Ник Поллотта. Судный день
страница №7
...к же? — поразился Донахью.И мы рассказали ему о "Заклинании Верховного мага". Пока все
переваривали малоприятную информацию, я отвел Рауля в сторону.
— Хочу попросить тебя об одолжении. Алхимика мы убьем. А потом я
хочу... лично разделаться с футболистом.
Пока Рауль обдумывал ответ, я проверил заряд в автомате "44":
деревянные пули в серебряной оболочке — их искупали в святой воде и
начинили "чесночной" взрывчаткой.
— Согласен,-- ответил маг.
— Спасибо. Я в долгу у тебя.
— У нее,-- с каменным лицом поправил меня Рауль. Я посмотрел ему в
глаза.
— Ты прав. Если я погибну, обещаешь прикончить его за меня?
— С удовольствием, друг.
— О чем это вы! — без слов поинтересовалась моя половина.
— Это наш секрет,-- передал я, стараясь изо всех сил не дать ей
проникнуть в суть моих мыслей.-- Как подарок на день рождения.
Она посмотрела в упор — сначала на меня, потом на Рауля.
— Потом объясню, Джесс,-- пообещал я. Джессика опечалилась, однако не
настаивала.
— Эд, как насчет "Варианта восемь"? — предложил Ре-нолт. Я вернулся
на землю.
— А что, неплохо. Делимся на двойки, один прикрывает другого. Ударим
одновременно. Донахью с Бланко врываются в подвал. Рауль с Минди наблюдают
за аллеей, Джессика и Сандерс — за заправочной станцией. Джордж остается
здесь. Я — на крыше.
Все выразили полное понимание и согласие.
— Как насчет парадного входа? — Сандерс с видом защитника встал рядом
с Джессикой.
Моя малышка улыбнулась, видимо тронутая этим рыцарским жестом.
— Нужно же ему как-то войти в дом,-- рассудил практичный священник.--
С какой стати мешать преступнику попасть в засаду?
Итак, каждому ясно, что ему делать. Моя команда бесшумно растворилась в
ночи, а я, сняв сапоги, стал карабкаться по ржавой пожарной лестнице. На
крыше выбрал наблюдательный пункт в тени, между несколькими трубами,
очевидно от кондиционера устаревшей конструкции,-- удобное местечко. Чему
только не научишься от мастеров из преступного мира,-- пока мы их ловим,
иной раз с ними выпиваем, даже свидания иногда назначаем... Не успел я
устроиться с комфортом, как услышал за спиной шум кожаных крыльев.
Оборачиваюсь — и оказываюсь лицом к лицу с Алхимиком: как раз в это
мгновение он превращался из летучей мыши в восточного борца — в красивом
кимоно, с мерцающей в темноте книгой в красном кожаном переплете.
— Ах ты чертов сын! — вырвалось у нас обоих одновременно.
XIII
Алхимик взмахнул рукой... Я швырнул ему в живот гранату. Снаряд прошел
сквозь одежду и взорвался, ударившись о кирпичную трубу; тело врага
заслонило меня от осколков. Все же я выпустил по нему залп из М-16: хотя
впотьмах я различал лишь смутные очертания его фигуры, такие вещи меня
никогда не останавливали. Еще залп, еще... И так пока не кончились патроны.
Ну, у меня есть еще автомат "44". Противник запустил в меня какой-то
бутылкой. Реакция моя была мгновенной: я выстрелил — склянка разлетелась
вдребезги в воздухе, не успев пуститься в полет. Ее содержимое — какой-то
газ — сконцентрировалось в луч наподобие лазерного. Уклоняясь от луча, я
мысленно поблагодарил Джорджа: недаром опытный солдат много вечеров подряд
безжалостно гонял меня на стрельбище — тренироваться.
Когда в Алхимика полетела еще парочка взрывных пуль, он вдруг распался
на несколько силуэтов и шмыгнул вниз, внутрь дома. Резко поворачиваюсь — на
плече кровь: результат действия лазерного луча. Броню он пробил, но рана
оказалась неглубокой, а жар опалил мышечную ткань, сделав ее
нечувствительной, вот почему кровотечение открылось не сразу. Боль пока
почти не чувствуется — можно не обращать внимания. Вяжущие составы, серные
порошки, целебное снадобье, а также пицца и пиво (индивидуальное фирменное
средство Альвареса, панацея от всех бед) — все это потом, после боя...
До меня донесся все усиливающийся шорох листвы... Да нет, какая там
листва,-- это миллионы перепончатых крыльев трепыхаются в воздухе... Ого-го!
Перезарядив М-79, я поднял голову — и не увидел в ночном небе звезд: одни
летучие мыши... А судя по собачьему лаю — он становился все громче,-- все
собаки штата Огайо устремились сюда. Специалист своего дела, он не допускает
проколов: вампиры воссоединились в своей неукротимой ярости и разом
обрушились на нас — нам суждено погибнуть.
Проигнорировав дверь на чердак (явная ловушка), я нацелил М-16 на крышу
и проделал в ней несколько отверстий. Образовавшаяся таким образом крышка
импровизированного люка с грохотом провалилась внутрь. Заглядываю туда --
пустой кабинет... Вот черт! Держась за края люка, спускаюсь туда. За мной
ринулись летучие мыши — расстрелял их из автомата. Шустрые, гады! Да как их
много! Еще минуты две — и у меня кончатся боеприпасы... Придется срочно
заделать дыру. Порылся в патронной сумке, нашел парочку гранат "Вилли Питер"
и, дернув чеку, забросил через дыру на крышу. Тотчас две начиненные фосфором
бомбы осыпались лепестками — и не менее миллиарда летучих мышей разразились
мерзейшим писком боли и злобы... В дыру хлынул дождь из огня и мертвых
тушек. Я добавил этим поганеньким воздушным налетчикам еще залп из
дробовика. Убирайтесь, старые враги всего светлого, мирного, спокойного --
"серые мыши из черных дыр", "злые мыши"! Не вы нас, а мы вас разорвем! Мы
вам покажем, как путаться под ногами у Бюро-13!
Перезаряжая автомат, беглым взглядом окидываю кабинет. На стенах
развешаны афиши футбольных матчей с фотографиями игроков и корешками
билетов... нет, даже абонементов на первенство мира. Спортом я никогда не
увлекался, но понимаю теперь, почему Алхимик выбрал команду "Пум".
Деревянные, с металлической окантовкой стеллажи набиты книгами и рукописями;
на массивном письменном столе тоже громоздятся книги, папки с бумагами. На
вращающейся выдвижной полке аккуратно расположились почтовые принадлежности,
весы, мотки шпагата, коробки с манильской пенькой. На полу небольшой сейф,
поверх него — малогабаритный холодильник. Заглянуть бы в этот сейф! Однако
придется отложить: сначала экзекуция, а уж потом — мародерство. Всадив
несколько пуль в единственную дверь, я открыл ее ногой: никого и ничего --
пустой коридор. Снизу доносится звон битого стекла, безумный звериный вой и
благообразный рокот Майкла Донахью, отпускающего грехи покойнику. Браво,
святой отец!
