Давид Фридман. Мендель Маранц
страница №3
...я не хуже тебя настроила Сарру. Как тебе нравится? А? В то время, какты учил Оскара, как нужно потерять Сарру, я учила ее, как можно приобрести
Оскара.
И она сделала усилие, чтобы подавить душивший ее смех; на глазах у нее
выступили слезы.
- Мендель, ты, может быть, хорошо умеешь изобретать машины, но что
касается устройства браков, то тут я - изобретательница!
- Что такое жена? - пробурчал Мендель. - Китаец. Она смеется даже на
похоронах.
Он встал и вышел из комнаты.
Вечером того же дня миссис Гассенхейм провожала колеблющегося Оскара к
месту его побега. Вскоре перед домом Маранцев остановилась огромная машина,
и из нее нетвердой походкой вышел Оскар.
- Будь осторожен, Оскар: знай, как бежать, - предупредила Дебора, целуя
сына. - А машину я сейчас пришлю обратно.
Один! Оскар вздрогнул. А у себя в комнате дрожала Сарра. Кончилось,
наконец, ее долгое мучительное ожидание. Но Оскар не мог двинуться с места.
Он вынул часы, потом спрятал их. Не заметив, который час, он вынул их опять.
Затем, вместо того, чтоб пройти наверх по лестнице, он быстро зашагал по
тротуару. Наконец, он повернул обратно, и, взмахнув руками, словно желая
отогнать от себя охватившую его дрожь и сказав „б-р-р-р", он вскочил в
дом.
Свидание было быстрым, молчаливым и решительным. Сарра прошептала чуть
слышно: „ах!". Оскар тоже говорил шопотом.
- Скорей! Машина ждет. Нужно спешить, чтоб нас не накрыли.
Сердце Сарры так билось, что стучало в висках.
- Куда мы едем? Далеко? Никогда не вернемся?
- Не бойся! Бери шляпу. Скорей!
И они побежали вниз по лестнице, спотыкаясь, натыкаясь и оступаясь,
выбежали на улицу, вскочили в автомобиль и укатили.
Спустя двадцать минут, они находились уже в квартире раввина Боруха
Дановича. Через полчаса они будут мужем и женой! А потом? Потом она пойдет
за ним хоть на край света. Быть может, она никогда не увидит своих
родителей. Умирала ее старая жизнь, начиналась новая. Ее поиски скоро
окончатся.
Седовласый старый раввин, любезно улыбаясь, провел их в гостиную. Но
Сарра была слишком возбуждена, слишком растеряна, чтобы слышать или видеть
окружающее. Она была словно в тумане. Ей казалось, что она слышит знакомые
голоса, видит знакомые лица. Ее отец, мать, дядя Бернар и другие.
„Странная иллюзия", - подумала она и вздрогнула. Но это не была
иллюзия. Они на самом деле подходили к ней. Они, наверно, гнались за ней,
чтобы предупредить их побег, помешать их браку, увезти ее домой. Но она не
покорится. Она бросит им вызов и немедленно уйдет отсюда, куда угодно. С
Оскаром! Они не могут теперь стать ей на дороге.
Но что это они говорят? Что это тут происходит? Голова ее кружилась:
она ничего не могла понять. Бесшумно распахнулись огромные двери, она видит
пышно убранный пиршественный стол. Блестящий оркестр играет свадебный марш.
Смех, веселье, тосты, вино. Мазел-тов! Мазел-тов! Казалось, собравшиеся
наперед праздновали свадьбу. Вот к Сарре и Оскару подходит Гассенхеймы,
Бернард, Зельда и даже Мендель, засыпают их поздравлениями, душат их в
объятиях.
- Ну-с! Сарра! - весело сказал Бернард. - Ты хотела бежать, вот и
бежала! Поблагодари меня за это! А теперь отпразднуем свадьбу. Мазел-тов!
Ха, ха, ха! Ты удивлена! Я всегда так! У меня всегда есть что-нибудь в
запасе!
Сарра, изумленная, сбитая с толку, с трудом, наконец, проговорила:
- Что... что все это означает? Я думала... как вы узнали, что мы бежим?
Я думала... мой отец был... против брака...
- Все это шутка! - весело сказал Бернард. - Твой отец подал мне мысль.
Он сказал: „Что такое девушка? Романтика. Ей нравится немножко
побегать!". И когда Оскар спросил у меня совета, должен он бежать или нет, я
сказал ему: „Беги! Насчет приданного не беспокойся! Раз это нравится
девочке, доставь ей удовольствие. Пока не женился, можно уступить!". И он
уступал. Сарра, я такой человек. - Я хочу, чтоб ты была счастлива! И я
дорого за это не возьму!
- Мы все советовали ему бежать, - добавила миссис Гассенхейм, задетая
тем, что Бернард весь успех дела приписывал себе.
- Я тоже, - сказала Зельда, не отставая от других. Сарра смотрела то на
одного, то на другого, ничего не понимая.
- И вы все одобрили побег? - спросила она.
- Ко-оонечно! Почему же нет! Почему нет! - хором ответили ей.
Сарра повернулась к Оскару.
- И вы советовались с ними?
- Кто? Я? - пробормотал он, теряясь, но на помощь подоспел Бернард.
- Конечно! Почему же нет? Он не хотел бежать без разрешения!
- И без приданого, - невинно вставила Зельда. Сарра снова повернулась к
Оскару. Он задрожал под ее взглядом.
- Как вы осторожны! - сказала она.
- Кто? Я?
Больше ничего у него не вышло. Бернард подоспел на помощь.
- А как же! Оскар такой, как и я! А я такой человек - я люблю доверять
людям. Но когда речь идет о приданом, тут надо быть осторожным,
- Но теперь пришла моя очередь быть осторожной, - сказала Сарра
холодным, металлическим голосом, в котором звучало что-то печальное. - Вы
все одобрили наш брак, - продолжала она твердо, спокойно, - но я его не
одобряю!
Казалось, она не устоит на ногах. Волна слабости захватила ее, ей нечем
было дышать. Тот Оскар, с которым она бежала, который одно мгновение держал
ее в своих объятиях, которого она обнимала, - тот Оскар исчез, превратился в
какую-то тень, порожденную ее мечтой. Настоящий Оскар предстал перед ней во
всей своей неприкрытой наглости. Ее идеал исчез, и ее поиски начнутся вновь!
- Что это она говорит? - простонала Зельда, ломая руки. - Она сошла с
ума! Такой милый молодой человек!.. Бернард, поговори с ней.
Бернард подошел к Сарре.
- Сарра, я такой человек... - Но тут он не выдержал. - Что за черт! -
заорал он. - Я не хочу каждый раз оставаться в дураках! Вот весь мой
разговор!
- Я говорила... я говорила, не надо связываться с этими... с улицы
Питт! - оскалилась Дебора, гордо меряя взглядом Маранцев, - Идем, Оскар!
Есть много невест получше ее! Подумаешь, какие мы важные! Фу!
