Энн Маккефри. Полет дракона
страница №3
... в плечо ему воткнулираскаленную головешку. Рана причиняла боль, но рука повиновалась ему как
прежде.
С воплем ярости Фэкс схватил с подноса пригоршню обглоданных костей
и швырнул их Ф'лару в лицо. Всадник пригнулся и на какой-то миг выпустил
врага из вида. Когда он поднял голову, Фэкс уже стоял рядом, а его клинок
сверкал в нескольких дюймах от груди Ф'лара. С быстротой, выработанной
годами тренировок, Ф'лар отпрянул назад - неожиданный выпад, и его нож
распорол руку Фэкса. Глаза всадника сверкнули - левая рука лорда
Плоскогорья бессильно повисла вдоль тела.
Фэкс стоял, покачиваясь. Ф'лар метнулся вперед, стремясь
воспользоваться своей удачей. Однако он недооценил противника и, пытаясь
увернуться от его клинка, получил сильнейший удар ногой в бок. Рухнув на
пол и скорчившись от боли, он откатился к стене. Фэкс, шатаясь, шел на
него. Если ему удастся навалиться всем телом на более легкого противника
и выбрать момент - тогда последний удар... Всадник тем временем вскочил
на ноги, однако выпрямиться не успел, и это спасло его. Попытавшись
достать клинком шею противника, Фэкс сильно наклонился вперед и потерял
равновесие. Ф'лар вскинул нож и изо всей силы ударил в незащищенную
спину лорда. Лезвие вошло точно под лопатку.
Поверженный властитель Руата распростерся на грязных каменных плитах.
Ф'лар поднял голову - тихие причитания разорвали окутавшую его дымку
боли. Как сквозь туман он увидел женщин, столпившихся у входа в холд.
Одна осторожно держала на руках большой сверток из белоснежного полотна.
Ф'лар не сразу понял, что это значит. Он чувствовал, что ему нужно
какое-то время, чтобы привести мысли в порядок. Взгляд его упал вниз, на
мертвое тело с торчащей из спины рукоятью. Он почувствовал, что убийство
этого человека не доставило ему удовольствия - только облегчение от того,
что Фэкс, а не он, Ф'лар, лежит на полу. Всадник вытер рукавом лоб и
заставил себя выпрямиться. В боку пульсировала боль, левое плечо горело.
Нетвердой походкой он подошел и служанке, которая все еще лежала у
ступенек внутренней лестницы.
Он осторожно перевернул ее легкое тело. В глаза бросился страшный,
расплывшийся под грязной кожей кровоподтек. Откуда-то сзади доносился
властный голос Ф'нора - коричневый всадник командовал суетившимися в зале
людьми.
Ф'лар положил ладонь на грудь женщины, пытаясь уловить биение сердца.
Несмотря на все усилия сдержать дрожь, пальцы его тряслись. Он
почувствовал толчок... потом еще: сердце билось - редко, но сильно.
Глубокий вздох облегчения вырвался у него. Такой сильный удар и падение
с лестницы могли оказаться гибельными для нее. Для Перна, возможно, тоже.
К облегчению, однако, примешивалась брезгливость. Из-за слоя грязи и
пятен сажи на лице невозможно было определить возраст этого создания.
Ф'лар поднял женщину на руки: несмотря на потерянные в схватке силы, ее
тело показалось всаднику совсем легким. Оставив Ф'нора наводить порядок
в холде, он понес служанку в отведенный ему Фэксом покой.
Комната тонула в полумраке. Ф'лар положил женщину на высокую кровать,
разворошил огонь в камине и зажег стоявший в изголовье светильник. Одна
мысль о том, что ему придется коснуться грязных спутанных волос, вызвала
отвращение. Тем не менее он осторожно откинул со лба женщины перепачканные
золой пряди и поднес светильник поближе. Черты ее лица оказались
правильными, тонкими. Левая рука, едва прикрытая лохмотьями, выше локтя
была почти чистой. На нежной и гладкой, без морщин, коже проступали
синяки и старые шрамы. Он взял ее ладони в свои и внимательно осмотрел:
изящные, прекрасной формы кисти, длинные пальцы, хотя и грязные...
На лице Ф'лара появилась улыбка. Да, она умело исказила очертания
руки - так, что даже его, всадника, ввела в заблуждение. Но ни сажа, ни
жир, ни грязь не могли теперь скрыть ее возраста. Для целей Вейра вполне
подходящего. Не верится, чтобы она всегда была такой неряхой... Этот
внешний вид - вероятней всего только маскировка.
Он внимательно разглядывал девушку, соображая, что она, к счастью, и
не настолько юна, чтобы появиться на свет вследствие одной из бесчисленных
связей Фэкса. Может быть, внебрачный отпрыск предыдущего лорда Руата?
Нет, в ней не ощущалось примеси простой крови... Порода была чистой -
какого из благородных родов Перна... хотя, скорее всего, девушка
действительно продолжала руатскую линию... Единственная, кому чудом
удалось уцелеть в резне десять Оборотов назад... затаившаяся в ожидании
дня мести... Иначе зачем ей было заставлять Фэкса отрекаться от холда?
С радостным трепетом от неожиданной удачи Ф'лар протянул руку, чтобы
сорвать с бесчувственного тела грязные лохмотья - но что-то удержало его.
Девушка пришла в себя. Ее большие, голодные глаза смотрели на него
недоверчиво, но смело.
Вдруг лицо ее дрогнуло и исказилось. С невольной усмешкой Ф'лар
смотрел, как расплываются ее черты, создавая иллюзорное впечатление
уродства.
- Хочешь обмануть всадника, девушка? - рассмеялся он. Не пытаясь
больше прикоснуться к ней, Ф'лар отодвинулся в ноги постели и прислонился
к большой резной спинке. Он скрестил руки на груди, но боль в плече
заставила его изменить позу.
- Назови свое имя и звание, девушка.
Она медленно приподнялась. Черты ее лица больше не казались
расплывшимися. Неторопливо отодвинувшись назад, она тоже оперлась на
спинку кровати, так что теперь они смотрели друг на друга через всю длину
высокого ложа.
- Фэкс?
- Мертв. Твое имя?
На ее лице промелькнуло выражение торжества. Она спустилась с кровати
и гордо выпрямилась во весь рост.
- Тогда я заявляю свои права - я, последняя из рода руатских
властителей. И я претендую на Руат, - провозгласила она звенящим голосом.
Некоторое время Ф'лар смотрел на нее, любуясь гордой осанкой. Затем
откинул голову на спинку кровати и негромко рассмеялся:
- Что? Ты, куча отрепьев? - язвительно заметил он, подчеркивая
несоответствие между ее претензиями и внешним видом. - О, нет, нет! Кроме
того, моя прекрасная леди, все всадники слышали и засвидетельствовали
клятву Фэкса, который отрекся от холда в пользу наследника. Или ты хочешь,
чтобы я и младенцу бросил вызов? Может быть, задушить его пеленками?
