Брайан Дейли. Хэн Соло в Звездном тупике
страница №5
...начинает слабеть.
- Ничего не получается, - ответил Реккон, ощупывая механизм сильными,
чуткими пальцами. - Нужно найти другой путь.
- Улица с односторонним движением! - закричал Хэн, не оглядываясь.
Яростный, разочарованный рев Чубакки перекрыл даже грохот стрельбы.
- Тогда сам ныряй в шахту головой вперед! - заорал Торм.
Возражения Хэна потонули в звуке воя. Это был предупреждающий сигнал,
хорошо известный по всей Галактике.
- Утечка радиации! - закричал Реккон. - Не из той серии, что включил
Макс.
Только не это, подумал Хэн, но звук все нарастал, приближаясь со
стороны верхних коридоров. У того, кто подвергался облучению, оставалось
мало шансов уцелеть; наверняка даже сейчас они получали смертельные
дозы. Хэн мысленно проклял себя за то, что в один прекрасный день
решился подзаработать таким приятным, легким способом, как незаконный
ввоз оружия. Он встал.
- Приготовьтесь. Мы должны пробиться сквозь их строй - или умереть.
Внезапно, перекрывая вой сирен, пронзительно закричала Атуарре.
- Подождите! Вот там!
Хэн снова припал к пушке, готовясь обрушить залп на новых СПунов.
Однако фигура, приближающаяся к ним по нижнему коридору, двигалась
странно, рывками, и широко .раскинув руки, в каждой удерживала какую-то
ношу.
- Боллукс! - закричал Торм. Так оно и было. Дроид сделал еще
несколько шагов на негнущихся ногах и попал в полосу более яркого света;
стало видно, что на его. ладонях лежат шаровидные широковещательные
громкоговорители. Провода от них бежали по его рукам, уходя в разверстую
грудь, и были наскоро подсоединены к Максу. Именно из громкоговорителей
неслось завывание сигналов радиационной тревоги.
Все столпились вокруг Боллукса, заговорили разом и на нескольких
языках - общегалактическом, вуки, триани, - но никто не слышал друг
друга из-за несмолкающего воя сирен. У Хэна разболелась голова, вдруг
накатило, это было непривычно, но кстати или некстати он припомнил: если
у вас что-то болит, значит, вы еще не умерли. В данном случае, как раз
благодаря тому, из-за чего голова и болит.
Потом сирены смолкли. Боллукс осторожно опустил громкоговорители и
отсоединил от себя их кабели, не обращая внимания на шум: группа
требовала объяснений.
- Я рад, что мой план сработал, господа и прекрасная дама; но,
признаюсь, это было просто развитие идеи Макса о ложных сигналах
тревоги, - заговорил он наконец. (О-о-о, закатил глаза Хэн. Эти речи на
полчаса). - Находясь в сети, он узнал и о сигнале радиационной
опасности. Под его руководством я отодрал эти громкоговорители от стены
в коридоре и приладил их. Сейчас коридоры пусты. Бронированные костюмы
СПунов годятся для боя, но не защищают от радиации. Все тут же
разбежались.
Хэн не дотерпел до конца волыны:
- Пусть Макс включит подъемники. Если мы не сможем выбраться отсюда,
твое изобретение мало что изменит, - он потянул Боллукса за собой.
- Все подъемники отключены, да? - пропищал Макс. - Не дрейфьте,
капитан, все будет в порядке!
- Просто включи их, ладно? - Наклонившись к нему, Хэн добавил. - И
поменьше рассуждай, ты, ржавая жестянка.
Подойдя к панели, Боллукс широко раздвинул пластрон. Однако адаптер
находился слишком высоко. Тогда Чубакка, который стоял ближе всех,
отшвырнул свой самострел, вынул Макса из груди Боллукса, поднял
крошечный компьютер и поднес его к управляющей панели подъемника,
Адаптер Макса вытянулся и воткнулся в розетку. Металлические тумблеры
повернулись назад, вперед и снова назад. Панель ожила.
- Сработало! - воскликнул Реккон. - Идем за мной, пока никто не
заметил и не отключил их снова.
Он сделал быстрое, еле заметное движение, уловленное Хэном и
ускользнувшее от внимания всех, кроме него. Пилот понял, что ему
предложено идти замыкающим. Реккон по-прежнему не был уверен в том, что
среди них нет предателя. Он прыгнул в подъемник, Атуарре - следом за
ним. Пакка, крутясь у всех под ногами, то игриво дотягивался хвостом до
поля подъемника, то отдергивал его, угрожающе шипел на подъемник и
топорщил усы. Испуг проходил, бегство от преследователей казалось
захватывающе интересным. Торм, с пистолетом в руке, прыгнул последним.
В коридоре послышался топот сапог. Все еще держа Синего Макса -под
мышкой, Чубакка тоже прыгнул в подъемник. Хэн задержался ровно
настолько, чтобы выстрелить в пушку с той стороны, где поле не защищало
ее. Ослепительно полыхнуло - мощности уже не выдерживали нагрузки. Хэн
повернулся, головой вперед прыгнул в шахту лифта, откуда ему махал рукой
Торм, и услышал, как пушка взорвалась у негр за спиной.
Они опускались с небольшими интервалами по высоте, вытянувшись позади
Реккона в неровную линию. Задрав головы, все взволнованно ожидали, что
вот-вот сверху грянет залп, но его не было. Хэн подумал, что СПуны
задержались из-за взрыва пушки. Он от всей души надеялся, чт они не
сразу сообразят - подъемники заработали снова. Однако, в любой момент
плавный спуск мог перейти в поджимаюшее внутренности к горлу
стремительное падение, исход которого для всех них был бы одинаков -
смерть.
Наконец они опустились до уровня гаража. Реккон, а вслед за ним и
остальные выскочили из подъемника. Они стояли в огромном помещении,
предназначенном для парковки, и оглядывались. Вдали вновь зазвучали
сигналы тревоги.
- Я надеялся найти тут какой-нибудь флаер, - с досадой сказал Реккон,
- но, увы...
- Обратно в подъемник возвращаться не стоит, - заметил Хэн.
- Здесь есть наземный скиммер, возьмем его, - предложила Атуарре.
Все залезли внутрь, Хэн сел за рычаги управления, Реккон рядом.
Чубакка вместе с остальными разместился сзади в грузовом отсеке. Сидя
спиной к партнеру, чтобы не выпускать из поля зрения своих спутников, он
перезарядил самострел и только собрался было засунуть Макса туда, где
ему надлежало находиться, как скиммер рванул с места, да так резко, что
едва удержался на повороте и чуть не врезался в стену.