Она выпустила целый заряд гордого негодования, но в душе она плакала.
- Ой, бедный Оскар! Было уже так близко, и не удалось. Такое уже его
счастье! Останется теперь он холостяком на всю жизнь!
- Раньше пусть он поищет себе работу, - пробормотал его отец,
презрительно кашляя в лицо Зельде.
- Сумасшедшая! - стонала Зельда, все еще не веря своим глазам. - Она
сама не знает, что делает.
- Она все прекрасно знает! - сказал Мендель, первый раз за все время. -
Вся беда в том... Что такое правда? Мачеха. Никто ее не любит.
- А, это ты заговорила! Ты!
При виде общего врага, Гассенхеймы, Бернард и Зельда забыли о своих
взаимных раздорах и угрожающе двинулись на него.
- Грабитель! Лентяй! Смутьян! - кричали ему со всех сторон. - Если бы
не твой сумасшедший побег, какая была бы прекрасная свадьба! И хороший обед,
и вино, и музыка! И кантор! Ой!
Перечисление потерянных удовольствий привело их еще в большее
бешенство.
- Изобретатель! - закричал Бернард, долбя себя пальцем в лоб. - Если ты
такой умный, то зачем же ты сказал нам явиться сюда, когда они еще не
повенчаны! Пусть бы бежали, повенчались, а потом уже...
- Потом было бы поздно. Что такое неудачный брак? Чахотка. Лучше ее
предотвратить - потом уже не вылечишь! Сарра была влюблена в романтику, а не
в Оскара, и не замечала этого. Что такое романтика? Цветная капуста. Когда
ее сваришь, она пахнет, как простая капуста. Что такое жизнь? Пароход. Что
такое любовь? Туман. Что такое брак? Скала! Нужно знать, как править рулем.
А мы все правили не туда! Бернард думал о вознаграждении, Зельда - об
обществе, Гассенхеймы - о приданом, Сарра - была ослеплена романтикой, и все
думали, что ищут любви! Что такое любовь? Судебный пристав. Его не надо
искать. А что такое любовь? Малярия. Всякий знает ее симптомы! И что такое
любовь? Чихание. Когда оно приходит, ты не сможешь удержаться. Плохо
жениться по любви, - добавил он, указывая на себя и на Зельду, - но еще хуже
вступать в брак без любви! - И он указал на Сарру и Оскара.
В ту ночь, не будучи в состоянии заснуть, Сарра сидела подле своего
отца, положив ему голову на колени.
- Скажи мне, отец, познаю ли я когда-нибудь истинную любовь?
Мендель подул на папиросу, разгоняя маленькие облачка дыма.
- Что такое истинная любовь? Приготовь гнездо в твоем сердце, и она к
тебе прилетит.
IX. ЖИЗНЬ - ЛЮБОВЬ.
В представлении Сарры „любовь" и „мужчина" всегда были
синонимами.
Ее представление о любви расширилось, стало более гибким и охватило не
только мужчину, но всю жизнь. Жизнь, которая ей представлялась пустой и
ничтожной, благодаря ее напрасному ожиданию какого-то чуда, и которую она
могла бы заполнить бесчисленными видами любви, почерпнутой в искусстве, в
труде, в науке!
- И что это за идея такая - просидеть всю жизнь в ожидании жениха! - с
упреком сказала она матери. - А если он совсем не придет, что тогда придется
делать?
- Пригласить сваху! - сказала Зельда. - Что мы делаем, когда кто-нибудь
заболеет? Приглашаем доктора. А это одно и то же!
Мендель рассмеялся и, обращаясь к дочери, сказал:
- Видишь, Сарра, твоя мать ничему не научилась на твоем опыте с Оскаром
Гассенхеймом. Что такое опыт? Будильник. Он должен прозвонить два раза,
прежде, чем ты его услышишь!
- Не беспокойся! - заявила Зельда, размахивая учебником биологии,
которую изучала. Сарра. - Я научилась многому! Вместо мужа ты даешь ей вот
это - обезьян! Ты думаешь, я не знаю! Ты хочешь, чтоб Сарра осталась старой
девой, сидела с тобой по целым дням и слушала твои сумасшедшие бредни! Когда
ей представлялся случай выйти замуж, ты сказал: „Что такое брак?..
Берегись его!" А теперь, вместо того, чтобы качать на руках ее ребенка, мне
приходится качать вот эту книжку! Фу! - Она злобно швырнула книгу на пол. -
Сарра отказала такому прекрасному, застенчивому молодому человеку, а что она
получила?
- Свободу, - сказал Мендель. - Зельда, брак - это только часть любви,
все равно как еда - только часть жизни. Но ты, ведь, не живешь только ради
того, чтобы есть? Что такое жизнь? Колесо. Что такое любовь? Ось. Что такое
брак? Только одна из спиц. Прежде, чем Сарра найдет себе мужа, пусть она
найдет самое себя! Что такое сердце девушки? Свободная квартира. Лучше иметь
хорошего жильца, чем получить за нее хорошую плату! Сарра, переезжай туда
одна! Посей в своем сердце труд, и вырастет любовь.
- Сарра уже довольно потрудилась, когда мы были бедными! - с
негодованием воскликнула Зельда. - Когда ты, попивая чай, занимался своими
шутками, она потела на фабрике. А теперь, когда мы разбогатели, ты хочешь,
чтобы она потела в университете! Посмотри на Сэди Крац, дочь мясника, что
она умеет делать? Целый день жует тянучки, а вышла замуж за доктора! А
восемь дочек Морица Фесселя? Все замужем за зубными врачами. А адвокаты? Те
женятся на таких девушках, которые только немного умеют читать и писать, -
большего они не требуют. Почему же Сарра должна работать?
- Что такое работа? Морское путешествие. Иным оно только полезно. Пусть
Сарра делает то, что ей хочется. Что такое жизнь? Универсальный магазин. В
нем такой большой выбор, что она всегда может найти что-нибудь для себя.
Если ей не нравятся книги, пусть она выбирает что-нибудь другое, - от нитки
с иголкой до кисти с красками и от пера с бумагой до скрипки со смычком!
Видишь ли, Зельда ты хочешь Сарру выдать замуж, а я хочу, чтобы она была
счастлива. А это совершенно разные вещи!
- Быть счастливой без мужа! - воскликнула Зельда. - Это невозможно! -
Но тут же она спохватилась. - Ты всегда умеешь подойти, - сердито пробурчала
она. -Но не беспокойтесь, мистер Мендель Маранц, я знаю много девиц, которые
вышли замуж и счастливы, и им не нужно было ходить в университет, чтобы
найти себе мужа!
Мендель грустно посмотрел на нее.
- Ты думаешь, Сарра должна поймать себе мужа крючком? Что такое жених.
Покупатель. Ему не нравится, когда его тащат насильно. Сарра ходит в
университет не за женихами.