Ее глаза сверкнули, губы раскрылись в грозной, торжествующей улыбке.
- Никакого наследника нет. Гемма умерла, ребенок не успел родиться.
Я солгала.
- Солгала? - сердито переспросил Ф'лар.
- Да, - насмешливо подтвердила она и вздернула подбородок, - я
солгала. Ребенок не родился. Мне было нужно, чтобы ты бросил вызов Фэксу.
Резко наклонившись вперед, Ф'лар схватил ее запястье, уязвленный тем,
что дважды поддался ее внушению.
- Ты подталкивала всадника к поединку? К убийству? Тогда, когда он
находится в Поиске?
- Поиск? Какое мне дело до Поиска? Руат мой! Десять Оборотов я
трудилась и терпела, страдала и унижалась ради этого! Что может значить
для меня твой Поиск?
Ф'лару захотелось стереть с ее лица это надменное выражение. Он
жестоко дернул девушку за руку и бросил к своим ногам. Она рассмеялась ему
в лицо и, как только Ф'лар ослабил хватку, метнулась в сторону, поднялась
на ноги и выскочила из комнаты прежде, чем он сообразил, что произошло.
Всадник кинулся к двери. Изрыгая про себя проклятия, он несся по
гулким каменным коридорам к главному залу - она непременно должна попасть
туда, если собирается покинуть холд. Однако, когда он достиг зала, его
взгляд не смог разыскать быструю фигурку девушки среди слонявшихся там
людей.
- Это странное создание... женщина... она появлялась здесь? -
обратился он к Ф'нору, который стоял у двери, ведущей во двор.
Коричневый всадник покачал головой, потом пристально посмотрел на
брата:
- Значит, это она - источник силы?
- Да, - буркнул Ф'лар, еще больше раздосадованный исчезновением
беглянки. - Куда она могла подеваться? Кроме того, девушка - руатского
рода!
- Ого! И что же, она собирается потребовать холд у младенца? -
спросил Ф'нор, указывая на повитуху, устроившуюся на скамье возле
пылающего камина.
Ф'лар, собравшийся уже было возобновить поиски в бесчисленных
переходах холда, резко остановился и недоуменно уставился на коричневого
всадника.
- Младенца? Какого младенца?
- Мальчика, которого родила леди Гемма, - с удивлением ответил Ф'нор.
- Он жив?
- Да. Повитуха говорит - крепкий малыш, хотя его и извлекли из чрева
мертвой матери, да еще раньше срока.
Ф'лар откинул голову и разразился смехом. Итак, несмотря на все
хитрости девушки, истина восторжествовала!
Внезапно снаружи раздался восторженный рев Мнемента, поддержанный
трубными голосами других драконов.
- Мнемент поймал ее! - вскричал Ф'лар, и лицо его озарилось. Широким
шагом всадник прошел мимо распростертого на полу тела бывшего лорда
Плоскогорья и спустился во двор.
Он увидел, что Мнемент покинул свой насест на башне. Оглядывая
округу, Ф'лар позвал дракона. Затем он посмотрел вверх - описывая круги,
дракон спускался во двор. В передних лапах он держал девушку. В сознании
всадника проскочил ряд ярких, быстро сменяющихся картин - Мнемент сообщил,
что, зная о намерениях Ф'лара, он схватил девушку, когда та пыталась
покинуть холд через одно из верхних окон.
Бронзовый неуклюже уселся на задние лапы, взмахивая крыльями, чтобы
сохранить равновесие, потом осторожно поставил Лессу на ноги, оградив
ее, словно прутьями клетки, частоколом своих гигантских когтей.
Девушка стояла в этом кольце спокойно, не двигаясь, повернувшись лицом к
раскачивающейся над ней голове дракона.
Страж порога, заходясь от злобы и ужаса, отчаянно рвался с цепи на
помощь Лессе. Он едва не вцепился в ногу Ф'лара, когда тот проходил мимо.
- У тебя хватит мужества для полетов, девушка. - Всадник одобрительно
кивнул и положил руку на морду Мнемента. Бронзовый дракон был очень
доволен собой: он опустил голову, требуя, чтобы ему почесали надбровья.
- И ты, знаешь ли, вовсе не солгала, - продолжил Ф'лар, уступая
соблазну подразнить девушку.
Она медленно повернулась к нему, лицо ее оставалось непроницаемым.
"Она действительно не боится драконов!" - Ф'лар был восхищен.
- Ребенок жив. И это мальчик, - сказал он.
Теперь девушка не сумела скрыть смятения: на мгновение она сникла,
но вновь гордо выпрямилась
- Руат мой! - тихо, но твердо произнесла она.
- Да, так было бы - если бы ты, как только мы прибыли сюда, сразу же
обратилась ко мне.
Ее глаза заблестели:
- Что это значит?
- Всадник может взять под защиту любого человека, чья жалоба
справедлива. К тому времени, когда мы прибыли в холд Руат, моя маленькая
леди, я, даже несмотря на Поиск, был готов бросить вызов Фэксу. Мне
недоставало только какой-нибудь разумной причины. - Ф'лар, конечно,
преувеличивал, но ему хотелось доказать ей всю неразумность попыток
оказывать воздействие на всадников. - Если бы ты внимательней слушала
песни вашего арфиста, то лучше бы знала свои права. И, кроме того, -
голос Ф'лара стал суровым, - леди Гемма, наверное, не лежала бы теперь
мертвой... Она, бесстрашная душа, пострадала от Фэкса не меньше, чем ты.
Поведение девушки подсказывало Ф'л ару, что Лесса, несмотря ни на
что, сожалеет о гибели Геммы.
- Какой толк тебе сейчас от Руата? - спросил он, широким взмахом
руки обводя разоренный холд, двор и опустошенную долину. - Ты выполнила
задуманное - враг мертв, но приобретение бесполезно. - Помолчав, он с
усмешкой продолжил: - Хорошая работа, не так ли? Все остальные холды
будут возвращены, каждый - исконному роду. Один холд - один лорд, как
велит древняя традиция. Но есть еще сомневающиеся в этой заповеди - те,
кто заразился безумной алчностью Фэкса. Тебе, возможно, придется сражаться
с ними... но сможешь ли ты защитить Руат от нападения - сейчас, когда холд
в таком состоянии?
- Руат мой!
- Руат? Всего лишь Руат? - с иронией переспросил Ф'лар. - В то
время, как ты могла бы стать Госпожой Вейра?
- Госпожой Вейра? - выдохнула она, в изумлении уставившись на
всадника.
- Да, глупышка. Я же говорил, что нахожусь в Поиске. пора бы тебе
отвлечься от своего Руата. Цель нашего Поиска - ты!
