Юнна Мориц. Стихи
страница №3
...нты магической медиДует огненно-черный трубач.
Он подобен горящей комете,
Извергающей пенье и плач:
Это наше священное право -
Остро, вечно нуждаться в любви,
Чтобы ангел светился и плавал
Над тобой, как над всеми людьми!
Пламя белое, звездная пена
Вихри вьют на висках трубача,
Плачет кровь и поет, как сирена,
Во вселенское ухо журча:
Это наше священное право -
Остро, вечно нуждаться в любви,
Чтобы ангел светился и плавал
Над тобой, как над всеми людьми.
Нет нам счастья без этой корысти -
Без любви, разделенной на всех!
Музыканта лиловые кисти
Пахнут медью, как воздухом снег.
Он слюну из трубы выливает,
Отрывая мундштук от губы,
И пленительный блюз напевает,
Выливая слюну из трубы.
И пленительный блюз напевает
Его ангел, летящий домой,
И на Млечном Пути оставляет
След, похожий на негра с трубой.
Ю.Мориц
-------
ТАБЛИЦА ЭЛЕМЕНТОВ
I
У людей, обладающих чувством юмора,
как правило, очень грустные лица.
У Зощенко, например...
Если б открыл Менделеев
элемент мировой печали,
это была бы формула,
слившая две улыбки -
Зощенко и Джоконды.
II
Я помню, как ночью по радио
поэт и певец Брассанс
уверял французскую публику,
что он ее ненавидит
и мечтает уйти со сцены,
в деревне писать романы,
ковыряться в своей земле.
Это слишком банально для шутки,
это пахнет испорченным вкусом
и похоже на скверный характар
("Нам бы Ваши заботы, Брассанс!"),
но если б открыл Менделеев
элемент мировой тоски,
это была бы формула
одинокой предсмертной ненависти
к жизни, пошедшей прахом
ради публичной славы.
III
Наших детей и клоунов
связывает любовь,
некое обожанье -
потому что многое правильно,
но совсем не имеет значения.
А многое предосудительно
и содержит сплошные ошибки,
но имеет большое значение.
Эта великая путаница
чудесно сгущается в цирке
и там превращается в праздник,
но слишком растянута в жизни
и порой превращается в ад.
Если б открыл Менделеев
элемент мирового абсурда,
это была бы формула,
слившая воедино
слезы ребенка и клоуна
на планете железных правил,
где ничто уже не имеет
собственного значения.
...Лимон - это очень кисло,
но ужасающе просто
получить лимонад из лимона,
из лимонада - лимон? - никогда!
ИЗ ЦИКЛА
"РИМСКИЕ ПОРТРЕТЫ"
Римский сенатор
Марк Порций Катон
Во втором веке
до нашей эры,
Бичуя роскошь,
издал закон,
А также принял
строжайшие меры,
В том числе
и смертную казнь,
За вопиюще роскошную жизнь!
На поприще этом
он пышно расцвел
И стал главою
правящей касты,
Одних изгнал,
а других довел
До гроба.
Но вот ведь какие контрасты
Знает история
древних времен:
Римский сенатор
Марк Порций Катон
Богатства сгребал
несусветные порции,
Ничуть не блюдя
никакие пропорции!
Сенат привлекал его
раз пятьдесят
К ответственности
за нарушенье закона.
Но покуда другие
за роскошь висят
В петле,
проклиная законы Катона,
Он строит дворцы,
покупает рабов,
А также устраивает процессы
В борьбе против мощных
своих врагов
За народные якобы интересы.
А речи в защиту Катона в сенате,
Чины получая за это
и почести,
Орет Сципион,
его друг и приятель,-
Итак,
не страдает Катон
в одиночестве!
Ростовщиком
он становится вскоре,
Ссужая золото
под проценты.
Его рабы
оформляют в конторе
Деловые бумаги,
счета,
документы.
Отлично работает бухгалтерия,
А он продолжает
свое лицемерие:
Списки в сенат
составляет дотошно,
Преследуя граждан,
живущих роскошно,-
И лет через триста
за это пройдоху
Одобрит Плутарх,
прославляя эпоху!