- А почему нет? - спросила Зельда. - Я знаю многих девиц, которые так
делают. Какая разница? Если ты не хочешь, чтобы она нашла себе мужа в
обществе, пусть она находит его в библиотеке.
- Я не говорю, что Сарра не должна выходить замуж. Но пусть она лучше
будет счастливой без мужа, чем несчастливой с мужем!
- Какое может быть счастье без возлюбленного? - воскликнула Сарра и
смутилась.
Но Зельда презрительно пожала плечами.
- Сарра уже сошла с ума через тебя, - сказала она с укором. - На нее
жалко смотреть. Такая была красавица, а теперь высохла, как селедка! Но
может быть это так и нужно по твоему рецепту!.. Счастье твое, что я не
вмешиваюсь в эти дела! - набросилась она вдруг на Сарру.
- Ну, и не вмешивайся! - ответила Сарра.
- И не буду! - закричала мать, вызывающе глядя на дочь. - Подожди! Сама
еще придешь ко мне и будешь просить: „Мама, найди мне мужа". А я и не
взгляну на тебя!
От Сарры Зельда перешла к Менделю.
- А тебе, мистер Маранц, я только скажу два слова! Ты думаешь, что
лучшее в браке - это не вступать в брак; и что нельзя любить без
университетского диплома, и если девушке нужен муж, то она должна заниматься
арифметикой. Так? Это твое новое изобретение, как должна жить женщина, а? Ты
возьми патент на него, и тогда старые девы обогатят тебя. Только помни, -
если Сарра останется старой девой, то ты останешься старым холостяком! Вот
все, что я хотела сказать, и больше я не буду вмешиваться!
С преувеличенным спокойствием она вышла.
Но придя к себе в комнату, она потеряла это спокойствие. Итак, в ней
больше не нуждались! Мендель взял целиком на себя заботу о судьбе дочери, и
она ничего больше не может сказать - ничего! И так во всем. Она просто стала
лишней в доме.
- Кухарка не допускает меня на кухню. Горничная не дает убирать
комнаты. Эконом сам закупает провизию. Лакей кормит детей. А к Сарре не
допускает Мендель. Никто ничего не позволяет мне делать. Куда бы я ни пошла,
чтобы я ни делала, везде мне говорят „не вмешивайся"!
Зельда сидела с поникшей головой, с болью в сердце. Но она была сильная
женщина. Она не плакала.
- Легко сказать: „Не вмешивайся"! Я хотела бы видеть таких
матерей, которые не вмешиваются. А я мать, как все матери! - заплакала она,
наконец, не будучи в состоянии сдержать себя.
И когда к ней пришел Бернард Шнапс, он застал ее в слезах.
- Ты сумасшедшая! - сказал он ей в утешение. -И'о чем только она
беспокоится! Ты предоставь все мне. Для меня безразлично, что бы это ни
было!
Он уселся рядом с ней и приготовился слушать. Но когда Зельда сквозь
слезы кое-как рассказала ему о новом патенте Менделя, „патент на
любовь", Бернард, откашлявшись, начал утешать ее.
- Зельда, сестрица, я такой человек, - я не люблю иметь дело с
сумасшедшими. Всякий раз, когда Мендель затевает какое-нибудь сумасшедшее
дело, я умываю руки!
Он встал с намерением так же внезапно уйти, как и пришел. Но умоляющий
взгляд Зельды заставил его передумать, и он решил утешить ее.
- Подбодрись, Зельда! Я знаю, ты опечалена тем, что я пришел к тебе без
всякой пользы для тебя. Но я такой человек - я люблю иногда отдать визит! Не
беспокойся! Когда-нибудь ты отдашь его мне!
- Бернард, ты должен спасти ее! - умоляла Зельда, хватая его за руку, с
внезапной надеждой в глазах. - Я не отпущу тебя, пока ты не спасешь ее!
И она насильно усадила его в кресло. Бернард замахал руками, протестуя.
- Зельда, ты знаешь меня - я не люблю вмешиваться! Вот и все!
- Я тоже не люблю вмешиваться, но при чем тут это? Ты должен взять ее
из университета, Бернард. Пойди к профессору и скажи, что она должна
выходить замуж! Сделай что-нибудь, Бернард, пока она еще не совсем
затерялась среди книг! Она никогда теперь со мной не говорит, никогда на
меня не смотрит. Домой приходит, как профессор - всегда с книгами! Ты
знаешь, Бернард, я сильная женщина, никогда не плачу. Но иногда душит меня
вот здесь, Бернард, прямо-таки...
- Глупости! Глупости! - быстро перебил ее Бернард, боясь, что она опять
разразится слезами. - В конце концов, Сарра - просто дитя. Она точь в точь,
как я - она любит книги! Ты знаешь меня Зельда - когда я вижу книгу, меня
трудно удержать. Я сейчас же должен знать, сколько она стоит!.. Да при том,
какое отношение имеют книги к замужеству?
- Вот и я так думаю, - вздохнула Зельда. - Но попробуй поговорить с
Менделем. Он придумал новое изобретение! Он хочет, чтоб Сарра полюбила жизнь
и забыла думать о мужчине!.. Бернард, мой брат, я прошу тебя - помоги мне,
помоги!
Бернард встал и решительно одернул полы своей жилетки. Он прекрасно
сознавал, какое великое, ответственное дело поручила ему Зельда.
- Зельда, - начал он важно, - я такой человек - я люблю попробовать!
Скажи мне, что ты от меня хочешь, и ты увидишь, как я все обделаю.
- Для себя - ничего, - осторожно сказала Зельда. - Я прошу тебя помочь
Сарре. Ты знаешь, Бернард, у меня есть свои деньги. На что они мне? Если ты
поможешь ей, я отдам их тебе...
Бернард энергично прервал ее.
- Зельда, не говори мне о деньгах! Я не люблю такой разговор! А
немедленно бросаю все свои дела, свою работу, свою семью и буду работать
только для тебя!
Зельда была так обрадована, что хотела обнять его. Но Бернард протянул
руку вперед, слегка отталкивая ее, и сказал:
- Но помни, Зельда, что все, что бы я ни делал, я буду делать только
ради Сарры, а не ради какой-то любви! И еще одна вещь! Я побожился, что там,
где будет Мендель, не будет меня. Ты знаешь меня - я люблю божиться! Поэтому
ты не должна подпускать ко мне Менделя. Было бы хорошо послать его
куда-нибудь на отдых.
Бернард вдруг вскочил. Эта мысль пришла ему на ум внезапно и страшно
обрадовала его.
- Ой! Это было бы замечательно! - воскликнул он, довольный собой. -
Тогда мы найдем Сарре жениха, сразу выдадим ее замуж, и когда Мендель
вернется из больницы, то есть я хочу сказать - с курорта, у нас уже все
сделано, обделано и - до свидания!
- Ой, Бернард! Ты почти так же умеешь строить планы, как и Мендель!
Лицо Бернарда расплылось в улыбку.