Лесса оглядела направленный на нее палец всадника так, словно в нем
таилась смертельная опасность.
- Клянусь Золотым Яйцом, девушка, силы тебе не занимать... если ты
можешь заставить ничего не подозревающего всадника выполнять твои
желания. Но не пытайся проделывать это снова - теперь я настороже.
Мнемент одобрительно заворчал, звуки перекатывались в его глотке,
словно приглушенные расстоянием раскаты грома. Дракон выгнул шею и
уставился на девушку своим светящимся в полумраке двора глазом. Ф'лар
отметил, что Лесса не отшатнулась и не побледнела, когда сверкающий глаз
дракона размером с человеческую голову приблизился к ее лицу.
- Он любит, когда ему чешут надбровья, - примирительно сказал Ф'лар.
Всадник решил сменить тактику и загладить резкость последних слов.
- Я знаю, - кивнула девушка, протягивая руку к огромному мерцающему
оку.
- Неморта отложила Золотое Яйцо, - продолжал Ф'лар доверительным
тоном. - Скоро она умрет, Вейру необходима сильная духом владычица.
- Алая Звезда? - с ужасом спросила девушка.
Это удивило Ф'лара - до сих пор он считал, что она вообще ничего не
боится.
- Ты видела Звезду? Ты понимаешь, что означает ее появление?
- Смертельную опасность... - тихо прошептала она, бросив боязливый
взгляд на восток.
Ф'лар не спрашивал, каким чудом она смогла понять всю глубину
опасности, нависшей над Перном. Он готов был взять Лессу в Вейр даже
силой, если это потребуется. Однако предпочел бы, чтобы девушка
последовала за ними добровольно. Госпожа Вейра, готовая взбунтоваться в
любой момент, гораздо опасней, чем глупая простушка, занявшая это место.
Девушку переполняли силы, кроме того, она с детства привыкла к уловкам и
коварству. И было бы крайне опасно теперь неразумным обхождением вызвать
ее вражду.
- Опасность грозит всему Перну, а не только Руату, - снова заговорил
Ф'лар, стараясь, чтобы в его голосе как бы случайно проскользнула нотка
мольбы. - И ты нужна нам. Нужна в Вейре, а не в Руате. - Взмахом руки он
словно отмел в сторону холд, как нечто незначительное в сравнении со всем
необъятным Перном. - Мы обречены на гибель без сильной владычицы. Без
тебя.
- Гемма говорила, что понадобятся все бронзовые всадники... -
задумчиво пробормотала девушка.
"О чем она? Слышала ли она хоть одно произнесенное мной слово? Вряд
ли у меня найдутся более веские доводы", - Ф'лар нахмурился.
- Здесь ты победила. Пусть ребенок... - он ощутил резкую боль,
пронзившую ее, но безжалостно продолжал: - ...ребенок Геммы возвысится в
Руате. Ты, госпожа Вейра, будешь распоряжаться всеми холдами, а не только
разоренным Руатом. Ты добилась смерти Фэкса... теперь оставь месть.
Теперь Лесса смотрела на Ф'лара изумленными глазами, казалось, она
впитывает каждое его слово.
- Я никогда не думала о том, что произойдет после смерти Фэкса, -
медленно произнесла она. - Действительно, я даже не представляла, что
будет потом.
Ее смущение было таким детским, что сердце Ф'лара сжалось. Однако
не было ни времени, ни желания, чтобы обдумать все поразительные и
противоречивые черты характера девушки. Теперь Ф'лар понял, что определяло
ее поведение. Лессе было вряд ли больше десяти Оборотов, когда Фэкс
уничтожил ее семью. И все же, несмотря на столь юный возраст, она, поняв,
кто ее враг, в течение долгого, очень долгого для маленькой девочки
времени, скрывая свое настоящее лицо, ждала часа отмщения. И дождалась!
Какой Повелительницей Вейра она может стать! Должна стать!
Ф'лар глубоко вздохнул, любуясь своей находкой. В свете бледной луны
Лесса казалась совсем юной, беззащитной и почти хорошенькой.
- Ты можешь быть Госпожой Вейра, - повторил он мягко, но настойчиво.
- Госпожой Вейра.. - повторила она, как будто осваиваясь с этой
мыслью. Взгляд ее блуждал по залитому серебристым лунным светом
внутреннему двору. Ф'лару показалось, что она колеблется.
- Быть может, тебе больше по душе лохмотья? - спросил он, нарочито
насмешливо и резко. - Нечесаные волосы, грязные ноги, потрескавшиеся
ладони? Спать в соломе и питаться объедками? Ты молода... вернее, я
предполагаю, что ты молода... И что же, это - все, к чему ты стремишься?
Как же назвать тебя, если здешний крохотный уголок громадного мира - все,
что тебе нужно? - Он помолчал, потом с холодным презрением добавил: - Я
вижу, кровь Руата стала водой. Ты боишься!
- Я - Лесса, дочь лорда Руата! - возразила оскорбленная девушка. Она
выпрямилась, и глаза ее сверкнули, как две звезды. - Я ничего не боюсь!
Ф'лар удовлетворенно улыбнулся. Вдруг Мнемент вскинул голову и во
всю длину вытянул гибкую шею. Его могучий рык, подобно сигналу боевого
горна, прокатился над долиной: бронзовый хотел передать Ф'лару свою
уверенность в том, что Лесса примет вызов. Откликнулись другие драконы,
но их голоса, казалось, все вместе не могут перекрыть громоподобного рева
Мнемента. Страж порога, свернувшийся у своего логова, тоже подал голос:
он визжал нервно, пронзительно, до тех пор, пока во двор не высыпали
перепуганные обитатели холда.
- Ф'нор, - произнес бронзовый всадник, жестом подзывая помощника. -
Оставь половину людей охранять холд. Кто-нибудь из соседних лордов может
попытаться занять место Фэкса. Одного всадника пошли в Плоскогорье с
доброй вестью. Да и сам отправляйся туда же - прямо в швейный цех.
Переговори с Л'то... с Лайтолом. - Ф'лар усмехнулся. - Я думаю, он будет
хорошим управляющим для Руата; пусть правит им пока от имени Вейра и
законного наследника холда.
По мере того как Ф'лар излагал свои планы, лицо коричневого всадника
прояснялось. Фэкс мертв, и всадники, расправившись с тираном, обязаны
взять Руат под свою защиту. Тогда холд будет в безопасности и, при умелом
управлении, быстро поправит свои дела. Ф'нор был доволен.
- Значит, эта девушка - причина упадка Руата? - спросил он своего
предводителя, с интересом разглядывая Лессу.
