Брайан Дейли. Хэн Соло в Звездном тупике
страница №3
...ла с места, Хэн - за ней, крикнув Чубакке, чтобы тот не отходил откорабля.
Они промчались через весь комплекс, что оказалось нелегко из-за
сновавших повсюду людей, нелюдей и машин. Командный пункт имел вид
просто бункера, но, спустившись по лестнице, Джесса и Хэн оказались в
прекрасно оборудованной и забитой народом комнате. Центральное место в
ней занимала огромная голографическая модель солнечной системы с солнцем
в середине, отбрасывающим во все стороны призрачный свет, и шариками
планет, окрашенными в разные цвета.
- Сенсоры засекли кого-то, Джесса, - сказал один из офицеров,
указывая на желтое пятнышко на краю системы. - С минуты на минуту мы
ожидаем точных ИД.
Покусывая губу, она перебегала взглядом с модели на лица собравшихся
в бункере. Хэн подошел и встал рядом. Пятнышко двигалось в направлении
окрашенного в белый цвет шарика, изображающего, как понял Хэн, ту
планету, на которой они находились. Призрачный объект замедлил движение,
и стала видна группа пятнышек поменьше, выброшенных им. Потом
первоначальный объект резко увеличил скорость и вскоре вырвался за
пределы модели.
- Это корвет Автаркии, - сказал офицер.- Он выпустил звено из четырех
истребителей, после чего ушел в гиперпространство. Похоже, отправился за
помощью, оставив истребители, чтобы нам было чем заняться до его
возвращения. Не понимаю, как они сумели обнаружить нас.
Только тут до Хэна дошло, что офицер буравил его взглядом. Более
того, все, кто находился на командном пункте, точно так же пытались
просверлить в нем глазами дырочки и заглянуть внутрь. И все руки
потянулись к оружию.
- Джесс, что за дела? - в тишине громко напрямик спросил он. - Я
когда-нибудь был марионеткой СПунов?
Он шкурой чувствовал, как все насторожены и напряжены. На ее лице на
мгновение возникло выражение неуверенности; но только на мгновение.
- Думаю, если бы ты связался с ними, то вряд ли оставался бы здесь,
дожидаясь, пока они явятся, - призналась она. - Кроме того, они явно не
были уверены, что мы тут, иначе пригнали бы сюда весь флот. Но вообще
говоря, Соло, это совпадение настораживает. Согласись.
Вот согласиться душа не позволяет. Хорошо, сменим тему разговора.
- Интересно, почему корвет просто не связался со своими через
гиперпространственный передатчик? Их база наверняка где-то неподалеку,
он мог бы вызвать подмогу.
- В этой области очень сильные звездные аномалии, - с отсутствующим
видом ответила она, не сводя взгляда со зловещих пятнышек. - Искажения.
Отчасти поэтому мы установили эту модель. Через какое время истребители
должны добраться до нас? - Она быстро перевела взгляд на офицера.
- Меньше, чем через двадцать минут, - последовал ответ.
Она тяжело вздохнула.
- А у нас нет ничего, кроме собственных истребителей. - Секунда на
раздумье. Джесса решилась. - Нет смысла прятаться. Готовьтесь к
нападению. Не участвующим в нападении приказываю начать эвакуацию,
сейчас же. - Она посмотрела на Хэна. - Это, скорее всего, ПРО. У меня
всего лишь несколько старых "курносиков". Соло, мне нужно выиграть время
для эвакуации, а пилотов раз-два и обчелся. Ты поможешь?
Все посерьезневшие лица снова обратились в сторону Хэна.
Это нужно было сказать ей наедине. Хэн отвел Джессу в сторону и с той
самой улыбкой погладил ее по щеке. И сказал очень тихо и очень внятно:
- Моя дорогая Джесс, это ни в коем случае не входило в нашу сделку. Я
имею виды на Дом Ветеранов Космоса, ты не забыла? И не имею ни малейшего
желания кончать жизнь самоубийством.
- Ты понимаешь, сколько жизней на карте? - Сдвинув брови, она
сердито, отчаянно смотрела на него. - У нас не хватит времени на
эвакуацию, даже если мы просто все тут побросаем. Мне придется послать
начинающих пилотов, с которыми СПуны разделаются в два счета. Ты же
опытнее нас всех, вместе взятых!
- Из чего можно сделать неоспоримый вывод, что вероятность одержать
победу в этом бою равна нулю. - Лицо Хэна вспыхнуло под ее взглядом. Он
завелся: посягали на его независимость, на его право самому выбирать,
рисковать или нет и ради чего.
И он хотел было продолжить в том же духе, но внезапно смолк,
запутавшись в собственных ощущениях. Она сумела использовать эту паузу.
- Тогда иди в укрытие, Соло, - сказала она очень жестко и так тихо,
что он едва расслышал, - но можешь забыть о своем драгоценном
"Тысячелетнем соколе". Потому что никакая сила во вселенной не заставит
его уйти в пространство до того, как налетчики обрушатся на нас и
прижмут к стене. А как только к ним прибудет подкрепление, они разнесут
эту базу на атомы!
Корабль, ну конечно! Вот что меня все время точит. Мой корабль. У
Джессы только турбо лазерные пушки. Истребители ими не остановить. Они
действительно разнесут базу в крошево. Ддже если мы с Чубаккой уцелеем,
без "Сокола" мы превратимся в два обломка. Безымянных, бездомных
обломка... лишившихся возможности путешествовать среди звезд. Навсегда.
На командном пункте царила невообразимая суматоха, в воздухе звенели
передаваемые и получаемые сообщения, и несмотря на это Джесса все же
сумела расслышать голос Хэна Соло.
- Джесс! - Хэн криво улыбнулся. - Подбери мне летный шлем, ладно? -
Он сделал вид, что не замечает, как внезапно смягчилось напряженное
выражение ее лица. - Что-нибудь покруче, моего размера, Джесс, и с дырой
напротив той, что у меня в голове.
Глава 4
Вслед за Джессой Хэн снова помчался через всю базу - на этот раз в
один из небольших ангаров, где воздух гудел от шума прогреваемых
двигателей. Здесь стояли Шесть истребителей, механики проверяли силовые
установки, вооружение, дефлекторы и управляющие системы.
Эти истребители предназначались для того, чтобы служить
перехватчиками - точнее, поправил себя Хэн, так было лет тридцать назад.
"Курносики" раннего выпуска; Зет-95 "Охотники за головами". Компактные
корабли с двумя сдвоенными двигателями, выдвигаюшимися крыльями и
скошенным кокпитом. Их фюзеляжи, крылья и раздвоенные хвосты для
маскировки были раскрашены тускло-коричневыми камуфляжными пятнами.
Подвески, на которые когда-то крепились ракетные установки, теперь
пустовали.
