Уильям Кейт. Битва
страница №10
...решения!— Шаттл "Альфа", это башня. У нас на поле непредвиденный случай, и мы
должны отказать в вашей просьбе.
— Вы, идиоты, этот непредвиденный случай сожрет корабль! Послушайте!
Капитан Йорунаби приказал мне немедленно запускаться. Вы слышите?
Грейсон с трудом улавливал слова, перекрываемые фоновым шумом.
Поскольку это были электронные передачи, а не голоса, он не мог определить,
Тор это или нет. Но он знал, что Лори не стала бы начинать атаку на порт,
пока не получила бы от капитана Тора сообщение, что шаттл обезврежен.
Когда они строили свои планы, то не знали расписания запуска шаттла и
могли только догадываться, исходя из приготовлений вокруг корабля, что он
готов сняться. Шаттл загрузили реактивной массой — жидким водородом --
перед самым запуском. Водород обладал досадной тенденцией диффундировать в
незащищенные резервуары, если находился там взаперти всего лишь несколько
часов. Было дешевле и эффективнее хранить топливо повсюду и закачивать его
на борт как раз перед стартом.
Именно так они узнали, что запуск шаттла близится: когда увидели, что
бригада техов заправляет его. Для того чтобы не дать обнаружить Тора и его
команду, сидящих в захваченном шаттле часами — возможно, целый день, атаку
запланировали так, чтобы у капитана грузовоза был предлог для немедленного
запуска.
Неистовая просьба пилота шаттла соответствовала плану, но Грейсон
удивился насчет пребывания на борту капитана Йорунаби. Может, Тор блефует?
Или случилось что-то из ряда вон выходящее?
— "Альфа", это башня. Подтверждается разрешение на немедленный запуск.
Может, это и был блеф, но он сработал. По темному полю расползлось
пламя, и шаттл "Индивидуума" поднялся на мерцающем столбе белого огня,
двигаясь сперва медленно, затем устремляясь в жемчужное небо с ускорением.
Если по какой-либо причине нападение Тора провалилось, то ничто во
Вселенной уже не могло им помочь.
Грейсон переключил частоту и попал на боевой канал для сообщения
группы.
— Группа Один, это Грейсон.-- Они не договорились о радиошифре,
поскольку Грейсон не ожидал, что выберется из Замка на роботе.
Возникла пауза.
— Грейсон? Это Лори.
— Лори! Я свистнул "Беркута". Направляюсь по склону к вам. Как
противник?
— Сильный обстрел с кораблей, как и ожидалось. Их машины не
укомплектованы, и пока что они ничего не могут выставить против нас. Хотя
скоро появятся. Наземные войска устанавливают на поле тяжелые стратегические
орудия.
— Хорошо! Придерживайтесь плана. Увидимся на рандеву!
Перед ним вздыбилась земля и рвануло пламя, когда ракеты из Замка
начали бомбить каменистую почву, пытаясь попасть в громоздкого "Беркута".
Дважды Грейсон оборачивался, нацеливал пушку через левое "плечо" робота и
выпускал клокочущую лавину разрывных снарядов в ракетометы, стреляющие в
него. Но без всякого видимого результата. Слишком большое расстояние, чтобы
точно положить ракету или снаряд в цель.
На равнине, простиравшейся внизу, он различил пятнышки трех боевых
роботов, отступающих на север в сторону гор, заслоненных от шаттлов руинами
резервуаров из-под жидкого водорода. А высоко в светлеющем небе стремительно
двигалась яркая звезда, волоча за собой белый конус пламени.
Т-корабли — это неуклюжие чудовища, обреченные своим дизайном и
законами физики на медленное и крайне плавное маневрирование возле невидимой
абстракции в пространстве, именуемой стартовой точкой. Стартовые точки. --
это области, простирающиеся на десятки тысяч километров, в зависимости от
массы звезды, которая генерирует их. У каждой звезды имеется две такие
точки: зенит — над северным полюсом звезды и надир — над южным. Эти
расстояния варьировались, конечно, в зависимости от размера звезды.
Оснащенные приводом Керни-Фучида, Т-корабли проникали в точку, запуская свои
двигательные системы, и появлялись в стартовой точке звезды, отстоящей на 30
световых лет.
Энергия для прыжка бралась у прыжкового паруса судна — диска из
металлической ткани толщиной менее миллиметра и шириной до километра,
который ловил и переводил свет и частичное излучение звезды в бортовые
аккумуляторы.
Прыжковые паруса, использовавшиеся для поглощения любого фотона любой
длины волны, попадавшего на них, были черными, настолько черными, что в
старой пилотской шутке пространство выглядело белым по сравнению с ними.
Сложная в теории, простота мгновенного перемещения от точки к точке подарила
людям звезды. Хотя измотанная войнами цивилизация Внутренней Сферы и не
могла больше строить новые суда в большом количестве, корабли продолжали
курсировать между звездными стартовыми точками. "Индивидууму" было по
крайней мере три сотни лет, и его двигатель заменяли как раз перед началом
войн за Наследие.
Никто не знал, сколько еще прослужит энергетический сердечник звездного
корабля. Этот вопрос тревожил философов и военных.
Зависимость Т-кораблей от стартовых точек и громадных, но хрупких
черных парусов означала, что ни один корабль не мог улететь далеко от точки,
где он вошел в планетарную систему. Эти паруса приходилось развертывать на
значительные периоды времени, чтобы впитать энергию, необходимую для прыжка,
а пыль и метеоритные осколки, засорявшие орбитальную плоскость любой звезды,
могли изодрать парус за несколько перелетов. Хотя на некоторых кораблях
имелась вторичная приводная система, позволявшая им маневрировать со
свернутыми парусами, большинство Т-кораблей оставалось у стартовых точек,
используя свои шаттлы в качестве челноков для перелетов между звездными
мирами. Однако это рождало еще одну проблему. В стартовых точках любой
звезды гравитация все равно слишком велика. Корабль на орбите вокруг звезды
не упадет, конечно, но не будет и оставаться возле стартовой точки. Он
скорее станет следовать по своей орбите вокруг звезды и в конце концов
пересечет замусоренную плоскость системы. По этой причине на Т-кораблях
устанавливают ионные (или плазменные) толкачи. Они обеспечивают непрерывную
мягкую тягу, рассчитанную на то, чтобы точно противодействовать притяжению
звезды и в то же время поддерживать прыжковый парус распрямленным. Звездный
корабль, припаркованный у стартовой точки звезды, устанавливается так, что
нос нацелен за пределы системы, а парус раскинут примерно в десяти
километрах за кормой, между звездой и кораблем. Толкачи наклонены под углом
к оси корабля и в сторону звезды, чтобы пучки заряженных частиц не повредили
парус.