- С ее умом и силой она могла бы довести до гибели даже Вейр, - снова
усмехнулся Ф'лар. Его Поиск завершился более чем успешно, и теперь всадник
мог позволить себе проявить великодушие. Однако, взглянув на сияющее лицо
Ф'нора, он счел необходимым посоветовать: - Попридержи-ка свое ликование,
брат. Новая королева еще должна пройти обряд Запечатления.
- Я постараюсь все устроить. Лайтол! Да, Лайтол - прекрасный выбор,
- произнес коричневый всадник, хотя знал, что Ф'лар не нуждается в его
одобрении.
- Кто такой Лайтол? - резко спросила Лесса. Она отбросила со лба
густые, темные, перепачканные золой волосы; при свете луны грязь на ее
лице была почти незаметна. Перехватив слишком откровенный взгляд,
брошенный Ф'нором на девушку, Ф'лар властным жестом отправил коричневого
всадника выполнять полученные приказы.
- Лайтол - человек Вейра, он потерял своего дракона. Он тоже не из
числа друзей Фэкса. Лайтол сможет хорошо позаботиться о Руате; не
сомневаюсь, что теперь холд будет процветать. - Ф'лар пристально посмотрел
на Лессу и многозначительно добавил: - Не так ли?
В мрачном замешательстве девушка разглядывала всадника, пока его смех
не нарушил тишину.
- Мы возвращаемся в Вейр, - решительно объявил он, предлагая ей руку,
чтобы подсадить на шею Мнемента.
Бронзовый, тем временем, наклонился к стражу порога. Зверь хрипло
дышал; за ним, извиваясь по земле, волочилась цепь.
- Ох, - вздохнула Лесса, опускаясь на колени возле лежащего в пыли
громоздкого тела. Страж медленно поднял голову и жалобно застонал.
- Мнемент говорит, что он очень стар и скоро уснет навсегда, - сказал
Ф'лар.
Пальцы Лессы нежно погладили нелепую морду зверя, пробежали по
выступающим надбровьям, почесали уши.
- Идем, Лесса Пернская, - поторопил Ф'лар. Ему не терпелось поскорее
покинуть это место.
Девушка послушно поднялась.
- Он спас меня... Он знал, кто я...
- Он понимает, что поступил правильно, - заявил Ф'лар уверенным
тоном, удивленно взглянув на девушку. Ему казалось, что сентиментальность
не свойственна ее твердой натуре.
Ф'лар взял Лессу за руку и в то же мгновение был сбит с ног.
Растянувшись на камнях, он попытался было встать, чтобы встретить
неожиданного врага лицом к лицу, но чудовищная сила удара почти
парализовала всадника. Беспомощный, он лежал на спине, с ужасом глядя на
стремительно приближающееся чешуйчатое тело стража.
Почти одновременно Ф'лар услышал испуганное восклицание Лессы и
трубный рев Мнемента. Громадная голова бронзового поворачивалась, чтобы
отбросить стража от хрупкой человеческой плоти. "Не успеет!" - пронеслось
в голове Ф'лара, но в тот момент, когда страж взмыл в воздух, он услышал
крик девушки:
- Нет! Не убивай! Не убивай его!
Страж порога, рычание которого перешло в тревожный мучительный
всхлип, выгнул тело, пытаясь изменить направление полета... и вдруг рухнул
на камни двора у ног Ф'лара - всадник услышал, как хрустнул позвоночник
зверя..
Раньше, чем Ф'лар смог подняться на ноги, Лесса, с перекошенным от
горя лицом, обхватила руками безобразную голову стража.
Мнемент вытянул шею, осторожно прикоснулся и умирающему зверю и,
словно прислушиваясь, замер на несколько секунд. Затем он передал Ф'лару,
что зверь бросился спасать Лессу. Опасности истинные и мнимые перепутались
в одряхлевшем сознании стража. Ему показалось, что Лессу силой заставляют
покинуть Руат, холд ее предков... Но, услышав приказ девушки, он ценой
жизни исправил ошибку...
- Страж хотел защитить меня, - не оборачиваясь, прошептала Лесса.
Голос ее прерывался всхлипываниями. - Он... он был единственным, кому я
доверяла. Моим единственным другом...
Ф'лар неловко похлопал ее по плечу: какой же должна была быть жизнь
девушки, если она называет своим единственным другом стража порога...
Всадник болезненно поморщился - при падении рана в плече открылась и
заныла.
- Настоящий друг, верный и бесстрашный, - произнес он, глядя, как
дымка смерти заволакивает золотисто-зеленые глаза зверя. Глаза постепенно
тускнели, меркли, пока, наконец, не погасла в них последняя искра.
Внезапно драконы издали высокий, едва слышный звук, от которого у
людей пробежал мороз по коже. Это был жуткий звук - звук тоски по умершему
соплеменнику.
- Он был всего лишь сторожевым зверем, - прошептала потрясенная
Лесса.
- Драконы оказывают почести, когда они считают нужным, - сухо заметил
Ф'лар, подчеркивая свою непричастность и произошедшему.
Лесса еще раз обвела долгим взглядом безобразную голову зверя,
осторожно опустила ее на камни, погладила подрезанные крылья. Потом
торопливо отстегнула металлическую пряжку, крепившую на шее тяжелый
ошейник, и яростным движением отшвырнула ошейник прочь.
Она поднялась, плавно распрямила гибкое тело, решительно, не
оглядываясь, шагнула к Мнементу и, поставив ногу на протянутую лапу
дракона, легко вспрыгнула на громадную шею.
Ф'лар оглядел двор: там готовились к перелету остальные всадники его
Крыла. Обитатели холда уже удалились под безопасные своды главного зала.
Когда с приготовлениями было покончено, Ф'лар тоже вскочил на шею Мнемента
позади Лессы.
- Крепко держись за мои руки, - приказал он, схватившись за толстую
складку на шее дракона. И отдал команду взлетать.
Пальцы девушки цепко сомкнулись вокруг его запястий. Бронзовый
дракон, взмахивая огромными крыльями, набирал высоту. Мнемент предпочитал
взлетать, ныряя в воздух со скалы или башни: драконы вообще не любили
тратить силы зря.
Ф'лар оглянулся: его всадники уже образовали полетный клин, правда,
заметно поредевший - часть Крыла осталась в Руате. Когда клин набрал
достаточную высоту, Ф'лар скомандовал Мнементу войти в Промежуток.
Они повисли среди мертвенного нигде. У Лессы перехватило дыхание, но
она не выдала своего изумления. Хотя Ф'лар давно привык к пронизывающему
холоду и полному отсутствию звука и света, его почему-то охватило
беспокойство. Весь путь в Промежутке до Вейра занимал времени не больше,
чем требовалось для того, чтобы не торопясь сосчитать до трех. Когда они
вынырнули из жуткого вневременного безмолвия, Мнемент одобрительно
рявкнул - ему понравилось, что в отличие от других женщин, впервые
попадавших в Промежуток, Лесса совладала со своим страхом. Ф'лар
чувствовал, как в его руке, прижатой к боку девушки, отдаются частые
удары ее сердца.