Пробежав мимо заставленных книгами изящных ниш и солидных, пузатых
шкафов, достигаю лестницы. Ну и звуки снизу: автоматные очереди, взрывы,
разряды молний, предсмертные крики... И пронзительный гул лазерных лучей:
футболисты держат оборону... Остается сорвать с петель дверь кладовки и
взгромоздить ее на перила... Съезжаю вниз на импровизированных салазках --
как некогда: не более четырех секунд. Ч-черт, з-забыл отодрать р-р-ручку!..
Я "ускользнул от....... от кого? "Худой, небритый, но живой". На первом
этаже, скатившись со своего транспорта, вскакиваю на ноги, оглядываюсь:
Алхимика не видно, зато все остальные в сборе. Футболисты мечутся от стены к
стене, шипят и извергают из пальцев яркие лучи. Пулями распотрошены стеллажи
с книгами; всюду валяются вырванные страницы... Со стен сорваны афиши;
звенят осколки хрусталя... В воздухе вьются километры коричневой
магнитофонной пленки с кассет... Дверь в туалет сорвана с петель, столы
перевернуты... Но главное, я никак не могу разобраться — чья берет?..
Споткнувшись о порожек, в дверях появился Джордж Ренолт. В его сапог
вцепился аллигатор,-- должно быть, обитатель коллектора. Я всегда говорил,
что нельзя спуcкать в канализацию слишком крупные предметы. Ренолт
безостановочно поливает рептилию из автомата — все без толку. Я прицелился
и швырнул крокодилу под брюхо гранату — гнусную тварь разнесло на мелкие
кусочки. Отодрав ножом от голенища оставшуюся без туловища голову, Джордж
кивнул мне в знак признательности. Я отсалютовал ему из винтовки. Пуля
угодила в мерзкую рожу старшеклассника; тот заорал благим матом, сверкнули
клыки... Много лет назад Техническая служба заменила пластмассовые приклады
автоматических винтовок на устаревшие, но более уместные в таких ситуациях
деревянные, естественно со стальным каркасом.
Кто-то длинным стволом винтовки разбил снаружи оконное стекло — на
парочку вампиров с улицы брызнула влага. Корчась от нестерпимых мук, они
растаяли и растеклись лужицей по полу: неужели в надежде просочиться в Ад и
произвести там влажную генеральную уборку? За разбитым стеклом я увидел
Джессику: должно быть, забыла меня предупредить, что стабилизирующий элемент
в ее гремучей смеси — святая вода. А теперь вот решила действовать по
принципу: "Убирайся без боя, уматывай и Вампира с собой прихватывай!"1
В глубине торгового зала Минди сражалась с демономяпонцем, рабом Хото.
Оба с невероятным проворством размахивали мечами. Рядом валялся футболист --
его попросту разрубили пополам; под разодранной в клочья формой оказались
провода... Вампиры-киборги! Вот это да! Стоило кончать колледж!
Искры так и сыпались, борющаяся парочка вертелась волчком; клацали
стальные доспехи... Жадеитовая статуя Кали перенесла насильственную
лоботомию2; Будда тоже пострадал. Книжный шкаф разлетелся вдребезги.
Стрелять сейчас бессмысленно. Два специалиста по кровавой борьбе знай себе
поворачиваются — так пикируются адвокаты с почасовой оплатой. Хрустальные
пирамидки на стенде на мгновение отразили фигурки с мечами в перевернутом
виде, а затем, сцепившись в клубок, борцы вышибли стекло и вывалились на
улицу, не переставая наносить удары и с поразительной ловкостью увертываться
от них,-- до того увлеклись, что даже перестали пугать друг друга боевыми
кличами. Завертелисьзакрутились на дорожке, и кто-то из них перерубил
уличный фонарь; тот рухнул, едва не зацепив наш фургон, и задел огнетушитель
— ударила белопенная струя. Почтовый ящик на кронштейне каким-то чудом
уцелел, и слава Богу: за его повреждение федеральные власти дают от трех до
пяти лет. Внезапно кто-то распахнул толчком ноги парадную дверь — в проеме
возвышался здоровенный коп с писто-- летом наголо.
— Что тут, дьявол вас побери, творится?!
— Пошел вон! — Рауль, не переставая сражаться с четырьмя вампирами,
применил "Повелительный голос".
Полисмену ничего не оставалось, как убрать пистолет в кобуру и,
повернувшись на каблуках, как ни в чем не бывало самому убраться восвояси,
да еще насвистывая веселенькую мелодию.
Раздвинулись парчовые портьеры; из двери, ведущей в подвал, пятясь и
поливая пол, стены и потолок из огнемета, выскочил Донахью. За ним хлынула
кипящая лава — корчащиеся крысы и тараканы, их расплавленные тела уже не
отличишь, не отделишь одно от другого... Священник как раз очищал от этой
пакости дверной косяк, когда Тина вскрикнула: стены сомкнулись, дверь
исчезла... Двумя секундами позже захлебнулся и смолк огнемет. Футы! В
комедии, в сексе и на войне главное — правильно рассчитать время.
Донахью выпустил пулю в надвигающегося на него футболиста и
молниеносным движением нажал на кнопку у себя на груди — к ногам рухнули
пустые, отработанные баллоны. Мгновенно обернувшись, наш священнослужитель
засунул Библию в пасть еще одному вампиру — у того воспламенилась голова.
Ослепленный, он наугад тыкал лазерным лучом: сшиб канделябр, разрезал сотню
гадальных карт, обезглавил другого вампира и... ранил, гад, в колено
Джессику. После всех этих подвигов он сдох. Если бы не рана Джессики — вот
услугу оказал!
Светящийся луч устремился к Раулю. Тот уклонился и швырнул в скопище
дряни пригоршню игольчатых ледяных шариков, мигом разрушивших силовую защиту
врагов, а лазерные лучи, отражаясь от воздвигнутого Раулем эфирного барьера,
палили тех, кто их послал. Убедившись, что чаша весов по-прежнему не
склоняется ни в ту, ни в другую сторону, я сорвал чеку и бросил разрывную
гранату. Один футболист, пошустрее остальных, попытался отскочить, но серия
микровзрывов разорвала на куски и его, и большинство этих мерзавцев.