Понятно, что звездные корабли, припаркованные у стартовой точки, едва
могут маневрировать, ибо любое поперечное ускорение исказит, а затем порвет
ткань паруса. Было зарегистрировано лишь несколько единичных сражений между
звездными кораблями, медлительные стычки сводились к неделям маневрирования
до полного завершения. Обычно когда возникала необходимость в разборке между
кораблями, использовались тяжеловооруженные и маневренные шаттлы или еще
более легкие, быстрые и маневренные аэрокосмические истребители. Само собой
разумеется, что Т-корабли вооружены (включая направляемые радарами лазеры
для защиты против метеоритов), но поскольку шаттл представляет достаточную
угрозу для такого корабля, то его капитан предпочтет лучше сдаться, чем
станет подвергать риску свое драгоценное, незаменимое судно.
Это была самая неразрешимая проблема в тактике космических сражений,
подумал Тор. Он никогда не обращал большого внимания на космическую тактику,
но, как капитан грузовоза, знал достаточно, чтобы отразить маневры
потенциально враждебного звездного корабля в незнакомой стартовой точке.
Настоящей его проблемой было не показать, что шаттл больше не находится под
контролем тех же самых людей. Могли существовать шифры или пароли при
сближении, о которых он ничего не знал, при этом просмотр оперативных
программ шаттла не обнаружил никаких новых компьютерных шифров. Похоже, что
пираты оставили все как было. Тор мог только надеяться, что дело обстоит
именно так.
Усложняло осуществление этой миссии наличие Т-корабля Синдиката
Драконов, припаркованного в 12 000 километров от "Индивидуума". Несмотря на
то что расстояние это было довольно велико, чтобы толкачи одного судна не
повредили парус другого, корабли находились практически по соседству, по
стандартам космической навигации.
Тор чувствовал, что тот корабль там. Было слишком далеко, чтобы выявить
его корпус оптически, но Тор был уверен, что это тот самый военный корабль,
задержавший его на пути из Сигурда на Треллван. Если бы он почуял даже намек
на то, что на борту грузовоза что-то не так, пара шаттлов класса "Юнион" --
или, еще хуже, флотилия аэрокосмических истребителей — могла объявиться у
паруса "Индивидуума" за тридцать минут.
Этот угон требовалось осуществить в полнейшей тайне, а иначе он
закончится, почти не успев начаться. Грейсон и Тор разработали детали, шагая
по берегам озера в Грохочущем Ущелье. Ключом к плану явилось знание того,
что направляющие антенны каждого шаттла сфокусированы на Треллван, а не друг
на друга. Два корабля, пришвартовавшиеся у стартовой точки, особенно
грузовоз и военное судно, имеют мало общих интересов, при этом, само собой
разумеется, военный корабль будет держать грузовоз под наблюдением.
Противник сумеет обнаружить, разговаривает ли "Индивидуум" с военным
кораблем, но не поймет, сообщается ли экипаж с портом, а через него с
кораблем Синдиката Драконов.
Проблемы Тора начнутся, если экипаж "Индивидуума" успеет предупредить
космодром о том, что он подошел к кораблю. Космодром предупредит военный
корабль, а военный корабль почти сразу направит вооруженные шаттлы.
Возникнут неприятности и для Грейсона на Треллване. Он планировал еще один
рейд на порт, и известие о том, что грузовоз захвачен, вызовет мобилизацию
сил обороны космодрома. Тогда атака окажется невозможной или, хуже того,
нарвется на засаду.
Именно по этой причине миссия Тора была так тщательно скоординирована с
силами Грейсона на Треллване. Группа атакует космодром в то самое время,
когда шаттл Тора приблизится к "Индивидууму". Первой _ мишенью наземной
атаки будет контрольная башня космодрома, в которой размещались
коммуникационные реле параболической антенны, способной предупредить
вражеский военный корабль о нападении на шаттл "Индивидуума".
Наземную атаку также нельзя начать прежде, чем шаттл достигнет
грузовоза. В этом случае кого-нибудь в башне могло насторожить присутствие
военного корабля, и появилось бы подозрение насчет одинокого шаттла,
приближающегося к грузовозу. И лазерная вспышка поставила бы точку на миссии
Тора всего в нескольких километрах от цели.
Тор взглянул на экран компьютера, показывавший истекшие дни, часы и
минуты с начала запуска. Реакторы были тщательно отрегулированы так, чтобы
шаттл прибыл в зону стояния "Индивидуума" точно через 55 часов и 30 минут
после запуска.
Это время начала обеих атак. То есть, если на Треллване все пойдет
согласно плану. Тор и его люди будут готовы поставить на кон свои жизни.
Немногим больше чем через пятьдесят часов после восхода солнца Трелл
полностью выполз из-за горизонта и висел сейчас сбоку от черного силуэта
Гайельской горы. На набухший, изрытый оспинами красный диск по-прежнему
можно было смотреть, но при этом весь восточный склон горы попал в такую
тень, что Грейсон не мог различить Замка. Температура поднялась на несколько
градусов над точкой замерзания. Слабый и отдаленный шум, улавливаемый
внешними микрофонами робота, был не чем иным, как началом рева падающей
талой воды в глубинах Грохочущего Ущелья.
В это время с запада приближалась основная ударная сила, используя
холмистую местность в качестве щита от вражеских радаров и дальнодействующих
сенсоров. Грейсон находился в захваченном "Беркуте" в нескольких километрах
от остальных. Он обнаружил еще одну лощину к юго-западу от порта и сейчас
направлял машину в укрытие. На дисплее компьютера на инструментальной
консоли мерцали истекающие секунды. С момента запуска шаттла прошло
пятьдесят пять часов двадцать восемь минут. Через две минуты начнется атака.
Нападение группы два дня назад застало силы Синдиката Драконов
врасплох, позволив Грейсону и его людям удалиться на свою потайную базу в
Ущелье без погони. Врагу удалось запустить лишь один геликоптер, и тот был
сбит залпом ракет с одного из катеров группы.
На этот раз они никак не могли рассчитывать на такой же успех. За
последние пятьдесят часов силы Синдиката Драконов в Саргаде отрядили и
подготовили две полные роты боевых роботов — двадцать четыре машины
различных моделей и размеров. В городе, вокруг дворцовых земель, были
размещены две группы боевых роботов, в целом насчитывающие восемь боевых
роботов, а еще одна группа перешла в Замок вскоре после захвата Грейсоном
"Беркута". Оставшаяся рота из двенадцати машин несла караул на космодроме.