Римский сенатор
Марк Порций Катон
Был патриотом
римской твердыни:
Венки получая в Греции,
он
Беседовал с греками
лишь по-латыни
(Эллинским слогом
владея прекрасно!),
За это Плутарх
его хвалит ужасно!
О греке Эсхиле
Катон говорил,
Что если б Эсхил
итальянцем родился,
Тогда бы он, может,
на что-то сгодился,
А так не волнует Катона Эсхил!
Бывало,
когда ему денежки прут,
С торговлей везет
и с карьерой военной,
Катон сочиняет
прославленный труд
О сельском хозяйстве,-
весьма современный!
Ведь римский сенатор
Марк Порций Катон,
Пока расправлялся
за роскошь
с другими,
На сельском хозяйстве
нагреб миллион
И опытом
мог поделиться
с другими!
Цветущий, прожженный,
прославленный тип!
Отвратен!
Отвратен!
И мерзок - до рвоты!
Хоть в нем
и талант ни один не погиб,
И сделал он много
полезной работы,
И, роскошь бичуя,
он был молодец -
Предвидел последствия
римского рая.
Но жутко,
что истину знает подлец,
Ее как наложницу
употребляя.
Ю.Мориц
-------
СНЕГОПАД
Снега выпадают и денно и нощно,
Стремятся на землю, дома огибая.
По городу бродят и денно и нощно
Я, черная птица, и ты, голубая.
Над Ригой шумят, шелестят снегопады,
Утопли дороги, недвижны трамваи.
Сидят на перилах чугунной ограды
Я, черная птица, и ты, голубая.
В тумане, как в бане из вопля Феллини,
Плывут воспарения ада и рая,
Стирая реалии ликов и линий,
Я - черная птица, а ты - голубая.
Согласно прогнозу последних известий,
Неделю нам жить, во снегах утопая.
А в городе вести: скитаются вместе
Та, черная птица, и та, голубая.
Две птицы скитаются в зарослях белых,
Высокие горла в снегу выгибая.
Две птицы молчащих. Наверное, беглых!
Я - черная птица, и ты - голубая.
Качаются лампочки сторожевые,
Качаются дворники, снег выгребая.
Молчащие, беглые, полуживые,
Я - черная птица, и ты - голубая.
Снега, снегопады, великие снеги!
По самые горла в снегу утопая,
Бежали и бродят - ах, в кои-то веки -
Та, черная птица, и та, голубая.
x x x
Следить за болью уходящей... Замереть.
И на нее сквозь череп свой смотреть
в затылок, где пора бы анальгину
уменьшить эту боль наполовину,
потом на треть -
и след ее стереть!
Но тикает, как часики во тьме,
она в какой-то раскаленной точке,
и этот звук, подобно гулкой бочке,
в моем бессонном катится уме,
где восстают живыми из могил
былые муки, пытки, пораженья, -
и так велик источник этих сил,
что боль кончается -
путем самосожженья.
ДАЙТЕ МНЕ ВАШУ СКУКУ!
Поезд летит во мраке,
в Крыма полночной басме,
в звездах, в железных искрах -
в красных слезах колес.
Цепь тарахтит на баке.
Вспыхивает и гаснет
фонарь - как в кино артистка.
Ветер. Дым папирос.
Дайте мне вашу скуку,
я расскажу вам что-то
простое, как ваше детство,
таинственное, как путь.
Я вам сочиню разлуку,
тревогу, любовь и муку,
цель сочиню и средства,
а если как след копнуть,-
я вам сочиню столетья
вашей чудесной жизни,
я вам сочиню размахи
таких небывалых сил,
что вырастут ваши дети,
и вы победите страхи,
и козни, и все болезни,
и вспомните - колесил
какой-то вагон по Крыму
("Дайте мне вашу скуку!