В ярком свете дня, на расстоянии половины мира от ночного Руата, они
парили над Вейром. Вскоре крылья Мнемента затрепетали и дракон начал
плавно спускаться.
Лесса крепко сжала руки всадника, удивленная и восхищенная
величественным видом Вейра. Дракон описывал круг над огромной каменной
чашей. Слегка отклонившись в сторону, Ф'лар заглянул в лицо девушки. Хотя
они мчались с огромной скоростью над самым высоким хребтом Бендена, только
восторг светился в ее глазах Чуть позже, когда семь драконов дружно
протрубили свой приветственный клич, по ее губам скользнула еле заметная
улыбка.
Крыло спускалось все ниже и ниже, планируя по широкой спирали. Строй
рассыпался - каждый снижался к своему пещерному ярусу. Резко свистнув
и погасив скорость почти вертикально повернутыми крыльями, Мнемент тоже
завершил плавное скольжение и легко опустился на карниз. Он припал к
камню, и Ф'лар помог девушке спуститься на неровную, покрытую царапинами
от когтей скалу.
- Вот дорога в наше жилище, - сказал он Лессе, когда они вошли в
широкий коридор с высокими сводами, под которыми мог свободно пройти
громадный бронзовый дракон.
Они добрались до просторной пещеры, которая стала домом Ф'лара с тех
пор, как Мнемент достиг зрелости. Всадник окинул жилище нетерпеливым
взглядом, - вот и завершилась его первая длительная отлучка из Вейра.
Огромная подземная полость была куда больше, чем главные залы холдов,
которые еще недавно показывал ему Фэкс. Те залы, впрочем, предназначались
для людей, а не для драконов. Внезапно Ф'лар осознал, что его собственное
жилище выглядит почти таким же запущенным, как Руат. Несомненно, Бенден
- один из древнейших Вейров, так же, как и Руат, входящий в число самых
древних холдов. Скольким драконам служила лежбищем эта пещера, пока
твердый камень истирался в пыль огромными телами! На сколько футов
опустился пол в коридоре к спальной комнате к примыкающей к ней купальне,
где всегда струилась свежая вода (в скале находился теплый источник)!
Настенные драпировки уже выцвели и обтрепались, а на дверных косяках и
на полу темнели жирные пятна. "Все это нетрудно привести в порядок", -
подумал Ф'лар.
Остановившись на пороге спальной комнаты, Ф'лар взглянул на девушку и
прочитал тревогу в ее глазах.
- Я должен накормить Мнемента. Ты можешь купаться первой, - сказал
он, роясь в сундуке в поисках какого-нибудь платья, оставленного прежними
обитателями жилища и имеющего более приличный вид, нежели ее лохмотья.
Он аккуратно вынул и положил обратно в сундук белую шерстяную хламиду -
традиционное одеяние для Запечатления. Она наденет ее, когда наступит
время. Всадник бросил к ногам девушки ворох одежд и мешочек с ароматным
песком, указав на занавесь, прикрывавшую проход в купальню.
Покидая комнату, Ф'лар обернулся. Девушка неподвижно стояла возле
кучи сваленных на пол одеяний, даже не пытаясь что-нибудь выбрать.
Бронзовый передал ему, что Ф'нор кормит Канта, и что он, Мнемент,
тоже голоден. "Она не доверяет Ф'лару, - продолжил Мнемент, - но драконов
не опасается".
- С чего бы ей опасаться драконов? - спросил Ф'лар. - Ведь вы -
дальняя родня стражу порога, который был ее единственным другом.
Мнемент высокомерно ответил всаднику, что он, бронзовый дракон в
полном расцвете сил, не имеет никакого отношения к ничтожному, костлявому
стражу с подрезанными крыльями, посаженному на цепь и выжившему из ума от
старости.
- Тогда почему же вы оказали ему посмертные почести как дракону? -
настаивал Ф'лар.
Мнемент ответил, что гибель существа столь преданного следовало
отметить достойным образом. Даже голубой дракон не стал бы отрицать, что
руатский страж порога сохранил вверенную ему тайну - хотя он, Мнемент,
всячески пытался ее выведать. Кроме того, зверь пожертвовал жизнью ради
исправления ошибки, которая могла бы иметь самые страшные последствия, и,
тем самым, возвысился до вершин мужества и самопожертвования, достойных
дракона.
Ф'лар, довольный тем, что ему удалось подразнить бронзового,
усмехнулся. Мнемент величественно описал круг и опустился на площадку
для кормления.
Ф'лар спрыгнул, как только его бронзовый завис около Ф'нора. Резкий
удар о землю вызвал боль в плече, и всадник подумал, что надо попросить
девушку перевязать рану. Мнемент тем временем развернулся и налетел на
ближайшего жирного самца из суетившейся на площадке стаи птиц.
- С часу на час может наступить Срок, - сказал Ф'нор, возбужденно
сверкая глазами и приветствуя брата улыбкой - узнавать новости и делиться
ими было его слабостью.
Ф'лар молча кивнул. Они наблюдали, как коричневый Ф'нора хватает
птицу. Кант стиснул сопротивляющуюся жертву когтистой лапой и, взлетев,
уселся на свободный выступ скалы с намерением продолжить там свою трапезу.
Разделавшись с первой тушей, Мнемент промчался над стаей давно
потерявших способность летать неповоротливых птиц. Выхватив очередную
жертву, он устремился вверх. Ф'лар в восхищении следил за полетом дракона.
Всадника приводили в восторг легкие взмахи громадных крыльев, игра
солнечных бликов на бронзовом теле, сверкание блестящих когтей его друга.
Ф'лар никогда не уставал любоваться Мнементом - грация и мощь дракона
покоряли его.
- Лайтол был ошеломлен твоим предложением, - заметил Ф'нор, - и
просил выразить тебе свою признательность и благодарность. Он превосходно
справится с Руатом.
Появление двух голубых драконов привело стаю в неистовство. С
испуганными криками птицы бросились врассыпную.
- Остальных отозвали, - продолжал Ф'нор, - Неморта уже охвачена
оцепенением смерти... - Он резко махнул рукой и, наконец, выложил главную
новость: - С'лел привез двоих. Р'гул - пятерых! Говорят, смелые девушки
- и хорошенькие!
Ф'лар не ответил. Для него это не было неожиданностью. Он знал, что
С'лел и Р'гул привезут немало кандидаток. Пусть наберут хоть сотню, если
им этого хочется. Но он, Ф'лар, бронзовый всадник, выбрал одну - ту,
которая победит.