Восемь роботов патрулировали местность непрерывно, в то время как остальные
проходили тщательную проверку.
В порту находился по крайней мере еще один боевой робот, черно-серый
"Мародер" лейтенанта Валлендела. Грейсона интересовало, находился ли на
Треллване черно-красный "Мародер" самого герцога Ринола, хотя он еще ни разу
его не видел.
Силы Красного Охотника состояли также из наземных войск — по крайней
мере двухсот пятидесяти солдат, оснащенных различными скиммерами и
легким-гусеничным транспортом, пригодным для ухабистой горной местности, по
которой катера на воздушной подушке не могли ползать. Эти солдаты были
вооружены винтовками, портативными лазерами и наплечными ракетометами.
Атака в лоб против такой силищи была, несомненно, обречена на провал,
но иначе разрушить коммуникационную башню было нельзя. Грейсон посмотрел на
другой экран, на который изображение поступало от маленькой камеры на краю
стены оврага. Антенна ретрансляционной системы, двадцатиметровая мачта,
увенчивалась мелкой ячеистой тарелкой в пять метров шириной и была повернута
к югу. Это указывало направление стартовой точки, где — если все идет по
графику — в этот самый момент Тор приближался к "Индивидууму" в захваченном
шаттле.
Главной мишенью Грейсона являлась башня. Остальные машины группы,
20-тонные "Страус", "Стингер" и "Шершень", будут атаковать базу, которую
патрулировали по крайней мере тридцать тяжелых роботов. При таком
неравенстве в силах боевой план группы потребует очень осторожной тактики.
По плану легким машинам полагалось еще раз атаковать водородные
резервуары, а затем удрать. Они ожидали, что вражеские роботы на этот раз не
проворонят случая и будут преследовать группу, уходящую в горы. Грейсон был
уверен, что отряды Синдиката Драконов полны решимости ущучить в этот раз
налетчиков, гнаться за ними до лагеря и разделаться раз и навсегда.
По тем временем, пока главная боевая сила гонится за тремя нахалами,
Грейсон под шумок проскользнет в тыл и уничтожит антенну.
Скиммеры и солдаты группы скрылись в пересеченной, удобной для обороны
местности на середине склона горы в направлении Ущелья. Упорная оборона
может позволить легким боевым роботам удрать и охладить пыл преследователей.
Может... может... может... Грейсон уткнулся лицом в руки. Слишком много
вопросов. Завладел ли Тор в действительности шаттлом? Сумеет ли он захватить
"Индивидуум" без вмешательства военного корабля Синдиката Драконов, который
должен околачиваться где-то в той же самой области? Удастся ли трем легким
боевым роботам и горстке полуобученных солдат уцелеть в решительной атаке
трех полных групп средних и тяжелых роботов?
Однажды он уже разработал дерзкий боевой план при подавляющем
неравенстве сил только лишь затем, чтобы увидеть своими глазами, как этот
план рушится в крови и огне, когда двери Бухты Приюта с грохотом сомкнулись
за ним. Если учитывать коварство и находчивость герцога Ринола, вполне
возможно, что Грейсон вел своих людей в очередную западню, западню даже
более смертоносную, чем в прошлый раз.
На военном совете он сперва предложил, что просочится в порт один.
Рюкзак, набитый высокоскоростной взрывчаткой,-- этого хватило бы, чтобы
уничтожить радиобашню.
Его люди наложили вето на эту идею. Если подчиненным герцога удастся
отправить предупреждение либо на "Индивидуум", либо на корабль Синдиката
Драконов, они разнесут шаттл Тора на кусочки. Огневая мощь одного лишь
"Беркута", состоящая из среднего лазера, автопушки и РБД, могла
гарантировать успешный удар по башне.
Тор зависел от Грейсона, который, в свою очередь, зависел от Лори,
Гарика Энцельмана и Ярина.
Протекли последние секунды.
Пора. Внешние микрофоны Грейсона уловили свист ракет, когда "Шершень"
Энцельмана выпустил целую лавину боеголовок. Они описали низкую дугу над
космодромом и взорвались, образовав тучи непроницаемого белого дыма. Когда
люди герцога ответили переплетающимися лучами лазеров из шаттлов и оборонных
бункеров, воздух раскололся от грохота.
Камера Грейсона сфокусировалась на низко повисшей дымчатой пелене. Он
едва мог различить гордо выступающую птичью фигуру "Страуса" Лори на экране.
Где-то заухала тяжелая пушка, и возле боевого робота Лори засверкали взрывы.
Враг, наверное, целится по радарам, не таким точным, как оптический или
лазерный прицел, но достаточно удобным на близких расстояниях. Он вздрогнул,
когда пара ярких вспышек чиркнула по корпусу "Страуса".
Из дыма вновь полетели ракеты — "Шершень" дал второй залп. Ухо заложил
резкий, пронзительный звон, означавший, что запущена программа радиозащиты.
Если антирадар не сумеет сбить прицел врага, то всех трех боевых роботов
группы быстро уничтожат.
Сперва Грейсон обнаружил движение, неуклюжее и тяжелое. Он повернул
камеру на восток и увеличил изображение. Так! Рядом с приземистыми шаттлами
"Юнион" находилась пара боевых роботов, движущихся в сторону окутанного
дымом поля. Ближним роботом был "Снайпер", оснащенный спаренными лазерами и
автопушкой вместо рук. Грейсон содрогнулся, когда осознал, что один он весил
столько же, сколько отряд Лори из трех машин. А за "Снайпером" находилась
пятидесятитонная громада "Волкодава", имевшего необычную выпуклую лазерную
башню, прилепившуюся высоко на бронированной груди, и тяжелую пушку в правой
руке. В воздухе, сорвавшись с отдаленного Замка, мелькнула поджарая фигура
атакующего геликоптера.
Облако дыма пронизывали вспышки и разряды молний. Казалось, что шаттлы
бьют наобум, не видя мишеней. Электронная защита от радаров сработала,
по-видимому, точно так же, как и дымовая туча, блокировавшая лазерное
прицеливание. Не так уж важно, что и самой группе из-за этой электронной
защиты было тяжело эффективно целиться. В план не входило, чтобы три
двадцатитонных боевых робота противостояли тяжеловесам, громыхавшим сейчас
по железобетонной посадочной полосе.
Шлем Грейсона затрещал, затем разразился резкими электронными сигналами
на боевой частоте группы:
— Первый, это Третий! Вижу передвижение пехоты слева! Они окружают
нас!