- Ты что, музей ограбила? - ощущение у Хэна и впрямь было под стать.
- Всего-навсего отобрала у планетарной полиции, - Джесса улыбнулась.-
По правде говоря, они использовали эти посудины против контрабандистов.
Мы готовили их для перепродажи, но пока оставили у себя: в данный момент
других боевых кораблей у нас нет. И нечего смотреть на них с таким
презрением, Соло, ты и сам немало полетал на "курносых".
Было такое. И неплохо ведь леталось, кстати. Хэн подошел к одному из
перехватчиков, в который только что закончили заливать топливо.
Подпрыгнув, ухватился руками за край кабины, подтянулся и заглянул
внутрь. Некоторые рычаги и приборы были сняты во время ремонта, от них
остались лишь торчащие провода. Кабина была действительно такой тесной,
как отложилось у него в памяти.
Но даже в таком виде Зет-95 "Охотник за головами" все еще оставался
хорошим маленьким кораблем, прославившимся своей способностью
выдерживать самые невероятные передряги. Сиденье пилота было наклонено
назад под углом в тридцать градусов, чтобы легче переносить перегрузки,
а рукоять управления встроена в ручку кресла.
Хэн спрыгнул на землю. Здесь уже собралось несколько пилотов, еще
один - гуманоид - подходил. На их физиономиях не было заметно особого
беспокойства. Значит, подумал Хэн, опыт боевых вылетов у них и в самом
деле невелик. Подошла Джесса и сунула ему в руки старый, матовый круглый
шлем.
- Кто из вас летал на этих монстрах прежде? - спросил он, пытаясь
натянуть шлем.
Старого образца, пропотевший изнутри, потертый. Слишком тесен. Хэн
старательно тянул за ушки, но шлем не налезал.
- Мы все летали, - ответил один из пилотов, - отрабатывали основные
тактические приемы.
- Ну, тогда все в порядке, - пробормотал Хэн, продолжая биться со
шлемом. - Думаю, мы в два счета разделаемся с ними.
Шлем по-прежнему не налезал. Нетерпеливо прищелкнув языком, Джесса
вырвала его у Хэна и принялась подгонять.
Хэн тем временем коротко инструктировал свою временную команду.
- У Автаркии корабли поновее - они могут позволить себе покупать все,
что вздумается. Звено истребителей, идущих сюда, скорее всего, состоит
из кораблей ПРО. И парней, которые летают на них, обучали в Академии.
Полагаю, вряд ли кто-то из присутствующих посещал это учебное заведение?
- Никто не отвечал. Ревели двигатели, и Хэн продолжал, возвысив голос: -
ПРОшки имеют очень высокую скорость, но эти старые "охотники за
головами", - он уважительно кивнул в сторону "курносиков", - могут
делать более крутые виражи и с успехом наносить удары. Именно поэтому
ими еще пользуются. ПРО не очень маневренны, и у них плохая
аэродинамика. Их пилоты терпеть не могут опускаться в атмосферу, у них
это называется "увязнуть". Но, - Хэн обвел пилотов взглядом, - они
собираются нанести удар по базе, и поэтому мы не можем дать им
по-настоящему увязнуть: есть риск, что кто-то из них сумеет проскочить
вниз. В нашем распоряжении шесть кораблей, то есть три звена по два
корабля. Если нам все же удастся натянуть свои летные шлемы... - пилоты
заулыбались. Как угодно, в шутку, всерьез, Хэн страстно хотел вколотить
в их дурацкие детские головы самое главное. - Запомните вот что:
держитесь своего напарника. Без него вам крышка. Два корабля в пять раз
эффективнее, когда они действуют слаженно, как единое целое, и имеют в
десять раз больше шансов уцелеть. Держитесь напарника.
Зет-95 были уже готовы, и ПРО вот-вот должны были появиться. У Хэна
на языке вертелись еще тысячи советов, которые он мог бы дать этим
зеленым мальчикам, по иронии случая летчикам из его команды, но разве
можно всерьез научить чему-нибудь за считанные минуты?
- Я скажу вам просто - распахните глаза пошире и старайтесь, чтобы в
сторону врага были повернуты ваши пушки, а не хвосты. Жизнь всех, кто
остался на земле, зависит от нас. Значит, мы во что бы то ни стало
должны раздолбать наших врагов. Если вы не уверены, что именно
собирается сделать противник, сплутовать или нанести удар, повисните у
него на хвосте и отжимайте к земле, не давая вырваться наверх. Не
.думайте, что расправились с ним, если он пикирует и оставляет дымный
след. Это старый трюк. Если вы увидите, что он взорвался, прекрасно.
Если он загорелся, дайте ему уйти - все равно с ним покончено. Но во
всех остальных случаях гоните свою добычу вниз. Нам тут есть что терять.
Последние слова были - о "Соколе". Не о людях - именно из-за корабля
он решил рисковать своей шкурой. Деловой человек Хэн Соло...
Джесса сунула ему шлем. Хэн тут же натянул его - подошел.
Повернувшись, чтобы поблагодарить ее, он только сейчас заметил, что и
она в летном шлеме.
- Джесс, нет. Абсолютно точно - нет.
Они стояли друг против друга, меньше, чем на расстоянии вытянутой
руки, и она в упор смотрела в его лицо. Похоже, она получила некое
удовлетворение от того, что Хэна слегка перекосило, когда он понял, что
она идет в бой. Она фыркнула:
- Во-первых, это мои корабли. Во-вторых, Док научил меня всему: я с
пяти лет летаю. Кто, по-твоему, натаскивал всех остальных? Кроме меня,
никто даже близко не имеет нужной квалификации.
- Учебные полеты - совсем другое дело! - Только этого ему и не
хватало - беспокоиться о Джессе! - Пусть летит Чуи; он неплохо...
- Ты гений, Соло! Мы просто пробьем дыру в колпаке кабины, и тогда
твоя легковозбудимая пыльная швабра сможет управлять кораблем с помощью
коленных чашечек!
Логически рассуждая, она права, а значит, она летит. А он вынужден
заткнуться.
Джесса тем временем говорила команде:
- Соло прав - нам придется нелегко. Нежелательно вступать с ними в
бой в пространстве, потому что там все преимущества на их стороне, но и
позволить им подойти слишком близко к поверхности тоже нельзя. Наземные
защитные сооружения могут не устоять. Поэтому следует придерживаться
середины, конечно, с учетом того, как они поведут игру. Если нам удастся
выиграть время, наземный персонал получит шанс подготовить полную
эвакуацию, - она посмотрела на Хэна. Голос чуть-чуть напрягся, Хэн
услыхал в нем металлическую нотку. - Имеется в виду и "Сокол". Я
приказала как можно быстрее закончить на нем все работы, чтобы он смог
подняться в воздух. Для этого мне пришлось отвлечь от всего остального
часть людей, но сделка есть сделка. И я послала человека рассказать Чуи,
что произошло, - Джесса повернулась к остальным. - Хэн - наш лидер. Я
скажу, кто у кого будет напарником. Пошли.