- Не беспокойся, Зельда, у меня богатый опыт. Я тридцать четыре года
занимаюсь маклерством. А Мендель говорит: „Что такое маклер? Сваха".
Видишь, это одно и то же! А теперь я покажу тебе, как я могу работать, -
таинственно добавил он. - Ты меня только что позвала, а у меня уже готово
предложение No 1! Я такой человек - я не люблю много разговаривать! Я сразу
берусь за дело! У меня уже есть один жених. Адвокат! А сам, как красивая
девица. Голос такой мягкий, мягкий! Вот увидишь, они сразу влюбятся друг в
друга, как две сестры!
Зельда прослезилась.
- Бернард, ты так обрадовал меня, что я не знаю, что и скажу ему, когда
увижу его. Конечно, нет такого жениха, который был бы слишком хорош для
Сарры. Но все-таки, какой он - красивый, смирный? И такой ли он застенчивый,
как Оскар Гессенхейм?
- Точь в точь такой! - сказал Бернард, все более и более оживляясь. -
Он и красивый, и смирный, и умеет петь. Я и позабыл сказать тебе, что он
поет. Он поет, как ... ну, как называется вот жестяная птичка, которую ты
наполняешь водой, - и она потом свистит так красиво? Вот и он так поет! Гм!
Он такой певец! Он даже не говорит, а только поет!
- Но, ты, кажется, сказал, что он адвокат? - в недоумении спросила
Зельда.
- Он - все! - воскликнула Бернард. - Он и адвокат, он и певец, он и
гений! Ну, точь в точь, как я! Зельда я ручаюсь, что как только Сарра увидит
его, она сойдет с ума! И тогда мы их поженим! И еще я забыл сказать тебе
самое главное. Он такой здоровяк - высокий, как потолок, крепкий, как дом, а
руки у него, как колонны! Я могу побожиться, что он кулачный боец!
- Но ты сказал мне, что он поет, как девушка! - сказала Зельда; все
более настораживаясь.
- Я сказал тебе, что он умеет все! - воскликнул Бернард строгим
голосом, чтобы скрыть свое смущение. - Разве ты не понимаешь, Зельда, что
значит „все"!
Зельда кротко кивнула головой, а Бернард, откашлявшись, продолжал:
- Гм! Если ты адвокат, но похож на кулачного бойца, то это же хорошо
при сношениях с клиентами. А если ты кулачный боец и умеешь петь, то это
хорошо для водевиля. Не беспокойся! Он знает, что делает! Предоставь это
мне, то есть, я хочу сказать - ему!
- Но я не хочу, чтобы в нашей семье были драки, - возразила Зельда.
- Глупая женщина! Если в семье будет кулачный боец, то кто же захочет
тогда драться?
Однако, видя нерешительность на лице Зельды, он изменил свой курс.
- Да при том он только выглядит таким силачом. А на самом деле, я могу
сбить его с ног одним щелчком. Зельда, не беспокойся. Я такой человек - я
люблю браться за дело. Я взялся за это дело, и буду держаться за него! Ты не
беспокойся!
Но Зельда печально покачала головой.
- Ой, боюсь, чтоб не вышло так, как с Оскаром Гассенхеймом! Ты тогда
говорил то же самое, а что получилось?
- Глупости! Теперь я говорю совсем другое, одобряюще сказал Бернард. -
Послушай, Зельда, не плачь зря. Бери пример с меня. Я никогда не плачу,
когда что-нибудь теряю. Я только теряю, когда плачу! Может все, что я
говорю, тебе представляется в мрачном свете, но не забывай, что все еще
может перевернуться вверх ногами! Не беспокойся и предоставь все мне!
Бернард ушел. Он был очень возбужден и доволен собой. Но Зельда сидела
мрачная, с еще большим отчаянием в душе. Ей не нравился этот жених -
великан, с голосом, как у девушки, который никогда не разговаривает, а
только поет и вступает в кулачный бой со своими клиентами!
- Если он придет, я просто укажу ему на дверь! - мрачно решила она. - У
меня и так хватает сумасшедших в доме. Подумаешь, какое счастье!
Она нисколько не будет удивлена, если окажется, что Бернард находится в
тайном союзе с Менделем, чтобы сообща обойти ее и подсунуть этого жениха.
- Но я не уступлю им Сарры без борьбы! - решила она, хотя в уме у нее
мелькнула мучительная мысль: „А может быть, я уже потеряла ее?".
Ибо, что общего было теперь у нее с Саррой? Какие общие интересы, мысли
или секреты? Разве может она обсуждать с ней биологические вопросы или
высказать свое мнение в искусстве?
- Может быть, тебе понравится это платье - самое модное теперь? - как
будто случайно обратилась она к Сарре, показывая ей журнал мод, и стала
ждать ее ответа.
- Не надоедай мне, мама, я очень занята! - отрезала Сарра, и Зельда
сразу замолчала, словно в рот воды набрала. Ее сердце болезненно сжалось.
Но потом Сарра пожалела, что так резко ответила матери.
- Видишь ли, мама, я уже видела этот журнал, - добавила она в
оправдание, не отрываясь от своей работы. - Я не вижу ничего особенного в
этом платье.
- Я думала, что может быть... - начала было Зельда, но не могла
кончить. Она вся как-то съежилась, ее старая, седая голова дрожала, как
дрожали ее нервы.
Сарра продолжала работать. Она открывала и закрывала книги и что-то
выписывала в свою тетрадь и так была увлечена работой, что совершенно забыла
о присутствии матери. Спустя десять минут она встала, положила в стол
тетрадь, закрыла книги и вышла из комнаты. Она окончила работу и теперь шла
к отцу.
Мендель сидел в кабинете, в своем мягком кожаном кресле. Сарра села
рядом.
Зельда все еще стояла на одном месте и смотрела в открытую дверь, туда,
где сидели Мендель и Сарра. Было слышно, как они разговаривали и смеялись,
но она не могла уловить смысла их разговора, казавшегося ей бессмысленной
болтовней.
Только в двенадцать часов ночи, когда в гостиной начали бить огромные
стенные часы, Зельда почувствовала в себе прилив прежней смелости, грубо
вмешалась в их разговор, погнав их спать.
„Так вечно продолжаться не может, - решила она про себя. -
Когда-нибудь наступит конец - или мне или всему этому! Девушки любят
говорить о книгах, о музыке, о картинах, но все это только до поры, до
времени. Когда они встречают мужчину, который им по душе, они бросают все
это, как горячую картошку! Но только... где взять такого мужчину?"
X. ЗЕЛЬДА СОВЕЩАЕТСЯ С ПРОФЕССОРОМ.
- Что такое в самом деле Бернард в брачных делах? - рассуждала Зельда.
- Он только - любитель. А мне нужен настоящий профессор.
И она решила посоветоваться с Натаном Надельсоном, профессиональным
сватом.
Натан Надельсон вскоре явился. Это был высокий, худой, жилистый
человек, степенный, медлительный и косой. Он удобно уселся в кресло, сложил
руки на коленях и приготовился слушать.