Я расскажу вам что-то,
таинственное - как путь..."),
и было там ветра-дыму
("Я вам сочиню разлуку..."),
и лязга на поворотах,
и вы не могли уснуть,
а жизнь обещала косность,
и вечную грубость быта,
и явное малокровье
надежд, что когда-нибудь...
Но ("Дайте мне вашу скуку!") -
доверчиво и открыто
вы слушали пустословье,
таинственное - как путь,
таинственное - как память,
как воля скалы и воска,
как ритмы Луны и саги,
как истина с детских уст!
Но кто-то не дал увянуть
пророчеству, отголоску
цыганистой колымаги,
стихии магнитных чувств!
И то, что казалось пусто-
словием, звонством, бредом,
уже расцветало густо
и требовало скорей
жизнь удлинить - до хруста! -
смириться с ее расцветом.
...Колеса перебегали
с дактиля на хорей.
И жизнь обещала муку,
крупную ломку быта,
громы над головою,
крепкую перекруть,
Но ("Дайте мне вашу скуку!") -
доверчиво и открыто
вы слушали роковое,
единственное - как путь,
воинственное - как сила
цыганского полуслова,
пророческого напева,
летящего на арбе.
И вам отворилась жила -
ни доброго там, ни злого,
ни права там нет, ни лева,
но слово равно судьбе!
И вы обрели столетья
вашей чудесной жизни,
и вы обрели размахи
таких небывалых сил,
что выросли ваши дети,
и вы победили страхи,
и козни, и все болезни,
и вспомнили - колесил
какой-то вагон по Крыму,
и было там ветра-дыму,
и с лязгом на поворотах
стальную несло арбу...
Но - дайте мне вашу скуку!
Я вам сочиню разлуку,
тревогу, любовь и муку,
я вам удлиню судьбу -
до хруста!
Ю.Мориц
-------
ТУМАННОСТЬ ДЫХАНЬЯ И ПЕНЬЯ
К. Кедрову
Вот берег, который мне снится.
И лунные камни на нем.
И вижу я лунные камни,
И знаю, что это они.
И вижу я лунные камни.
И синяя птица на них.
И вижу я синюю птицу,
И знаю, что это она.
И вижу я синюю птицу,
Небесные розы над ней.
Я вижу небесные розы,
И знаю, что это они.
Я вижу небесные розы,
Венки из улыбок мадонн,
Газелью улыбку вселенной,
И знаю, что это они.
Тут все переливчато, зыбко,
Волнисто и мглисто, как жизнь,
Как берег, который мне снится,
Когда просыпается дух,
И вижу я лунные камни
И синюю птицу на них,
И вижу я синюю птицу -
Небесные розы над ней,
Я вижу небесные розы,
Венки из улыбок мадонн,
Газелью улыбку вселенной -
И знаю, что это со мной.
И вечнозеленые звезды,
И волны, и воздух, и кровь
Струятся, двоятся, троятся,
Сплетаются тайно со мной.
И плащ мой уже не просохнет
В туманах, клубящихся тут:
Вселенная наша туманна,
Туманные песни поет!..
И я бы на месте вселенной
Закутала тайну в туман
И пела туманные песни
О тайне в тумане своем!
Туманные песни бы пела,
Когда бы вселенной была!..
Такие туманные песни,
Чтоб ветер развеять не смог
Туманность, где лунные камни
И синяя птица на них,
Туманность, где синяя птица -
Небесные розы над ней,
Небесные розы - туманность! -
Венки из улыбок мадонн,
Газелья улыбка вселенной,
Туманность начала, конца,
Туманность лозы виноградной,
Струящейся жизни туманной,
Туманность дыханья и пенья,
Туманность, туманность одна!..
x x x
Снег фонтанами бьет на углу,
Наметая сугробы крутые.
В облаках, наметающих мглу,
Бьют фонтаны лучей золотые.
Тайный блеск и сверканье вокруг!
Веет в воздухе свежим уловом.
Если кто-нибудь явится вдруг,
Мглистым я задержу его словом.