Шесть Зет-95 "Охотников за головами", точно крапчатые наконечники
стрел, взмыли в небо. Хэн надвинул на лицо тонированный визор и снова
проверил вооружение - три бластерных пушки на каждом крыле.
Удовлетворенный, он сманеврировал так, чтобы его ведомый оказался чуть
выше и позади. Круглый колпак кабины и высоко расположенный ложемент
обеспечивали панорамный обзор - одно из преимуществ, которое Хэна в
особенности привлекало в старичках Зет-95.
Его напарником оказался долговязый, с мягким выговором молодой
человек. Хэн от всей души надеялся, что парень будет держаться поближе к
нему, когда начнется спектакль.
Спектакль, надо же! А он-то был абсолютно уверен, что больше никогда
в жизни ему не придется пользоваться жаргоном летчиков-истребителей.
Слишком много было связано с теми временами - друзья, враги, его
собственный корабль, слишком много... тяжелого - Хэн не любил
употреблять это слово, когда речь шла о его жизни. В какой-то момент все
пошло вкривь и вкось, и, казалось, он распрощался с этими "спектаклями"
навсегда.
Кроме того, спектакль - удел молодых. Компенсирующее оборудование
истребителя позволяло быстро сблизиться с целью, но не могло возместить
нагрузку, возникающую в результате плотного маневрирования и внезапного
ускорения. Воздушный бой становился полигоном для оттачивания рефлексов,
способности быстро восстанавливать силы и координацию молодых пилотов.
Когда-то Хэн жил, ел и спал, думая лишь об одном - как стать
первоклассным пилотом. Его учителя вообще ничем больше не
интересовались. Даже в свободное время Хэн ни на минуту не забывал о
необходимости тренировать глаза и руки, умении управлять своим телом и
держать баланс. Подвыпив, он стоял на голове, кидал кольца или, лежа на
одеяле, снова и снова подбрасывал вверх дротики, а потом уворачивался от
них. Ему приходилось летать на кораблях вроде этого, на кораблях гораздо
более быстрых и совершать все маневры, которые только можно себе
вообразить.
Когда-то. С тех пор прошло не так уж много лет, но все они были
посвящены борьбе совершенно другого рода. Полет на "охотнике" требовал
умения работать с напарником.
Ну ладно, у меня это умение есть... было, никуда же не делось... а у
этих птенчиков?!
Сменив конфигурацию крыльев - на минимум, чтобы увеличить тягу -
эскадрилья взлетела, рассчитывая встретиться с противниками на краю
безвоздушного пространства.
- Охотник-лидер - звену, - сказал Хэн в комлинк. - Проверка связи.
- Охотник-2 - лидеру, вас слышу, - это был его ведомый.
- Охотник-3, я все еще здесь, - прозвенел чистый альт Джессы.
- Охотник-4, все в порядке.
Ведомым у Джессы был гуманоид с серой кожей, у которого Хэн заметил
рудиментарные остатки летательных мембран. С Лафры. Учитывая одно это,
можно ждать, что у него прекрасные летные инстинкты и способность быстро
ориентироваться в пространстве. Но лафрарианин, как выяснилось, даже
участвовал в сражениях. Эта пара обнадеживает.
"Охотники за головами" пять и шесть тоже ответили. Это были родные
братья и совсем мальки. Сама судьба обрекла их стать напарниками: они и
по жизни имели склонность держаться вместе, а в паре с кем-то другим
каждый из них норовил бы уйти от контакта.
Этим он велит держаться далеко позади остальных, чтобы защитить их с
тыла в случае, если противнику удастся прорваться сквозь строй.
Ожил наземный контроль:
- "Охотники", визуальный контакт с противником через две стандартных
минуты.
- Оставайтесь в парах, - приказал Хэн. - При лобовой атаке не
геройствуйте, уйдите под противника. - Он счел за лучшее не упоминать,
что ПРОшки имеют больший предел досягаемости.
Пятый и шестой в отдалении, как и было приказано. Две оставшихся пары
держались примерно на равном расстоянии. Датчики "охотников" и
подходящих кораблей идентифицировали друг друга, включились системы
помех и искажений. Хэн досадливо сжал зубы: малькам сейчас будет трудно,
даже Джессе и ее ведомому, потому что в этом бою придется полагаться
главным образом на собственные глаза: вся сложная сенсорная аппаратура
при такой тесноте выйдет из строя, и ей нельзя будет больше доверять.
На экранах ближнего обзора появилось четыре пятнышка.
- Перейти на голографический дисплей.
Под колпаками кабин повисли призрачные проекции приборов.
- Вот они! - крикнул кто-то. - Сектор один-ноль-два-пять!
Вражеские корабли все были, как и предполагалось, ПРО, с выпуклыми
фюзеляжами и специфическим расположением двигателей, характерным для
более позднего военного дизайна. Хэн отметил, с какой четкостью их
пилоты выполнили маневр расхождения.
- Разбить их двойки! - приказал он. - Не давайте им приблизиться друг
к другу.
Они с ведомым ушли направо, навстречу одной паре ПРО, Джесса со своим
гуманоидом сделали вираж влево.
СПуны сочли ниже своего достоинства прибегать к тактике уверток. Они
шли в лобовую, намереваясь размазать противника в лепешку. Торопятся,
подумал Хэн. Им наверняка приказали разгромить базу во что бы то ни
стало.
ПРОшки начали стрелять с максимального расстояния. Сработала
дефлекторная защита. Стиснув зубы и крепко сжимая рукоятку, Хэн изо всех
сил сдерживал себя - он хотел начать стрелять только тогда, когда от
этого будет максимальный толк. Вытягивая шею, он пытался разглядеть, что
делает его напарник: сейчас каждая двойка кораблей была предоставлена
самой себе. Оставалось лишь надеяться, что никто не потеряет головы как
в прямом, так и в переносном смысле: в столкновении, подобном этому,
пилот, отбившийся от своих, вряд ли имелц шанс уцелеть.
Кажется, ему достался лидер вражеского звена. Они стремительно шли на
сближение. Ведомые, приклеившиеся сзади, не стреляли, слишком
озабоченные тем, чтобы не отстать от своих ведущих.
Маленького "охотника" трясло. Противник уже находился в пределах
досягаемости его пушек, но Хэн все еще не стрелял, полагаясь на
внутреннее чутье. Хэн выжидал, пока наступит подходящий момент, и
надеялся, что защита выдержит.