- Ой, мистер Надельсон! - начала Зельда, наливая ему чашку чая и
вздыхая. - У меня столько хлопот с моей Саррой! Она ищет любви, а я ищу ей
жениха. Может быть, вы можете помочь мне в этом деле.
- Га? - сказал Надельсон, наклоняясь вперед.
- Вы разве плохо слышите? - закричала Зельда ему на ухо.
- Я не глухой! - в свою очередь закричал Надельсон. - У меня это просто
привычка.
- В таком случае, извините, что я закричала на вас, - сказала Зельда.
- Га? - спросил Надельсон.
„Еще один сумасшедший на мою голову, - устало подумала Зельда. -
Если ему кричать, и он кричит в ответ, а если говорить тихо, он отвечает
„Га?".
Она боялась говорить и сидела молча, не зная что сказать.
- Моя Сарра - милая девушка, - начала она опять, не громко и не тихо, -
но она меня, как видно, скоро сведет в могилу!
Надельсон сочувственно покачал головой.
- Вы напоминаете мне курицу, которая снесла золотое яйцо, - сказал он.
- Ее хозяин решил, что внутри у нее - золото, и зарезал ее. Из этого вы
можете видеть, что золотое яйцо всегда сводит курицу в могилу.
- Мне все равно! - сказала Зельда с материнской гордостью. - Сарра -
моя дочь! Я должна принять меры, пока не поздно. Если ей нельзя достать
лучшего мужа, чем у меня, то хоть такого.
- Таких как у вас, сколько угодно! - заявил Надельсон. - Ваша дочь
напоминает мне корову, которую я знал когда-то, и, которая давала золотое
молоко. Ее хозяин решил, что внутри у нее золотые россыпи и зарезал ее!..
- Но, ведь, это то же самое, что с курицей! - воскликнула Зельда,
совершенно напуганная.
- А это указывает, - торжественно сказал Надельсон, - что то, что
случилось с курицей, может случиться и с коровой. Если вам удалось выйти
замуж, то, значит, и Сарре удастся!
- „Фу! Какие сравнения! - пробормотала про себя Зельда. - Я не
понимаю, что это за человек! Мне не нравилось, когда он молчал и только
говорил: „Га?", но мне еще больше не нравится, когда он начинает
говорить.
- Ну, а как все-таки - есть у вас сейчас жених или нет? - озабоченно
спросила она.
- Га? - сказал Надельсон, вскакивая с кресла. „Нет, все-таки
хуже, когда он не разговаривает", -решила, наконец, Зельда.
- Послушайте, мистер Надельсон, вы или разговаривайте, или нет, или
слушайте, или нет! А так, я совсем теряюсь!
- Не обращайте внимания! - убедительно сказал Надельсон. - Это такая
привычка. А для Сарры у меня уже есть жених - зубной врач!
- Зубной врач! - воскликнула Зельда, воодушевляясь. Но она вспомнила об
адвокате Бернарда, который знает все, и быстро спросила:
- А скажите мне, - ваш зубной врач знает все?
- Га?
- Я говорю, знает ли ваш зубной врач все! - закричала Зельда во все
горло.
- Он ничего не знает! - закричал в ответ Надельсон. - Что с вами, вы
глухая?
- Может быть, я глухая, - сказала Зельда, - но вы сумасшедший! Вы
спите, когда я разговариваю, и просыпаетесь, когда я кончаю.
- Это у меня такая привычка!
- Ой! У меня разболелась голова! - застонала Зельда. - Простите, мистер
Надельсон, но я больше не могу.
Однако ей не хотелось отпускать его. „Я должна найти жениха, или
я потеряю дочь", звучало у нее в ушах, и чем больше она занималась этими
напрасными поисками, тем безумнее становились ее усилия достичь своей цели.
Если бы только зубной врач Надельсона не был похож на адвоката Бернарда, то
она была бы вполне довольна.
- Скажите мне, мистер Надельсон, - спросила она со страхом в сердце, -
ваш зубной врач поет?
- Зачем он должен петь? - удивленно закричал Надельсон. - Что он вам -
кантор? Он немножко кричит, но это ничего! Он, как та собака, которую я знал
когда-то, и у которой был золотой лай...
- Скажите мне еще вот что, - прервала его Зельда. - Может быть, он
высокий, как дом, и может быть, любит драться, как кулачный боец, надевши
рукавицы?
- Кто высокий? Кто дерется? Какие рукавицы? Какой дом? - кричал
Надельсон, смущенный и обиженный. - Он совсем маленький человек -
ничтожество! Я могу спрятать его в карман!
„Ну, я очень рада, что он такой маленький человечек, с большим
голосом, который ничего не знает и только кричит. - подумала Зельда. - По
крайней мере, у него нет недостатков адвоката Бернарда".
У нее кружилась голова от всей этой суеты и хлопот. Вид у нее был
крайне усталый и изумленный, в душе разлад, в голове полный хаос. Если бы не
Надельсон, она, наверное, легла бы в постель. А тут еще в комнату вошел
Мендель.
Она быстро подала знак рукой Надельсону и прошептала:
- Ш-ш-ш! Мой муж не должен ничего знать!
- Га? - спросил Надельсон, глядя на нее рассеянным взглядом и продолжая
описывать своего зубного врача. Зельда поспешно прервала его.
- Мендель, - воскликнула она с напускной веселостью, - познакомься с
мистером Надельсоном. Он - страховой агент.
- Сват! - поправил ее Надельсон с негодованием. Мендель нахмурил лоб.
- Что такое сват?.. - начал он, строго глядя на Зельду.
- А вы разве не знаете, что такое сват? - воскликнул Надельсон. -
Удивительное дело! А посмотреть - как будто человек с понятием!
„Что за сумасшедший?" - подумал Мендель, удивленно глядя на него.
Но Надельсон посмотрел на него с сожалением.
- Ай, Мендель! - вздохнул он, принимая покровительственный тон, - вы
напоминаете мне осла, которого я знал когда-то, и у которого были золотые
уши. Но его хозяин думал, что внутри у него золотые россыпи и зарезал его!
Это указывает, что если вы осел, то будь вы в золоте по уши, это все равно
не послужит вам на пользу.
„Что такое этот Надельсон? - подумал Мендель. - Скала. Он может
тебя больно ударить, но его ударить трудно". Но все-таки он решил
попробовать.
- Послушайте, мистер Надельсон, - сказал он спокойно, - мне хотелось
бы, чтобы вы не прерывали меня, когда я начинаю говорить.
- Га? - рассеянно бросил Надельсон.
- Кого ты привела к нам в дом? - закричал Мендель, оборачиваясь к
Зельде. Но Надельсон, презрительно посмотрев на него, сказал:
- Мендель, вы напоминаете мне...
- А вы, мистер Надельсон, напоминаете мне граммофон, который я знал
когда-то, - быстро подхватил Мендель, - и который мог играть только на одной
пластинке! И тогда хозяин, боясь сойти с ума, разбил его! Может быть, вы
понимаете, что я этим хочу сказать? А?
