа
распространялась на паровозный и вагонный парк, на часть Владикавказской
железной дороги, еще находившуюся в руках советских войск. Но и это была
большая власть, если учесть, что железная дорога определяла не только
военную, но и хозяйственную жизнь котельниковского округа. Командующий
Васильев знал свои задачи ясно и четко: крытый вагонный парк использовать
только для продовольственных литерных грузов. Жесткая позиция Васильева в
этом вопросе определялась чрезвычайной ответственностью за формирование
литерных эшелонов. Эту ответственность Васильев чувствовал на себе денно и
нощно. Однако вопросы железнодорожных перевозок командование сальской группы
войск понимало по-своему. При отступлении на рубеж реки Сал в район Дубовки
командование сальской группы войск потребовало от Васильева большое
количество транспортных средств, однако он выделил им только оставшиеся
свободные резервы от перевозки продовольствия, что вызвало немедленный
конфликт. Думенко, а вслед за ним и Шевкоплясов выразил свое возмущение в
духе псевдореволюционности, свойственной легендарному времени.
Справка из архива.
"От имени революционных войск прошу убрать от командования
тов.Васильева, дабы избежать разных эксцессов между полками, стоящими на
страже трудового народа.
Командир полка Думенко...".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 102, листы 37/
Вслед за Думенко 21 июля 1918 года Шевкоплясов шлет также направил
грозную жалобу Ворошилову.
Справка из архива.
"Прошу срочно убрать Васильева, командующего котельниковским округом,
ибо через него уберут меня. Бойцы фронта искры мечут против Васильева... за
преступно изменнические действия... Если он не преступник, то человек трус -
из лягушки строит быка... /очень прозрачный намек, что Васильев -
командующий без войска - Р.Г./.
Командующий Гащунским Фронтом
Шевкоплясов".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 102, листы 40, 41/.
Этот конфликт не прошел для Васильева даром. Предчувствуя недоброе,
Васильев адресует несколько сумбурную и грустную телеграмму Военному Совету
СКВО.
Справка из архива.
"...Предвидя подобного рода явления, если достаточного состава живой
силы выслано не будет, то я ответственность как за железнодорожное полотно,
так и станции от себя слагаю и думаю, что последствием такого рода явлений
будет закрытие станций на участке Царицын-Котельниково, что слишком пагубно
отзовется на деле революции. /Сохраняется стиль и грамматика подлинного
текста - Р.Г./.
Командующий войсками Васильев".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 95, листы 173, 174/.
Однако жизнь продолжалась. Революция неотвратимо шествовала по дорогам
своей судьбы, а 23 июля 1918 г. Штейгер тем же Минину, Зедину, Сталину,
главкому Ворошилову телеграфирует:
Справка из архива.
"Принять командование от Васильева не могу, потому что для удержания
фронта от Жутово до Ремонтной нужна реальная сила...
Военрук котельниковский Штейгер".
/ЦГАСА, фонд 40435, опись 1, дело 95, листы 176, 177/
"Реальная сила!" Как она была необходима здесь, в Котельниково! После
чрезвычайного совещания пролетел уже целый месяц, а реальной силы, реальной
помощи со стороны СКВО как не было, так и нет.
Гордиев узел в Котельниковском военном округе наконец-то был разрублен.
Штейгер, хоть и не охотно, но принял дела у командующего Васильева и 27 июля
подписывал первые документы именем "командующий войсками Котельниковского
военного округа". Это редчайший случай, когда "командующий войсками"
оказался без войск. Он настоятельно требует хотя бы 500 штыков для
поддержания железной дороги в рабочем состоянии, но только часть полка
Лобашевского переподчинили Штейгеру, и это все, что можно было взять из
резервов котельниковского окружного военного комиссариата. Котельниковский
военный округ, как военное учреждение, заканчивал свое существование, но еще
до последних дней августа вопросы военных перевозок на оставшемся в
распоряжении Советских войск участке Владикавказской железной дороги, решал
командующий котельниковским военным округом Штейгер.
Несмотря на настойчивые требования Думенко и Шевкоплясова о предании
суду Васильева, котельниковское окружное руководство не допустило расправы
над ним. В Котельниковском Совдепе знали его как честного человека. Сдав
дела военного округа, Васильев получил назначение на должность начальника
штаба Котельниковской социалистической дивизии. К исполнению своих новых
обязанностей он приступил в первых числах августа 1918 года, что
удостоверяется боевыми донесениями, подписанными Васильевым от имени своего
нового служебного положения.
В соответствии с возросшими масштабами военных операций необходимо было
срочно менять организационную структуру войск в округе, формировать части и
соединения по общевойсковому принципу. Для этого нужно отобрать надежные,
хорошо организованные и преданные войска.