Он продолжал эту игру, пока у него хватало духа, может быть, всего
одну-две секунды, но все же выигрывая при этом бесценное время и
расстояние. Потом выстрелил - один раз. Как он и предполагал, враг не
собирался сталкиваться с ним лоб в лоб. ПРО взмыл вверх, и Хэн получил
возможность сделать выстрел, на который надеялся. Но противник ловко
ушел из-под обстрела, и, хотя его слегка зацепило, Хэн знал, что не
причинил ему серьезного вреда. Корабли Автаркии оказались даже быстрее,
чем он думал.
А дальше все. наставления пошли прахом. Вторая ПРОшка отвалила, и
ведомый Хэна погнался за ним, возбужденно вопя:
- Я достану его!
- Вернись! - заорал Хэн. - Вернись! Мы должны держаться вместе,
забыл?
ПРО промчался под ним. Хэн прекрасно понимал, что он задумал: враг
был уверен, что разделил их, и теперь собирался сделать петлю и зайти
ему в хвост - убийственная позиция. Что.Хэну оставалось делать на своем
более медленном перехватчике? Только включить двигатели на полную
мощность, уйти в чистое пространство и оглядеться, чтобы понять, как
идут дела. Из разговора Джессы с ее напарником он понял, что вторая пара
ПРО также раскололась, растягивая Джессу с напарником в разные стороны.
Хэн резко ушел вверх, пытаясь ничего не упускать из вида и продолжая
взывать к своему напарнику:
- Возвращайся! Они заманивают тебя!
Но тот не слушал.
Вся стратегия противника, состоящая в растягивании строя, была сейчас
видна как на ладони, но слишком поздно. Ведущая ПРОшка сделала полупетлю
и зашла в хвост Охотнику-2. Второй ПРО, приманка, уже летел.к
страхующему звену. Один из ПРО, с которыми имела дело Джесса,
присоединился к нему, создав новое звено из двух кораблей.
Разрушая строй, СПуны, конечно, рассчитывали на неопытность своих
противников.
И не ошиблись. Если бы мы только продолжали держаться вместе, подумал
Хэн.
- Проклятье, Джесс, нам каюк! - крикнул он, делая разворот, но у
Джессы и своих хлопот хватало.
Воспользовавшись тем, что она и ее ведомый разделились, ПРОшка сумела
сесть ей на хвост.
Хэн видел, в каком бедственном положении оказался его собственный
напарник, но находился слишком далеко, чтобы вмешаться.
- Эй, кто-нибудь, помогите! Уберите его от меня!
Хэн выстрелил. Может быть, пилот отвлечется. Нет, тот непоколебимо
шел к своей цели. Зет-95 исчез в ореоле ослепительно-белого газа и
осколков.
Надо было собирать уцелевшие корабли, выстраивать их... Вместо этого
он пошел наперерез празднующему первую победу ПРО, забыв об
осторожности. Никто еще не уходил, не заплатив мне за ведомого,
приятель. Никто.
Ему пришло в голову, что он понятия не имеет, как звали долговязого
пилота.
x x x
- Охотник- 3, вправо! уходи вправо! - это был лафрарианин.
Джесса ловко сманеврировала. Ее ведомый хладнокровно зашел ее
преследователю в хвост и открыл огонь. Один - один. У ПРО развалился
фюзеляж. Все, привет, долгая прогулка в объятия гравитации.
Далеко внизу Охотники пять и шесть, братья, сражались с наседавшими
на них ПРО. В стороне кореллианин и командир ПРОшек устроили карусель,
обмениваясь залпами пушек.
Ладно, Хэн справится сам, а вот пятый и шестой на данный момент -
самые слабые из пилотов. Джесса окликнула лафрарианина и завалила
корабль в пике. Они почти успели. Они были уже на подлете, когда один из
ПРО, пристрелявшись, взорвал Охотника-5 и тут же на лихом вираже зашел в
хвост уцелевшему брату. Его напарник решил, что, наконец, пора заняться
и базой, вывалился из драки и пошел на снижение. Джесса приказала
мальчишке уйти.
- Не могу! Он не отпускает меня! - крикнул тот в ответ.
ПРОшка позади него сделала "бочку" и выстрелила. Ведомый Джессы, не
дожидаясь приказа, бросился на помощь, Джессе оставалось лишь следовать
за ним. Охотника-6 разорвало на части, но и победитель тут же попал в
перекрестие прицела лафрарианина.
СПун выжал из своего корабля просто потрясающую скорость, ушел вверх,
словно собираясь сделать петлю, и обманул лафрарианина.
Вместо петли он совершил боевой разворот и открыл упреждающий огонь.
Над колпаком кокпита мелькнула угловатая тень; Джесса выстрелила, не
целясь. Взрыв. ПРОшка была еще цела, но со снятой защитой; Джесса
услышала, как кто-то по комлинку советует ей добить раненого врага, она
с трудом узнала голос кореллианина. Но ее больше интересовал подбитый
ведомый. Лафрарианин падал к краю атмосферы, распустив крылья.
- Доберешься сам?
- Да, Джесса. Но, по крайней мере, один СПун прорвался. И второй
может присоединиться к нему.
- Уходи. Я займусь тем, что внизу.
- Удачной охоты, Джесса!
Она кинула корабль в пике.
x x x
Пришлось признать, что командир вражеского звена - прекрасный пилот.
К этому заключению Хэн Соло пришел, когда у него чуть было не выбили
кресло из-под седалища. СПун был азартен, искусен в выполнении маневров
и точен в стрельбе. Они "общались" достаточно долго, везло то одному, то
другому, но игра по-крупному пока еще не начиналась. Скольжение,
разворот, мертвая петля, разворот, не оторваться от противника, не дать
ему прицелиться, не попасть под. обстрел...
Хэн в третий раз стряхнул СПуна у себя с хвоста, вновь поставив на
маневренность Зет-95 против скорости ПРО.
- Ты, похоже, местный чемпион, а?
Пилот ПРОшки откликнулся без промедления:
- Интересуешься, браток? Подожди немного и сам увидишь.
По голосу - не молокосос, ветеран. Что ж, тем лучше. Играем на
равных.
Хэн нырнул глубоко в атмосферу. Разогнавшийся СПун не отстал, но его
корабль теперь рыскал, и удержать "охотника" на прицеле было почти
невозможно. Хэн задрал перехватчик, описал полупетлю, развернулся на
высшей точке и ухнул в штопор. Лазерный луч лизнул колпак кабины, Хэн
качнул свой кораблик. Не увлекайся, сказал он сам себе. Так недолго и
доиграться... Он до отказа отжимал рукоять, в глазах потемнело. Еще
немного, чуть-чуть, ну, еще потерпи...
ПРОшка по-прежнему висела у него на хвосте, но никак не могла
приноровиться и подстрелить престарелого "охотника". Двигатель Зет-95
стонал и хрипел, как тяжелобольной.