С трудом передвигаясь в смертоносном хаосе, я безжалостно поливал
расплавленным свинцом и серебром все, что не принадлежало моей команде, не
прекращая в то же время поисков Алхимика. Дважды в грудь мне ударял лазерный
луч: бронежилет превратился в решето, одежда уже тлела и загоралась, только
нательная броня оберегала от повреждений да еще святая вода — я ее вовсю
разбрызгивал пистолетомпульверизатором. А этим футболистам с лазерами далеко
до их босса!
Пара вампиров подобралась к Донахью и пригвоздила его к перевернутому
ножками вверх столу. Я бросился на подмогу, но тут подоспела Тина Бланке и
схватила агрессоров за руки — их лазеры вмиг погасли. С торжествующей
улыбкой Донахью встал и со всего размаху съездил каждому монстру по роже
рукояткой пистолета. Пока они, подвывая, хватались за покалеченные
физиономии, Тина заморозила одного жидким азотом, а второго святой отец
задушил четками. Страшно представить, сколько столетий он проведет за это в
Аду.
Лично на меня действия Тины произвели даже большее впечатление: яркий
пример того, как человек превращает свою слабость в силу. Такое свойство
магов, как способность нейтрализовать вражеское оружие, вошло в новейшие
учебники; я вспомнил относящиеся к этой проблеме комментарии, снабженные
звездочками, сносками, восклицательными знаками; целые абзацы текста,
выделенные всякими способами — курсивом, жирным и полужирным шрифтами...
Однако я что-то замечтался... Между тем центр схватки переместился из
торгового зала в заднюю комнату, и тут мы с Раулем засекли такого знакомого
нам четвертьза-щитника — он сражался с дверью черного хода. Мало того что
убийца, так еще и трус! Два пасса Хорты — и его одежда воспламенилась. Я
снес ему башку из "сорокамиллиметровки", маг отрезал ноги, а я выпустил в
хребет целую обойму. Руки вампира отчаянно хватали воздух... "Как тогда его
жертва..." — подумал я. Следующее, что помнится,-- красноватый туман
застлал мне глаза: я бросился на него и принялся молотить прикладом
винтовки, пока Рауль не оттащил меня от кровавого месива... Все, с этим
покончено! Мы с Раулем обменялись рукопожатием и присоединились к общему
сражению. У меня стало легче на душе, даже здорово легче, и как-то... чище.
Теперь душа той девчонки успокоилась.
Опустив дуло автоматической винтовки, Кен волчком вертелся на месте,
разя противника, подобно древнему викингу с боевым молотком. Троим
футболистам удалось-таки его обезоружить, но на ногах он удержался. Вампиры
стремительно погрузили клыки в его тело... Один сломал клык о нательную
броню; двое других неожиданно отскочили, с отвращением отплевываясь. Что
такое? Должно быть, наш супербоец наглотался святой воды — странно, что она
так подействовала. Откуда же еще такая реакция? Может, в его креме после
бритья — чесночный компонент?
Уклоняясь от лазерных лучей, Кен отшвырнул М-бО и достал
винтовку-распылитель с плавиковой кислотой. Едкая жидкость капнула ему на
кожу... мгновение — г пана затянулась. Ай да Кен! Зато оба вампира, часть
пола, стул, астрологические таблицы и все прочее, на что попала кислота,--
все это с шипением растворялось... Пол на веранде просел, но в подвал не
провалился.
Ага, подвал... как это я о нем не подумал...
— Где Алхимик? — во всю мощь легких выкрикнул я.
— В цоколе,-- отозвался Донахью.
— Ты уверен?
— Вполне.
— И что, не подступиться?
— Я же здесь, правда? Подступился!
— "Маленький "Большой рог"! — приказал я. Команда мигом выстроилась
оборонительной дугой, спинами к стене. Вампиры воспользовались паузой --
тоже перегруппироваться, зализать раны. Заполнивший комнату черный дым мешал
разглядеть противника. Под потолком противно выла пожарная сирена, пока я не
заткнул ее огнем из автомата.
— "Дрейф Рурка"!
Мы прекратили стрельбу. Вампиры выстроились в линейку — готовятся к
атаке. Кретины! Будем надеяться, что они не сильны в истории.
— Хат! Хат! Хат! — проорал кто-то из них — и еще кодовые цифры.
Живые мертвецы пошли в наступление. Те из нас, кто пониже ростом,
опустились на одно колено, подняли оружие; более рослые сомкнули ряд, взяли
на прицел на том же уровне — и все мы разом ударили в унисон из всего, что
у нас было. Шум получился оглушительный, но даже его перекрывали
предсмертные вопли вампиров — звук на редкость приятный и
жизнеутверждающий! Прямо не футбольная команда, а "Клуб весельчаков".
Поистине Хант-свилл — удивительный городок!
— Прекратить огонь! — скомандовал я и замахал рукой перед лицом,
разгоняя дым.
Теперь можно немного осмотреться... Магазин, торгующий литературой по
оккультизму, превратился в место кровавой бойни и большое пожарище: всюду
горели книги, шкафы, полки. С одной соскочил небольшой томик в кожаном
переплете, с золотым обрезом и попытался улизнуть. Тина схватила беглеца и
сунула за пазуху. Ох! Надеюсь, ее не сильно обожгло... У чародеев тоже
случаются проколы по части здравого смысла.
Датчики моего шлема зафиксировали над головой высокочастотные колебания
воздуха и шорох кожаных крыльев. Должно быть, пламя на крыше выдохлось и
летучие мыши снова полезли в дыру. Пора нам двигаться дальше.
— Через пол? — спросил я Донахью. Он мимикой показал: нет, высоко
падать.
— А вот и дверь! — крикнул Джордж и, выпустив парочку снарядов, снес
часть стены. Мы выбрались сквозь дымящуюся дыру и стали спускаться по
ступенькам.
— Сандерс и Бланке, вперед! Джордж, прикрытие! Следите за этим
чертовым потолком! Ну и темнотища в этом подвале — как в Аду...
Соорудили пару факелов, посветили по сторонам: новенькая печь, древний
котел для нагревания воды, расплавленные ажурные решетки на окнах, сотни
обгорелых грызунов на полу, обуглившаяся лестница, сдвинутая крышка люка...
И тут на нас набросились крысы — пронзительно пищащая лава, омерзительная
армия, скалящая желтые гнилые зубы; ее гнало нерассуждающее чувство
голода... Едкая струя жидкого азота из баллона Тины — и сколько-то дюжин
грызунов превратились в лед. Кен умертвил еще несколько сот плавиковой
кислотой. Голодные грызуны растворялись, исходя ненавистью...
Пустив невидимый микроволновый луч, Ренолт поджарил целую партию... Но
за первой волной хлынула вторая, третья, четвертая... крысы заполнили весь
цокольный этаж. Живой ковер смерти...
— "Мушкетеры"! — выкрикнул Сандерс.
Мы сомкнули ряды; каждый защищал всех остальных. Я и сам собирался
отдать эту команду.