— Роджер. Начинайте отход.
— Первый, это Второй. Три робота на этой стороне, в трехстах метрах,
идут к нам! Пехота вместе с ними! Два... нет, три!
— 0'кэй, Второй. Всем подразделениям отступать. Придерживайтесь...
Передача Лори прервалась диким фоновым шумом. Дымовая туча осветилась
голубым, когда луч заряженных частиц пронзил ее. Грейсон качнул камеру взад
и вперед, пытаясь обнаружить выстреливший боевой робот. Это должен быть
большой боевой робот, с протонно-проекционной пушкой. На мгновение у него
защемило сердце, когда он подумал, что луч задел Лори. Затем пронзительный
шум фона заряженных частиц ослаб, и он снова услышал ее голос.
— Все подразделения, рассыпаться! Следите за тылом.
Грейсон уже потерял их след, хотя дымовые ракеты снова и снова
врезались в экран, заставляя тяжелую серо-белую тучу расползаться по полю.
Грейсон различил смутные силуэты по крайней мере пяти тяжелых гигантов,
двигавшихся в дыму и направлявшихся на северо-запад.
Грейсон почувствовал шевельнувшееся чувство вины от того, что находился
со своим закамуфлированным роботом далеко от линии огня. Иначе и не могло
быть, но в данный момент это не облегчало душу. Он должен отсиживаться, пока
его друзей теснили подавляющие силы противника.
Звуки битвы стихали в дыму, но переговоры воинов продолжались. Даже
через фильтрующее электронное воспроизведение Грейсон ощущал нарастающую
ноту беспокойства в их голосах.
— Это Третий! Это Третий! — Это был Ярин, водитель "Стингера", в
первый раз участвующий в битве.-- Температура сошла с ума, поступило
предупреждение об аварийном прекращении...
— Выруби предохранители. Третий, и поостынь. Все подразделения,
нулевая проверка. Повторяю, нулевая проверка.
Грейсон потянул за рычаги и поднял "Беркута" на ноги. Со стороны все
это выглядело так, будто вырос песчаный, опутанный сетью холм. "Нулевая
проверка" — заранее условленный код, дававший ему знать, что группа
добралась до усеянного валунами подъема, который вел по склону к Грохочущему
Ущелью. Пора приступать к следующей фазе плана.
Вверх по склону горы ветер крепчал и рассасывал дымовую защиту с такой
же быстротой, с какой Энцельман выстреливал свои дымовые шашки. Подъем к
Ущелью шел по высохшему руслу, вначале широкому и плоскому, а затем
стремительно сужавшемуся. Лори смахнула с лица пот и пряди мокрых волос. Бой
продолжался уже почти час без всякой передышки, и внутренняя температура
всех трех боевых роботов была близка к критическому уровню.
Лори увидела, как из дыма в 250 метрах ниже ее показался какой-то
объект. Затем прицельная сетка главного экрана сосредоточилась на этом
объекте. Компьютер выдавал массу излучения ядерного реактора, а на экране
тем временем возникал светящийся, очерченный линиями образ. Это был
вражеский "Шершень". Хотя Гарик находился сзади и слева от него. Лори для
надежности врубила систему опознавания.
Лазер "Шершня" выстрелил в тот самый момент, когда она прочитала
результат опознавания. Возле ноги "Страуса" взорвались перегретые камни,
осколки застучали по корпусу. Она судорожно надавила на триггер и увидела,
как оранжевое пламя разбилось о броню торса "Шершня", оставив на его груди
черный шрам. Хотя робот шарахнулся от луча, за ним тянулся дым, и Лори
увидела, как в рваной ране мерцают голубые молнии.
Лори выстрелила еще и еще раз. Сразу два попадания! "Шершень" с трудом
стоял на ногах. Одна нога была парализована, и, очевидно, водитель едва
удерживал машину в равновесии. Лори пришпорила "Страуса", заставив его
пробежать еще тридцать метров, затем остановилась и снова выстрелила. Из
пораженного торса "Шершня" полыхнуло пламя и выплеснулся расплавленный
металл.
Голова "Шершня" разорвалась в тот момент, когда водитель
катапультировался. Громадный корпус машины опрокинулся назад, выбросив шлейф
черного дыма.
Еще один взрыв ракеты рядом с ногой "Страуса" заставил Лори попятиться.
Валуны здесь были более крупные, многие из них размером с дом, и битва
превратилась в игру: жмурки, прятки и скакалки одновременно.
— Гарик! — крикнула она по основной боевой частоте.-- Ярин! Где вы?
— Это Гарик. Я вижу тебя, сержант. Ты справа и на двести метров ниже
меня. Четыре робота — три легких и "Волкодав" пробираются вверх по холму
приблизительно в ста метрах слева от тебя. Видишь их?
Она просканировала в том направлении и увидела одни валуны и стелющийся
дым.
— Нет!
— Лучше отступай, пока тебя не отрезали.
— Двигаюсь!
Она стала карабкаться дальше по склону, кроша сухую почву когтистыми
лапами "Страуса". С обеих сторон земля поднималась более круто, образуя
глубокую лощину, ограничивавшую движение и, хуже того, видимость. Всем трем
машинам нужно быть на передней линии обороны прежде, чем их преследователи
доберутся туда.
Из-за валунов выступил еще один вражеский "Шершень", оказавшись между
Лори и ее друзьями. "Шершень" находился едва ли в 50 метрах от нее, и его
окраска была совершенно незнакома. Камуфляж из черно-оранжевых тигровых
полос предназначался для войны в джунглях и создавал полный контраст с
серыми и коричневыми валунами. Ее выстрел застал "Шершня" врасплох — чистое
попадание в правую руку, от которого робот отпрянул назад и врезался в
скалу. Его рука и лазер, искореженные и оплавленные, валялись на песке.
— Отличный выстрел! — Лори не узнала, чей это голос, Энцельмана или
Ярина. Она выстрелила еще раз и промазала, затем увидела, как одиночная
боеголовка угодила прямо в спину "Шершня". Вражескому водителю удалось,
однако, стабилизировать робот и развернуть его лицом к Лори. Сдвоенные
ракетоносители, установленные на левой ноге гиганта, выбросили пару РБД. Они
пронеслись мимо, Лори подошла на тридцатиметровое расстояние, и ее лазер
выстрелил снова. Луч разнес голову "Шершня", оставив лишь покореженные,
дымящиеся, полурасплавленные руины там, где всего несколько секунд назад
сидел водитель боевого робота.