Потом время пришло. Хэн, не слушая жалобный скрежет, рванул рукоять
на себя. Что-то хрустнуло, то ли в корпусе корабля, то ли в позвоночнике
его сумасшедшего пилота, но "охотник" все-таки задрал нос. Разворачивая
корабль, Хэн все время ждал выстрела, который бы покончил со всеми его
проблемами и надеждами. Но СПун не стрелял. Ослепленный азартом погони,
пилот ПРОшки забыл об альтиметре, и плотный воздух работал против него,
ухудшая летные качества его корабля.
ПРОшка проскочила мимо - ее пилот не удержался на крутом вираже и
теперь лихорадочно выравнивал машину. И тут сработала та самая интуиция
Хэна Соло, обеспечившая ему в свое время репутацию телепата.
Кореллианин, не глядя, дал залп. ПРОшка перестала существовать,
превратившись в клубок пламени и дождь мелких огненных брызг.
- С распылением тебя, сосунок!
x x x
Четвертая ПРОшка, между тем, успела дать три залпа по наземной базе.
Рассчитанные на большие корабли и массированные атаки, зенитные батареи
никак не могли поймать на прицел верткий истребитель. Тем более, что при
первых же выстрелах пилот ПРОшки аккуратно расстрелял батареи, и теперь
большая их часть молчала. Несколько зданий базы уже были разрушены,
кое-где вспыхнул пожар. Джесса, подлетая, разглядела даже раненых на
земле. Она решила пока считать их ранеными, а не мертвыми...
ПРО методично зашел на очередную атаку. Джесса бросила свой корабль
вниз, не считаясь с тем, что у дряхлого "курносика" могло попросту
оторвать плоскости. Только она поймала врага в рамку прицела, как ей на
хвост упал еще один ПРО - тот самый, с которым, по ее мнению, было
покончено. Дефлекторную защиту слизнуло как языком, вторая очередь
аккуратно срезала элероны на правом крыле.
Но Джесса держалась, полная решимости забрать с собой хотя бы одного
вражеского пилота.
А затем вторая ПРОшка сама стала мишенью. Потрепанный Зет-95 на
пикировании выстрелил раз, другой, третий. Он стрелял, пока ПРО не исчез
в вихре огня и осколков.
- Твой - последний, Джесс! - услышала она сквозь сипение динамика
голос с четким кореллианским акцентом. - Врежь ему!
У нее оставалась всего одна пушка, на левом крыле, поэтому первой
очередью она свою цель не достала - ПРО ушел вправо. И забирал все
правее; еще немного, и он вообще окажется вне пределов ее досягаемости.
Джесса заложила полубочку и выстрелила снова. ПРО взорвался.
- Хорошо стреляешь, куколка, - одобрил Хэн, догоняя ее "курносик".-
Знаешь, в определенных кругах твое положение обычно называется "попом
вверх".
- Я не могу перевернуться! - в отчаянии крикнула она. - У меня сдох
контроль!
Он чуть было не посоветовал ей прыгнуть, но вовремя прикусил язык.
Слишком близко к поверхности, катапульта просто вобьет ее в землю.
Перехватчик быстро терял высоту, оставались считанные секунды.
- Приготовься. Прыгай, как только я подам знак.
Она была озадачена. Что он имел в виду? Ей конец, как бы ни
разворачивались события, рухнет ли она на землю вместе с кораблем или
катапультируется. Но все же она была готова сделать то, что он скажет.
Кореллианин подвел крыло своего "охотника" под нее. У Джесс перехватило
дыхание - она поняла, что он задумал.
- На счет три, - спокойным, почти скучным голосом сказал Хэн. -
Раз... Два!
Оба слышали резкий скрип - плоскости соприкоснулись. Если Хэн
ошибется, Джесс утянет его за собой, их размажет на пару. Хэн крутанул
перехватчик в одинарную бочку. Его Зет-95 подцепил крылом крыло ее
корабля. Земля по дуге ушла туда, где ей положено было быть.
- Три! Прыгай, Джесс!
Они поменялись местами. Хэн еше не закончил фразы - колпак кабины
корабля Джесс откинулся, катапульта выбросила кресло вверх и направо,
сработал тормозной двигатель. Корабль рухнул на планетоид, оставив за
собой длинную полосу разрушения и огня - последний погибший корабль
этого дня.
Джесса качалась в кресле, медленно опускающемся на антигравитационной
подушке, и смотрела, как корабль Хэна выписывает красивую аккуратную
кривую. Недалеко лафрарианин сажал поврежденный "курносик".
Пижон Соло вернулся и посадил перехватчик в то же мгновение, когда ее
кресло, подняв тучу пыли, опустилось на землю. Когда Хэн снял шлем и
выпрыгнул из потрепанного истребителя, Джесса уже освободилась от упряжи
и стояла, ощупывая себя и убеждаясь, что в целом все в порядке,
Он подошел к ней, стягивая перчатки.
- В моем корабле хватит места для двоих, если потесниться.
Голос бархатный, взгляд раздевающий.
- Сплю и вижу, - отрезала Джесса. Она, молодчина, стояла как ни в чем
не бывало и усмехалась, как всегда. - Неужели мы наконец стали
свидетелями того, что Хэн Соло что-то сделал бескорыстно? Ты что,
размяк? Кто знает, может, в один прекрасный день ты проснешься и
узнаешь, что на свете существует мораль, а не только голый расчет. Когда
чуть-чуть поумнеешь.
Выражение его лица изменилось. Мгновение он задумчиво разглядывал
Джессу, потом ровно сказал:
- Мне уже все известно о морали, Джесс. Однажды один мой друг принял
решение, думая, что поступает в соответствии с моралью. Проклятие, да
так оно и было! Знаешь, что было дальше? Его осудили. Он потерял все -
карьеру, свою девушку, все. А знаешь, что было еще дальше? Он стоял там,
перед строем, а с его униформы сдирали нашивки и знаки отличия. Его не
поставили к стене и не расстреляли, над ним просто смеялись. Вся
планета. Он улетел оттуда и больше никогда не возвращался.
Лицо его исказилось.
- И никто не заступился за... твоего друга? - мягко спросила Джесса.
Хэн криво улыбнулся.
- Его командир дал показания против него. Только один свидетель
выступил в его защиту, но кто поверит вуки?
Джесса по-прежнему мягко смотрела на него и, казалось, хотела еще о
чем-то спросить, но Хэн оборвал разговор.
- Похоже, главный ангар не задет, - он мотнул головой в сторону базы.
- У тебя есть еще время довести до ума "Сокол" и убраться отсюда, прежде
чем появятся СПуны. И я тоже продолжу свой путь. Нам обоим есть чем
заняться.
Джесса коротко посмотрела на него и тоже стала смотреть на ангар.
- Повезло, что я знаю - ты наемник, Соло. Повезло, что я знаю - ты
полетел с нами только для того, чтобы защитить "Сокол". И что ты спас
меня лишь ради того, чтобы я смогла выполнить свою часть нашей сделки.
