Уильям Форстчен, Эндрю Кейт. Wing Commander III: Сердце Тигра
страница №7
...ние на терминал.Капитан "Виктори" выглядел еще более усталым, чем чувствовал себя
Блейр, по его изможденному лицу было видно, что он провел много бессонных
ночей. Все работали сверхурочно уже пять дней, прошедших со времен сражения
у Локанды-4. Вчера они совершили прыжок из Локанды в систему Блэкмейн,
оставляя позади себя планету, уже находящуюся во власти паники и
распространяющейся чумы.
Эйзен закончил то, над чем работал, и повернул кресло, чтобы оказаться
лицом к Блейру.
- Итак, полковник, как продвигается работа с летным составом?
- Как вы и предполагали, сэр. Техники уже починили большинство наших
истребителей. Некоторые из боевых повреждений исправить не удалось, но мы
уже возвращаемся на прежний уровень. Надеюсь, что мы сможем получить с базы
Блэкмейн несколько птичек взамен уничтоженных... и нескольких пилотов, чтобы
заполнить летный состав, пока мы все еще здесь.
Эйзен нахмурился.
- Это будет не слишком легко, но я посмотрю, что можно сделать.
- Сэр?
- Только что пришли новости. После гибели Локанды-4 и карантина,
наложенного на всю систему, Главный Штаб решил укрепить наши ресурсы в этом
секторе. Это значит, что база Блэкмейн закрывается. Всех переводят на Веспус
и Торго. Все, кто может управлять кораблем, понадобятся для эвакуации. Я
могу разве что перехватить несколько истребителей. Они наверняка будут рады
выгрузить несколько штук из резерва, чтобы сохранить побольше места для
других грузов.
У Блейра похолодело в животе.
- Эвакуировать базу? Это не слишком чрезмерный ход? Что будет с
колонистами в этой системе?
Капитан покачал головой, по-прежнему хмурясь.
- Это все выглядит не слишком хорошо. Конфедерация просто уже, черт
побери, слишком сильно растянута. Если килрати собираются постоянно
использовать это биологическое оружие, то мы не сможем организовать
эффективную защиту во всех системах. Так что было приказано защищать только
те, которые действительно являются жизненно важными. А насчет остальных...
думаю, им придется рассчитывать на старую добрую защитную тактику скрещенных
пальцев.
- Если Конфедерация уже не может защитить собственное гражданское
население, мы в худшем положении, чем я думал, - тихо сказал Блейр. - Долго
так продолжаться не может.
Эйзен согласно кивнул.
- По словам нашей главной фабрики слухов, Роллинса, так не будет
продолжаться. Они замышляют что-то грандиозное на Торго, план, который
сможет закончить войну раз и навсегда. В этом как-то участвуют и Толвин, и
Таггарт, и если верить Роллинсу и его источникам, это будет что-то очень
впечатляющее.
- Отлично, - сказал Блейр без особого энтузиазма. - Мы растянуты уже до
предела, и штаб-квартира собирается раскрыть очередной свой гениальный план.
- Все, что мы можем сейчас сделать - надеяться, что он сработает, -
сказал Эйзен. Он изучал Блейра своими темными узкими глазами. - Вы проходили
медосмотр в последнее время, полковник?
- Нет, сэр, - ответил Блейр, не совсем понимая, почему так резко
изменилась тема разговора. - Зачем?
- Вы выглядите очень плохо, начнем с того.
- Так же, как и вы, капитан. Я не думаю, что хоть кто-нибудь на этой
посудине сейчас выглядит слишком хорошо... не считая, может быть, Флэша. Он
выглядит идеально каждый раз, когда я его вижу.
- Я серьезно, Блейр. Мы все работали очень тяжело, но я читал доклады о
вас. Вы работаете в две смены каждый день. Вы недоедаете и уж точно
недосыпаете. С тех пор, как началась битва за Локанду. - Эйзен поколебался.
- И, сказать по правде, это заставляет меня задуматься, не оказывает ли это
влияния на ваш здравый смысл.
- На мое поведение в бою, вы хотели сказать, - Блейр усилил эту мысль.
Капитан глянул ему в глаза.
- Вы пришли на борт с хорошей репутацией, полковник. И я бы поставил на
ваше крыло против любого другого во всем флоте. Но его оказалось
недостаточно, чтобы справиться с котами на Локанде-4. Некоторые люди
заявляют, что вы... вернулись с больничного слишком рано, что вы не можете
здраво оценивать ситуацию, и из-за этого пострадала операция.
- Капитан, я никогда не претендовал на репутацию, которая, как все
настаивают, у меня есть, - проговорил Блейр. Он разозлился не только на
слова Эйзена, но и на то, что в глубине души он пытался заставить себя не
думать об этом же. - Враг просто оказался сильнее нас. Их было, черт возьми,
слишком много, и все же нам не хватило всего нескольких минут, чтобы
уничтожить этих ублюдков. Если бы не эти проклятые "Стракхи"... - он перевел
дыхание. - Мои люди сделали все, что было в человеческих силах, и мне
кажется, что и я тоже. Но если вы хотите, чтобы я подал заявление о
переводе, позволил кому-нибудь более квалифицированному занять мое место...
Эйзен поднял руку.