У Лори не было времени на злорадство. Внешние микрофоны уловили
лязгающий, глухой звук еще одного приближающегося робота справа. Она пустила
"Страуса" вихляющейся, но бодрой рысцой вверх по склону, страстно желая не
быть отрезанной от Ущелья вновь.
Боевой робот Лори одолел вершину подъема. Внизу открывалась широкая
лощина, пробороздившая поверхность холма и крутой, изрезанный склон с
вертикальными утесами из красноватых пород. С низменного открытого
пространства утесы виднелись лишь наполовину. Они поднимались над сужающейся
лощиной, стены ее становились круче — вертикальный шрам, изуродовавший лик
горы.
Она рванула назад, в валуны, и обнаружила место с хорошим обзором
склона. Затем она опустила боевого робота в положение со сложенными ногами
так, что корпус теперь возвышался не более чем на два метра над землей, а
длинный нос лазерной пушки высовывался из-под кабины. С обеих сторон от нее
в нескольких сотнях метров она мельком заметила "Шершня" и "Стингера",
залегших ничком среди скал с вытянутыми лазерами. Здесь началось очередное
столпотворение, когда наземные войска и военные скиммеры стали продвигаться
между баррикадами, ловушками и западнями, разбросанными по долине.
Лори стремительно оценила положение. Они угрохали двух роботов, оба --
легкие разведчики. Оставалось десять, возможно, одиннадцать вражеских машин.
Ах, вон там! На открытое место у основания долины выдвинулись еще два
разведчика — "Стингер" и еще один "Страус". За ними вышли еще два:
"Снайпер" с необычными руками-стволами и тяжеловесная туша 55-тонного
"Гриффина".
Лори стиснула челюсти, включив коммуникационную связь.
— Сержант Рамага!
— Вы готовы?
— Так точно, сержант. Дайте знак. Лори ждала, закусив нижнюю губу,
пока изучала развертывающуюся ситуацию. За первыми четырьмя появилось еще
два боевых робота. Они были слишком далеко, чтобы различить их класс, но
компьютер "Страуса" выдал информацию, что это "Шершни". Расстояние до
ближайших мишеней было чуть более полукилометра. Преследователи продолжали
продвигаться, спотыкаясь о каменные завалы, но тем не менее быстро покрывая
расстояние.
Герцог, должно быть, не уймется, пока не поймает нас, подумала Лори.
Она сфокусировала телескопы на ведущем роботе, "Стннгере", е тусклым серым
маскировочным рисунком и черно-красным драконом Дома Куриты на груди. Она
уже заметила пару валунов у основания долины. Еще несколько метров вперед.
— 0'кэй, сержант! Давай!
Во всю ширину долины расползлась завеса летящих булыжников и черного
дыма, выброшенных взрывами. Они остановили вражеский "Стингер", приподняв и
отшвырнув его мощным натиском. Между тем почва под ногами "Страуса" заходила
ходуном, напуская на Лори через нейронный шлем волны головокружения. Стена
осколков захлебнулась сама собой, словно океанская волна, взметнув
разноцветную пыль и обнаружив второго боевого робота, "Снайпера". Он лежал
на спине, сдвоенные стволы правой руки торчали в стороны, погнутые ударной
волной.
Остальные машины обратились в бегство. Плохо было лишь то, что на взрыв
ушел почти весь боезапас.
В наушниках шлема кто-то вопил, повторяя без конца: "Мы победили! Мы
победили!"
— Подождите радоваться! — рявкнула Лори.-- Они просто
перегруппировываются.-- Она видела движение людей и боевых роботов, снующих
по склону всего в двух километрах от них. По тому, как они распределялись по
лощине. Лори могла сказать, что машины вовсе не собираются возвращаться в
порт. Группы находились в хорошей оборонной позиции, но не понадобится долго
ждать, когда решительным наскоком подавляющие силы боевых роботов опять
взберутся по склону и придавят их. — Грей, хватит!-- неожиданно нервно
сказала она.-- Кончай с той антенной и двигай сюда.
Лори посмотрела на монитор, выдававший обзор затянутого дымом отверстия
Ущелья в двух километрах сзади нее. Через микрофоны она слышала заглушенный
грохот водопада. Три вражеских робота и солдаты на скиммерах повыползли из
щелей и ударялись в бегство.
Тор позволил компьютеру снизить скорость шаттла до одного метра в
секунду. На экранах мостика грузовоз "Индивидуум" выглядел громадным.
Как и большинство Т-кораблей, старый грузовоз был построен вокруг
тончайшего кинжала центрального приводного сердечника. Ясные линии, однако,
нарушались нагромождением грузовых модулей, коренастым округлым выступом
экипажной секции, смещенной выпуклостью второго шаттла "Индивидуума",
по-прежнему прикрепленного к корме грузового отсека, и зловещими,
бесформенными волдырями протонных пушек лазеров, обеспечивающих метеоритную
защиту корабля. Наметанным глазом Тор отыскивал признаки повреждения, но
ничего не обнаружил. Стационарный двигатель, по-видимому, функционировал,
хотя единственным признаком этого был магнитный поток, регистрируемый
приборами шаттла. Тор вычислил траекторию так, чтобы держаться подальше от
этих протонных пучков, которые даже при тяге в тысячную долю могли убить.
Далеко за кормой грузовоза красный диск Трелла выглядел сейчас, как
светлый серп, прилепившийся к черному кругу, который, казалось, пожирал
звезду. Тор знал, что это искусственное затмение, вызываемое прыжковыми
парусами "Индивидуума" в десяти километрах за кормой.
Из динамиков мостика вырвался индуцируемый полем фоновый шум, а затем
раздался голос мужчины:
— Шаттл на векторе четыре-пять, снизьте скорость до полуметра в
секунду.
Тор коснулся кнопки, введя поправку в компьютерную консоль. Последовал
еще один, почти незаметный толчок.
При приближении он старался как можно меньше сообщаться с кораблем из
страха что-нибудь выдать. Пока что не было никаких вызовов, никаких приказов
изменить курс или поменять вектор. Палубный вахтенный грузовоза, должно
быть, удовлетворился тем, что ему выдала СО.
Последний лучик солнца поглотил черный прыжковый парус, и шаттл
погрузился во мрак. Корпус грузовоза находился сейчас всего в нескольких
сотнях метров, окутанный тенью, но очерченный мерцанием и равномерным
миганием бегущих огней. В центре экрана, помеченном крестиком, вспыхивал
зеленый бакен в том месте, где распускались доковые люки для приема шаттла.