Обидевшись, что его новости не вызвали никакой реакции, Ф'нор встал:
- Нам надо было прихватить девушку из Крома... и еще ту,
хорошенькую...
- Хорошенькую? - передразнил его Ф'лар, - значит, хорошенькую?
Такую, какой была когда-то Йора?
- К'нет и Т'бор везут претенденток с запада, а это кое-что значит, -
не слушал брата, стоял на своем Ф'нор.
Их разговор был прерван оглушительным ревом, - два возвращающихся
Крыла снижались, образовав двойную спираль в яркой синеве неба.
Мнемент резко поднял голову и издал мягкий мелодичный звук. Ф'лар
позвал его, и бронзовый слетел вниз, не выразив недовольства тем, что его
оторвали от еды - хотя съел он совсем немного. Это обрадовало Ф'лара.
Дружески махнув рукой брату, он встал на вытянутую лапу Мнемента, и они
поднялись на свой карниз.
Шагая по короткому коридору, Мнемент рассеянно высвистывал что-то. В
пещере зверь растянулся в углублении каменного пола, служившем ему ложем,
удобно положил на выступ свою длинную голову и замер. Ф'лар устроился
рядом. Дракон поглядывал на своего друга огромным глазом, многочисленные
фасеты которого мерцали и переливались. Ф'лар принялся ласково почесывать
надбровья Мнемента, и тот стал потихоньку засыпать.
Взгляд дракона мог напугать кого угодно, но только не всадника. Для
Ф'лара минуты, проведенные вдвоем с Мнементом, были самыми счастливыми
за день. Двадцать Оборотов назад Мнемент, пробившись сквозь скорлупу,
спотыкаясь, с трудом пересек площадку рождений и, покачиваясь на слабых
ногах, встал перед мальчиком Ф'ларом. В мире не существовало большей
чести для человека, чем доверие и дружба этих крылатых чудовищ. И
преданность, которую дракон дарил избраннику, единственному среди всех
людей, была непоколебимой и полной с момента Запечатления.
Сытый и довольный, Мнемент засыпал. Громадные глаза его постепенно
закрылись веками, только кончик хвоста продолжал слегка подрагивать -
верный признак того, что в случае тревоги дракон мгновенно пробудится.
Глава 7
Во имя Яйца Золотого Фарант
И пламени, жгущего Нити,
Рои многоцветные в недрах горы
С любовной заботой растите.
Из всадников юных растите мужей
Бесстрашных и верных законам -
Пусть сотнями в небо взмывают они
На сильных и ловких драконах.
Лесса оставалась на месте, пока не затих вдали звук шагов всадника.
Убедившись, что рядом никого нет, она быстро пересекла большую пещеру.
Ее чуткое ухо уловило отдаленый скрежет когтей по камню и шелест могучих
крыльев. Девушка выбежала по широкому короткому коридору на карниз и
огляделась вокруг. Перед ней простирались каменные стены Вейра Бенден;
они окружали лишенную растительности овальную площадку, на которую
опускался бронзовый дракон. Конечно, как каждый из пернитов, Лесса много
слышала о Вейрах; но одно дело - слышать, и совсем другое - находиться в
одном из них. Она посмотрела вниз, потом - вверх и вокруг себя - со всех
сторон, насколько хватало глаз, простирались каменные склоны; было ясно,
что покинуть карниз можно только на крыльях дракона. Ниже и выше выступа
скалы, на котором она стояла, зияли отверстия ближайших пещер. Итак, здесь
она в полной изоляции.
"Ты станешь Госпожой Вейра", - сказал всадник. Его женщиной? В Вейре,
которым владеет он? Не это ли Ф'лар имел в виду? Нет, от дракона Лесса
получила совсем иное представление... неожиданно девушка подумала о
том, насколько необычна ситуация, в которую она попала. Как странно...
она понимала дракона... Разве обычные люди способны на это? Или,
действительно, в ее жилах течет кровь всадников? Во всяком случае, Мнемент
намекал на что-то значительное, какое-то особое звание. Она должна
состоять при королеве драконов - той, что еще не вылупилась на свет...
Но почему именно она? Лесса смутно припоминала, что, отправляясь в Поиск,
всадники высматривают особенных женщин. Да, особенных! И в таком случае
она - одна из кандидаток. Но бронзовый всадник предложил ей это звание,
словно она - и только она одна - имела на него право. "Он просто
самонадеян, - решила Лесса, - хотя и не до такой степени, как Фэкс."
Она видела, как бронзовый дракон ринулся вниз, видела, как он схватил
свою жертву и, взмыв над метавшимися в ужасе птицами, уселся на дальнем
выступе скалы для трапезы. Инстинктивно Лесса отпрянула назад, в темноту
кажущегося безопасным коридора.
Вид дракона, терзающего жертву, разбудил в ее памяти множество
страшных историй. Историй, над которыми она раньше насмехалась... Но
теперь... Правда ли, что прежде драконы охотились на людей? Прежде...
Пожалуй, не стоит размышлять на эту тему. Род драконов не более жесток,
чем человеческий. Если когда-нибудь так и было, то драконы, скорее всего,
действовали из животной потребности, чем из зверской жадности.
В полной уверенности, что всадник вернется не скоро, Лесса прошла
через большую пешеру в спальную комнату, сгребла одежду и, подняв мешочек
с песком, направилась в купальню. Каменный пол небольшим уступом врезался
в неправильный круг бассейна. В неярком приглушенном свете можно было
различить скамейку, рядом с ней - полку для сухого белья, у самого края -
дно бассейна, песчаное, неглубокое, чтобы можно было стоять. Дальше дно
понижалось, бассейн становился глубже, и у каменной противоположной стены
вода была совсем темной.
Стать чистой! Стать совершенно чистой - и впредь оставаться такой!
Торопливо сорвав и отбросив в сторону остатки лохмотьев, она набрала
полную пригоршню душистого, мелкого, как пыль, песка и, наклонившись к
воде, смочила его.
Сухая, невесомая пыль превратилась в мягкий ароматный ил. Потерев
ладони и покрытое синяками лицо, она зачерпнула еще, и принялась отмывать
руки и ноги, плечи и грудь. Лесса скребла тело до тех пор, пока
полузажившие порезы и ссадины не засочились кровью. Тогда она рывком
вошла, почти прыгнула в бассейн. Вспенившийся в теплой воде ил защипал
раны. Лесса окунулась и принялась отмывать волосы. Она втирала в кожу
головы ароматный ил и смывала его - до тех пор, пока, как много Оборотов
назад, не вернулось ощущение чистоты. Длинные пряди, путаясь, плыли к краю
бассейна, и исчезали в темноте под скалой. Девушка с радостью отметила,
что вода - проточная, - на смену мутной и грязной все время поступает
свежая. Лесса снова принялась за тело. Теперь нужно отскрести многолетнюю
въевшуюся грязь. Это купание было сродни некоему ритуалу: она смывала не
только грязь, покрывавшую тело. Стать чистой! Освободиться от грязи,
десять Оборотов мучившей ее!