В этот момент в комнату неожиданно влетел Бернард, но, увидев Менделя,
быстро повернул назад. Зельда задержала его.
- Я думал, он уже давно уехал на курорт, - сказал Бернард, с упреком
глядя на нее. - А ты, как видно, забыла!
Но, увидев конкурента в брачном деле, он пришел в неистовый гнев.
- Что! - заревел он. - Так вот как ты доверяешь мне! Я такой человек,
Зельда, - если ты хорошо относишься ко мне, я помню тебя; но если плохо, - я
век тебя не забуду!
Надельсон попытался успокоить своего соперника.
- Бернард, - начал он, - вы мне напоминаете собаку, которую я знал
когда-то...
- Послушайте, мистер Надельсон, - горячо прервал его Бернард, - вы не
должны называть меня ни „профессор" или „доктор", а только
„мистер". И я никому не позволю называть меня Бернардом, кроме очень
богатых клиентов!
- Га? - удивленно спросил Надельсон. Бернард сердито набросился на
него.
- Мистер Надельсон, вы напоминаете мне одного чудака, которого я знал
когда-то... Тьфу! Я уже начинаю говорить, как вы!
Бернард остановился. Затем продолжал осторожно:
- Вам нужно быть партнером Соломона Гассенхейма, банкира. Как только я
начинаю говорить, он начинает кашлять, пока я не оглохну, а вы все время
повторяете "га", пока я не онемею. Вместе вы всякого делали бы глухим и
немым, и у вас хорошо бы шли дела!
Затем он злобно набросился на Зельду.
- А тебя я должен предупредить, если Сарра хочет выйти замуж, то только
за моего адвоката! Мне уже надоело бегать туда и сюда, как дурачку, не
получая ни гроша за труд.
- То же самое я должен сказать о своем зубном враче, - твердо заявил
Надельсон. - Он уже много лет ищет себе невесту, и теперь, найдя ее, вы
думаете, он так сразу отстанет? Не беспокойтесь, есть еще правда на свете -
мы подадим в суд!
Зельда жалобно посмотрела на Менделя. При такой суете и беспорядочном
разговоре, она была словно в угаре, голова у нее кружилась. Она думала:
„Один говорит: „Я такой человек!" Другой: „Вы
напоминаете мне лошадь..." Третий: „Что такое корова?" Словом,
настоящий зоологический сад! Из троих ни один не уступает другому. Бернард
нашел адвоката, похожего на кулачного бойца, Надельсон - зубного врача,
напоминающего собой грудного младенца, Мендель достал Сарре книги, от
которых она сходит с ума. А все вместе называется - счастливая брачная
жизнь!
- Ага, вот и она! - воскликнул Бернард, когда в комнату вошла Сарра. -
Я такой человек - я предоставлю ей все решать самой! Что я скажу, то она и
сделает! Сарра, ты будешь судьей! Но только помни, что я твой дядя!
- А о чем это вы? - спросила Сарра, ничего не понимая.
- О тебе! - воскликнул Бернард. - Слушай. Я расскажу тебе все в двух
словах. Мы все решили, что ты должна выйти замуж. И вот, я нашел тебе
прекрасного адвоката, но твоя мамаша говорит, что тебе еще нужен и зубной
врач. Поэтому ты должна сказать, кого ты выбираешь. Я даю тебе полную
свободу и не стану говорить, что зубной врач не годится адвокату и в
подметки, и не стану напоминать тебе, что ты должна принять во внимание меня
и мою семью. Я просто говорю: выбирай сама того, кто тебе больше понравится.
Я всегда так!
- Но мне не нужно ни адвоката, ни зубного врача, - сказала Сарра.
- Но тебе ведь нужен жених, - заявил Бернард.
- У меня уже есть, - спокойно ответила она.
- Она хочет сказать - ее книги, - поспешила пояснить Зельда.
- Совсем не книги, - сказала Сарра смущенно и покраснела.
Все удивленно посмотрели друг на друга. Мендель откусил кусок папиросы,
которую держал в зубах.
- Где ты могла его достать? Как это случилось? Правда ли это? Почему ты
ничего не говоришь?
Тысячи вопросов, как кометы проносились в уме Зельды и умирали, не
достигнув ее губ. Мысль о примирении с дочерью в эту минуту, когда
примирение, казалось, уже было невозможно, блеснула в ее уме, как луч
солнечного света, и снова зажгла ее сердце материнской гордостью. Она была
охвачена противоречивыми чувствами радости и надежды, сомнения и глубокого
удивления. Но страх, наконец, возобладал над всеми чувствами, и к ней
вернулся дар речи.
- А что он... скажи мне Сарра, правду... что он, очень большой ростом и
поет, или он маленький и кричит?
- Он среднего роста и разговаривает.
- Это первый жених, слава Богу, который похож на человека! - сказала
Зельда со вздохом. - И он - зубной врач или адвокат?
- Он - доктор!
- Что-о? Зельда встала. Ее сердце билось так сильно, что она не могла
сидеть на месте.
- Сарра, дитя мое, - начала она, с трудом выжимая слова, - скажи мне -
как говорит твой отец - ты любишь его? Нет, не нужно говорить. Я вижу это
сама. И я не буду вмешиваться! Ты только скажи мне - хорошая у него
практика? Хотя мне все равно. Мы сами можем помочь ему. Бернард, твоя жена
должна полечиться у него. Вообразите! Настоящий доктор в семье! Вот что
значит - любовь! Ты, Сарра, не беспокойся. Мендель страдает от ревматизма, а
у меня болит спина; он разбогатеет от одной нашей семьи. Мы все будем у него
лечиться.
- Но, мама, он лечит только лошадей и коров! - сказала Сарра, когда
мать на минутку замолчала, чтобы перевести дух. - Он ветеринар!
Зельду словно ударили по лицу.
- Ветеринар! - вскрикнула она с ужасом.
- Фу! Стыд! Позор! - в один голос закричали Бернард и Надельсон.
- Ве-те-ринар! - стонала Зельда, сразу увидев перед собой непроходимую
пропасть, отделявшую ее от дочери. Как далеко отошла от нее дочь в своих
вкусах и идеалах, если избрала себе жениха с такой дикой, грубой профессией!
Но она сама должна была знать, что любовь Сарры ни к чему другому и не могла
привести ее, как только к ветеринару.
„Разве я не знала, что там, где замешан Мендель, пахнет бедой? И
разве я не знала, что книжки с обезьянами могут привести только к доктору,
который лечит животных? Как я буду теперь смотреть людям в глаза, - думала
она с содроганием. - Они будут говорить мне: „Мы слышали, что ваша
дочь вышла замуж за доктора. Мы хотели бы полечиться у него". А я буду
отвечать: „Сначала вам надо быть лошадью, а потом уже лечиться у него,
- он людей не лечит". Фу! Все будут смеяться надо мной и показывать на меня
пальцем на улице!".