Закрытая часть чрезвычайного совещания в Котельниково была засекречена.
Заседало военное руководство. Решался вопрос о коренной реорганизации боевых
сил округа. Конкретно был решен вопрос о формировании Котельниковской
социалистической дивизии, которая должна стать основной ударной силой
командующего южной группой войск Царицынского фронта. Но пока в СКВО не
будет принято решение о том, кто конкретно будет командующим Котельниковским
фронтом, Котельниковская социалистическая дивизия будет находится в
непосредственном подчинении Котельниковского окружного военного
комиссариата.
Формирование дивизии было поручено начальнику Котельниковского
гарнизона Григорию Ивановичу Родину. В эти дни имя его в войсках округа было
достаточно популярным. Его способность управлять войсковыми операциями
уверенно аттестовалась руководством боевыми действиями и по разоружению
анархистов, и при ликвидации мятежа.
На привокзальной площади станции Котельниково 18 июля 1918 года был
назначен смотр войск Котельниковского гарнизона. Это было рождение Первой
котельниковской социалистической дивизии. Смотр производил начдив Родин
Григорий Иванович совместно с представителями военного комиссариата округа и
окружного совета. После смотра военный совет комиссариата в составе Кивгилы,
Родина, Васильева, Лыкова, Болтручука, Ломакина решил:
Справка из архива.
Атаманский отряд Ломакина укомплектовать до полка и как отдельную часть
с правом непосредственного подчинения котельниковскому военному комиссариату
дислоцировать в районе станиц Атаманской и Андреевской с задачей: защитить
подступы к котельниковской обороне со степной стороны.
Полк Лобашевского дислоцировать на станции Семичная с задачей
обеспечить прикрытие котельниковских боевых сил на стыке с сальской группой
войск. Непосредственное подчинение котельниковскому военному комиссару.
Отряд Штейгера 185 сабель вывести из состава боевых сил Лобашевского,
передислоцировать со станции Семичная в Котельниково и передать в военный
округ Васильева.
Боевые силы котельниковской социалистической дивизии дислоцировать в
Котельниково, в состав дивизии включить:
А) пехотный котельниковский полк имени Черникова - командир Гуров
Семен;
Б) котельниковский социалистический донской казачий полк - командир
Текучев Фома;
В) гражданский социалистический полк - командир Гуров Иван. На смотре
полк не присутствовал, находился в стадии формирования;
Г) батальон им. III Интернационала - командир Матерн;
Д) 1 легкая батарея - командир Текучев Стефан;
Е) 2 легкая батарея - командир Суслин Семен;
Ж) тяжелая батарея - командир Поляков Иван;
З) команда связи - командир Панин Петр;
И) комендантская рота - командир Глушанин Николай.
Внутренний котельниковский гарнизон сформировать из котельниковского
железнодорожного батальона - командир Чубаров, пролетарского карательного
батальона - командир Болтручук Василий.
Бронированные силы окружного комиссариата составляли три бронепоезда и
ожидались из СКВО бронеавтомобили.
Общая численность войск, состоящих на котельниковском участке,
составляла в пределах 6500 штыков и сабель из них в строю Котельниковской
дивизии было 3807 штыков и сабель, а конное поголовье насчитывало 1559
единиц.
/ЦГАСА, фонд 100, опись 8, дело 27, листы 306, 307, 308. Ведомость и
сведения о состоянии Котельниковской Социалистической дивизии, заверенные
круглой печатью штаба дивизии 27.09-1918 года./
В первых числах августа 1918 года комплектование котельниковской
дивизии еще не было закончено. Гражданский социалистический полк Ивана
Гурова еще находился на формировании, артиллерийские и броневые силы не
имели полного боекомплекта, снарядов, патронов для стрелкового оружия было
недостаточно, а обстановка на участках сальской и котельниковской групп
войск была далеко не беспечной. Связь Царицына с сальскими войсками была
прервана. Для выхода на связь с сальским командованием в Котельниково
приходилось снаряжать бронепоезда и хорошо вооруженные подразделения. Росла
активность контрреволюционных сил не только на Сальском, но и на
Котельниковском участках.
Сразу же после чрезвычайного совещания котельниковский окружной
военно-революционный трибунал в открытом судебном заседании слушал дело 150
пленных казаков-мятежников, среди которых было много участников зверской
расправы над Чесноковым. Заседание трибунала проходило в железнодорожном
саду. На слушание его из окрестных хуторов и станиц съехалось большое
количество родственников подсудимых. Пленники, зная за собой тяжелые
преступления перед Советской властью, заведомо готовились к самым суровым
наказаниям. Прощание с родственниками было трагичным. Так прощаются заведомо
обреченные смертники...