Тор дотронулся до клавиши консоли, и на экране на фоне звезд появилась
красная вспыхивающая точка, смещенная на одну сторону экрана. Она означала
местоположение Т-корабля Дома Куриты, находившегося в 12 000 километров.
Попрежнему не поступало никаких передач, никакого намека на то, что замечено
что-то неладное.
Он открыл внутреннюю коммуникационную связь:
— Всему экипажу приготовиться. Я собираюсь сказать им, кто мы такие.
Обычно экипаж грузовоза состоял из пятнадцати человек. Трое из прежнего
экипажа отправились с Тором на"Треллван и погибли там. Это воспоминание
по-прежнему мучило Тора. Он не знал, сколько человек экипажа из двенадцати
оставшихся на борту "Индивидуума" уцелели, хотя маловероятно, что всех их
истребили.
Самый большой вопрос: сколько охранников несут вахту на корабле. Тор
даже не пытался гадать, хотя с десятью или двенадцатью пассажирами на
корабле будет довольно тесновато.
Он скосился на экран, регистрировавший время.
Было ровно 55 часов 30 минут, а справа от этих цифр уже набегали
секунды. В космосе существовал ряд способов атаковать Т-корабль. Если он был
без подкрепления, то шаттл мог занять несколько положений, откуда ему было
удобно угрожать судну,-- за кормой прыжкового паруса, например, или вблизи
от стационарных двигателей при условии, что защитные орудия нейтрализованы.
Если шаттл откроет огонь по оружейным башням "Индивидуума", то военный
корабль "Юнион" обнаружит радиацию и разнюхает, в чем дело. Даже если
грузовоз вообще понесет какой-нибудь ущерб — будь то порванный парус или
взорванный ракетный кокон,-- военный корабль обязательно расследует
происшествие. Или, в самом крайнем случае, попытается вызвать грузовоз и
узнать, что случилось.
Тор приготовил такую атаку напоследок, если их инкогнито обнаружится,
но пока что придерживался начального плана. Он знал, что один или больше
корабельных офицеров встретят его в доковом шлюзе. Если он и его люди
оперативно скрутят их всех, тогда им, возможно, удастся штурмовать корабль и
захватить его раньше, чем вахтенный с "Индивидуума" сумеет открыть пасть,
чтобы позвать на помощь.
Если караульный офицер будет бодрствовать, то у него хватит по крайней
мере времени, чтобы послать сообщение на Треллван. Военный корабль,
возможно, поймает прямую передачу, но пока два корабля по-настоящему не
свяжутся на открытой частоте, вероятнее всего, что военный корабль не поймет
сообщения.
Потребуется чуть более пяти с половиной минут, чтобы сообщение достигло
наземной антенны космодрома на Треллване. А оттуда сообщение мгновенно
отправится на военный корабль, и через пять с половиной минут оно будет на
месте. Это была самая большая опасность, и лишь атака группы на антенну
космодрома могла ее ликвидировать.
Но в том случае, если герцог Ринол раскроет обман, Тора могут встретить
с пушками наперевес.
Компьютер произвел минутный корректированный толчок. Мостик шаттла
зазвенел от частых' модуляций и глухого лязга магнитных кошек, цепляющих
корпус, от доковых бортов, закрепляющих судно на якорной стоянке в корпусе
грузовоза.
— Причалились,-- объявил он по внутренней цепи.
— Приготовиться, посадочная партия, главный корабельный шлюз!
Следующие несколько секунд должны быть решающими.
Получив шифрованное сообщение Лори, Грейсон поднял спрятавшегося
"Беркута" на "ноги" и начал двигаться вдоль оврага. Он направлялся к месту,
где берег частично разрушился, образуя естественный скат из лощины, прямо на
ровную площадку к юго-западу от порта. Сам порт все еще скрывался в дыму, но
наземная антенна высовывалась из тумана в двух километрах от него.
Постепенно вырисовывались остальные очертания — сплюснутое блюдце
контрольной башни, четыре параллельных ряда цистерн с жидким водородом чуть
дальше к востоку, серые формы шаттлов и боевых роботов. Грейсон получил
движущиеся радарные изображения по крайней мере восьми из них, хотя
непрекращающиеся радиоразряды искажали изображение и не давали четкости. Все
роботы, казалось, двигались к северному концу поля, и ни один из них не
находился ближе двух километров. Было похоже на то, что план осуществлялся.
По юго-западному периметру полз дымчатый туман, разгоняемый легким
северным бризом. "Беркут" достиг ячеистой ограды у периметра порта и
переступил через нее на железобетонное полотно. Впереди, в дыму, в
полукилометре провыл военный скиммер на воздушной подушке, направляясь на
север, но не заметил Грейсона.
Он рассчитывал на это. Хотя люди герцога знали, что два дня назад
Грейсон увел у них "Беркута", здесь все равно находилась рота боевых
роботов. Любой случайный наблюдатель почти наверняка предположил бы, что
испещренная боевыми шрамами машина, двигавшаяся по южному краю порта,--
своя. Полевые офицеры, которые решили бы иначе, были сейчас в Замке, за
мониторами боевых коммуникаций, или находились на поле боя, сидя в кабинах
своих боевых роботов и решая другие проблемы.
Звуки нестихающего боя смещались на север. Если бы трем роботам группы
удалось продержаться до того, как Грейсон уничтожит антенну, он смог бы
примкнуть к ним, атаковав силы Синдиката Драконов сзади. Используя
внезапность и замешательство, им, вероятно, удастся добраться до Ущелья и
скрыться от врага.
После этого группе надо через Грохочущее Ущелье подойти к заранее
приготовленной посадочной площадке на берегу Мрачного моря. Если Тор сумел
завладеть "Индивидуумом", один из шаттлов грузовоаа встретит их у бакена,
который они планировали установить через два стандартных дня. Им придется
бросить свои машины, чтобы пройти через Ущелье, потому что водопад
разыгрался уже не на шутку и путешествие водным путем невозможно. На
непредвиденный случай своей смерти Грейсон от руки начертил карты, чтобы
люди не заблудились по пути к северному выходу, а затем по иссеченной
местности к морю.
Очутившись на борту шаттла, они двинутся на "Индивидуум", а оттуда на
ближайшую сторожевую заставу Федеративного Содружества. Те из группы, кто
захочет остаться, могли прожить 30 стандартных дней на запасах с шаттла,
затем пробраться на скиммерах в Саргад, как только стемнеет.
И там они станут ждать возвращения Грейсона с силами Федеративного
Содружества, достаточными, чтобы раздавить интервентов Синдиката Драконов.