Ни за что! Скорей она согласится, чтобы Сарра совсем не выходила замуж,
чем примириться с ветеринаром! Но сперва она попробует бороться. А бороться
она умела, когда в этом была нужда. И она обратилась к Менделю.
- Сперва ты не пожелал, чтобы Сарра вышла замуж за человека из
общества. Хорошо! Потом ты не пожелал, чтобы она ходила в университет.
Хорошо! Потом я думала, что может быть она выйдет замуж за человека с
профессией. Хорошо! Но такое сумасшествие - ни за что! Я говорю тебе прямо -
если этот лошадиный доктор переезжает к нам в дом, то я уезжаю из дому!
- Правильно! - подтвердил Бернард. - Но мы с Надельсоном так скоро не
уйдем! Мы теперь заодно! Сарра, если ты желаешь моего адвоката, Надельсон не
скажет ни слова. Если же ты пожелаешь его зубного врача, - я еще посмотрю!
Но в одном мы с Надельсоном вполне согласны, - что бы ты ни делала, ты не
должна забывать меня, а не то мы разнесем твоего скотского доктора в пух и
прах!
- Вот и все! - внушительно добавил Надельсон.
И оба свата, посоветовавшись с Зельдой, решили представить своих
женихов напоказ. Сарра горячо запротестовала, но Мендель успокоил ее.
- Сарра, что такое семья? Коробочка спичек. Если вспыхнет одна, то
сгорят все! Успокойся. Пусть они приведут своих, а ты - своего! Может быть,
когда соберутся все трое, мать одобрит твой выбор! Что такое жизнь? Катанье
по льду. Будь осторожна, когда он тонок!
Зельда с подозрением смотрела на такое добродушие Менделя.
- Сперва он разбивает мне сердце, а потом хочет лечить его, - горько
жаловалась она, но Бернард попытался утешить ее.
- Это моя идея - чтобы они все трое собрались вместе! - сказал он,
чувствуя себя оскорбленным в своих творческих способностях. - Как только мне
приходит в голову какая-нибудь идея, ты приписываешь ее Менделю, а когда он
делает какую-нибудь ошибку, ты приписываешь ее мне! Чем старее ты
становишься, тем меньше ты его любишь. Что с тобой, Зельда? Мне стыдно за
тебя!
Вся его маленькая, коренастая фигурка выражала негодование, когда он
направился к двери. Высокий, худой Надельсон в мрачном раздумьи последовал
за ним.
Когда оба свата ушли, Зельда продолжала устало сидеть в кресле,
убежденная в том, что все было подстроено с целью сперва умаслить ее, а
затем обмануть и окончательно оттереть, чтобы она не могла сказать ни слова
по поводу брака Сарры. Та тонкая нить, которая соединяла ее сердце с сердцем
дочери, была теперь натянута так туго, что. казалось, вот-вот порвется. И
тогда между ней и Саррой произойдет полный разрыв. Сарра тоже чувствовала,
что приближается критический момент..
- Что мне делать? - спрашивала она отца в недоумении.
И Мендель спокойным, твердым голосом отвечал:
- Что такое любовь? Стрела. Она летит по прямой линии. Следуй за
стрелой!
XI ИСПЫТАНИЕ.
Было восемь часов вечера. Час, назначенный для состязания. Сарре
предстоял выбор между матерью и возлюбленным; Зельде - между ветеринаром и
двумя другими женихами; Менделю - между Зельдой и Саррой.
Зельда весь вечер шагала по комнате, бормоча что-то про себя, ломая
руки, вынося необдуманные решения. Глубокие синяки под глазами придавали ее
бледному, морщинистому лицу выражение смертельной усталости.
„Если мое дитя не нуждается во мне, то я тем более!" - бесконечно
повторяла она про себя.
Сарра сидела в своей комнате. Сперва она плакала и обдумывала, как она
будет просить мать, как будет спорить с ней, затем устало опустилась на
софу, решив все предоставить судьбе.
Мендель пил чай и курил. Быть может, немного больше, чем всегда.
- Что такое беда? Грипп. Ты всегда чувствуешь, когда она приближается.
Бернард явился раньше Надельсона, чтобы узнать, какую позицию занимает
Мендель „во всем этом деле".
- Послушай, Мендель, - осторожно начал Бернард, - я такой человек - я
люблю говорить правду. Но не очень! Мне все равно, кто получит комиссионные,
но когда дело касается денег...
Мендель прервал его, хитро подмигнув:
- Что такое деньги? Дитя. Приятно видеть, как они растут.
- Это верно, то есть, я хочу сказать - неверно! - смутившись сказал
Бернард. - Я думал не о своих деньгах, а о деньгах Сарры. Мне нужно знать,
какое у нее приданное.
- Что такое приданное? Золотая коронка. Она скрывает гнилой зуб. А мне
скрывать нечего!
Бернард понял, что от Менделя так же трудно чего-нибудь добиться, как и
от камня, и молча просидел в гнетущей атмосфере дома Маранцев, пока не
пришел Надельсон.
- Ну-с, - вскричал он, приветствуя своего соперника. - Теперь мы
увидим, кто из нас прав, - я или вы, или Сарра, или Мендель, или Зельда, или
тот лошадиный доктор! Я такой человек - я люблю, чтоб торжествовал разум!
Попробуйте доказать мне, что я не прав!
Не успел Надельсон сказать „Га?", как в разговор вмешалась
Зельда.
- Итак, что тут у вас готовится сегодня? Парад? - мрачно сказала она,
наступая на Бернарда, который хотел увильнуть от нее. - Что из того, что они
все придут сюда, - что из этого? Может быть, она уже тайно вышла замуж за
лошадиного доктора? Чего они хотят от меня в этом доме? - вопила она, ломая
руки.
- Зельда, - начал Бернард, стараясь утешить ее, - я уже говорил тебе
раньше - держись меня. Но только не бегай за мной! Когда они явятся сюда
трое - ты не беспокойся! Я расставлю их по росту! Своего адвоката я поставлю
первым, потому, что он самый большой. За ним я поставлю зубного врача -
жениха Надельсона, потому, что он самый маленький! И последним поставлю
лошадиного доктора, потому, что не стану же я пускать его в середину! И
пусть тогда Сарра выбирает! Видишь, я такой человек - я люблю, чтобы все
было честно и благородно!
Но Зельда была неутешна. „Все это подстроено для того, чтобы
отправить меня раньше времени в могилу!" - думала она, и внезапное появление
Сарры послужило как бы подтверждением ее мысли.
- Ша! - прошипел Бернард. - Кажется, хлопнула парадная дверь внизу!
На минуту замерли все сердца, но в следующую минуту все они дико
забились. Начиналось состязание, предстояла битва чувств, прав и принципов!
Бернард не мог больше сдерживать себя.
- Это мой адвокат несомненно! - воскликнул он. - Сейчас я приведу его
сюда! У меня правило - кто раньше пришел, тот и получай!