На предварительном совещании окружного исполкома совместно с составом
окружного военного трибунала было решено, что, несмотря на тяжелые
преступления подсудимых, приговор должен быть максимально гуманным.
Советское правосудие не должно допустить ни жестокости, ни, тем более, мести
и изуверства. Общественным защитником от исполкома и военной администрации
на заседании военного трибунала выступил Григорий Родин. Основные положения
его выступления, принятые на совещании исполкома, должны были определить
решение военного трибунала.
В городском саду 2 июля 1918 года при большом стечении народа в
открытом заседании трибунала началось слушание дела пленных казаков. После
необходимых процессуальных формальностей слово было предоставлено
общественному защитнику. Его выступление ожидалось с большим нетерпением.
Судьба пленных казаков местное население беспокоила по-разному. В зале суда
было много родственников подсудимых.
Перед защитной речью Родин был заметно взволнован, но первые фразы,
обращенные к присутствующим, произнес уверенно, отчетливо и гневно:
"Злодейское судилище, иезуитские расправы, учиненные врагами революции над
лучшими сынами Дона, невинная братская кровь, пролитая по вине мятежников,
сидящих здесь на скамье подсудимых, зовут к отмщению, - казалось, что
общественный защитник обрывает последние тонкие нити надежды, связывающие
подсудимых с возможностью снисхождения. Однако уже следующие слова призывали
к великодушному рассудку, - но протест наших сердец, несмотря на боль и
слезы, невосполнимость утраты Чеснокова, Черникова, Агина, Бирюкова не
должны поколебать здравый смысл. Память об этих героях шагнула в бессмертие.
Но не в слепом злобном мщении нужно искать меру наказания, а в милосердии,
которое неисчерпаемо в добрых делах человека и его разума. Обращаясь к
правосудию, я прошу, чтобы, прежде всего было понято и отражено в
окончательном решении трибунала, что перед нами на скамье подсудимых не
подлинные преступники, а несчастные, обманутые люди, вовлеченные в
круговорот современной политической жизни под прессом целенаправленной
пропаганды врагов революции. Суд правый должен понять, что мнение и поступки
этих людей, находящихся на скамье подсудимых, накачивались злобой и
ненавистью к Советской власти. Истинные виновники трагедии, которая
последние недели держала в напряжении все наши дела и помыслы, находятся в
штабах Деникина, Попова, Мамонтова. Эта свора царских холопов еще займет
свое место на скамье подсудимых в великом суде истории. Но сегодня советское
правосудие не должно оказаться в рабстве у законов кровавой мести. Поэтому,
обращаясь к нему, я прошу: мерой наказания для всех сидящих на скамье
подсудимых независимо от того, кто и сколько внес зла в междоусобную
трагедию, избрать общественное порицание. Пусть милосердие наших
революционных законов будет гарантом, что нам не придется более скрестить
свое оружие и бессмысленно проливать братскую кровь. Пусть идут по домам эти
обманутые люди и в своих хозяйствах вместо эфеса шашки-лиходейки возьмут в
руки орудия разумного труда...".
Закончив выступление, Родин под недоверчивый, настороженный ропот
переполненного летнего зала городского сада легко соскочил с помоста сцены и
присел на свободное место на передней скамейке около охраняемых подсудимых.
Он о чем-то задумался и в своих мыслях отключился от того, что происходило в
зале. Из состояния легкой летаргии его вывел взрыв торжественных
аплодисментов, суд объявил общественное порицание пленным и постановление об
их расконвоировании...
А уже через час с окраин поселка в покой и вечернюю прохладу угасающего
тревожного дня врывался широченный поток величавой казачьей песни и высокий
чистейший дискант восхищенной казачки доносил обрывки нехитрого
повествования из жизни жолнерки, не ведающей горя под ударами горькой бабьей
доли: "...Ой, да баба ловкая!..".
Таяли в вечернем сумраке звуки далекой песни. Помилованные казаки
торопились по домам, чтобы обрадовать своих домочадцев, озабоченных их
судьбой.
8. НАСТУПЛЕНИЕ КОТЕЛЬНИКОВСКОЙ ГРУППЫ ВОЙСК. 22 АВГУСТА 1918 ГОДА
Телеграммой от 30 августа 1918 года No 8920 только что вступивший в
должность начальника оперативного отдела штаба Северо-Кавказского военного
округа Соколов делает важное сообщение всему Царицынскому фронту и в
частности, командующему южным участком Царицынского фронта Харченко, штабной
вагон которого почему-то находится в Воропоново, более чем за 200 километров
от активных боевых действий вверенного ему фронта.
Справка из архива.
"Объявите войскам радостную весть,...
