TALKING HEADS
Группа
TALKING HEADSНачало творческого пути группы было вполне традиционным. Ее основателем стал певец и
гитарист Дэвид Бирн, который учился в престижной школе дизайнеров в Род-Айленде.
Элитарная атмосфера школы и весь курс обучения в ней Дэвида весьма раздражали, и он
однажды взбунтовался - на школьном вечере под звуки гармоники на сцене сбрил всю свою
растительность. Когда его выгнали, Бирн предпочел не возвращаться в скучный мир
родной Балтиморы, а отправился в Нью-Йорк, где вместе со своими бывшими
одноклассниками, супругами Крисом Франтцем (ударные) и Тиной Уэймоут (бас) в 1974
году составил трио. Они называли себя Artistics, Autistics, но когда дозрели до
приглашения поработать в студии, выбрали себе название, под которым стали
знаменитыми. Вскоре к ним присоединился клавишник Джерри Харрисон, профессиональный
музыкант, уже набравшийся опыта с Modern Lovers, Эллиотом Мерфи и другими артистами.
В их репертуаре был Смоки Робинсон - особенно они любили исполнять песни "Tears of a
Clown" и "1910 Fruitgun Company". Еще на первом сингле "Love Goes to Building on
Fire", вышедшем в октябре 1976 года, можно убедиться, что группа, с взятыми напрокат
медными инструментами, еще не нашла свой стиль и что из нее может получиться все что
угодно, включая примитивный бабблгам. Но в то же время можно было заметить, что
ритмика супружеской пары звучит вполне добротно даже в сравнении с записями Эла
Грина, а из Бирна может получиться неплохой автор. А самая первая его песня
"Psychokiller", сочиненная еще в 1973 году, бистро стала визитной карточкой ансамбля.
Эта песня в принципе вписывалась в тогдашнюю моду на Элиса Купера, но Бирн выбрал для
ансамбля несколько иной путь. Ему казалось, что экстравагантный и шокирующий публику
Купер со своими змеями, гильотинами и кровавыми пятнами "просто знал, на какие кнопки
нужно нажимать для этой публики, а творчество его с чем-либо критическим связи
практически не имело. У меня же была склонность писать песни, которые были бы
несколько правдоподобнее". С первых шагов ансамбль громко заявил о себе. Критики в
один голос предрекали ему большое будущее. Их альбомы были отмечены различными
анкетами по разряду "новой волны" - диск "More Songs About Buildings And Food" по
анкете New Musical Express в 1978 году был четвертым, следующий альбом у New Musical
Express и Melody Maker был лучшим, такого же статуса в 1980 году у Melody Maker
добился альбом "Remain In Light". Стиль Talking Heads совершенно не походил на
типичный для того времени софт- или хард-рок в подаче Led Zeppelin или Deep Purple.
Композиции, исполняемые Heads, характеризовал, по словам еженедельника New York Times
Magazine, жесткий дергающийся ритм, "нечто среднее между гусиным шагом и пляской
святого Витта". Именно непохожесть на предшественников обеспечила коллективу широкую
рекламу и материальную поддержку. Продюсеры не могли пройти мимо Talking Heads, чьи
запоминающиеся, легко аранжированные мелодии воспринимались публикой, как глоток
свежего воздуха. Своеобразной была и вокальная манера Бирна. Пронзительно
выкрикивающий свои партии, Дэвид походил на цыпленка, которому сворачивают шею.
Трудно сказать, делал это он по неумению или таким способом выражал свои тревогу и
иронию. "Мое исполнение сегодня уже не звучит так визгливо, как раньше, - говорил он
в интервью в 1986 году. - Я делал это ненамеренно. Просто, когда мы начали выступать,
я заметил, что лучше слышу себя на фоне музыкального сопровождения, если пою выше".
