Александр Шленский. Фаол и Нупес
© Copyright Александр Шленский
Фаол сидел на потолке, растянувшись в шпагат, и перебирал в уме простые
числа. Когда он дошел до сорока семи, дверь открылась и вошел Нупес.
— Здравствуй, Фаол! - сказал Нупес.
— Привет! - ответил Фаол, не слезая с потолка, - Пятьдесят один.
— Пятьдесят один чего? - не понял Нупес.
— Просто пятьдесят один, без всяких "чего".- отвечал Фаол с потолка,-
Пятьдесят три.
— А скажи, Фаол, хорошо было бы если б у человека была кнопка?
— Конечно хорошо! Пятьдесят семь. А про какую кнопку ты ведешь речь?
Кнопки бывают разные. Пятьдесят девять.
— Я говорю, разумеется, про ту кнопку, которой человек включается и
выключается. Представляешь, когда на свете хорошо жить, человек живет и
радуется, а когда плохо - нажимает эту кнопку и выключается.
— Ну а что дальше? Шестьдесят один.
— А дальше, когда вокруг опять станет жить хорошо, кто-нибудь нажмет
кнопку и его включит, и тогда он включится и станет жить хорошо.
— Помилуй, батенька, - удивился Фаол, да кто же станет его включать?
Он включится и станет заживать часть той хорошей жизни, которую живут те,
кто не выключался. Шестьдесят три.
— А если это друг? И вовсе не шестьдесят три, а сразу шестьдесят
семь.- поправил Нупес.
— А если это друг, так и тем более. Почему один друг должен жить,
когда жить плохо, а другой ждет выключенный пока тот первый друг выкрутится?
— Так может тот второй друг в это время живет хорошо?
— Семьдесят один! Если один друг живет хорошо, а второй в это время
живет плохо, то этот первый ему не друг, а враг.
— Фаол! Но ведь ты мне друг, скажи, ты мне друг?
— Конечно друг! - отвечал Фаол с потолка. - Семьдесят три. Как и ты
мне. И как другу я тебе скажу: такая кнопка у меня есть.
— Так нажми ее скорей! - в нетерпении сказал Нупес.
— Зачем? - удивился Фаол, сведя лопатки вместе и выпятив кадык. - Мне
совсем не плохо жить.
— Просто так, для меня. По дружбе. Ну Фаол, миленький! Нажми. Для
меня, для своего друга! Ну семьдесят девять!
— Хорошо, нажму, только как для друга, и обещай мне, что ты сразу
нажмешь ее вслед за этим.
— Восемьдесят три! Конечно нажму. О чем речь. Ведь мы с тобой лучшие
друзья.
— Восемьдесят семь! - сказал Фаол и нажал на кнопку. Глаза его
остекленели.
— Фаол, миленький! Что с тобой? - засуетился Нупес. Фаол не отвечал.
— Фаольчик! Ответь! Не молчи! Ну девяносто один! Ну девяносто семь,
Фаолушка! Не молчи.
Фаол по прежнему молчал.Нупес заплакал такими горькими слезами, что эти слезы стали растворять
Нупеса как кусок сахара, и через минуту на полу осталась только лужица из
слез, очень сладких на вкус.
Минут через семнадцать с половиной в эту лужу с потолка брякнулся Фаол
и остался лежать без движения.