Блаженство охватило Лессу... Она в третий раз вымазала волосы илом,
сполоснула их и неохотно выбралась из бассейна.
Покопавшись в груде одежды и вытащив понравившийся плащ, девушка
встряхнула его и приложила к плечам. Темно-зеленая ткань оказалась мягкой,
ворс слегка цеплялся за огрубевшую кожу пальцев. Лесса через голову
натянула это одеяние, оказавшееся слишком широким, так что пришлось
перехватить его поясом. Прикосновение мягкой ткани к обнаженной коже было
непривычным и приятным, Лесса даже ощутила дрожь от удовольствия, затем
потянулась, выгибая спину, улыбнулась, взяла свежее полотенце и занялась
волосами.
Неожиданно раздался какой-то приглушенный звук. Лесса замерла с
поднятыми руками и прислушалась. Да, снаружи доносились шорох и негромкий
свист. Должно быть, вернулся всадник со своим бронзовым зверем. "Как не
вовремя! - Она с досадой поморщилась и принялась еще сильнее тереть
волосы полотенцем. Затем, погрузив пальцы в полусухую массу волос и
безуспешно пытаясь разделить ее на пряди, Лесса в раздражении повернулась
к полкам. Порывшись там, она обнаружила металлический гребень с крупными
зубьями и вновь накинулась на непокорные волосы. Безжалостно раздирая
спутанные пряди, постанывая от боли и нетерпения, она, наконец, справилась
со своей прической. Высохнув, волосы словно обрели собственную жизнь. Они
потрескивали под ладонями, прилипали к лицу, гребню, платью; было почти
невозможно справиться с этой шелковистой массой, которая, к тому же
оказалась гораздо длинней, чем могла предположить их обладательница.
Теперь расчесанные и чистые волосы спадали до талии.
Лесса снова замерла и прислушалась: тишина, ни одного звука. Девушка
осторожно отодвинула занавес и заглянула в спальню. Пусто. Лесса
сосредоточилась и уловила медленный, ленивый ток мыслей гигантского
зверя. Что ж, лучше встретиться с этим человеком в присутствии дремлющего
дракона, чем в спальной комнате. Она решительно двинулась вперед и,
проходя мимо полированного куска металла, висевшего на стене, уголком
глаза заметила, как в нем мелькнула фигура какой-то совершенно незнакомой
женщины.
Пораженная, Лесса остановилась и с недоверчивым изумлением оглядела
отражающееся в металле лицо.
И лишь когда отражение повторило ее жест - поднесенные к щекам
дрожащие пальцы - девушке стало ясно, что она видит себя.
Лесса поняла, что она красивее, чем леди Тела или дочь портного!
Правда, слишком худая... Ее ладони непроизвольно опустились к шее,
скользнули по выступающим ключицам к груди, пропорции которой не
соответствовали ее худощавому телу. "Платье слишком просторно", - отметила
Лесса с внезапно возникшим незнакомым ей прежде самолюбованием. А
волосы... настоящий ореол, лучистая корона... Нет, они не желают лежать
послушно... Торопясь, она пригладила их, машинально перебросив вперед
несколько прядей - так, чтобы они закрывали лицо. Затем, опомнившись,
раздраженно отбросила их на плечи - в Вейре ей не нужно маскироваться!
Слабые звуки - скрип сапог, шорох шагов - вернули ее к реальности.
Лесса замерла, ожидая появления всадника. Неожиданно в ней проснулась
робость. Теперь, когда лицо ее было открыто миру, волосы струились по
плечам и спине, а линии точеной фигуры подчеркивались мягкой тканью
платья, она как бы лишилась привычной защиты и, следовательно, стала более
уязвимой.
Подавив желание убежать и спрятаться. Лесса еще раз взглянула на свое
отражение в зеркале, окончательно утвердилась в своей привлекательности
и вскинула голову; от этого движения, потрескивая и шурша, ее волосы
взметнулись вверх. Она - Лесса Руатская, наследница старинного и
благородного рода. Ей больше не надо скрываться, хитрить, контролировать
каждый свой шаг.. Теперь она может смело смотреть в лицо миру.. и этому
всаднику.
Девушка решительно пересекла комнату и отбросила занавес, закрывавший
вход в большую пещеру.
Ф'лар сидел возле головы дракона и с трогательной нежностью
почесывал зверю надбровья. Эта картина совершенно не соответствовала ее
представлению о всадниках.
Лесса, конечно, знала о нерушимых узах, связывающих всадников с их
драконами, но лишь теперь поняла, что в основе этой связи лежит любовь.
Девушку поразило, что сдержанный, холодный человек, доставивший ее сюда,
способен на такое чувство. Там, во дворе Руата, возле старого стража
всадник вел себя весьма бесцеремонно. И неудивительно, что бедный зверь
заподозрил в нем обидчика. "Драконы - и те проявили больше терпимости", -
подумала она, невольно шмыгнув носом.
Словно не желая расставаться с бронзовым зверем, всадник медленно
обернулся. Заметив девушку, он приподнялся. В глазах его мелькнуло
удивление - по-видимому, перемена в ее внешности поразила его. быстрыми,
легкими шагами он приблизился к Лессе, осторожно взял ее под локоть и
увел в спальное помещение.
- Мнемент мало ел, для отдыха ему нужна тишина, - сказал Ф'лар
приглушенным голосом, словно не существовало ничего важнее покоя дракона.
Он поправил тяжелый занавес, закрывавший проход в пещеру.
Затем всадник молча отодвинул девушку на расстояние вытянутой руки
и бесцеремонно осмотрел ее с головы до пят. На его лице отражалось
удивление, смешанное с любопытством.
- Ты стала красавицей, да, почти красавицей, - признал он с таким
изумлением и, одновременно, снисхождением, что Лесса, обиженная, резко
отпрянула от него. Всадник негромко рассмеялся: - Кто бы мог догадаться,
что за клад скрывается под грязью и сажей... десяти Оборотов, не так ли?
Ты, несомненно, достаточно красива, чтобы успокоить на сей счет Ф'нора.
Возмущенная такой дерзостью, она ледяным тоном осведомилась:
- А что, Ф'нора непременно нужно успокаивать?
Всадник улыбнулся, и Лесса, с трудом удерживаясь, чтобы не броситься
на него с кулаками, в гневе сцепила руки. Наконец Ф'лар встал.