Усилием воли Грейсон оторвался от размышлений о плане. Анализируя все в
целом, он видел слишком много предположений, предпосылок и догадок, а также
слишком много мелочей, которые могли свести весь план на нет. Он вспомнил
еще одно правило Кая Гриффита. "Если что-то может не получиться,-- говаривал
оружейный мастер,-- оно и не получится. Пусть план твой будет прост, потому
что на деле все будет намного сложнее, чем задумано".
Грейсои не видел пути, как можно все еще больше упростить. С таким
ничтожным числом боевых роботов только сложный план давал ему перспективы на
выживание.
Он дернул переключатель на консоли, и на уровне глаз, на верхнем
дисплее, загорелись зеленое яблоко мишени и буквы. Грейсон поместил мачту
антенны в прицельный кружок — расстояние 850 метров. Затем произвел
проверку орудий. Пушка все еще находилась в покое, но была полностью
заряжена и готова к действию, ракетометы — батарея РБД, встроенных в торс
робота, и пара сдвоенных стволов РБД, установленных с каждой стороны
головы,-- были наведены, заряжены и выдавали на дисплее ряд зеленых точек.
Все готово. Он толкнул контрольный рычаг вперед, послав "Беркута"
тяжеловесной рысцой в сторону антенны. Когда в спину "Беркута" угодила
ракета, Грейсона это застало совершенно врасплох.
Тор перебрался в доковый шлюз, там он взял у солдата вибролезвие в
ножнах и привязал его к бедру, а солдат тем временем укрепил на его плечах
энергокомплект. Четырнадцать человек, добровольно вызвавшиеся на эту
операцию, уже находились там, по-прежнему одетые в униформы Королевской
службы охраны и вооруженные до зубов, начиная от длинных, острых столовых
ножей и вибролезвий и кончая лазерными винтовками. С ними находилось больше
половины пленников, которых они обнаружили на борту шаттла,-- вооруженных
чем попало и полных решимости дикарей. В тусклом освещении шлюзовой камеры
их лица выглядели бледными, а сами они цеплялись в невесомости за ручки
шлюза.
Глаза Тора встретили взгляд генерала Варнея.
— Пленники не убегут, сэр? Варней мигнул.
— Не убегут, капитан. Они в заднем трюме и прикованы к своим местам.
Возникла небольшая проблема с приятелем из секретной службы, поэтому мне
пришлось его вырубить. Опять.
— Отлично,-- Тор закусил губу,-- но, генерал...
— Не говори так, сынок,-- перебил Варней, повидимому, прочитав мысли
Тора.-- Здесь командуешь ты, а я лишь попутчик.-- Его пальцы стиснули
рукоятку ножа с тяжелым лезвием, который он держал в руках.
Тор помедлил и кивнул. Если он и усвоил кое, что из жизни военных, так
это то, что не следует спорить с генералом.
— О'кэй. Запомните еще раз: напропалую не стрелять. Может быть, мой
экипаж все еще управляет кораблем под охраной, а может, эти сволочи даже
завербовали их. Знает лишь Бог, что им наговорили, но здесь они понадобятся,
чтобы вести корабль. Запомните также, что дергаться не надо — ускорение
маленькое. Если топнете ногой в пол, то две минуты будете падать обратно.
Если ударите кулаком, то отлетите прямо назад. Смотрите у меня! Вопросы?
Нет? Отлично, сюда идут!
Наружная дверь воздушного шлюза скользнула! в сторону, и они уставились
через открытый люк "Индивидуума" на трио вооруженных офицеров в черных
униформах, стоящих в доке грузовоза.
— Эй! Что все это значит? — крикнул офицер пехоты в униформе
капитана. В следующий момент его сбил с ног один из вновь прибывших, а на
двух других навалились гурьбой и стали оттеснять к дальней переборке.
Генерал Варней вырвался вперед. Ударив своим ножом, он распорол
армейскому лейтенанту Синдиката Драконов живот.
Тор бросился на третьего офицера Синдиката, ноему навстречу выкатился
умирающий лейтенант, выбрасывая фонтаны крови и беспорядочно молотя. руками.
Тор мельком заметил, как офицер — по всей видимости майор — исчез через
люк грузового шлюза и нырнул в коридор. Проклятье!
— За ним! — заорал он.-- Поймать!
Посадочная группа проплыла по шлюзу и хдынуля в главный коридор. Тору
пришлсь ориентировать людей так, чтобы они направлялись в сторону мостика.
Слабого ускорения стационарного двигателя "Индивидуума" хватало как раз для
того, чтобы создать впечатление, что они действительно плыли по бесконечному
туннелю. В дальнем конце коридора Тор уловил какое-то движение.
— Сержант! Всади в него из лазера! Солдат опустил оружие, луч, слабо
видимый, как красная нить, замерцал по коридору, но майор за мгновение до
выстрела ускользнул через люк.
— Черт! — воскликнул Тор, пока посадочная группа продвигалась по
коридору. Теперь уже точно предупредят. Сейчас все зависело от Грейсона и
группы на Треллване.
Взрыв швырнул "Беркута" Грейсона на карачки. Он повис на кресельных
лямках в кабине, наугад врубая контрольные переключатели под рядами внезапно
вспыхнувших индикаторов. Повреждение, кажется, не серьезное, но было похоже
на то, что прыжковые реактивные двигатели выведены из строя.
Жизнеобеспечивающая система также выдавала зловещие показания.
Грейсон вернулся к контрольным рычагам и стал исправлять ситуацию,
положившись на свое природное чутье. Отжавшись от земли, "Беркут" встал и
обернулся лицом к противнику.
На расстоянии 220 метров стоял "Викинг" в черно-красной ливрее. Грейсон
узнал этот цветной рисунок. Он видел его раньше в компьютерных файлах.
"Викинг" был роботом Харимандира Синфа.
На дисплее загорелся перечень данных "Викинга". Тяжело вооруженная
бронированная зверюга весила 65 тонн, ее конструкция жертвовала скоростью и
маневренностью ради огневой мощи. Грейсон изучил список орудий — средние
лазеры, пу леметы, дальнобойные ракетометы в каждой ру ке, РБД, встроенные в
бронированные пластинь каждой ноги. Предплечья машины, уродливо раздутые,
вмещали кассеты ракет. Гигант поднял об руки и зашагал в сторону Грейсона,
как кошмарный лунатик.
В Грейсоне вспыхнула ярость. Он перекинул автопушку через левое "плечо"
и выпустил длинную раскатистую очередь адского огня, затем взметнул правую
руку "Беркута" вверх и разрядил три стремительные молнии когерентного света.