Повезло, что никогда в жизни ты не совершишь хотя бы
одного-единственного самоотверженного или бескорыстного поступка и что
все случившееся сегодня вполне соответствует, пусть даже на какой-то
извращенный лад, твоему алчному, отсталому подходу к жизни.
- Повезло? - хмыкнул кореллианин. - Кому?
Она перевела взгляд на истребитель своего напарника и устало зашагала
к нему. -Мне, - бросила она через плечо.
Глава 5
- Что ты там бормочешь, Боллукс? Говори громче!
Сидя за игровой доской напротив Чубакки, Хэн взглянул в другой конец
пассажирского салона "Тысячелетнего сокола", где среди сваленных грудой
контейнеров, герметических бочонков и всевозможных запчастей на
упаковочной корзине пристроился старый дроид.
Вуки сидел в углу дивана, положив подбородок на огромную лапу, и,
нервно подергивая черно-синим кожистым носом, щурил глаза на шахматную
доску. Время от времени он переводил сосредоточенный взгляд с
голографических фигурок на небрежно развалившегося Хэна. Чуи уже
расправился с двумя фигурами противника, но сейчас он заметил, что его
преимущество, оказывается, было мнимым. А между тем Хэн играл отнюдь не
в полную силу. Внимание рассеивалось, игра не захватывала. Хэн был
раздражен. Он все прокручивал и прокручивал теперешнюю ситуацию. Какие
прелести сулит им этот полет? На первый взгляд - транспортировка
пассажира... пассажиров... ну пусть нестандартных... она же - цена за
ремонт. В общем, нормально. Новые сенсоры и антенна работают прекрасно,
так же как и заново отлаженные системы корабля. Все сделано по высшему
разряду, как-всегда у Дока... то есть, теперь у дочери Дока. Но
невозможно смириться с мыслью, что "Сокол" болтается внутри этой
бесформенной дуры, огромной баржи, как... Тут Хэн крякнул и мысленно
извинился перед кораблем за сравнение. Вдобавок баржа строилась не для
скоростных полетов, они тащились уже невесть сколько, и одно это злило.
Сквозь подошвы сапог Хэн ощущал приглушенную, неровную вибрацию
двигателей баржи. Ненавижу. Долететь и сбросить это уродство, чтоб
никогда не видеть. Сначала - долететь. Сделка есть сделка, от этого
никуда не денешься. Вдобавок Джесса объяснила - отказной лист для
"Сокола" обещали раздобыть именно те люди, которых Хэн должен был
подобрать на Орроне III. Так что на это дело не плюнешь. Хотя и очень
хочется.
А тут еще этот обшарпанный дроид со своей замедленной речью.
- Я ничего не говорил, сэр, - вежливо ответил Боллукс. - Это Макс.
- Тогда что он сказал? - пробрюзжал Хэн.
Эти две-в-одной машины иногда обменивались высокоскоростными
информационными импульсами, но, похоже, предпочитали разговаривать
вслух. Стоит дроид, рот закрыт, грудь тоже (Хэн уже привык смотреть ему
на грудь - тоже ведь абсурд, заметьте), а разговаривает. Сам с собой.
Хэн каждый раз вздрагивал, слыша детский голос. Не любил он
чревовещания.
- Он хотел бы, капитан, - как всегда, медленно произнося слова,
ответил Боллукс, - чтобы я открыл свой пластрон. Вы позволите?
Хэн поймал довольный взгляд Чубакки, взглянул на доску и увидел
хитрую ловушку. Ну, Чуи! Вот постарался так постарался... ах да,
позволит ли капитан. Нерешительно занеся руку над клавишами, Хэн
позволил:
- Да, конечно, Боллукс... открывай свою форточку. Не обращай
внимания, что я занят.
Он сердито посмотрел на вуки, уже понимая, что способа избежать
ловушки нет. Чубакка откинул назад рыже-коричневую лохматую голову и
громко засмеялся, обнажив клыки.
Рабочий дроид плавно завел длинные руки назад, и с тихим свистом
выходящего воздуха - пластрон был воздухонепроницаемым, изолирующим и
противоударным - грудь Боллукса раскрылась. Монокуляр Синего Макса ожил
- вспыхнул яркий пучок света и выдвинулся из грудной клетки. И, конечно,
не куда-нибудь, а в сторону игровой доски, и как раз в тот момент, когда
Хэн сделал ход. Голографическая фигурка - миниатюрный монстр - бросилась
на одну из фигурок Чуи. Соотношение сил этих двух фигурок было тонким,
Чуи обдумал его тщательно, а Хэн, пол-игры занятый своими мыслями,
ошибся в расчете. Чуи победил легко и быстро.
- Вы должны были прибегнуть к Второй Защите Илтмара, капитан, - живо
отреагировал Макс, всегда готовый помочь добрым советом. Хэн посмотрел
на него. Взгляд, сообразно ситуации, был убийственным. Чуи издал второй
залп хохота. Компьютерный вундеркинд добавил с детской
непосредственностью: - Я просто пытаюсь помочь вам, сэр.
Боллукс решил, что надо вмешаться.
- Синий Макс совсем новый и очень юный, капитан. - Хэн молча одарил
тем же взглядом дроида с замедленной речью. Ободренный его вниманием,
Боллукс сверкнул красными глазами и развил тему: - Я немного обучил его
этой игре, но он пока не знает, как люди чувствительны.
Чуи, трясясь, зажал рот волосатыми лапами, потому что следующий
убийственный взгляд чувствительного человека вперился в него.
- Вот как.? - Хэн любезно приподнял брови, поворачиваясь к дроиду.- А
чему ты его еще обучаешь, великий учитель?
- Многому, - встрял Макс. И зажурчал: - Боллукс везде побывал. Мы
сидим и разговариваем все время, он рассказывает мне о местах, которые
видел.
Хэн нажал клавишу сброса, одновременно стирая с доски и свои
оставшиеся фигурки, и фигурки торжествующего победу Чубакки.
- Рассказывает? Ну, это, наверно, страшно увлекательно: "Траншеи,
которые я копал. Воспоминания дроида. Трансгалактический дневник".
Как это умеют дроиды, Боллукс понял все буквально.
- Меня активировали на звездных верфях на Фондоре, - медленно
заговорил он. - Сначала я трудился в альфа-группе, занимающейся
первичным обследованием планет, а после этого - в строительной бригаде
системы управления погодой. Потом я работал подсобным рабочим в Бродячем
Зверинце Гэн Джен Ру и ремонтником на Тридгейле. И много где еще. Но
постепенно появлялись все новые модели, и одну за другой работы
приходилось уступать им. Я старался как мог, однако, несмотря на
модификацию и перепрограммирование, мне не под силу состязаться с более
новыми, совершенными дроидами.