Хэн до отказа давил на рычаг управления, заставляя скиммер мчаться
все быстрее и быстрее. Машина только что не ввинчивалась в формекс, из
которого был сделан скат, стены стремительно проносились мимо, скорость
все нарастала - еще чуть-чуть, хотя бы самую малость. Реккон переводил
взгляд с дергаюшегося рычага на пилота в кителе без нашивок, присланного
Джессой. Похоже, думал: не стоит ли самому сесть за руль?
Надежды Хэна на то, что все выходы из компьютерного комплекса еще не
успели перекрыть, оправдались. От сети безопасности шел дым: доклады о
восстаниях, беспорядочные звонки подвыпивших начальников из клубов, где
они развлекались, пожар на пристани, наводнение в зернохранилище; ситх с
ревизией пришел, короче. Не только Центр, весь Оррон III был в смятении.
Скиммер вылетел из гаража, точно ракета на взлете. Торопясь, Хэн просто
снес дверь, на которой было написано "ВЫХОД". Сканер, отслеживающий
въезд-выезд, старательно зафиксировал это нарушение и номер лицензии
ским-мера, чтобы впоследствии соответствующие органы могли предъявить
обвинение его владельцу.
Скиммер понесся по улицам. Хэн, кивая, слушал инструкции Реккона, но
больше полагался на свой инстинкт. И вот уже город остался позади,
превратившись в размытое пятно, а скиммер помчался дальше по дороге,
заставляя других водителей испуганно тормозить и шарахаться в разные
стороны. Хэн радовался, что в офисе Реккона первым делом
сориентировался, в какой стороне находится космопорт.
Машина была открытая, и бешеный ветер рвал волосы, мех и одежду,
затыкал рот. Разговаривать было невозможно. Да и не до того было.
До последнего поворота они добрались единым духом, но тут Хэн
вынужден был признать, что кое у кого из чиновников голова все еще
работает. Скиммер едва не врезался в большую бронированную машину СПунов
на воздушной подушке, поставленную поперек дороги; ее сдвоенные пушки
тут же повернулись в сторону близкой цели.
Хэн резко дернул рычаг управления, ногой нажал на педаль и заставил
маленький скиммер взмыть над полотном дороги. Двигатель запел от
нагрузки, скиммер хлопнулся о землю прямо посреди поля и, подпрыгивая,
помчался по нему. Это поле было засеяно новой гибридной культурой,
выведенной компанией "Аркон Мультиноуд". Заросли были такими высокими,
что плоский скиммер почти утонул в них, исчезнув из взглядов удивленных
СПунов. Но, хотя Хэн мчался зигзагами и полицейские фактически не видели
цели, стрельбу они, тем не менее, открыли. Били они неопасно,
беспорядочно и наугад, как понял Хэн, просто чтоб самим было не обидно.
Хэн знал, что машина, перегородившая им дорогу, была очень эффективна на
земле, но взлететь над полем не могла. Это означало, что, если
преследователям угодно пуститься в погоню, им придется бежать на своих
двоих меж высоких злаков. Идиллично, но несерьезно. Этих сделали.
Время от времени он вынужден был замедлять движение и выглядывать из
скиммера в тщетной попытке понять, куда же его занесло. Машина мчалась
прямо по засеянному, давящи разбрасывая по сторонам искалеченные
растения. Ошметки стеблей, сок, пыль в считанные секунды облепили
чистенький скиммер, и он сам стал похож на какой-то удивительный
сельскохозяйственный гибрид, внезапно обретший способность двигаться.
Стебли хлестали по его бокам и заслоняли видимость водителю. Хэн щурился
и пытался ориентироваться вслепую.
Чубакка рискнул подняться и, протянув руку над плечом Хэна, закричал,
указывая куда-то вперед. Не задавая вопросов, Хэн изменил курс. Они
промчались, чуть не поцеловавшись, мимо одной из тех гигантских
автоматизированных машин, которые медленно и терпеливо обрабатывали
бескрайние поля Оррона III.
Наконец скиммер вырвался на голую землю, туда, где урожай уже убрали.
Поведя взглядом вокруг, Хэн увидел космопорт с рядами гигантских барж и
понесся в том направлении.
Машина СПунов тоже мчалась через поля, но пока еще была довольно
далеко. Хэну некогда было следить за ней: все его внимание
сосредоточилось на том, чтобы уходить от погони, приближаясь к
космопорту, но при этом все время юлить то вправо, то влево, чтобы
орудийному расчету машины было трудно поймать их на мушку. Залпы били
вокруг скиммера, ковыряя землю и поджигая скошенное жнивье.
Внезапно послышался резкий, дребезжащий звук; скиммер пропахал носом
землю, кожух двигателя смяло и сорвало. Из двигательного отсека повалил
дым, и маленькую машину потащило по земле. За ней тянулись глубокие,
длинные борозды.
Хэн изо всех сил старался сохранить управление скиммером, но в
последний момент рычаг буквально вырвало из его руки. Он стукнулся
головой о ветрозащитный экран и вылетел из кабины вперед, так что
скиммер едва не переехал его. По счастью, как раз в этот момент машина
резко остановилась. Глядя на медленно вращающееся небо над головой, Хэн
прислушался к себе, уцелели ль у него кости. По его ощущениям, он был
сейчас словно ситхом пожеванный.
- Выходим, - с трудом преодолевая головокружение, приказал он
заплетающимся языком. - Багаж с собой не брать.
Все высыпались из покалеченного скиммера. Хэна подняли, легко, точно
ребенка; скосив глаза, он увидел темные пальцы Реккона, крепко держащие
его. Хэн был цел и невредим, сейчас он уже это понимал.
- Бегите к ограде космопорта! - приказал Реккон остальным.
Рев машины СПунов уже был явственно слышен. Хэн попробовал идти сам,
но пока был вынужден следить за походкой. Временами земля уезжала вбок.
Идти быстро не получалось. Полицейские приближались с большей скоростью.
Реккон потащил Хэна за рукав, толкнул его в укрытие за носом скиммера и
вытащил свой дезинтегратор. Хэн выхватил бластер. Сидя на земле, он
чувствовал себя почти нормально.
- Чуи, отведи их, - крикнул Хэн, прицеливаясь.
Вуки, с Синим Максом в одной руке, другой толкал остальных, торопя
их, крича на своем, понятном только Хэну и Реккону, языке. Атуарре с
Паккой первыми рванули с места длинным тягучим прыжком. Пакка отстал, и
мать-триани прихватила зубами шкурку на его загривке и чуть-чуть сбавила
скорость. Теперь он сосредоточенно работал лапами, а она наполовину
вела, наполовину несла сына. Торм отстал от них, но бежал грамотно. Даже
Боллукс умудрился шагать довольно быстро, выжимая все возможное из своей
двигательной системы, рассчитанной на тяжелую работу, а не на скорость,
и не обращая внимания на возможные повреждения аморттизаторов. Чубакка
шел последним, часто оглядываясь через плечо. Перед ними расстилалось
еще одно поле, по которому плыли несколько гигантских уборочных машин, а
уж потом тянулась ограда космопорта.