Некоторые ранние песни Бирна звучали забавно. Например, он изображал влюбленного
студента-химика, который засиделся в лаборатории. Другие песни озадачивали: Когда
сердце находит ответ Умножаются чувства Если прибавить волю к силе - Получается
убежденность. Когда мы экономим - Умножается эффективность До такой степени, что я
убежден: Результат - это и есть ответ. ("The Good Thing" с альбома "More Songs About
Buildings And Food") В противоположность представителям главного течения нью-йоркской
музыкальной сцены, разряженным в маски, но в полном соответствии со своим
репертуаром, Talking Heads одевались совершенно просто и на сцене вели себя предельно
скромно. Бескомпромиссная строгость стиля их первых выступлений создавала атмосферу
раздражающей интеллектуальной напряженности, не дававшей того выхода эмоциям, с
которым традиционно был связан рок-н-ролл. Зрители, правда, уходили с концертов в
приподнятом настроении, но это не было результатом эмоциональной разрядки; их
состояние, скорее, было похоже на приступ волнения или возбуждения. Все это сильно
отличало ансамбль и от апологетов наступающей "новой волны" - термин "панк-рок" в
Нью-Йорке не привился. Но только в глазах внимательного любителя. Пока быстро угасала
сенсация нового стиля в роковой музыке, качество, содержание и, наконец, объем
продажи дисков ансамбля со временем возрастали. Постепенно, по мере создания трех
альбомов, Talking Heads, вместе со своим продюсером Брайеном Ино, добавляли к своей
музыке новые элементы. Они добрались даже до Африки и Ближнего Востока, позаимствовав
там экзотический ударный ритм и полиритмию. Из отечественных аксессуаров они выбрали
сложные узоры синтезатора и тяжелые басовые тона современной эмоциональной музыки
американских негров. Так же, как музыка, слова, казалось, рвались в разных
направлениях. Одни песни были сымпровизированы, другие представляли собой некий
таинственный коллаж. ("Это был период, - говорил Бирн, - когда я начал понимать, что
рациональное мышление имеет свои пределы"). Хотя в тексты песен группы надо вникать,
они часто обладают способностью воздействовать и на людей, которые в "реальной" жизни
привыкли полагаться на лозунги. Несколько примеров: в очень популярной в США в 1979
году песне "Life During Wartime" с диска "Remain In Light" описывается жизнь
террориста - нет времени ни на вечеринки, ни на дискотеки, ни на любовь, лишь только
постоянная обязанность собирать и передавать сведения, фабриковать паспорта,
перевозить оружие, менять адреса. Но и в этой песне, как и в любой другой, Бирн не
осуждает терроризм прямо. "Кому еще нужно говорить об этом?". Песня "Listening Wind"
напоминает безучастный стиль Альбера Камю, особенно его алжирские рассказы. Герой
песни, абориген, является свидетелем нашествия американских переселенцев и армии. Но
опять же в песне нет ни единого слова против империализма, против насилия. А в
рефрене повторяется "ветер в моей душе, ветер в моей душе..." Очень показательна для
авторского таланта Бирна песня "Seen and Not Seen" с того же диска "Remain In Light"
- небольшое философско-психологическое эссе, которое содержит изрядную долю иронии
над псевдоинтеллектуализмом и хорошо воспринимается не только со слуха, но, что
непривычно для роковой лирики, и с бумаги: Он мог увидеть лица в кино, на ТВ, в
журналах, в книгах... Он полагает, что некоторые из этих лиц подошли бы для него...
Так вот, годы он держит идеальную структуру лица В своих представлениях или где-то в
подсознании... Все, что он может - усилием воли попытаться приблизить свое лицо к
этому идеалу... Изменения могут быть очень слабыми... Они могут протекать десяток лет
или больше... Постепенно черты лица начинают меняться... Нос горбинкой... Растянутые
губы... Глаза бусинками... Широкий лоб... Он полагает, что большинство людей тоже
наделены этой способностью... Они тоже могут формировать свои лица в соответствии со
своими идеалами... Может быть, они воображают, что новое лицо лучше подходит к их
личности... Или, возможно, считают, что так смогут подтолкнуть к изменениям и саму
личность... Вот почему первое впечатление часто самое правильное... Однако кое-кто
может и ошибаться... Они могут думать, что внешний вид не имеет никакого отношения ко
всему прочему... Они могут выбрать свой идеал внешности исходя из детских капризов
или сиюминутного импульса... Некоторые могут пройти полпути, а потом передумать...
Интересно, сделает ли он такую ли ошибку... Более чем противоречивый характер своих
текстов Бирн дорисовывает прерывистым вокалом, четко акцентирующим каждый слог: это
Литтл Ричард на четверть столетия зрелее в своем страхе познания безумств
человеческой цивилизации. Основным методом работы для Бирна является интуитивная
импровизация в рамках ра