Заинтересованный вопреки собственному желанию, Хэн спросил:
- Где Джесса откопала тебя для этой поездки?
- Это не она нашла меня, сэр, я сам напросился. Прошел слух, что из
главного рабочего фонда будет отобран дроид для какой-то модификации,
цель которой не указывалась. Я находился там, был выставлен на открытом
аукционе. Подошел к ней и спросил - не могу ли быть полезен.
Хэн рассмеялся.
- Ну и чего ты добился? Что они вытащили из тебя часть потрохов,
переделали остальное и засунули внутрь эту дорогостоящую игрушку?
По-твоему, это удачная сделка?
- Минусы, разумеется, есть, сэр. Но зато я могу функционировать на
относительно высоком уровне активности. Особого выбора вакансий у меня
не было, капитан, разве что закапывать побочные продукты
жизнедеятельности в каком-нибудь мире с низким уровнем технологии. Но
так я, по крайней мере, продолжаю работать и продлеваю время своего
существования.
Хэн удивленно уставился на дроида, размышляя о том, не сошел ли тот,
на свой электронный лад, с ума.
- Зачем, Боллукс? Какой смысл? Ты сам себе не хозяин. Ты даже не имел
права голоса в вопросе выбора собственного имени - твой новый владелец
перепрограммировал и назвал тебя, как ему вздумалось. В конце концов, ты
станешь больше не нужен, и что тогда тебе останется? Только отправляться
на свалку.
Теперь Чубакка внимательно прислушивался к разговору. Вуки жили
гораздо дольше людей, и его перспективы в этом смысле сильно отличались
от тех, которые ожидали любого человека или... дроида. Вот почему его
заинтересовал безмятежный ответ Боллукса:
- Для дроида устареть - это все равно что для человека или вуки
умереть. Конец функционирования или, иначе говоря, конец существования.
А этого, по моему мнению, следует избегать любой ценой, капитан. В
конечном счете, чего стоит существование, лишенное смысла и цели?
Хэн вскочил, разозлившись по непонятной для него самого причине.
Идиотский спор! Любой спор с дроидом идиотский! А Боллукс, груда старого
хлама, если называть вещи своими именами, - тупица и неудачник, которого
обвели вокруг пальца. И стоит высказать ему все, что Хэн думает.
- Боллукс, ты знаешь, кто ты такой?
- Да-а-а, сэр. Контра-а-ба-ан-ди-ист, - тут же ответил Боллукс.
Хэн удивленно уставился на дроида, раскрыв рот и не в силах сразу
сообразить, что сказать. Даже рабочий дроид должен понимать, что такое
риторические вопросы, подумал он.
- Что ты сказал?
- Я сказал: "Да, сэр. Контрабандист", - как обычно, растягивая слова,
ответил Боллукс. - Как и вы сами. Тот, кто занимается нелегальным
ввозом-вывозом, - он ткнул металлическим пальцем в Синего Макса,
устроившегося у него в грудной клетке, - и утаивает доставляемые товары.
Чубакка, схватившись за живот, крутанулся в кресле и истерически
захохотал, дрыгая . задними лапами.
- Заглохни! - взорвался Хэн.
Боллукс, с этой его странной покорностью, тут же точно выполнил его
приказание. Чубакка едва не задыхался от смеха, на крепко зажмуренных
глазах далее выступили слезы. Хэн оглянулся по сторонам в поисках
гаечного ключа, молотка или другого подходящего инструмента. Не хватало
только, чтобы какой-то дроид взял над ним верх и потом всем рассказывал
об этом! Но как раз в этот момент навигационный компьютер издал сигнал
предупреждения. Хэн и Чубакка - вуки все еще держась лапами за живот -
бросились в кабину, чтобы подготовиться к возвращению в обычное
пространство.
Долгий скучный полет к Оррону III вконец истрепал им нервы; даже
находясь внутри скорлупы гигантской баржи, пилоты были безмерно
счастливы вновь увидеть отсутствовавшие в гиперпространстве звезды.
Яйцеобразный корпус баржи выпячивался под ними - не корабль, а
маломощная металлическая жестянка. Осуществляя задуманную маскировку,
техники Джессы постарались расположить "Сокол" так, чтобы из его кабины
обзор был как можно лучше. Хэн и Чубакка пытались разглядеть
завидневшийся вдали Оррон III. В работу бортового компьютера они не
вмешивались, чтобы корабль не вышел из роли автоматизированной баржи.
На Орроне III они раньше не бывали. Они знали только - и то кое-что
лишь от Джессы,- что Автаркия рассматривала эту планету прежде всего как
"хлебную корзину" и старалась извлечь все преимущества из того, что
урожай тут можно было собирать круглый год (Хэну невольно вспомнился
Дюроон). Кроме того, стратегически важное расположение планеты навело
чиновников на мысль построить здесь Инфоцентр Автаркии, а его
деятельность существенно упрощала военным и полиции выполнение их задач.
Они приближались, и Хэн жадно смотрел на новую планету. Любил он
новое.
Оррон III был прекрасен - мягкая зелень буйной растительности,
голубизна океанов и совсем невысоко - вереницы белых облаков. Цветение,
простор, покой - и не сразу бросились в глаза немногочисленные
сооружения, гармонирующие с ландшафтом. Хэн и Чубакка старались
запомнить их расположение - они уже подходили к. планете и теперь не
отрывали взглядов от экранов.
- Что это? - Хэн вдруг наклонился к экрану, пристально вглядываясь.
Вуки неуверенно промычал что-то.
- Чуи, может, мне показалось, - вроде в районе трансполярной орбиты
что-то большое. - Не отрывая взгляд от экрана, Хэн покачал головой. -
Либо оно ушло за горизонт, либо мы сами опустились слишком низко,
сенсоры не могут поймать эту штуку. А может, и то и другое вместе.
Это мог быть сторожевой корабль. Да что я волнуюсь-то? На "Сокол"
надета баржа, ситх ею подавись. Все в порядке.
Поверхность планеты проступала все отчетливей: холмистая местность,
аккуратно расчерченная на разноцветные многоугольники, лоскутки,
увеличивающиеся, становящиеся вблизи огромными, до горизонта, - поля.
Разноцветье объяснялось просто: что только здесь не росло и не
вызревало, круглый год, безостановочно. Здесь умели получить от земли
все что можно; здесь, на тихой просторной аграрной планете, оптимально
использовали и новейшую технику, и ресурсы рабочей силы, в основном
человеческой. Но Хэн поймал себя на том, что, прокручивая в голове
информацию об Орроне III, он уже третий или четвертый раз подумал: "Надо
же, как тут красиво".