Хэн почувствовал, что лбу щекотно. Потерев его пальцами, он размазал
липкое и теплое - кровь. Памятный поцелуй ветрозащитного экрана. Реккон
краем глаза взглянул на Хэна и, видимо, ничего особо страшного не
увидел. Он был занят дезинтегратором. Закончив его настраивать, Реккон
просто ждал, когда машина СПунов окажется на расстоянии выстрела. Она
приближалась с устрашающей скоростью.
Водитель, не сводя глаз с фигурок, бегущих к ограде, не заметил двух
людей, укрывшихся за покореженным скиммером. Когда полицейские оказались
достаточно близко, Реккон выстрелил, упираясь локтями в нос скиммера. Он
поставил дезинтегратор на самую высокую мощность и теперь поливал
противника потоком разрушительной энергии. Волна жара обдала Хэна, и он
вынужден был отвернуть лицо. "Реккон пошел на большой риск,- подумал он.
- Дезинтегратор запросто мог взорваться прямо у него в руках и убить
обоих".
Струя огня ударила в кожух двигателя и ветрозащиту вражеской машины.
Экипаж брызнул в разные стороны; СПуны попадали на землю, пропахав ее
носами.
Дуло пистолета Реккона раскалилось добела, по опаленному лицу градом
катился пот. На взгляд Хэна, сейчас ученый выглядел бойцом. Реккон
отшвырнул ставший бесполезным пистолет.
- Интересно, чему ты учил своих студентов? - буркнул Хэн, поднимаясь
на ноги и готовясь бежать. Реккон, глядя на подбитую машину СПунов, не
расслышал комплимента "аморального, но самого крутого пилота в
Галактике".
Полицейские уже стояли группкой, переговариваясь - они собирались
продолжить .погоню своим ходом. Пушки, придавленные тяжестью машины,
сейчас были бесполезны. Реккон, попятившись на несколько шагов, сказал:
- Теперь и нам пора. Соло, уходим!
Хэн сделал пару выстрелов. К сожалению, было уже слишком далеко, и
они угодили в землю. Пригнувшись, он с трудом двинулся вслед за
Рекконом. Не давала покоя мысль о Чубакке и людях Реккона. Успеют ли они
добежать до ограды и каким-то образом перебраться над, под или сквозь
нее до того, как окажутся в пределах досягаемости выстрелов? Полицейские
тут тренированные. Догонят или не догонят? Чувствуя ярость и тоску,
сжимая кулаки, Хэн подумал, что выигрыш, кажется, будет на стороне
полицейских.
Потом он долго-долго бежал вслед за Рекконом, глядя на его мелькающие
впереди сандалии и ожидая, что в любое мгновение разряд бластера
поджарит его. В какой-то момент, хватая ртом воздух, он поднял голову и
увидел огромные уборочные машины, которые неспешно ехали им навстречу
между колосьями. Каждая скашивала полосу в двадцать метров шириной;
зерно потоком лилось в прицепы, которые они тащили за собой. Хэн и
Реккон обогнули их. Обшаривая взглядом местность впереди, Хэн заметил
фигуры, бегущие по полю, но не смог различить, кто из них кто.
Слева от него ударил выстрел, взметнув фонтан пыли и пламени, -
доказательство того, что СПуны нагоняли их. Хэн и Реккон резко свернули
вправо, с тем чтобы уборочные машины оказались между ними и их
преследователями. Они бежали, бежали и бежали, продираясь сквозь лес
золотисто-рыжих стеблей и время от времени бросая взгляд на своих
товарищей далеко впереди.
Внезапно Хэн резко остановился. Заметив это, Реккон остановился тоже.
Оба дышали хрипло, с натугой. Хэн спросил:
- Где Чуи?
- Впереди, где же еще? Просто отсюда толком ничего не разберешь.
- Его нет среди них. Он самый высокий, не заметить его просто
невозможно, - Хэн выпрямился, почувствовав, как заныл бок. - А это
значит, что он вернулся! - Не обращая внимания на крики Реккона, он
бросился назад тем же путем, каким пришел.
Добежав до открытого места, он сразу же понял, что произошло. Чубакке
стало ясно, что СПуны, скорее всего, успеют догнать его товарищей
прежде, чем те доберутся до космопорта и преодолеют ограду. Спасти их
можно было единственным способом - отвлечь внимание противника, чем вуки
и занялся.
Хэн закричал, чтобы он возвращался, но Чубакка, с самострелом на
плече и Синим Максом под мышкой, уцепился за борт гигантской уборочной
машины, которая продолжала скользить по полю в соответствии с заложенной
в нее программой. Теперь она возвращалась в сторону СПунов, и вуки уже
проехал на ней большую часть пути до них. Вскарабкавшись наверх, Чубакка
оглядывался в поисках управляющего блока. Нашел. И принялся отдирать
защитную.: крышку. Та была прикреплена прочно и не поддавалась.
Устроившись поудобнее, чтобы было во что упереться ногами, Чубакка изо
всех сил дернул еше раз, и крышка наконец отскочила. Отбросив ее в
сторону, он стал лихорадочно отсоединять убогий "мозг" машины и
освобождать место для Синего Макса. Шум работы двигателя лишал его
возможности услышать хриплые крики Хэна, и, сидя высоко, в кабине, он не
мог видеть, что трое полицейских уже добежали до машины и карабкались по
лестнице наверх.
Хэн был слишком далеко, чтобы стрелять. СПуны быстро поднимались
наверх. Огромная уборочная машина накренилась и судорожно задрожала,
когда Синий Макс перехватил управление. Как раз в тот момент, когда
СПуны уже стояли наверху лестницы, целясь в спину Чубакке, машина
содрогнулась особенно сильно.
Хэн видел издали, как один полицейский едва не упал и, наверное,
вскрикнул, потому что вуки повернул голову и увидел трех крадущихся к
нему СПунов. Чубакка выстрелил, попал одному из них в грудь, тот
перекатился через борт машины. Но, поворачиваясь во все стороны и
стреляя, Чуи и сам потерял равновесие. Машину резко бросило в сторону, и
отчаянным усилием он потянулся к подпорке - уцепиться.
Он сумел сделать это, но уронил самострел.
- Чуи! - заорал Хэн и рванулся, но широкая темная рука схватила его
плечо, удерживая на месте.
- Сейчас ты ему не поможешь! - Вторая рука крепко схватила другое
плечо. Хэн впился взглядом в машину: Она продолжала медленно ползти по
полю, и все новые и новые полицейские сбегались к ней.
Похоже, не помогу.
Безоружный Чубакка, теперь уже устойчиво держась на ногах, бросился
на оставшихся СПунов, прежде чем они пришли в себя и сообразили, что к
чему. Ни тот, ни другой не успели поднять оружие до того, как он схватил
их и сокрушительно шарахнул друг о друга. Один выбыл из строя, другой
оказался покрепче: он ухитрился вцепиться Чуи в ногу и не отпускал ее,
борясь за свою жизнь.