По нашим телам карабкались тараканы, не вызывая ничего, кроме
раздражения: все-таки они не кусали, лишь слегка жалили. Надо только зорко
следить, чтобы не заползали внутрь оружия. Давя крыс, я вдруг... задел
Джес-сику ножом по спине... Лезвие поцарапало верхнюю броню, крысе пришел
конец... Джесс мысленно поблагодарила меня и сама сбила крысу с моего
сапога. Кен давил эту нечисть рукой в перчатке, а Джордж смахнул несколько
штук с Тининого шлема. Один — за всех, все — за одного, как в романе Дюма!
Джессика стиснула зубы, сжала кулачки и в упор уставилась на бесноватую
орду крыс. Половину в тот же миг хватил инсульт, твари попадали, сбивая с
ног остальных. Донахью швырнул в люк гранату. Нашествие крыс наконец
захлебнулось. И пусть мне не рассказывают о какой-то там флейте, на которой
кто-то там играл и увел крыс. При чем тут флейта? Впрочем, не спорю, и не
такое бывает — мы-то, в Бюро, знаем. Но мне лично дайте связку гранат — и
дело в шляпе.
Рауль, крича и улюлюкая, дрался с аллигатором. Еще пара болотных
вампиров навалилась на Тину. Я выхватил у Джорджа микроволновый излучатель,
сдвинул клапан — смертоносный луч устремился теперь по трубке в обоих
направлениях — и спустил курок. Вспышка из одного конца аннигилировала
обоих монстров, а из другого — снесла башку злобной болотной твари,
покусившейся на моего друга. У Рауля облезла с шлема краска, треснул щиток,
нательная броня обуглилась и превратилась в лохмотья, но он живой, хоть и
дымится, как добрая пицца! (Вот, я уже и стихами заговорил...)
Теперь сверху к нам устремились по лестнице полчища собак, а под
потолком зависла эскадрилья летучих мышей — одна радость: тараканов
сбивают. Храбро выступив вперед, Бланко опрыскала из баллона пролом в стене
и, постепенно отходя, образовала непроницаемый ледяной барьер. Несколько
собак и летучих мышей угодили в толщу и раскололись пополам, пытаясь
вырваться. Дз-з-зинь!
Что дальше? По всему зданию нарастает какой-то гул... Проверил печь --
ничего. Зато из-под двери в самой дальней от нас стене поползла полоска
света... На двери металлическая табличка с изображением перевернутой
пентаграммы.
— Вперед! — завопил я что есть мочи.
Мы устремились в глубь подвала, круша все, что попадалось на пути,
неистово стреляя и огнем прокладывая себе дорогу. Первой добежала до двери
Тина Бланко, выкрикнула что-то неразборчивое — выросла каменная стена,
разделив помещение пополам. Стена-то выросла, а жезл у Тины вдруг обмяк,
беспомощно повис как веревка. Тина бережно сложила его, убрала в специальный
футляр на бедре и туго застегнула кнопку. Эх, один маг готов! Зато нам
удалось за каких-нибудь пару секунд разделаться с легионами крыс, собак,
летучих мышей и насекомых, оставшихся по ту сторону стены. Вот только
безумно жаль убивать собак, этих ни в чем не повинных животных,-- их обрекла
на смерть вампирская сущность Алхимика. А всех остальных я громил с
превеликим удовольствием. Летучие мыши — те же крысы, только с крыльями;
крысы — те же тараканы, раздобревшие на стероидах. А какой житель большого
города не питает ненависти к тараканам?!
Чародеи пустили в ход свои чудодейственные порошки и составы и
справились с магической печатью на двери. Джордж удалил детонатор и таким
образом разминировал прилегающую к двери часть пола. Джессика перерезала
ведущие к замку провода, я снял замок, а Кен сорвал дверь с петель и бросил
перед нами на пол. Джордж всадил в нее несколько пуль, прострелив наш боевой
символ: "Привет мой вам, сеньоры!" Наконец-то мы в лаборатории Алхимика --
полностью разрушенной.
Вдоль стены разбитые кувшины, расколотые мензурки, треснувшие реторты
— еще несколько секунд назад их заполняли вещества разных цветов и
консистенций: порошки, гели, жидкости, грязь, волосы, мех, заспиртованные
части тел, консервированные продукты, кости, кровь, мозги... Теперь почти
все это на полу или стекает на пол. Разбитые пестики и ступки, черепки
огнеупорной посуды, капельницы, змеевики соседствуют на рабочем столе
Алхимика с абсолютно не пострадавшей микроволновой печью. Стены увешаны
астрологическими картами; над прозекторским столом — анатомические таблицы.
Рядом с десятифутовым стеллажом с заспиртованными частями человеческих тел
— шкаф со старинными книгами. За ним — средневековая наковальня, очаг,
кузнечные мехи. Нормальное рабочее место свихнутого мага. Интересно, а куда
делся Игорь, горбатый ассистент с наполовину человеческой сущностью?
Среди всего этого хаоса, в центре огромной пентаграммы, выложенной
серебряным контуром по бетонному полу, разумеется, непременный чугунный
котел, а в нем, конечно, чтото булькает. Позади котла стоит и сам
организатор безобразного безумия и читает вслух из Книги мертвых. Каждое
слово зримым символом обозначается в воздухе и падает в котел, рождая
крошечные радужные вспышки. Алхимик предстал нам точно таким же, как тогда в
Главной тюрьме, разве что без седины и без смокинга.
— "Авраам Линкольн"! --гаркнул я.-- "Максимум"! И команда
задействовала все, чем только располагала. Тщетно: ни боевое, ни магическое
оружие не проникало за светящийся щит, возведенный этим врагом человечества
по периметру пентаграммы. От пола до потолка мы напрасно искали со всех
сторон уязвимое местечко, хоть какую-нибудь прореху,-- пули отскакивали
рикошетом, круша все, что еще осталось целым.
--Пол! — воскликнула Джессика.
Попытались прорыть подкоп, но пентаграмма выдержала, не подпустила...
Серебристый контур явно изготовлен из драгоценного сплава, секрет которого
безвозвратно утерян. Проклятие! Должен же быть какой-то способ остановить
невиданного мерзавца! "Заклинание смерти"? "Землетрясение"? "Аудиторская
проверка"? Ничуть, казалось, не потревоженный нашей "суетой вокруг дивана" и
"всяческой суетой", он продолжал свою мелодекламацию, время от времени
подкрепляя ее нарочито величественными жестами и торжественно выливая в
котел содержимое знакомых нам крошечных разноцветных флакончиков, вынимая их
из накинутого кимоно. В подвале поднялся какой-то зловещий ветер. Я
почувствовал, как на коже, пощипывая, скапливается статическое
электричество. И темные очки не надо надевать: перед нами черная магия
экстракласса, абсолютное, тотальное зло. Рауль вдруг стал бешено чесаться;
потом открутил крышку флакона с кала-миновой жидкостью и вылил себе на кожу.