И он побежал вниз по лестнице в переднюю.
- Ну разве я не угадал! - в диком экстазе воскликнул он пожимая руки
адвокату. - Здравствуйте, господин присяжный поверенный! Идемте сюда.
Нагнитесь, чтобы не зашибить голову о косяк.
Он ввел свой „товар" в гостиную, где его ожидала целая группа
оценщиков.
- Ну-с! - радостно воскликнул Бернард, обращаясь к сестре. - Смотри
сюда, Зельда - присяжный поверенный Мильтон. Шпиц!..
- Что он делает? - вскричала Зельда смущенная и удивленная.
- Он ничего не делает. Он только что пришел! -сердито сказал Бернард. -
Господа, - присяжный поверенный Мильтон Шпиц!
- Га? - сказал Надельсон, удивленно тараща глаза.
Сарра прижалась к отцу, страшно побледнев. Первым опомнился Надельсон.
- Где твой присяжный поверенный? - закричал он, смерив Бернарда
сердитым взглядом. - Я не вижу тут никакого поверенного!
Бернард попятился назад, словно он увидел перед собой привидение, затем
быстро взглянул на своего жениха.
- Фу! - воскликнул он, весь дрожа от волнения. -Я думал, что ты только
глухой, но ты еще и слепой...
- А ты, как видно, пьян! Вот и весь разговор! - отпарировал Надельсон.
- Я не вижу тут никаких адвокатов, и никто их не видит! Ты, Бернард,
напоминаешь мне осла со стеклянными глазами... но у меня нет сейчас времени
для басен.
- Что такое с вами? - воскликнула Зельда. - Вы, как видно, оба
сумасшедшие!
- Не беспокойтесь! - кричал Надельсон. - Это подвох! Этот маленький
молодой человек, которого привел Бернард, мой зубной врач! У него нет ничего
общего с адвокатом!
- Это ложь! - орал Бернард. - Этот молодой человек - мой адвокат!
- Га? - огрызнулся Надельсон. - Он состоит у меня в списке женихов с
тех пор, как он открыл свой зубоврачебный кабинет.
Высокий, тонкий Надельсон, подойдя к молодому человеку, который стоял
на одном месте, ничего не соображая, обнял его за шею. Но тот выскользнул из
объятий Надельсона, широкими шагами прошел через всю комнату и подошел к
Сарре, которую он только теперь заметил.
- Сарра! - воскликнул он, и девушка, не будучи в состоянии что-нибудь
сказать и даже стоять на ногах, склонилась ему на руки.
- Что за сумасшествие! - вырвалось у Зельды, оцепеневшей от удивления.
Надельсон, Бернард и Мендель вскочили на ноги и стояли, как
зачарованные под влиянием какой-то непостижимой силы.
Раздался громкий, звенящий смех, заставивший всех вздрогнуть.
Сердце Бернарда упало.
„Привидение! - подумал он. - Ой, это сватовство! Только бы
остаться в живых - земельные участки и шифскарты, больше ничем заниматься не
буду!"
Но это смеялся Мильтон и Сарра, даже не понимая в чем дело, тоже начала
смеяться. Зельда и оба ее свата, тесно сбившись в кучку, стояли на одном
месте, совершенно лишившись рассудка. Но Мендель, подойдя к Мильтону,
стоявшему под руку с Саррой, спокойно спросил:
- Скажите, мистер Мильтон, как это ваши маклеры умудрились сделать из
вас трех лиц?
- Видите ли, мистер Маранц, есть люди, которые любят путешествовать,
переезжать из страны в страну; я люблю путешествовать от одной науки к
другой. Будучи зубным врачом, я в то же время изучал право, и когда мне
надоело и то и другое, я занялся ветеринарией. У меня страстное влечение к
наукам.
- Что? - вскричал Бернард, немного успокоившись. - Зубной врач, адвокат
и доктор в одном лице! - Он похож на тебя, Мендель! - воскликнула Зельда с
чувством безграничной радости, смешанной со страхом. - Ты никогда не мог
заниматься одним делом. Мне хотелось, чтобы Сарра достала себе такого мужа,
как у меня, и вот так оно и вышло. Как это мило!
- Теперь ты сама видишь, - торжествующе сказал Бернард, думая о своих
комиссионных, - что я был прав! Я говорил тебе, Зельда, что он знает все!
Так оно и есть! А посмотри, какой он громадный! Я не достаю ему до шеи.
- Но он не достает мне до шеи! - запротестовал Надельсон. - И вы все
слышали, как он кричит мне в уши! Я говорил вам, что он зубной врач,
маленького роста и все время кричит!
- Неправда! - с негодованием сказала Сарра. - Он среднего роста и не
кричит, а разговаривает. Да еще как хорошо!
- Первый раз в своей жизни вы все правы, - закончил Мендель. - По
сравнению с Бернардом, он - великан; по сравнению с Надельсоном - далеко
нет. Что такое факты? Кривое зеркало. Все зависит от того, как на них
смотреть!.. Мильтон, я люблю людей с вашими способностями. Что такое
способности? Верблюд. Чем больше на него грузят, тем больше ему нравится! Но
только смотри, чтобы не перегрузить! И подведя Сарру к Мильтону, Мендель
благословил их:
- Что такое жизнь? Дерево. Что такое любовь? Корни. Что такое брак?
Цветы. Что такое дети? Плоды.
Оба свата были обрадованы своим успехом.
- В таком необыкновенном браке, который случается раз в сто лет, когда
одна и та же девушка выходит замуж за зубного врача Надельсона и за моего
адвоката, мы оба, несомненно, должны получить комиссионные! - заявил
Бернард.
- Я такой человек, - продолжал он, страшно волнуясь, - я всегда
чувствую себя счастливым, когда мне везет! Если такие чудеса будут случаться
у нас" с Надельсоном все время, то - знаете что?.. Натан Надельсон, вашу
руку! Мы должны немедленно сделаться компаньонами! Я такой человек - я
всегда делаю то, что хочу. Мы блестяще поведем дела! И когда Сарра выйдет
замуж за Мильтона, мы тоже отпразднуем свадьбу Надельсона со Шнапсом!
Зельда, сияя от радости, всхлипывая и смеясь, обняла Сарру и несколько
раз поцеловала ее.
- Видишь! - радостно воскликнула она с некоторым упреком в голосе. -
Без книг, без университета и без философии, в которых я ничего не смыслю, а
по-своему, по старомодному, я нашла тебе жениха, который нравится и тебе, и
мне!
Мендель ласково похлопал ее по плечу.
- Ай, Зельда! Что такое жена? Верховный суд. Он всегда прав. Вы поехали
на восток, а мы - на запад, и мы заехали настолько далеко, что встретились
опять! Что такое спор? Свеча. Ты сжигаешь ее с обоих концов, пока они не
встретятся посередине!
Зельда и Мендель остались одни. Сарра ушла с Мильтоном, Надельсон со
Шнапсом.
Из глубины п...