Сейчас Синий Макс полностью взял управление уборочной машиной на
себя. СПуны подбегали к машине, и он разворачивал ее то вправо, то
влево, давя противника. Управляющая система уборочной машины была
примитивной. Но увлекшийся игрой Макс совершенно не думал, как трудно от
его помощи приходится вуки. Машину крутило
вправо-влево-взад-вперед-вправо... Хэн отчаянно смотрел, как Чубакка
балансирует, прыгает и хватается за подпорку, и как на крутом развороте
он падает с машины, увлекая за собой СПуна, падает на землю... не под
машину!!! Каким-то чудом вуки удалось не врезаться в землю головой. Он
откатился, но не успел подняться: на него лежачего навалилась целая
груда размахивающих ружьями полицейских.
Хэн дергался, пытаясь вырваться из мертвой хватки.
- Их там не меньше дюжины! - Гримаса боли и горя смяла лицо Реккона,
морщины лежали выпукло, как на трагической маске. Он тоже страдал, видя,
что происходит. Но рук не разжимал. А потом разжал и просто положил
ладони кореллианину на плечи. - Тебе не на что рассчитывать, Хэн. Лучше
уцелеть и остаться на свободе, чтобы иметь возможность помочь вуки
потом!
Хэн вывернулся и выхватил бластер.
- Не трогай меня, я сказал!
По выражению его глаз Реккон понял, что он и в самом деле сделает
это; понял, что Хэн убьет любого, кто встанет между ним и Чубаккой.
Мощные черные руки опустились. Хэн метнулся в сторону СПунов.
Куда именно Реккон нанес ему удар, он так и не понял. Весь спинной
хребет прошило болью, он ослеп, оглох и потерял способность двигаться.
Может, это был какой-то нервный узел, удар по которому способен вызвать
кратковременный паралич? Как бы то ни было, Хэн рухнул, точно
марионетка, у которой внезапно обрезали все нити.
Уборочная машина, двигаясь сейчас гораздо быстрее, кружила вокруг
СПунов. Они стреляли в нее, но огромную машину, это в высшей степени
примитивное устройство, трудно было остановить огнем. Во все стороны
летели куски обшивки, одно из лезвий оторвало, но в целом машине ничего
не сделалось. Несколько полицейских, не успевших достаточно быстро
юркнуть в заросли злаков, исчезли в ее глубоком чреве.
Макс наконец увидел, в какое положение попал Чубакка, и поехал к
нему. Он надеялся, что вуки сможет снова забраться на машину. Но
Чубакку, с безжизненно свисающими руками и ногами, целая орава СПунов
уже тащила прочь. Догонять их Макс не стал, опасаясь, что неуклюжая
уборочная машина может не помочь, а навредить. К тому же огонь стал
более интенсивным. Синему Максу отчаянно хотелось, чтобы Боллукс
оказался рядом и подсказал, что делать: маленький компьютер
функционировал еще совсем недолго и имел слишком мало опыта, чтобы
принимать подобные ответственные решения. Одно у Макса не вызывало
сомнении - он должен быть вместе со всеми. Он развернул тяжеловесную
уборочную машину, отключил ограничитель скорости и помчался в сторону
остальных. Сквозь затянувшую сознание мутную пелену, не в силах даже
сфокусировать взгляд, Хэн осознал, что Реккон поднял его на плечо. Как
раз в этот момент Макс промчался мимо. Реккон сделал пару широких шагов,
подскочил и уцепился за подножку машины. Поднялся по короткой лестнице и
положил Хэна на узкий бортик. Каким-то образом Хэну удалось приподнять
голову. Трясясь на вихляющейся машине, он смог разглядеть, как вдали
СПуны волокут куда-то его друга.
Царапая поверхность, на которой лежал, Хэн попытался свалиться с
машины, броситься на помощь Чуи. Реккон тут же заметил это и с пугающей
силой схватил его за руки.
- Он мой друг! - лицо Хэна было беззащитным от боли.
В ответ Реккон хорошенько встряхнул его - просто для острастки.
- Тогда помоги своему другу! - его мелодичный бас звучал безжалостно.
- Пойми: чтобы вытащить Чуи, ты сам должен спастись, а иначе вы оба
погибнете!
Крепкие руки .отпустили его, Хэн остался лежать, признавая, что
Реккон прав. Вцепившись в перила, он замер, глядя на далекие, теперь уже
еле различимые пятнышки, в которые превратились Чубакка и СПуны.
Глава 7
Догоняя всех беглецов по очереди, Макс каждый раз притормаживал,
давая им возможность залезть на машину. Первым оказался Боллукс,
который, несмотря на все свои усилия, плелся позади остальных;
подпрыгнув и громко скрипя перетруженной двигательной системой, он с
помощью сервозахватов вцепился в борт машины и залез на нее. Следующим
был Торм; поравнявшись, он ловко вспрыгнул на нее. Последними забрались
Атуарре и Пакка, который поднимался, держась за хвост матери. Синий Макс
вновь увеличил скорость и поехал вдоль периметра космопорта. Ехать
оставалось несколько минут.
Реккон все еще поддерживал Хэна, но теперь только чтобы тот не
свалился. И снова запел без слов ту самую залихватски-бесшабашную
песенку, с которой впору сжигать за собой мосты. У Пакки и Атуарре
подергивались в такт кончики хвостов, триани жить не могут без музыки.
Боллукс кивал. Хэн скрипнул зубами и посмотрел Реккону в глаза.
- Капитан, ты должен признать, что здесь ты ничего больше не можешь
сделать. Твои шансы добраться до Чубакки на Орроне III ничтожно малы.
Кроме всего прочего, он вряд ли пробудет тут долго. Его наверняка увезут
отсюда на допрос, как обычно поступают со всеми. Теперь наши с тобой
задачи совпадают. Можно почти не сомневаться, что в конце концов вуки
окажется там же, где содержат всех особо опасных врагов Автаркии.
Хэн вытер со лба кровь, с усилием поднялся и, пошатываясь, зашагал к
лестнице, ведущей на верхнюю площадку.
- Куда ты? - спросил Реккон.
- Кто-то же должен сказать Максу, куда ехать, - прозвучал почти
равнодушный ответ.
Снабженная сигнализацией ограда космопорта представляла из себя
прекрасно отлаженный, четко работающий механизм - около десяти метров
высотой, под высоким напряжением, с расположенными равномерно по всей ее
длине будками, в которых находились источники электропитания,
трансформаторы и прочее оборудование. Человеку без специального
защитного костюма преодолеть ее было невозможно, однако уборочная машина
могла обеспечить совершенно особую форму защиты.