Я такие снопы развяжу,
На такой положу его клевер,
Головою к такому чижу,
К звездам, так облучающим север,
Что к моим облакам головой,
Головой к моим таинствам алым,
Он поклянчит в ладье гробовой
Плыть со мной под одним покрывалом.
Я отвечу на это, смеясь,
Я убью его замысел шуткой, -
Ведь любая застывшая связь
Отвратительна пошлостью жуткой!
Нет, скажу я, останься волной -
Друг на друга мы с пеньем нахлынем!
Будь со мною - и только со мной! -
Но сверкай одиночеством синим.
Да, сверканье - вот главное в нас!
Обнажая его неподдельность,
Блещет близости острый алмаз,
Углубляющий нашу отдельность.
Тайный блеск - это жизнь, это путь
(Это - голая суть, я согласна!), -
Потому и раздвоена грудь,
Что не все до конца мне тут ясно.
ВЕЧНЫЙ ТАЛЛИНСКИЙ МОТИВ
Эллен Нийт и Яну Кросс
В краю балтийского тумана,
Где взор залива черно-зелен,
Я вижу Эллен возле Яна
И вижу Яна возле Эллен.
На дне горячего стакана,
Где бурой шкурой чай расстелен,
Я вижу Эллен возле Яна
И вижу Яна возле Эллен.
Под солью звезд - не гаснет рана,
Но кто-то в мощи беспределен:
Я вижу Эллен возле Яна
И вижу Яна возле Эллен!
Так больно выжить и так странно!
Касаясь темы двух свирелин,
Я вижу Эллен возле Яна
И вижу Яна возле Эллен.
Вокруг меня пуста поляна,
Но, к счастью, путь не беспределен.
Дай бог, не совершив обмана,
Осилить круг, который велен,
И озираясь постоянно
Средь одиноческих расселин,
Я вижу Эллен возле Яна
И вижу Яна возле Эллен!
Хрустален дождь, мотив и Таллин,
Где в мальчике за фортепьяно
Я вижу Яна возле Эллен
И вижу Эллен возле Яна!
Ю.Мориц
-------
В МЕТЕЛЯХ ДЕКАБРЯ
На этот снег, на снежный цвет,
На свежий дух зимы -
Я выберусь на этот свет
Из безымянной тьмы.
Мои любимые! Привет!
Как долго были мы
В разлуке! Миллиарды лет!..
Так дайте мне взаймы
Стакан крутого кипятка
И сахару кусок, -
Ведь я простужена слегка
От гробовых досок -
Там дождь стучится с потолка,
Там ни сухого уголка,
Ни тлеющего уголька,
Ни шерстяных носок...
Но знали б вы, как там темно
И как светло у вас!
Я так люблю глядеть в окно,
Прищуря левый глаз!
Я так люблю смотреть кино,
Разглядывать речное дно!
Как много было мне дано
От бога ... в прошлый раз!
Но я и в этот раз, клянусь,
Исхитила из тьмы
Не только жалобы и гнусь
Бесплодной кутерьмы.
Еще таких я струн коснусь,
Таких заветных гнезд,
Где на морозе, в брызгах слез
Птенцов рожает клест.
ВЕТЕР
Мне жаль его.
Всю ночь я слышу стоны
В камнях прибрежных, в кроне ледяной.
Он так скулит, что сны мои бессонны,
Как совы в дуплах, залитых луной.
Какая боль его так жадно мучит,
Волной катаясь вдоль и поперек?
Кто и чему
Так беспощадно учит?
И в этом плане
Что нам приберег?
Закрой меня от этих мыслей телом,
От этих песен
Рот мой
Ртом закрой!
Как стонет ветер в мире затверделом,
Где все покрылось ледяной корой!
БОЛЬШОЙ СЕКРЕТ ДЛЯ МАЛЕНЬКОЙ КОМПАНИИ
Очень многие думают,
Что они умеют летать, -
Ласточки очень многие,
Бабочки очень многие.
И очень немногие думают,
Что умеют летать
Лошади очень многие,
Лошади четвероногие.