Космопорт, на который они в конце концов приземлились, представлял
собой площадку, которая тянулась на многие километры. Неудивительно:
садясь, они видели несчетное количество огромных барж-роботов. Та часть
космопорта, где размещались собственно корабли Автаркии, занимала лишь
небольшой угол этого сооружения, при том, что средства связи и жилые
комплексы находились здесь же. Для барж предназначалась вся остальная
площадь - бескрайнее море причальных мест, каждое из которых окружено
специальными мостками, по которым легко и удобно добраться до баржи для
ее ремонта или загрузки. По дорогам, сходящимся со всех сторон к
космопорту, шел постоянный поток крупногабаритного наземного транспорта,
который разгружался и тут же снова отправлялся туда, где сейчас шла
уборка урожая.
Фальшивая баржа с запрятанным внутри "Соколом" опустилась на
указанном причальном месте среди сотен других. Как только они коснулись
земли, щебетанье компьютеров смолкло. Хэн и Чубакка выбрались из кабины
и вошли в передний отсек. Боллукс, сидящий на диване, поднял на них
взгляд.
- Мы сейчас высаживаемся, сэр?
- Нет, - ответил Хэн. - Джесса сказала, что эти люди сами найдут нас.
Вуки подошел к выходу и нажал кнопку. Люк "Сокола" откинулся, рампа
опустилась, но они не ощутили привычного дуновения воздуха новой
планеты. Воздух атмосферы Оррона III внутрь не проникал: маскирующий
корпус прикрывал большую часть надпалубных сооружений "Сокола" и сразу
же у конца рампы был установлен временный внешний люк.
Едва успела опуститься рампа, как послышалось клацанье по наружной
обшивке. Вуки настороженно фыркнул. У Хэна в руке тут же появился
бластер. Увидев, что партнер готов к встрече, вуки нажал кнопку,
открывающую внешний "люк".
Их взорам предстал человек, выглядевший, по меньшей мере, странно. На
нем был зеленовато-серый комбинезон портового рабочего и пояс для
инструментов. Но аура, излучаемая им, - Хэн сразу почувствовал это, а он
привык доверять своим ощущениям при первом контакте, - аура его меньше
всего напоминала ту, что присуща техникам-контрактникам. Этот не
контрактник, не техник... уроженец мира, где явно в избытке хватает
ультрафиолета, - кожа у пришедшего была глубокого черного цвета, слегка
отливающая лиловатой синевой. В темных круто вьющихся волосах и кудрявой
черной бороде светло поблескивали серебряные ниточки, а кое-где и пряди.
Рослый, крупный, ладно сложенный, чуть тяжеловатый и чуть медлительный,
этот человек держался с большим достоинством, но черные глаза его были
молодыми и веселыми, с живой искоркой.
- Я - Реккон, - назвался он первым.
Взгляд у него был прямой, открытый, и, хотя говорил он негромко,
голос отличался глубиной и звучностью. Он повесил на пояс тяжелый
гаечный ключ, которым стучал по корпусу.
- Капитан Соло здесь?
Чубакка лапой указал на своего партнера, который как раз в этот
момент спускался по рампе. Потом вуки рявкнул что-то на своем родном
языке. Реккон рассмеялся и - к великому изумлению Хэна - проревел ответ
на языке вуки. Очень немногие люди способны хотя бы понимать язык этих
крупных гу-маноидов; еще меньшая их часть обладает диапазоном и силой
голоса, требующимися, чтобы говорить на нем. Чубакка испустил
душераздираюшии переливистый рев, выражавший его восхищение Рекконом, и,
шустро спустившись вниз, похлопал его по плечу, как старого друга.
- Надеюсь, обмен приветственными песнями закончен? - Кореллианин гнул
ту же линию, что и на Дюрооне: никаких сантиментов, никаких
подробностей.- Я - Хэн Соло. Когда взлетаем? .
Реккон откровенно оценивающе рассматривал пилота, отсвет радости не
угасал на его лице.
- Мне бы хотелось, чтобы это произошло как можно быстрее, капитан
Соло. Но сначала придется заглянуть в Центр, чтобы перекачать данные,
которые мне нужны, и прихватить остальных.
Теперь стало ясно, что первое впечатление о его медлительности было
обманчивым. Мимика была по-молодому подвижной, и, когда Реккон смеялся
или оценивал собеседника, слушая и явно подмечая каждое слово, каждую
интонацию, он казался Хэну быстрым.
Во всяком случае, Хэн не усомнился бы в его реакции. Да и в
способности мгновенно принимать .решение.
Хэн оглянулся и сделал знак Боллуксу, который уже замер в ожидании
наверху лестницы.
- Иди сюда, Ржавая Жестянка. Для тебя наконец нашлось дело.
Боллукс с уже закрытым грудным пластроном, лязгая, заспешил вниз по
трапу. Хэн негуманно подумал о смехотворной негибкости дроида, но
Боллукс вновь его удивил. Медленно спускаясь и медленно выговаривая
слова, он объяснил, что эта странная манера ходить объясняется не самой
совершенной системой подвесок, которую ему установили в какой-то момент
его долгой карьеры.
Реккон протянул Хэну и Чубакке две карточки - яркие красные
квадратики с оттиснутыми на них белыми идентификационными кодами.
- Временные ИД, - объяснил он. - Если у кого-нибудь возникнут
вопросы, вы заключили краткосрочные контракты как технические помощники
пятого класса.
- Мы? - буркнул Хэн. - Мы никуда не собираемся, дружище. Бери дроида,
прихватывай свою шайку или кого там еще и возвращайся вместе с ними. Мы,
как верная жена, будем ждать вас у окошка, поддерживая огонь в очаге.
Реккон ослепительно улыбнулся. Абсолютно искренне. Ярко выраженный
лидер, знающий цель, умеющий подчинить и направить, настолько сильный и
обаятельный, что даже не просчитывает, чем воздействовать на новичка,
которого он хочет зачем-то использовать. Это и злило Хэна. Он привез -
отвез.
Это удобный способ жить так, как ему нравится. Он бродяга. Он живет
быстрым покорением расстояний, а не заварушками тех, кто сидит на месте.
Но, улыбнувшись его бурчанью, Реккон спросил по существу:
- А что вы предпримете, когда появятся дезинфекторы? Они облучат всю
баржу, в том числе и ваш корабль. Конечно, вы можете включить
дефлекторы, но портовые датчики тут же это засекут.
Партнеры с сомнением уставились друг на друга. У Хэна пересохло во
рту. Вообще-то дезинфекция судов была обычной процедурой, а вот если
человек и вуки будут при этом болтаться поблизости, кто-то может и
насторожиться.
Тут Хэн вспомнил об отказном листе, который был ему обещан. Но идти с
Рекконом? Его всегда бросало в пот в коридорах власти, а Инфоцентр
Автаркии был как раз таким местом. С новой силой вспыхнула врожденная
осторожность.
- Зачем мы вам нужны там? Ты явно чего-то не договариваешь...