— Ну, скоро он разделается с этим "Заклинанием Верховного мага"? --
Нетерпеливый Джордж все покушался на жизнь Алхимика беспорядочными
выстрелами.
— Ноу! Ниет! — отчаянно заголосила вдруг Тина. От удивления я выронил
патронташ.
— Это не "Заклинание Верховного мага"?
--Ниет!
— Тогда что же это? — не на шутку взволновалась Джессика. Рауль
тяжело сглотнул.
— "Большой дренаж".
Я похолодел. Господи, нет, только не это!.. Это куда страшнее
"Заклинания Верховного мага"! "Большой дренаж" — безумная, преступная
попытка напряжением злобной силы вытянуть магию из всех уголков и закоулков
планеты — как пылесосом вытягивают пыль — и сосредоточить в одном живом
существе... С "Заклинанием Верховного мага" еще можно побороться — однажды
уже пробовали. Но если сработает "Большой дренаж", у человечества не
останется магии даже на то, чтобы зажечь свечку в Аду,-- оно окажется
совершенно беспомощным, Алхимик сделает с ним все, что ему
заблагорассудится... От одной мысли об этом бесноватом в роли правителя
планеты кровь стынет в жилах...
Над котлом возникло синеватое завихрение — злобное силовое поле; клубы
то ли тумана, то ли дыма заволокли пол; ветер засвистал и превратился в
вихрь; засверкали молнии.
— Сколько у нас времени? — Донахью с самыми серьезными намерениями
запихивал в гранатомет новые снаряды.
— Одна минута! — Рауль кричал, иначе уже не слышно... Русская
чародейка предпочла выразительный жест — провела ребром ладони по горлу.
Да, попали мы в переплет...
— Ладно, стреляйте! — приказал я.
Снаряды ударялись о магический барьер и отскакивали, не оставляя
следов. Стрелы превращались в щепки. Плавиковая кислота, MSG, DMSO, жидкий
азот потоками налетали на пентаграмму, однако смерть нашего и всепла-нетного
врага попрежнему оставалась мечтой.
— Умри!! — возопила Джессика, сжав кулачками виски.
Поразительно — фигура у котла и впрямь пошатнулась... нет, устоял на
ногах, продолжает чтение. А моя Джесс обмякла и, задыхаясь, сползла на пол.
Она сделала все, что могла...
Тем временем Алхимик вдвое увеличился в размерах... Котел медленно
опустился, врос в пол... Из этой разверстой купели полились, питая мерзавца,
необузданные потоки неземной энергии. С каждой искрометной вспышкой ширилась
его оскаленная улыбка; пакостный, ложномно-гозначительный голос звучал все
громче, все увереннее. Еще немного — и он высосет драгоценные соки
Матери-Земли, а дальше... дальше окончательная победа этого воплощения зла и
над монстрами... и над людьми!
Едва держась на ногах здесь, в эпицентре неукротимого урагана, мы тесно
прижались друг к другу, до боли сцепили руки как бы в одну общую могучую
руку... Мимо в бешеной пляске проносились осколки стекла, книги, обломки
каких-то предметов... Кружение все убыстрялось, "все было мрак и вихрь"... в
этом бешеном водовороте... Близился Судный день; близился конец света...
— Бюро! — вопил я в циферблат наручных часов.-- "Альфа четыре"!
Повторите! "Альфа четыре"! Требую, сбросьте атомную бомбу на Цинциннати!
Немедленно! Отвечайте!
Молчание мне в ответ: радиоволны не могли пробиться сквозь коловращение
адских сил... Держись, Альварес, вот твой шанс-редкий шанс!--доказать:
Бюро-13 нужно американскому народу, оно в состоянии его защитить! Думай,
черт побери, шевели извилинами!
— Рауль, повтори, пожалуйста, ограничения! Он повторил, и в моей
голове родилась сумасшедшая идея — совершенно безумная... Но ничего другого
нам не остается! Кроме надежды, что Алхимик — а он в этот миг занесся на
власть над всем человечеством — не справится с этой закавыкой. И я заорал,
надсаживая голос и размахивая значком:
— Я представляю здесь законную власть! Я — агент ФБР Эдваргю
Альварес! Вы арестованы: за многочисленные предумышленные убийства, поджоги
и подстрекательство к бунту!
Моя команда совершенно ошалела. Алхимик явно забавлялся. Осталось
тридцать секунд... Я проглотил ком в горле.
— Как полномочный представитель органов безопасности правительства
Соединенных Штатов Америки данной мне властью конфискую эту лабораторию, эту
книгу и объявляю этот книжный магазин местом преступления! Опечатываю его и
закрываю для всех, кроме сотрудников полиции!
Грянул гром... Книга захлопнулась... Вихри улеглись...
Потрясенной команде потребовалась добрая минута, чтобы осознать
случившееся. Алхимику я и минуты не дал: как только рухнул магический
барьер, выпустил в него несколько пуль из М-16 — в кимоно образовалось
несколько дырок. Этот сопляк завопил от боли, высоко поднял руку, раздавил в
кулаке какой-то флакончик и исчез — за одну секунду до полного своего
уничтожения...
Не выдержав последовавшей за этим пальбы, развалилась закопченная
задняя стена, и на нас обрушились горы пыли. Огонь быстро приканчивал все
кругом. Задыхаясь, мы карабкались по полуобрушенным ступенькам. Я проклинал
все на свете. Проиграли! Безусловно, проиграли! Да, нам удалось остановить
преступного чародея, но только на миг... Он на свободе, и в его распоряжении
— ну-ка взглянем на часы! — целых пятьдесят восемь минут... Пятьдесят
восемь минут, чтобы завоевать весь мир! А мы... мы имени его не знаем... Но
хотим узнать! Алхимик-Алхимик, где ты скрылся7! Вот уже пятьдесят семь
минут... Столько времени осталось до Судного дня... XIV
— Все ищут ключ! — приказал я, перекрикивая треск горящего дерева и
грохот рассыпающейся каменной кладки.
Выбираясь из разгромленной лаборатории, моя команда с трудом
протискивалась в заваленную дверь, отшвыривая ногами трупы грызунов. Тина
одним щелчком ликвидировала каменную стену. Это меня поразило: надо же,
чтобы снять заклятие, даже новых магических манипуляций не понадобилось! Мы
пересекли подвал, надо еще наверх выбраться, а вместо лестницы одно
название... Среди языков пламени валялись вверх брюшками тараканы и
лопались, как поп-корн. Джессика случайно наступила на мертвого аллигатора.