- Подойдите все к бортику, - обратился: к остальным Реккон, -
встаньте вот на эти изолированные полосы!
Все, включая Хэна, постарались как можно надежнее и устойчивее
устроиться на толстых; дорожках изолирующего материала, которые тянулись
вдоль бортика.
Макс снова включил уцелевшие режущие лезвия, и уборочная машина
протаранила ограду. Во все стороны полетели фейерверки искр. Лезвия
вспороли ограду, размалывая ее на куски, исчезающие в чреве машины.
Можно было ехать. И сквозь этот разрыв огромная машина беспрепятственно
прорвалась на ровное, утрамбованное взлетное поле.
Хэн взглянул на Макса, угнездившегося внутри управляющего блока.
- Можешь запрограммировать эту корзину так, чтобы она ехала дальше
без тебя?
Фоторецептор компьютера повернулся в его сторону.
- Вообще-то ее для этого и создали, но она запоминает только очень
простые команды, капитан. Для машины она просто дура.
Хэн задумался над тем, как, по его представлениям, должна была дальше
действовать полиция.
- Они бросят своих людей в тот конец порта, где стоят пассажирские
корабли. Вряд ли им придет в голову, что нас может заинтересовать баржа.
Но одно ясно - они наверняка кинутся разыскивать эту лохань. Макс, задай
ей такое направление, чтобы, пока они ловят ее, мы бы успели добраться
до баржи. Нужно выиграть время, хоть немного времени. - Хэн обернулся к
остальным: - Приготовиться! Сейчас будем сходить на землю.
Послышались низкое жужжание и посвистывания - Макс принялся за дело.
Потом он сообщил:
- Все в порядке, капитан, но нам лучше поторопиться.
Как только Макс отключился от системы управления машиной, Хэн вытащил
из гнезда разъем, который вставил Чубакка, и повесил миниатюрный
компьютер на плечо.
Когда он спустился на землю, группа уже ждала его. Хэн посадил Макса
в грудь Боллуксу, дроид закрыл пластрон. Уборочная машина катила вперед,
удаляясь от них между рядами барж. Баржа, в которой скрывался
"Тысячелетний сокол", стояла недалеко отсюда. Подъезжая, Хэн успел
прикинуть, как удобнее и быстрее дойти до нее, и сейчас уверенно побежал
к кораблю. Остальные бежали следом, стараясь не отставать.
Внешний люк, тот самый, временный, был, конечно, не задраен. Откинув
его, Хэн поднялся по рампе и открыл внутренний люк. Потом бросился в
кабину, упал в кресло перед пультом.
Корабль просыпался, разогревался, готовился к старту.
- Реккон, сообщи, когда все будут на борту и усядутся! - крикнул он.
Подержал в руках ларингофон, подумал, что плевал он на всю эту
предполетную возню, и врубил двигатели баржи на полную мощность, просто
надеясь, что их не разнесет во время взлета.
Больше всего Хэн надеялся на бюрократию. На ее бессмертную природу.
Где-то в бескрайних полях командир подразделения СПунов попытается
объяснить своему начальнику, что произошло. Тому, в свою очередь,
придется вступить в контакт со службой безопасности порта и дать им свое
краткое изложение событий. Если шестеренки этой длинной цепи будут
проворачиваться со скрипом, как обычно в таких случаях, то "Сокол" все
еще имел шанс уйти.
Пока Хэн натягивал летные перчатки и готовил корабль к взлету, его не
отпускало острое ощущение одиночества. То, что он сейчас делал один, до
сих пор они всегда делали вместе, и каждая минута процесса взлета
напоминала о том, что его друга здесь нет. Щемило чувство пустоты и
тревоги.
Пора, пора. Пока группа устраивается, он проверит показания приборов
баржи.
О-о-о!
Боллукс, вошедший с сообщением от Реккона, что все надежно
устроились, две или три стандартных минуты пытался понять монолог
капитана Соло. Капитан, собственно, обращался не к Боллуксу, а к кому -
Боллукс не понял, догадался лишь, что капитан недоволен. Смысл
сказанного тоже был не вполне ясен: за исключением слов "ситх", "дерьмо
банты", "задница" и "убью", остальные выражения были неизвестны дроиду.
- Что-то не так, капитан? - осторожно спросил Боллукс.
Хэн Соло тщательно подобрал слова:
- Боллукс! Какой-то не в меру шустрый экспедитор Автаркии загрузил
нашу баржу зерном!
Хэн ткнул пальцем в приборы, которые убедительно доказывали, что во
вместительное брюхо баржи засыпали несколько сот тысяч тонн зерна. Какой
тут мог быть быстрый взлет?
Соло издал низкий утробный рык, напомнивший Боллуксу Чубакку. Но на
всякий случай дроид этого не сказал, а спросил о другом:
- Но, сэр, - проговорил он в своей обычной неторопливой манере, -
разве вы не можете сбросить корпус баржи?
- Если сработают пиропатроны и если при этом не пострадает "Сокол",
нужно будет еще увернуться от портовых защитных сооружений и, может
быть, от патрульною корабля. - Он крикнул в направлении коридора: -
Реккон! Пошли кого-нибудь в орудийные,башни!
В принципе он мог прямо из кабины управлять пушками, установленными в
верхней части и под днищем корабля, но дистанционное управление плохо
заменяло живого стрелка.- И держитесь покрепче, через двадцать секунд
взлетаем! - Его просто трясло от злости из-за того, что на разогрев
двигателей дурацкой огромной баржи нужно было гораздо больше времени по
сравнению с "Соколом".
Диспетчерская, заметив, что баржа готовится взлетать, и по-прежнему
воспринимая этот корабль как робота, послала ей приказ отменить взлет.
Автоответчик честно молчал. Хэн злорадно зашипел в микрофон, изображая
помехи, и стер сообщение, и компьютер баржи продолжил подготовку к
взлету, как будто получил на него разрешение. Диспетчерская приняла все
за чистую монету и добросовестно повторила команду.
Двигатели наконец заработали с полной нагрузкой. Баржа тяжело,
неуклюже оторвалась от земли, кренясь в сторону и игнорируя приказы
остановиться. Когда с набором высоты радиус обзора увеличился, Хэн
увидел покинутую ими уборочную машину. Она находилась на полпути к
противоположной стороне гигантского порта, окруженная со всех сторон
бронированными машинами, скиммерами и самоходными артиллерийскими
установками СПунов. Частично она уже была выведена из строя, но все еще
бездумно следовала последней заданной программе, упорно пытаясь ползти
вперед.
Хэн видел, как по машине стреляли со всех: сторон. Никого больше не
волновало, есть ли на ней люди и не стоит ли попытаться захватить их в
плен. Машина взорвалась, окружавшие ее СПуны бросились врассыпную.