Но только лошади
Летают вдохновенно,
Иначе лошади
Разбились бы мгновенно.
И разве стаи
Лошадиных лебедей
Поют, как стаи
Лебединых лошадей?
Очень многие думают,
Что секретов у лошади нет,
Ни для большой, ни для маленькой -
Ни для какой компании.
А лошадь летает, и думает,
Что самый большой секрет -
Это летание лошади,
Нелетных животных летание.
Но только лошади
Летают вдохновенно,
Иначе лошади
Разбились бы мгновенно.
И разве стаи
Лошадиных лебедей
Грустят, как стаи
Лебединых лошадей?
Ю.Мориц
-------
x x x
В серебряном столбе
Рождественского снега
Отправимся к себе
На поиски ночлега,
Носком одной ноги
Толкнем другую в пятку
И снимем сапоги,
Не повредив заплатку.
В кофейниках шурша,
Гадательный напиток
Напомнит, что душа -
Не мера, а избыток,
И что талант - не смесь
Всего, что любят люди,
А худшее, что есть,
И лучшее, что будет.
Х Р У С Т Д Е К А Б Р Я
Завьюжило город. И ветер, как молот,
Колотит по стенам, по спинам овчинным.
Сегодня шары фонарей раскаленных
Сочельник посыпал изюмом и тмином.
Так сладко похрустывал воздух вечерний,
И облако в звездах, и детские сани,
И фото японского Аэрофлота,-
О боже, ну что же ты делаешь с нами!
Похрустовал ток, и жестокое пламя
До хруста лизало в пожаре витрины
Хрустальную рюмку и сумку из кожи,-
О боже, ну что же ты делаешь с ними!
Похрустывал снег под вороной хрустящей,
Похрустывал локоть мороженой ветки,
Но чьей-то походки хрустящие звуки,
Которые здесь исключительно редки,
Меня поразили. По хрусту в подьезде
Я сразу узнала - ведь я не глухая!-
Здесь топчется вечность на лестничной клетке,
Метелкою с валенка снег отряхая.
О Т Е Ч Е С Т В О С Н Е Г А
Отечество снега,
плывущего с неба,
исходит сиянием.
Великая свежесть,
великая снежность
исходит слияньем,
исходит влиянием
на мысли и чуства,
на вечность творенья,
на неистребимые
силы искусства,
на буйство сирени!
О, это прозрачное,
белое, тонкое,
хрупкое, звонкое -
над каждою птицей,
над каждой ресницей
и перепонкою,
над спешкою вечной,
над болью сердечной,
над всей мясорубкою -
о, это прозрачное,
белое, тонкое,
звонкое, хрупкое! -
меж мной и тобою,
меж духом и телом
единственно целое -
о, это прозрачное,
тонкое, звонкое,
хрупкое, белое!
Над каждою негой,
Печорой, Онегой,
над всеми ребенками -
о, это прозрачное, тонкое,
хрупкое, звонкое -
Отечество снега.
Ю. Мориц
--------
Я РАССКАЖУ ВАМ ПРО ПОКУПКУ
Втроем зашли мы в гастроном
С Василием и Джеком.
Сказал Василий: "Мур-мур-мур!"
А Джек пошел за чеком.
Вильнул хвостом лохматый Джек,
Лизнул он в нос кассира -
И выскочил из кассы чек,
А Джек сказал: "Спасибо!"
Купив кефир и каравай,
А также соль и свечку,
Мы прыгнули в речной трамвай
И переплыли речку.
На берегу сидел рыбак,
Ромашками заросший,
Ловил он раков и салак
Резиновой галошей.
Тут появился вертолет,
Удравший от пилота,
А догонял его пилот -
Начальник вертолета!
Василий зарычал "Ку-ку!",
Вскарабкался на вышку
И вертолет на всем скаку
Поймал за хвост, как мышку.
"Держи его!" - кричал пилот,
Начальник вертолета,
И все залезли в вертолет,
Удравший от пилота.
И облетели целый мир,
Устроив пир с кефиром -
Ведь от волненья стал кефир
Сметаной, маслом, сыром!