Даже дохлые, эти твари чрезвычайно опасны. Сломать ледяную стену оказалось
нетрудно: огонь уже частично растопил ее. Несколько залпов из автомата — и
застывший воздух рассыпался на миллиарды новогодних снежинок: они
испарялись, не успев коснуться пола. По другую сторону стены валялись тысячи
обугленных трупов — человеческих и Бог знает каких,-- только мертвые
животные исчезли: с бегством Алхимика кончилась его власть на ними.
Когда мы поднялись в торговый зал, жара сделалась нестерпимой. Пришлось
Раулю соорудить небольшую тучку у нас над головами — редкий, прохладный
дождик здорово скрасил наше пребывание в этом пекле, уж и не знаю, что бы с
нами сталось без него.
— Джессика, гае Алхимик проводил больше всего времени? — очень
серьезно спросил Донахью, расстегивая верхнюю пуговку сутаны.
Она закрыла глаза и несколько раз повернулась вокруг своей оси.
— Где-то на втором этаже.
— Там его личный кабинет! — Я вспомнил письменный стол и сейф.--
Скорее туда!
Лестницы, увы, нет,-- обвалилась. Мы приставили к обугленной стене
относительно целый книжный шкаф, крепкие полки послужили ступеньками. К
заполнившему магазин густому дыму примешивался отвратительный запах горелой
плоти. Как ни ужасно, я ощутил омерзение пополам... с голодом.
Полез, конечно, первым. Достигнув второго этажа, на мгновение замер и
прислушался, держа пистолет наготове. Здесь тоже полыхает огонь; горят
книги; рукописи, которые, как известно, не горят, тоже благополучно горят;
шипя, плавится в переплетах клей. Металлические канцелярские шкафы
покороблены от жара; внутри пылают папки с бумагами. Линолеум на полу
расплавился; в воздухе вспыхивают искры. Всюду валяются тушки летучих мышей.
Содом и Гоморра...
Сорвав со стены огнетушитель, я проделал в коридоре узкий проход.
Плитки, которыми выложен пол, пристают к ногам, но пройти в общем можно. В
кабинете сквозняк от проделанной мною дыры раздувал пламя — здесь еще жарче
и труднее дышать. Рауль подошел к письменному столу, простучал крышку
серебряным жезлом, обрисовав круг, и властно произнес:
— Говори! Расскажи о планах твоего хозяина на случай провала. Слушаю!
Кусок красного дерева приглушенно застонал, заохал и наконец
проскрипел:
— Займусь самоизданием... Возможно, стану писателем...
— Не то! --оборвал его маг.-- Меня интересуют планы твоего хозяина,
касающиеся магической книги, которой он недавно обзавелся.
— Провал... невозможен...
Итак, этот наглец уверен в успехе! У него нет запасного варианта, он
рассчитывает победить, и, возможно, победил...
Но имеем ли мы право смириться с его победой?
— Ищем сейф! — объявил я команде, тараща глаза — их застилал пот.
— Нашла! — радостно возвестила вскоре Джессика, разгребая дулом "узи"
кипу уфологических журналов.
Минди неожиданно сбила с какого-то шкафа нечто вроде малогабаритного
холодильника. Я подошел ближе и дотронулся до металлического ящика пальцем,
но тотчас отдернул его: кожа побелела и приобрела нездоровый блеск,--
кажется, будет здорово больно. Надев шлемы, мы образовали цепочку и стали
передавать друг другу ведра с водой, которую выплескивали на сейф,-- от
раскаленного металла, шипя, поднимался пар. Немного спасал устроенный Раулем
дождь, но трудились мы явно зря. Пол под ногами становился все горячее;
скоро температура достигнет критического уровня и дом взорвется.
Но мы держались. Возможно, содержимое сейфа — наш единственный шанс
выследить Алхимика. Пятьдесят три минуты... Вода уже не испаряется, а кипит
и пузырится на поверхности. Наконец Кену удалось засунуть сейф под мышку.
Каков парень! Одним прыжком достигнув восточной стены, Джордж огнем проделал
в ней дыру, и мы кое-как выбрались на расположенную ниже крышу...
заправочной станции. О Господи!
В следующее мгновение крыша книжного магазина обвалилась-таки... В
небо, как при извержении вулкана, взвились красные и оранжевые спирали,
осыпая спящий Цинциннати искрами и пеплом. В аллее мы нашли Минди — с
увлечением ведет рукопашный бой с Брюсом Ли-младшим. Мечи звенят так, что
перекрывают приближающийся звук пожарных и полицейских сирен. Я сложил
ладони рупором.
— Алли-алли-оксен-фри!
Минди неохотно прервала бой и помчалась прочь. Вампир с торжествующей
ухмылкой бросился за ней — и нарвался на нас... Мы располосовали его в
лоскуты.
— Классный был экземпляр! — выдохнула Дженнингс, догнав нас возле
входа в клоаку. Она вся вспотела и дрожала от возбуждения и усталости.
--Слава Богу, отдал концы!--буркнул Джордж, открывая крышку люка.
Перетерпев вонь и смрад коллектора, мы снова очутились на другой
стороне улицы и залезли в свой фургон, чтобы уже оттуда, приводя себя в
порядок, наблюдать, как на место происшествия прибывали полицейские,
пожарные и целая свора газетчиков. Последние бесцеремонно распихивали все
растущую толпу зрителей. Еще бы! Для Цинциннати — настоящая сенсация! Я
забинтовал палец, надел перчатки и, достав из ящика с инструментами
стетоскоп, занялся сейфом.
— Эд, какого черта ты так долго возишься? — уже через минуту
проворчал нетерпеливый священник.
Ну, я повернул ящик налево-направо, покрутил-повертел туда-сюда — что
тут скажешь... Первоклассная модель! Высший сорт! Тут и профессиональный
медвежатник не сразу справится.
Джордж бесцеремонно отпихнул меня, шлепнул на замок кусок пластилина со
спрятанной внутри пластиковой бомбой, нажал на кнопку... Дверца приглушенно
щелкнула и открылась.
— Как правило, сразу не открывается,-- оправдался я, обращаясь к
Донахью и запуская обе руки в металлический ящик.
Да, тут есть кое-что... Посмотрим, поглядим... Я вынимал документы и
передавал Джессике, а она, едва бросив взгляд, запоминала содержание.
— Акты, квитанции об уплате налогов, страховые свидетельства, деловая
переписка...-- перечисляла Джесс и вдруг торжествующе воскликнула: — А вот
и имя: его зовут Вильсон Ларю!
— Ты уверена? — встрепенулась Минди и оторвалась от фляжки с каким-то
напитком из тех, что считаются полезными для специалистов по единоборствам.
— фотография в паспорте! Тот самый тип... внутри пентаграммы!
— Никогда о таком не слышал,-- задумчиво проговорил Рауль, воззрившись
на фотографию.