Когда баржа медленно - под тяжестью груза - поднялась еще выше,
по-прежнему игнорируя назойливого диспетчера, Хэн увидел место, где
захватили Чубакку. Неясно было, тут ли еще Чубакка или его уже увезли,
но в поле среди золотисто-рыжих колосьев, точно какие-нибудь вредители,
ползали полицейские, разыскивая других беглецов, которые, по их мнению,
могли там прятаться. Реккон был прав: если бы Хэн вернулся, ни к чему
хорошему это бы не привело.
Внезапно баржа конвульсивно содрогнулась, и у пассажиров "Сокола"
возникло ощущение, словно кто-то схватил их за шиворот и хорошенько
встряхнул, Зловещее предчувствие овладело Хэном, он включил экраны
заднего обзора. Боллукс, едва не свалившись, опустился в кресло второго
пилота и спросил, что случилось. Хэн не стал отвечать.
А случилась приятная встреча с патрульным кораблем, тем самым, что он
заметил на трансполярной орбите во время недавнего приземления. Даже
Реккбн в полной мере не представлял себе, насколько серьезно Автаркия
охраняла Оррон III. Патруль, прочно севший барже на хвост, оказался
дредноутом. Один из старых военных кораблей класса "непобедимый"; свыше
двух километров длиной, ощетинившийся орудийными башнями, ракетными
установками, установками луча захвата и генераторами дефлекторной
защиты,- одним словом, вооруженная до зубов стальная гора. Дредноут
потребовал, чтоб баржа остановилась, и любезно представился: "Месть
Шаннадора". Какая честь для нас... Также дредноут возжелал узнать порт
назначения баржи. Да на Татуин мы летим. Посевная у них на подходе.
Помирают от нехватки зерна. Йавы плачут, тускены плачут... банты с
голоду качаются. Джабба похудал... Спешим мы. Через несколько секунд
баржу подцепил луч такой мощности, что по сравнению с ним луч лихтера на
Дюрооне был просто манящий дамский пальчик. Хэн с сожалением отвлекся от
развернувшегося перед мысленным взором вида барханов Татуина, сплошь
засеянных местным зерном.
-: Пора молиться, - пробормотал кореллианин, приступая к обряду
подготовки к бою. Дредноут был достаточно хорошо вооружен, чтобы
превратить в пыль корабль такого класса, как "Сокол". Хэн включил
интерком.
- Тряхнуло, когда нас подцепили лучом. Сохраняйте спокойствие -
возможно, предстоят неприятности.
Вот и помолились, закончил он про себя. Сдаваться живым не входило в
его планы; гораздо лучше подпортить карьеру хотя.бы нескольким СПунам и
эффектно уйти.
Послышались лязгающие звуки - из-за деформации корпуса от внешней
обшивки баржи начали отрываться куски металла и кое-какие детали;
притянутые лучом, они устремились к "Мести Шаннадора".
И тут Хэна осенило. Оборвав связь компьютера баржи с внешним миром,
сам он отнюдь не лишился возможности отдавать ему любые приказания!
Барабаня по клавишам клавиатуры, он закричал в интерком:
- Держитесь! Я сейчас... - договорить он не сумел, с такой силой его
вдавило в кресло.
Вот мы сейчас покакаем, и нам полегчает.
Сотни тысяч тонн зерна, подхваченные лучом, понеслись к "Мести
Шаннадора". Это выглядело так, как будто баржа оставляла за собой
светящийся след. На, дружище, покушай хлебушка...
Волна зерна затопила дредноут, забила все его его сенсоры. Бросив
взгляд на экраны, Хэн увидел, что, даже ослепнув, мощный военный корабль
пробивается сквозь поток зерна и быстро приближается к барже. Его луч
по-прежнему прилипал к ее корме, и Хэн ломал голову, как скоро капитан
дредноута прикажет открыть огонь.
Теперь оставалась единственная возможность. Одним движением руки он
включил тормозные двигатели баржи и механизм расстыковки кораблей,
занеся другую руку над рычагами управления "Тысячелетнего сокола".
Корпус баржи затрясся, скорость ее заметно упала, грохнул взрыв
-сработали пиропатроны. С внешней обшивки "Сокола" посыпались детали,
предназначенные для того, чтобы обезопасить и замаскировать его. Спустя
мгновение произошел отрыв, двигатели фрахтовика ожили, и он вырвался на
свободу.
Хэн вел его прежним курсом, стремясь к тому, чтобы между "Соколом" и
"Местью Шаннадора" все время оставалась баржа. Полуослепший корабль
Автаркии не заметил, что скорость баржи резко упала, и его капитан отдал
приказ об изменении курса лишь тогда, когда "Месть Шаннадора"
протаранила баржу. От удара передние дефлекторные щиты дредноута
полыхнули огнем, противоударные поля отказали в то самое мгновение,
когда дредноут рассек пополам неповоротливую баржу. Но он и сам ушибся:
повреждения были достаточно серьезными. Передние сенсоры оказались
выведенными из строя, по всему кораблю разнеслись сигналы тревоги,
оповещающие о многочисленных неполадках. Воздухонепроницаемые переборки
автоматически захлопнулись, в корпусе возникли трещины.
"Тысячелетний сокол" рванул вверх и достиг верхних слоев атмосферы,
Хэн сделал как хотел: пустил юшку старому боевому драндулету Автаркии и
удрал от него, несмотря на вопиющий перевес сил противника. Но легче на
душе от этого не стало, так же, как и от понимания, что
гиперпространство и безопасность уже совсем рядом. Взвинченность осела,
бравировать было не перед кем. В рубке он был один. В голове вертелась
единственная мысль, и она была непереносима: его друг оказался в руках
безжалостной Автаркии.
Чуи в руках врага. Чуи в руках врага,..
Когда звезды расступились и корабль вырвался в гиперпространство, Хэн
некоторое время сидел, переваривая мысль, что за последние годы он ни
разу не летал без вуки. Реккон был прав: бегство - единственный разумный
выход, но тягостное чувство, будто Хэн бросил Чубакку в беде, от этого
не стало слабее.
Наконец здравый смысл взял верх, Хэн мысленно повторил старую
заповедь, что сожаления - всего лишь пустая трата времени, включил
автопилот и встал. Теперь ему оставалось надеяться только на Реккона.
Он направился в салон, всегда служивший чем-то вроде комнаты отдыха,
и уже в коридоре понял - случилось. В нос ударил острый запах озона.
Здесь недавно стреляли из бластера.
- Реккон!
Ученый лежал, навалившись грудью и лицом на игровой столик. В него
выстрелили сзади, из бластера, мощность которого была установлена на
минимум, когда луч напоминает тонкую сверкающую иглу. Звук выстрела
наверняка никто не услышал. На игровой доске, рядом с телом Реккона,
лежало портативное считывающее устройство. Рядом пузырилась застывающая
лужица жидкости - все, что осталось от расплавленного диска. Реккон,
несомненно, был мертв; стреляли с очень близкого расстояния.