- Забудем о Ф'норе. Сначала надо поесть. Но перед этим мне
потребуются от тебя кое-какие услуги - - Он шагнул к ней, - Лесса
протестующе вскрикнула. Ф'лар резко обернулся, и лицо его исказилось от
боли - слишком поспешное движение потревожило рану в плече. Всадник криво
усмехнулся: - Почему бы тебе не промыть раны, честно заработанные в битве
за твои интересы?
Отодвинув часть настенной драпировки, он крикнул в темнеющее
отверстие:
- Еду на двоих!
Голос заметался в глубоком колодце, и Лесса услышала, как далеко
внизу откликнулось эхо.
- Неморта коченеет, - продолжал он, доставая что-то с полок,
спрятанных за драпировками, - и, значит, исполнения Срока не придется
долго ждать.
При упоминании о Сроке Лесса похолодела. Даже от самого мягкого
описания этого эпизода в преданиях о драконах стыла кровь - девушка брала
предметы сервировки, подаваемые ей всадником, уже в состоянии какого-то
оцепенения...
- Что? Испугалась? - Ф'лар опустил драпировку и принялся стягивать
изорванную, окровавленную рубаху.
Тряхнув головой, Лесса посмотрела на его спину. Мускулистый торс
всадника и его широкие плечи были испещрены царапинами и шрамами.
Из раны на плече сочилась кровь: очевидно, Ф'лар неосторожно задел
ее, когда стаскивал одежду.
- Мне понадобится вода. - Лесса взяла подходящую неглубокую миску и
отправилась к бассейну, не переставая удивляться, как это она согласилась
уехать из Руата.
Пусть холд полностью разорен, но он все же - ее родное гнездо, где
знаком каждый уголок от главной башни до самого глубокого подвала. В тот
момент, когда Фэкс умер и всадник хитро подкинул ей идею насчет Вейра,
она чувствовала себя способной на многое. А что она может сделать теперь?
В лучшем случае не расплескать воду из миски, которая почему-то задрожала
в руках.
Лесса попыталась сосредоточиться на ране - ужасном порезе, особенно
глубоком в том месте, где острие вошло в тело. Во время схватки нож Фэкса
скользнул вниз, и там порез был не так глубок. Промывая рану, девушка
чувствовала под пальцами мускулистое тело всадника, и это ей даже
нравилось. Удивительно, но запах его тела - запах пота, мускуса, кожи не
внушал ей отвращения.
Когда Лесса удаляла сгустки запекшейся крови, всадник, должно быть,
испытывал сильную боль, но его лицо оставалось спокойным. Лессе вдруг
захотелось разбередить рану, заставить Ф'лара вскрикнуть... чтобы тот
почувствовал, что нельзя относиться к ней так пренебрежительно...
Взволнованная и обиженная, она смазала порез целебной мазью и, прикрыв
его подушечкой из мягкой ткани, забинтовала. Закончив работу, Лесса еще
раз все хорошенько осмотрела и лишь после этого отступила в сторону.
Всадник осторожно согнул руку, стянутую повязкой, отчего мышцы на его
спине напряглись. Он пристально посмотрел на Лессу:
- Превосходно, моя госпожа. Благодарю. - Иронично улыбнувшись,
всадник резко поднялся.
Лесса испуганно отпрянула. Не обращая на нее внимания, Ф'лар
направился к сундуку и достал чистую белую рубашку.
Неожиданно где-то далеко раздался приглушенный рокот. Он становился
все сильнее, и Лессу охватил панический страх...
"Рев драконов?.. - думала она, пытаясь совладать с собой. - Неужели
наступил Срок? Здесь нет логова старого стража, и прятаться некуда".
Словно поняв причину охватившего Лессу замешательства, всадник
добродушно рассмеялся и не сводя с нее глаз, отдернул стенную завесу - как
раз в тот момент, когда какой-то грохочущий механизм выдвинул из колодца
поднос с едой.
Устыдившись своего невольного испуга, Лесса присела на краешек
покрытой шкурой скамьи. Сейчас она всем сердцем желала всаднику тысячу
серьезных и болезненных ран, которые можно было бы перевязывать
безжалостными руками.
Ф'лар поставил поднос на низкий стол и бросил несколько шкур на свою
скамью. Перед Лессой оказался кувшин с кла, рядом с ним - мясо, хлеб,
желтый аппетитный сыр и даже немного зимних фруктов. Однако Ф'лар не
начинал есть, она - тоже, хотя от одной мысли о зимних плодах потекли
слюнки. Всадник взглянул на нее и нахмурился.
- Даже в Вейре леди должна первой преломить хлеб, - сказал он и
вежливо склонил голову.
Лесса вспыхнула: она не привыкла к такому обхождению - и уж тем более
не привыкла первой приступать к еде. Она разломила хлеб - такой непохожий
на тот, что ей приходилось пробовать раньше, - он был испечен из муки
тонкого помола, без всякой примеси шелухи. Ломтик сыра, предложенный ей
всадником, отдавал необычной пряной остротой. Осмелев, Лесса потянулась
за самым сочным из зимних плодов.
- Послушай, - сказал всадник, касаясь ее руки, чтобы привлечь
внимание девушки.
Она виновато вздрогнула и уронила плод, подумав, что допустила какую-
то ошибку. Ф'лар поднял золотистый шар и, продолжая говорить, вернул его
на ладонь Лессы. Обескураженная, она впилась зубами в сочную мякоть и,
широко раскрыв глаза, попыталась прислушаться к тому, что говорил всадник.
- Послушай меня. Что бы ни происходило на площадке рождений, не
выдавай своего страха. - Он сухо усмехнулся. - И еще запомни, ты должна
следить, чтобы она не ела слишком много. Это одна из наших основных забот
- удерживать драконов от переедания.
Лесса неожиданно потеряла интерес к фруктам. Она положила плод
обратно на блюдо и задумалась над тем, что скрывается за словами
бронзового всадника и за бесстрастным тоном, которым эти слова
произносились. Она взглянула в лицо Ф'лару, снова понимая, что с ней
говорит реальный человек, личность, а не оживший символ сословия
избранных.
Лесса все больше убеждалась в том, что его холодность вызвана
осторожностью, а не бездушием. Суровость, по-видимому, должна
компенсировать молодость - он выглядит ненамного старше ее. И еще в нем
было нечто угрюмое, хотя и не злое; скорее - какая-то терпеливая,
задумчивая грусть. Черные волосы обрамляли высокий лоб и волнами
ниспадали до самых плеч. Он часто хмурил густые черные брови или надменно
выгибал их, оглядывая собеседника, словно хищник жертву. Его глаза, цвета
янтаря, были настолько светлыми, что казались золотистыми. Когда лицо
Ф'лара было спокойным, в очертаниях тонких правильных губ можно было
угадать добрую улыбку. И зачем только он так часто насмешливо кривит
рот или неодобрительно сжимает губы? "Пожалуй, он красив, - откровенно
признала Лесса, - в нем есть что-то...