Как будто этим все сказано! Девяносто процентов негодяев, которых мы
отлавливаем, никому на свете не известны. Зато остальные десять — крупные
исторические личности.
— Рауль, Тина, ваше мнение: как скоро этот Ларю сможет повторить свою
попытку завоевать мир,-- спросил отец Донахью, как всегда
предусмотрительный: надевает свежий воротничок со стальной пластинкой --
вампиры вампирами, а гигиена прежде всего.
Тина пожала плечами и беспомощно оглянулась на Рауля.
— Обычно на восстановление сил после шока, связанного с прерыванием
заклинания, требуется пара часов. Но в Алхимике целых три персоны... Следует
предположить, что у него на это уйдет... около сорока минут,-- пояснил
Хорта.
Итак, мистеру Ларю нужно сорок минут, чтобы вновь попытаться... Игра
стоит свеч: подумать только — единственный маг на земле, всемогущий!..
Минут десять мы провозились с сейфом; итак, в нашем распоряжении полчаса;
задача — обшарить все Соединенные Штаты, найти и уничтожить
маньяка-убийцу... Что ж, пора вводить в бой тяжелую артиллерию. Я подошел к
терминалу компьютера, подсоединил телефонный модем, набрал код Бюро.
В компьютере загудело, щелкнуло — и вновь тишина. Попробовал еще раз
— то же самое.
— Рауль, Тина, подумайте, в чем дело, а? Маги совещались недолго --
сразу пришли к определенному мнению.
— Видите ли,-- доложил нам Рауль,-- Ларю уже начал "Большой дренаж" и
нарушил тем самым главную связь в Четвертом измерении.
— В первую очередь страдает высокая магия,-- согласилась Бланко.
— Карманные галактики,-- сформулировала Джесс. Выходит, Бюро застряло
в другом измерении? Вот черт! Мы остались одни... Судьбы мира зависят от
нашего решения. Я вздохнул. Да будет так! В отличие от Ларю я всегда готов
действовать в непредвиденных обстоятельствах. Потому-то мы в конечном счете
и побеждаем монстров. Как правило... Пошарив в сундучке, я раскопал книгу
шифров, полученную в награду от президента, и набрал секретный номер, даже
не позволив друзьям его увидеть.
— Информационная служба ЦРУ,-- раздался ровный женский голос:
изображения на экране не было.-- Чем могу вам помочь, мистер Альварес?
Я несколько взволновался. Сотня вопросов вертелась у меня на языке, но
времени в обрез. "Соберись с мыслями, Альварес!"
— Дело первостепенной важности. Для страны нет сейчас ничего важнее.
— Принято. Говорите.
— Мне нужно полное досье на Вильсона Чарлза Ларю. Главное, что меня
интересует,-- владения, земельные или иные, на которые он имеет законное
право собственности.
Послышались щелчки; тот же голос произнес:
— Отвечаю. Вильсон Чарлз Ларю. Единственный отпрыск Брайана и Вильмы
Ларю. Отец — профессиональный фокусник, по прозвищу Кудесник. Мать --
гадалка: Вильма Творящая Чудеса. Оба умерли. Окончил среднюю школу в
Кембридже в тысяча девятьсот шестьдесят четвертом году, затем колледж в
Дейтоне — в тысяча девятьсот шестьдесят восьмом. Не судим. Четыре года
прослужил в рядах Военноморского флота Соединенных Штатов, Форт Гамильтон,
помощником библиотекаря. С почетом уволен в запас. Является владельцем и
управляющим магазина оккультной литературы в Цинциннати, штат Огайо,
Северная .улица, четыреста тридцать пять. Имеет красную "тойоту" выпуска
тысяча девятьсот восемьдесят девятого года, на номерном знаке стоят буквы:
"МАГИЯ". Арендует на почтамте в Цинциннати абонентный ящик...-- последовал
номер,-- для деловой корреспонденции, а также ячейку в камере хранения по
адресу: Цинциннати, Малборн-драйв; содержимое неизвестно. Абонирует
депозитный сейф в банке "Пиплз федерал". Восемь дней назад закрыл счет и
забрал содержимое сейфа. Арендует — с намерением приобрести в собственность
— дом на Уэст-Моррис авеню...-- Опять номер. Пауза.-- Другой
зарегистрированной собственности в картотеке информационной службы, а также
ФБР, Почтового управления, Федеральной банковской службы, Министерства
юстиции, Пентагона и ЦРУ не значится.
Нас в этот перечень не внесли. Можно подумать, Бюро-13 не существует...
— Еще вопросы?
— Нет, спасибо.
— Всего хорошего!
Ничем не примечательная биография среднего американца. В депозитном
сейфе он скорее всего хранил выручку от продажи книг. Рауль сказал, что на
покупку всего необходимого для алхимических опытов требуется целое маленькое
состояние. Неудивительно (если принять во внимание, чем занимались его
родители), что Ларю завел именно магазин оккультной литературы. Очевидно, в
какой-то недобрый час попалась ему на глаза книга с алхимическими рецептами.
Ну и началось... печальная история одержимости и преступлений. ...Каждый
думает, что он-то побойчей, Каждый думает, что меньше всех устал, Каждый
хочет на высокий пьедестал1.
— Итак, его можно искать в трех местах,-- невесело подытожил
Сандерс.-- Разделимся на группы, сэр?
— Ей-Богу, парень, малым числом нам с ним не справиться,-- высказался
Донахью.-- Распылять силы — заведомо напрашиваться на крупные неприятности.
— Точно! — поддержала Минди.-- Только сообща можно рассчитывать на
успех. Но где же все-таки его искать. В каком из трех мест?
— Вс всех трех! — Я решительно застегнул ремешок шлема иод
подбородком.-- За дело, Ренолт!
Джордж с молниеносной быстротой прыгнул за руль и дал газ. Наш
четырнадцатитонный, вместе с грузом, фургон пушечным ядром метнулся со
стоянки.
— Сэр... Эд...-- неуверенно начала Тина, в то время как мы неслись по
пустынным улицам.-- У Ларю не может быть другого законного имени?
— Что вы имеете в виду?
— Понимаете, например, в России артисты часто имеют сценические
псевдонимы, это узаконено. Ваш Джон Уэйн может подписывать чеки псевдонимом,
тогда как на самом деле он — Марион М. Моррисон.
— Отпадает! Информационная служба регистрирует псевдонимы. Имей он
псевдоним — мы бы об этом знали.
— Вопрос, сэр,-- подал голос Кен.
— Давай!
— Поскольку Ларю заглотал экстракты Таннера и Ра-шамора Хото, можно ли
считать, что к нему перешла их собственность?
У всех отвисли челюсти.
— Ну да! — воскликнул я.-- Иисус Хото Таннер Ларю Христос. Конечно!