Хэн прислонился к переборке, зажав глаза рукой. Что теперь делать,
совсем непонятно. Реккон воплощал его единственную надежду на то, чтобы
спасти Чубакку и самому вырваться из тисков безумия. Реккон погиб,
добытая с таким трудом информация утрачена, и на борту по крайней мере
один предатель-убийца. И нет Реккона больше... Спета песенка.
Хэна охватило чувство такого одиночества, какое ему редко приходилось
испытывать. Он оттолкнулся плечом от переборки, сжимая в руке бластер,
но отсек и коридор были пусты.
Хэн побежал к трапу. Сердце екнуло: навстречу ему из нижней орудийной
башни поднимался Торм. Подняв голову, он увидел, что прямо на него
направлено дуло бластера Хэна.
- Пистолет мне, Торм. Так. Руки на переборку. Обе. И не глупи - любая
ошибка станет последней в твоей жизни.
Забрав у Торма пистолет, Хэн обыскал его пояс для инструментов, но
никакого другого оружия не нашел. Приказав ему идти в комнату отдыха, он
крикнул Атуарре, чтобы она спускалась с верхней орудийной башни.
В переднем отсеке Тбрм в шоке замер над телом Реккона.
- Где сын Атуарре? - негромко спросил Хэн.
Рыжий пожал плечами.
- Реккон велел ему найти сумку с медикаментами. Не только ты был
ранен во время этой заварухи. Парень тут же бросился на поиски. Полагаю,
он занимался именно этим, когда ты крикнул, чтобы все оставались на
местах и держались покрепче, - он снова перевел взгляд на Реккона с
таким выражением, точно у него не укладывалось в голове, что этот
человек мертв. - Кто это сделал, Соло? Ты?
- Нет. И перечень подозреваемых не так уж велик,- он услышал легкие
шаги Атуарре и взял ее на мушку, как только она спустилась с лестницы.
Ее лицо застыло в маске ненависти. Зрачки были огромными.
- Ты осмеливаешься угрожать мне оружием? - прошипела она. Кончик ее
хвоста нервно подергивался, узкая спина горбилась, шерстка встала дыбом.
- Заткнись. Брось пистолет, осторожно, потом сделай шаг вот сюда и
сними свой пояс. Кто-то убил Реккона, и есть вероятность, что убийца -
ты. Не меньше, чем любой другой. Поэтому не вздумай бросаться на меня, И
учти - я дважды ничего не повторяю.
Триани перевела глаза на тело Реккона. Невзирая на ярость, она явно
была ошеломлена - и видом лежащего ничком тела, и беспощадными словами
Хэна, о том что Реккон мертв. Но как узнать, притворяется она или нет?
Теперь вместе с ним здесь находились уже двое, и, внимательно
наблюдая за их реакцией, он пока не заметил ничего, кроме шока и
огорчения. Единственный плюс во всей этой жуткой ситуации был в том, что
Хэну было не до собственных переживаний.
Клацанье о палубный настил возвестило о появлении Боллукса.
- Капитан!
Настойчивость, отчетливо прозвучавшая в голосе дроида, заставила Хэна
резко повернуться и упасть на одно колено, вскинув бластер. По коридору
со стороны кабины крался Пакка. В одной лапе он держал пистолет, на
другой висела сумка с медикаментами.
- Он думает, что ты угрожаешь мне! - крикнула Атуарре, продвигать в
сторону сына.
Хэн снова взял ее на мушку и оглянулся на Пакку.
- Скажи ему, Атуарре, чтобы он бросил пистолет и встал рядом с тобой.
Ну!
Она подчинилась, и сын послушно встал рядом, переводя взгляд
расширенных глаз с матери на Хэна, с Хэна на Реккона - и опять на мать.
Торм взял у Пакки сумку с медикаментами и отдал ее Хэну. Продолжая
держать на прицеле своих пассажиров, Хэн подошел к противоперегрузочному
креслу и свободной рукой открыл сумку. На ощупь, не спуская глаз со
стоящих перед ним, промыл ссадину и протер лоб дезинфицирующей
подушечкой.
Положил сумку, собрал конфискованное оружие. Как выяснить, кто сделал
это? У каждого было и оружие, и время. Либо Пакка завернул сюда во время
поисков, либо один из оставшихся покинул орудийную башню, чтобы
совершить убийство. Хэн почти пожалел о том, что он не обстрелял "Месть
Шан-надора" - тогда он, по крайней мере, знал бы, какие орудия
бездействовали.
Сейчас Аттуаре и Торм обменивались подозрительными взглядами.
- Реккон говорил мне, - произнес Торм, - что он не хотел брать тебя с
сыном.
- Меня? - она зашипела. - А как насчет тебя, Торм? - Триани
стремительно повернулась к Хэну. - Или, если уж на то пошло, тебя?
Они в панике. Их подозрения на уровне бреда. Или блефуют?
- Да без меня вы просто не выбрались бы оттуда. И подумай, как бы я
смог одновременно вести корабль и убивать Реккона? И, кроме всего
прочего, со мной все время был Боллукс.
Убивать того, кто единственно мог помочь вытащить моего напарника? И
кто по своим принципам точно помог бы, ведь это совпадало с его целью,
он сам это сказал при всех. Убивать уже на пути, когда, по условиям
сделки, мне оставалось только высадить его где задумано?
Снова порывшись в сумке с медикаментами, он достал оттуда лоскут
синтетической кожи и прижал его к ране на лбу, чувствуя, что у него
окончательно ум заходит за разум.
- Корабль мог вести и компьютер, Соло.
А догадаться обкакать дредноут тоже мог компьютер? А потом
кувыркаться, угадывая долю секунды?
Торм продолжал:
- Кроме того, я застал тебя здесь, вернувшись с орудийной башни, и ты
мог убить его как раз перед этим, - сказал Торм; - Нашел тоже свидетеля
- дроида. Ты человек отчаянный, это сразу видно.
Не мог. Лужица от диска уже начала схватываться.
- Так. Относится ко всем троим, - Хэн отложил сумку. - Вы будете
неусыпно следить друг за другом, а я останусь единственным, у кого тут
будет оружие. Если кто-то сделает неверное движение, ему крышка. Вам
всем придется играть честно, понятно?
Атуарре шагнула к игровому столу.
- Я помогу тебе с Рекконом,
- Держись от него подальше! - выкрикнул Торм. - Реккона убила или ты,
или твой детеныш, а может, вы оба.
Он поднял стиснутые кулаки, Атуарре и Пакка обнажили клыки и
зашипели. Хэн осадил их, взмахнув бластером.