ВЫШЕЛ КОТИК НА ПРОГУЛКУ
Вышел Котик
На тропинку,
На прогулку,
На разминку,
Облизнул
Усатый ротик,
Выгнул
Бархатную спинку.
А навстречу
Вышел Песик
Прогуляться
На минутку,
В то и в это
Сунуть носик -
В будку,
В утку,
В незабудку.
Котик
Песика увидел -
И давай фырчать
Как зверь!
Песик
Котика увидел
И давай рычать
Как зверь!
И пошла у них атака,
Отвратительная драка -
Тот мяучит,
Этот лает,
Дым идет, огонь пылает!
Котик раненый ползет,
Ухо Песику грызет!
Видя эту переделку
Задудел
Козел в дуделку!
Барабан
Схватил Баран -
Дал сигнал:
Шурум-барам!
Утки, крякнув на лужайке,
Подхватили балалайки,
Побежали на дорогу,
Чтоб на струнах бить тревогу!
Ах ты Котик,
Безобразник!
Не пойдешь в кино
На праздник!
Ах ты Песик,
Безобразник!
Не пойдешь в кино
На праздник!
Дома будете сидеть,
Друг на дружечку глядеть,
Подавать друг дружечке
Чай да сахар в кружечке!
МАЛИНОВАЯ КОШКА
У Марфы на кухне
Стояло лукошко,
В котором дремала
Домашняя кошка.
Лукошко стояло,
А кошка дремала,
Дремала на дне,
Улыбаясь во сне.
Марфута спросонок
Пошла к леснику
С лукошком,
Где кошка спала на боку.
Марфута не знала
Что кошка в лукошке
Дремала на дне,
Улыбаясь во сне ...
Лесник, насыпая
Малину в лукошко,
С болтливой Марфутой
Отвлекся немножко.
Лесник не заметил,
Что кошка в лукошке
Дремала на дне,
Улыбаясь во сне ...
А кошка проснулась
И выгнула спину,
И пробовать стала
Лесную малину.
Никто не заметил,
Что кошка в лукошке
Хихикает тихо
И чмокает лихо!
Лесник
Сковородку с грибами приносит,
Марфуту любезно
Позавтракать просит.
Над ними хихикает
Кошка в лукошке -
В свое удовольствие
Ест продовольствие!
Марфута наелась
Маслятами на год,
А кошка
Малиновой стала от ягод.
Малиновый зверь
На малиновых лапах, -
Какой благородный
Малиновый запах!
Подходит Марфута
И видит в лукошке
Улыбку усатой
Малиновой кошки.
- Таких не бывает! -
Марфута сказала.
- Такие бывают! -
Ей кошка сказала
И гордо
Малиновый бант завязала!
___________________
Ю.Мориц
-------
ХОРОШО - БЫТЬ МОЛОДЫМ!
Хорошо - быть молодым,
За любовь к себе сражаться,
Перед зеркалом седым
Независимо держаться,
Жить отважно - черново,
Обо всем мечтать свирепо,
Не бояться ничего -
Даже выглядеть нелепо!
Хорошо - всего хотеть,
Брать свое - и не украдкой,
Гордой гривой шелестеть,
Гордой славиться повадкой,
То и это затевать,
Порывая с тем и с этим,
Вечно повод подавать
Раздувалам жарких сплетен!
Как прекрасно - жить да жить,
Не боясь машины встречной,
Всем на свете дорожить,
Кроме жизни скоротечной!
Хорошо - ходить конем,
Власть держать над полным залом,
Не дрожать над каждым днем -
Вот уж этого навалом!
Хорошо - быть молодым!
Просто лучше не бывает!
Спирт, бессоница и дым -
Все идеи навевает!
Наши юные тела
Закаляет исступленье!
Вот и кончилось, ля-ля,
Музыкальное вступленье, -
Но пронзительный мотив
Начинается! Вниманье!