От головы и плеч "Викинга" расплескались пламя и осколки. Его грудь пересек
ряд воронок, разворотивших бронированную пластину и оставивших на одном
плече рваный шрам.
Грейсон рванулся раньше, чем успел оценить степень повреждения. Когда
он неуклюже бросился на железобетон и со страшным скрежетом протащился
вперед, на то место, где только что стоял "Беркут", обрушился новый шквал
ракет и лазерного огня. Грейсон поднял свою машину на ноги, выпустив залп
РБД; тесная кабина зазвенела и задрожала, когда установленные на голове
стволы выпустили с дымом и шумом свои заряды вместе. С тыльной части левой
руки "Викинга" свисали провода и обугленный металл, а масло, вытекающее из
торса, походило на густую черную кровь, струящуюся из шрама в броне.
Трубы, установленные на бедрах "Викинга", изрыгнули огонь. На таком
расстоянии Грейсон не успел отреагировать, и пара РБД врезалась в торс
"Беркута". Протекторы шлема избавили его от ужасающего шума, но визг
раздираемого металла и сильные разрывы ударили по ушам Грейсона с такой же
силой, как и сама ударная волна.
Он знал, что его единственным преимуществом над "Викингом" была
маневренность, и ему нужно было этим воспользоваться. Атакуя "Викинга" на
предельной скорости, "Беркут" отклонился с линии огня вражеского робота и
пошел в обход. "Викинг" поворачивался на левой ноге, наводя на врага лазер
правой рукой.
Разряд лазера угодил в правое плечо "Беркута". Твердо поставив левую
ногу машины, Грейсон стремительно развернулся вправо. Левая рука "Беркута"
врезалась в правое плечо "Викинга"; тяжелый гигант, тщетно восстанавливая
равновесие, пропахал носом воздух. Грейсон поднял лазер и прицелился. Он
всадил два разряда в спину и бок "Викинга" в тот момент, когда тот упал,
затем последовал залп РБД, угодивших в цель и разорвавшихся почти
одновременно.
Грейсон сверился с экраном, указывавшим время. Пятьдесят пять часов и
тридцать три минуты. Если команде "Индивидуума" удалось отправить сообщение,
то оно прибудет через две минуты. Нужно немедленно уничтожить антенну.
Шагнув мимо "Викинга", он перешел на бег. Машина Синфа — если это был
Синф — казалась поврежденной, но не уничтоженной. Возможно, что залп ракет
или само нападение только оглушили водителя. Грейсон подумал, что успеет
уничтожить башню, а затем вернуться, чтобы закончить начатое.
С расстояния 50 метров он выпустил залп РБД по основанию антенны, затем
повернул лазер на стойки и кабеля, идущие по мачте. Металл вспыхивал,
светясь бело-голубым огнем. Он, вероятно, уже покалечил антенну, но нужно в
этом удостовериться. Определив место, где мачта соединялась с проволочной
сетчатой тарелкой, Грейсон тщательно навел пушку. Когда он нажал на триггер,
пушка дернулась и заревела на плече "Беркута", оглушив Грейсона шумом и
вибрацией. Восьмидесятимиллиметровые разрывные снаряды искромсали тарелку,
обрушившись на мачту с опустошающей свирепостью. В воздухе замелькали
осколки опор, растяжек и обрывки проводов. На поле хлынул ливень обломков.
Тарелка обмякла и разлетелась на огненные, скомканные лохмотья.
Сама мачта пошатнулась, будто раненое существо, затем переломилась и
рассыпалась в груду руин.
Грейсон выдохнул. Теперь он уверен, что антенна никогда уже не передаст
ни одного сообщения.
Следующей мишенью была контрольная башня космодрома, вмещавшая
коммуникационные единицы, которые вели дальнодействующие, ненаправленные
передачи и могли заполнить коммуникационную брешь со стартовой точки, пока
не наладят новую, направленную тарелку. Поскольку с башни открывался
исключительный обзор всего космодрома и подступов к Грохочущему Ущелью,
вполне вероятно, что враг координировал свою тактику оттуда. Два дня назад,
во время рейда. Лори была сильно обстреляна. Хотя дыры в окнах были закрыты
листами фанеры, Грейсон заметил там движение. На башне находились люди.
Выведя башню на дисплей компьютера, Грейсон сверил расстояние: 841
метр. При обстреле другого робота точность на таком расстоянии была бы очень
мала, но башня представляла значительно большую мишень, чем самый крупный
робот. Грейсон задействовал автопушку, послав серию снарядов в башню из
стекла и кирпича.
Он увидел, как стены башни буквально вывернулись наизнанку, а цементные
блоки и кирпичи превратились в крошево. Снаряды дробили стекло, пластмассу,
дерево и металл, которые с грохотом разлетались на осколки, окруженные дымом
и языками пламени.
Вот так! А сейчас можно заняться "Викингом". Грейсон развернул
"Беркута" и направился восьмиметрйвыми шагами туда, где оставил машину
Синфа. Кровь шумела у него в ушах. Как здорово, если он разделается с этой
машиной. Он будет отомщен окончательно, когда увидит, как подохнет Синф.
Но "Викинга" там уже не было. То ли Синф оправился и улизнул, то ли на
помощь прибыл другой робот, Грейсон не знал. Он быстро просканировал район,
но, хотя дым стремительно рассеивался, не увидел ни одного признака
присутствия другого робота. Пожалуй, один из этих ангаров впереди...
Что-то — движение или шум — привлекло внимание Грейсона к экрану
консоли, дающему обзор сзади. Там, где от остова горящей контрольной башни
полз дым, видимость была хуже.
В дыму двигалась тень. Огромная зловещая тень с незабываемо знакомыми
очертаниями.
Грейсон развернул "Беркута" кругом и навел лазер. На мгновение дым
посветлел, затем ветер разнес его в клочья, обнаружив чудовищного
"Мародера", шагающего к машине Грейсона.
Сплюснутое и безобразное крабовидное "туловище" на искривленных "ногах"
безошибочно выдавало принадлежность этого монстра. Особенно выделялась
скорострельная пушка, приделанная к массивной броне.
Это был "Мародер" — тот самый "Мародер", что уничтожил "Феникса"
Дюранта Карлайла. "Мародер", погубивший его отца.
По долине продвигалась длинная неровная цепь из шести тяжелых боевых
роботов. Лори выкрикнула команду, и залегшие на земле "Страус", "Шершень" и
"Стингер...