- Тихо, расслабьтесь. Я сам займусь Рекконом, Боллукс поможет. А вы,
все трое, марш по коридору в грузовой отсек, - он подкрепил свои слова
движением бластера. Первым двинулся с места Торм, за ним оба триани. Хэн
отошел в сторону, пока они шествовали в пустой трюм. - Если кто-нибудь
высунет отсюда нос без моего разрешения, я решу, что он хочет добраться
до меня, и сделаю из него жаркое. А если один из вас причинит вред
другому, то я не стану разбираться, кто виноват, кто нет, а просто
выкину уцелевших в пространство, - с этим словами он захлопнул люк.
За всем происходящим молча наблюдал Боллукс, поставив Синего Макса на
ближайшую консоль. Хэн осмотрел тело. Еще даже не остыло...
- Ну что, Реккон, ты сделал все, что мог, но не слишком далеко
продвинулся, верно? И вдобавок оставил мне расхлебывать всю эту кашу.
Теперь мой партнер в плену, а на борту убийца. Ты, конечно, славный
мужик, но я предпочел бы никогда не встречаться с тобой, - Хэн потащил
труп, взяв его за руку, казавшуюся неестественно тяжелой. - Боллукс,
берись с другой стороны, одному трудно.
Тело сползло со столика, и Хэн заметил каракули. Он выпустил Реккона
и склонился над игровой доской, рассматривая нацарапанные стилом буквы,
до сих пор скрываемые убитым. Разбирать их было нелегко - писал человек
в мучительной агонии, писал торопливо слабеющей рукой. Хэн покачал
головой и прочел вслух загадочную надпись: ""Звездный тупик", Митос
VII". Опустившись на колени, он почти сразу же нашел на полу под игровой
доской окровавленное стило. Уже умирая, Реккон собрал последние силы и
сумел сообщить главное из того, что обнаружил на компьютерном диске.
Даже умирая, он думал прежде всего о своем деле. О тех, кто с ним. О
тех, кто их ждет. И, мертвый, сумел скрыть сообщение от убийцы.
- Митос VII, - жалея Реккона и злясь на его альтруизм, пробормотал
Хэн. -Ну и кому, интересно, он пытался это сообщить?
- Вам, капитал Соло, - ответил Боллукс. Хэн удивленно уставился на
него.
- Что?
- Реккон оставил это сообщение вам, сэр. Его застрелили сзади, и,
значит, он так и не увидел своего убийцу. Вы - единственное живое
существо, которому он мог доверять, капитан, и с его стороны логично
было предположить, что вы будете присутствовать при выносе тела. Он
постарался сделать так, чтобы эта информация дошла до вас.
Хэн долго молча смотрел на погибшего.
- Ты прав, упрямый старик. Ты прав, - он протянул руку и стер
написанные кровью слова. - Боллукс, ты ничего не видел, понял?
Притворись тупицей.
- Должен ли я стереть эту информацию из своей памяти, сэр?
Хэн ответил, медленно произнося слова - будто перенял эту привычку у
дроида.
- Нет. Может быть, именно тебе придется распутывать этот узел, если я
не справлюсь. Сделай так, чтобы Синий Макс тоже помалкивал.
- Да, капитан.
Хэн снова приподнял тело Реккона, Боллукс подхватил его другой
стороны. Сочленения у негр заскрипели, внутри механизма что-то жалобно
затренькало.
- Правда, капитан, это был великий человек?
Хэн напрягся, поднимая тело. Перед глазами стояло лицо Реккона, его
улыбка, быстро сменяющиеся оттенки выражения лица, светлый взгляд,
сверкающие зубы... чуждая ему старомодная интеллектуальность и близкая,
понятная готовность к драке.
- Что ты имеешь в виду?
- Только то, сэр, что у него была цель, ради которой он не пощадил
своей жизни. Разве это не свидетельствует о величии натуры?
- Тебе нужно произносить надгробные речи, Боллукс. Я могу сказать
только то, что он мертв и что нам придется выбросить его в космос -
здесь тело оставлять нельзя.
Прости, дальше ты летишь один. ,
- Болукс, а ты знаешь, что он пел тогда? - помолчав, спросил Хэн.
- Да, сэр. Это об одном полковнике инженерных войск. Попав в плен, он
тоже отказывался долгое время от сопротивления, но потом все-таки
взорвал мост, который строили военнопленные...
Они молча потащили Реккона Дальше - Реккона, который сумел дотянуться
до Хэна даже через порог смерти и ответить на те вопросы, которые
волновали пилота.
Потом Хэн открыл люк грузового отсека. Атуарре, Пакка и Торм дружно
подняли на него взгляд. Они сидели на голом полу, Торм с одной стороны,
триани - с другой.
- Нам пришлось выбросить Реккона, - сказал им Хэн. - Атуарре, я хочу,
чтобы вы с Паккой сейчас отправились в салон. Разогрейте немного еды,
нужно поесть. Торм, ты пойдешь со мной: есть кое-какие неполадки,
поможешь их устранить.
- Я триани, рейнджер и дипломированный пилот, - Атуарре полыхнула
щелками зрачков, - а не прислуга. - Гордо сказано. - Соло-капитан, этот
человек - предатель.
- Уймись, - оборвал ее Хэн. - Все оружие на корабле заперто, включая
второй самострел Чуи. Только я один воорркен, и так будет до тех пор,
пока я не решу, что с вами делать.
Она бросила на него сердитый взгляд и сказала:
- Соло-капитан, ты глупец.
И вышла в сопровождении Пакки.
Торм поднялся, но Хэн остановил его движением руки. Рыжий отступил и
выжидательно замер.
- Ты единственный, кому я могу доверять, - сказал Хэн. - От Боллукса
толку мало. Я вычислил, кто убил Реккона.
- Кто из них это сделал?
- Пакка. В тюрьме с ним что-то такое сделали, отчего у него в голове
помутилось, Поэтому он и не говорит. Потому они и допустили, чтобы
Атуарре освободила его, - умом тронулся. Никому другому из вас Реккон не
позволил бы подойти к себе так близко.
Торм кивнул с угрюмым видом. Хэн достал засунутый сзади за пояс
пистолет и протянул ему. Судя по индикатору, пистолет был полностью
заряжен.
- Пусть он будет у тебя. Надеюсь, Атуарре пока не поняла, что я
догадался. Во всех случаях я хочу подыграть им и выяснить, не известно
ли им что-нибудь такое, что может нам помочь.
Торм сунул пистолет в карман комбинезона.
- Что будем делать дальше? - Умирая, Реккон оставил сообщение.
Нацарапал на игровой доске. Автаркия держит пленников в каком-то месте
под названием "Звездный тупик" на Митосе VI. После осмотра корабля
соберемся в переднем отсеке и обсудим все, что нам известно. Может, по
ходу дела Пакка и Атуарре проговорятся.
Удирая с Оррона III, "Тысячелетний сокол" получил лишь несколько
незначительных повреждений. Как только они были устранены - нас...