Донахью немедленно отреагировал — отпустил мне затрещину. Пришлось
извиниться. Я схватил трубку и снова набрал тот же номер. Что касается
Таннера, он всего лишь роботинопланетянин, без сколько-нибудь законного
статуса, а стало быть, и без права собственности. Зато Ра-шамор Хото
чертовски богат! Выслушав ответ, я с облегчением положил трубку.
Слава Богу, нет! Хото десять лет пробыл в нашей стране в местах лишения
свободы и, таким образом, у себя на родине признан юридически
недееспособным. Его имущество отчуждено в пользу государства и распродано.
Пока Джессика заряжала тазер, а Рауль консультировался с хрустальным
шариком, Минди надорвала пакет с сухофруктами. Амиго — тут как тут; виляет
хвостом и умильно высовывает вилкообразный язык.
— Что-то я не заметил в магазине гробов,-- продолжал строить догадки
Кен. Отец Донахью внес ясность:
— Вампиры и правда спят в гробах, но только на чужбине. Наш родной
американский вампир может заночевать в "Холидей-Инн" — и ничего не
случится.
— Так их в жизни не поймаешь! — буркнула Минди. Поди поспорь с этим,
особенно в такой ситуации, как сейчас. Первым делом мы навестили большой,
похожий на гараж бокс камеры хранения. Nada1, только всякая рухлядь --
мебель и прочие сувениры детства: семейные альбомы, старый гербарий, коробка
с восьмидорожечной магнитофонной лентой... Кто не хранит подобное барахло в
каком-нибудь пыльном углу! На прощание Донахью попрыскал всюду святой водой,
Тина запаяла обе створки двери, а Джессика опломбировала камеру, на случай
если Вильсон здесь объявится. У нас еще двадцать четыре минуты...
Абонентный ящик на почтамте оказался пустым. Нет, Ларю не уменьшился
настолько, чтобы спрятаться в нем, но я его всетаки опечатал. В таком деле
ничего нельзя оставлять на волю случая. Теперь — только его жилище.
Восемнадцать минут наши.
В округе тихо, спокойно, очень чистенько, как во всем Цинциннати. Дом
Ларю типичный для Кейп-Кода — двухэтажный, кирпичная облицовка. На
приветливой лужайке за белым забором мирно трудится симпатичный садовник.
Перед домом стоит автомобиль... ни темные очки, ни бинокль, ни радар, ни
инфракрасный излучатель не зафиксировали в нем живых существ.
Припарковавший" на углу, мы вышли из машины. Во дворе соседнего дома
весело горланила группа молодых людей. Что за песнопения в полночь? На
пьяных или помешанных вроде не похожи.
— Это студенты Иудейского колледжа,-- беззвучно подсказала мне
Джессика, уловив мое недоумение.
— Вот это нам кстати! Потенциальные свидетели, высокотренированные
наблюдатели, семинаристы охотно помогут в борьбе с Ларю и его нечестивыми
вассалами. Вампиры — они ведь какие: "На их стороне хоть и нету законов",
но в том, что касается евреев, "поддержка и энтузиазм миллионов"1. Так что
вампиры и евреи никогда не ладили.
Мы обследовали территорию вокруг дома; пусто, одна трава да
возвышающийся над землей бассейн. На спокойной поверхности хлорированной
воды едва заметно колышутся надувной плот и такой же единорог. Я прикинул в
уме глубину бассейна, может пригодиться...
— У кого какие предложения?
— Стереть с лица земли голландскими бомбами! — горячо воскликнул Кен.
Ренолт охотно поддержал — это в его вкусе.
— В фургон и в дом! — распорядился я.-- Полная тишина! "Кристина
совсем выдохлась...-- думал я про себя.-- А Рауль?"
— Рауль, ты в каком состоянии? Хорта прильнул ухом к жезлу и
выпрямился, явно огорченный.
— Одно, от силы два заклинания. Дальше мне капут.
— "Купол безмолвия"? — предложил Донахью.
Я кивнул: а что еще остается? Рауль прочертил жезлом в воздухе круг --
аж искры полетели. Тина, высунув от усердия язык, поспешила занести
незнакомое ей доселе заклинание в свой талмуд.
Абсолютно беззвучно для постороннего слуха мы снова заняли места в "РВ"
и рванули через улицу, лишь на мгновение притормозив, чтобы снабдить машину
шипом для сбора улик. Смяв ворота и в мгновение ока протаранив парадную
дверь, ворвались в дом. И вдруг наше оружие — все, что у нас было
металлического,-- стало теплеть... го-рячеть... накаляться... плавиться!
— Ложись! — заорал Джордж, паля из М-60. Уже почти лежа на полу, я
поймал за руку ошеломленного Сандерса и заставил опуститься рядом со всеми.
Безостановочно строча из автомата и проделывая дырки в стенах, Джордж
вращался вокруг своей оси; направил огнедышащий ствол вверх, описал дугу:
потолок... стена... часть пола... Наконец посыпались искры, под половицами
раздалось что-то похожее на сдавленный рык. Оружие уже быстро охлаждалось.
— Как ты это сделал? — поинтересовался отец Донахью, поднимаясь с
пола и отряхивая штаны.
— Высокочастотный индукционный нагрев,-- объяснил Джордж, разворачивая
свежезажаренную говяжью котлетку.-- Конечно, я не знал, где источник, но
чувствовал: гце-то поблизости.
В этот миг с потолка туда, где мы все только что пребывали, обрушилась
люстра. Сандерс помрачнел; остальные только усмехнулись: Господи, какая
пошлятина! Придумал бы чегонибудь пооригинальнее.
— Какие будут предложения? — Я устремился к кладовой — удобное
местечко, чтобы схорониться.
Не успел я и рта закрыть, вижу — дверь медленно открывается... Минди
выхватила меч и вонзила в дверь и в то, что за дверью. Приглушенный стон --
дверь захлопнулась.
— Ларю недавно был здесь...-- Джессика вытирала лоб, взмокший от
напряжения.-- Но уже улетучился.
Рауль и Тина подтвердили ее сообщение. Проклятие! Опять мы его
упустили! И опять дело в каких-нибудь нескольких минутах — он нас
опередил...
— Зачем он наведывался? Послушать старинную музыку? Заглянуть в
поэтический сборничек? Или ему приспичило наконец заняться еще чем-нибудь
высоким? — Кажется, я начинал злиться.
— Перестань, Эд! — укоризненно остановила меня Джесс.
— Так что же, он западню нам устроил? — допытывался Сандерс. Минди
покачала головой.
— Да нет! Ведь это его дом! А дома и стены помогают. Элементарная
защита! Ну а я объяснил Кену еще проще: Он на своей на загородной вилле
Скрывался, чтоб ег...