Спят, друг друга обхватив,
Молодые - как в нирване,
И в невежестве своем
Молодые человеки -
Ни бум-бум о берегах,
О серебряных лугах,
Где седые человеки
Спать обнимутся вдвоем,
А один уснет навеки.
... Хорошо - быть молодым!..
x x x
Когда мы были молодые
И чушь прекрасную несли,
Фонтаны били голубые
И розы красные росли.
В саду пиликало и пело -
Журчал ручей и пел овраг,
Черешни розовое тело
Горело в окнах, как маяк.
С тех пор прошло четыре лета.
Сады - не те, ручьи - не те.
Но живо откровенье это
Во всей священной простоте:
Когда мы были молодыми
И чушь прекрасную несли,
Фонтаны били голубые
И розы красные росли.
Тетрадку дайте мне, тетрадку -
Чтоб этот мир запечатлеть,
Лазурь, сверканье, лихорадку!
Давясь от нежности, воспеть
Все то, что душу очищало,
И освещало, и влекло,
И было с самого начала,
И впредь возникнуть не могло:
Когда мы были молодые
И чушь прекрасную несли,
Фонтаны били голубые
И розы красные росли.
ЕСЛИ БЫ ...
Если бы я знала в двадцать лет,
Что меня настигнет столько бед,
Что лишусь таких великих благ, -
Белый бы я выбросила флаг.
Я бы круто повернула путь,
Я совсем не к тем бы стала льнуть,
Средства поменяла бы и цель, -
И меня хвалила бы артель.
Даже десять лет тому назад
Все могло пойти еще на лад, -
Трудно ли умеючи? Легко!
Но зашла я слишком далеко.
Не могу я, братцы, дать отбой.
Остается только быть собой.
Если я до смерти доживу,
Белый флаг на саван разорву.
И тогда вы молвите слова,
От которых кругом голова ...
Трудно ли умеючи? Пустяк!
Мертвому поэту все простят -
Даже неприятные черты,
Вроде силы духа в грозный час,
Вроде трех
Отнюдь не кротких глаз,
Вроде правды, сказанной про вас.
_________________
Ю.Мориц
-------
О ЖИЗНИ, О ЖИЗНИ - И ТОЛЬКО О НЕЙ
О жизни, о жизни - о чем же другом? -
Поет до упаду поэт.
Ведь нет ничего, кроме жизни кругом,
Да-да, чего нет - того нет!
О жизни, о жизни - и только о ней
Поэт до упаду поет.
На миг оторвется - и дуба дает
И где ему петь? не встает!
О жизни, о жизни - о, чтоб мне сгореть! -
О ней до скончания дней!
Ведь не на что больше поэту смотреть -
Всех доводов этот сильней.
О жизни, о ней лишь, - да что говорить!
Не надо над жизнью парить?
Но если задуматься, можно сдуреть -
Ведь не над чем больше парить!
О жизни, где нам суждено обитать!
Не надо над жизнью витать?
Когда не поэты, то кто же на это
Согласен - парить и витать?
О жизни, о жизни - о чем же другом?
Поет до упаду поэт.
Ведь нет ничего, кроме жизни кругом,
Да-да, чего нет - того нет!
О жизни, голубчик, сомненья рассей -
Поэт не такой фарисей:
О жизни, голубчик, твоей и своей
И вообще - обо всей!
О жизни, о ней лишь! А если порой
Он роется - что же за ней?
Так ты ему яму, голубчик, не рой,
От злости к нему не черней,
А будь благодарен поэту, как я,
Что участь его - не твоя:
За штормами жизни - такие края,
Где нету поэту житья!
Но только о жизни, о жизни - заметь!
Поэт до упаду поет.
А это, голубчик, ведь надо уметь -
Не каждому бог и дает!
А это, голубчик, ведь надо иметь,
Да-да, чего нет, того нет!
О жизни, о ней, не ломая комедь,
Поет до упаду поэт.
О жизни, о жизни, и только о ней,
О ней, до скончания дней!
Ведь не на что больше поэту смотреть
И не над чем больше парить.
_________________