- Я не советовал ничего подобного, полковник. Все, что я хотел сказать
- что вы тоже человек, как и все мы. И если вы будете так нагружать себя,
рано или поздно не выдержите. Приведите себя в равновесие... пока вы
действительно не провалили миссию.
- Это легче сказать, чем сделать, сэр, - сказал Блейр. - Вы должны
знать это, если это знают все. Вы должны держать это старое ржавое ведро
целым, что бы ни случилось.
- О, я понимаю, через что вы сейчас проходите, все правильно, - ответил
капитан. - Больше даже, чем вы могли бы подумать. Было несколько операций,
на которых я не сумел оправдать свою репутацию, и затем я работал вдвое
усерднее, чтобы снова получить то, что потерял. Обычно в таких случаях я
получал лишь половину того, что надо было получить. Мой вам совет, Блейр: не
вспоминайте прошлое слишком часто. Даже если вы совершите ошибки, не
позволяйте им стать более важными, чем то, что происходит сейчас. И не
вымещайте ваши разочарования на других людях. Например, на лейтенанте
Питерс.
Блейр посмотрел на него.
- Вы отменяете мое решение по поводу Флинт, сэр? Возвращаете ее в
летный состав?
Капитан покачал головой.
- Я не участвую в назначении пилотов летного крыла, пока мне не
приходится этого делать. Вы исключили ее из летного состава. Вашим же
решением она будет восстановлена. - Он сделал паузу. - Но я должен сказать
вам кое-что. Этим утром она подала заявление о переводе на базу Блэкмейн. Ей
хочется летать, так или иначе. Я отказал ей. Когда база закрывается, никому
не хочется ломать голову над всеми сложностями перевода. Но рано или поздно
с этим придется что-то делать, полковник. Она пилот, и очень хороший...
когда ее голова работает так, как надо. Не вы ли жаловались на то, как
разбрасываются хорошими пилотами, когда обнаружили, что Хоббс находится вне
летного состава?
- Хоббс никогда не выкидывал таких штучек, как Флинт, - ответил Блейр.
- И он происходит из расы, которая сделала вендетту формой искусства.
Эйзен неохотно кивнул.
- Вам решать, полковник. Я согласен с тем, что ей нужно привести свои
мысли в порядок. Но слишком много времени без полетов может убить ее.
- Я знаю, капитан. Я знаю.
Блейр покинул рубку, чувствуя себя более неуверенным, чем когда-либо.
Личное помещение командира крыла, носитель "Виктори", система Блэкмейн.
Веспус... он снова вернулся на Веспус, и с ним была Ангел. Они, держась
за руки, шли по вершине утеса, глядя на блестящее море; легкий бриз шевелил
ее рыжие волосы.
Блейр знал, что это был сон, но знание не могло уменьшить силу иллюзии.
Он действительно был с ней на Веспусе, это была неделя их отпуска. Время,
когда никто из них не представлял, что они могут снова расстаться.
Вид с вершины скалы был прекрасен: заходящее солнце, одна из трех
больших лун, висящая низко над горизонтом, море и небо, покрасневшие в
сумерках. Но Блейр отвернулся от этого великолепия, чтобы посмотреть в глаза
Ангел, чтобы впитать ее красоту. Они поцеловались, и во сне поцелуй,
казалось, длился целую вечность.
Они сидели рядом, потерявшись друг в друге, им неважно было, что их
окружало. Еще один поцелуй и длинное-длинное объятие. Они ласкали друг друга
со все нараставшей страстью.
- Это навсегда, мон ами? - спросила Ангел, смотря глубоко в его глаза,
почти в его душу.
- Вечность недостаточно долга, - ответил он. Они приблизились друг к
другу...
Сон изменился. Снова Веспус, там, где море встречается с берегом, но
оно было пустынно и мрачно, на горизонте собирались грозовые тучи. В этот
раз Блейр стоял с генералом Таггартом, смотря на разбитую громаду, которая
когда-то была "Конкордией". Он пошевелился, но не смог проснуться, не смог
вернуть предыдущий сон...
Теперь он стоял на взлетной палубе недалеко от подиума, мимо него
проезжали гробы. Генерал снова был с ним, читая имена глубоким,
торжественным голосом. "Полковник Жаннет Деверо..."
Блейр вскочил, подавив крик. Его руки начали шарить по столу рядом с
кроватью, пока не нащупали голографическую кассету, которую прислала она.
Несколько секунд он теребил ее в руках, затем появилось ее изображение; губы
беззвучно шевелились - громкость была отключена.
Он посмотрел на призрачную фигуру и попытался восстановить дыхание.
Блейр никогда не был суеверным, но этот кошмар был словно знамение или
видение. Ангел не было, и он боялся, что никогда не сможет вернуть ее.
Кают-компания, носитель "Виктори", система Блэкмейн.
Еще один вечер после еще одного дня работы, казавшейся бесконечной.
Блейр очень хотел выпить чего-нибудь и расслабиться, и, хотя он не слишком
хотел быть в компании, он предпочел кают-компанию собственному личному
помещению. Он провел слишком много ночей, смотря на эти четыре стены и
просыпаясь от повторяющегося кошмара. По крайней мере, здесь призрак Ангел
не мог преследовать его.
У бара стояла группа офицеров, окружившая лейтенанта Роллинса. Они
собрались у новостного терминала, смотря последний выпуск TNC, только что
пришедший с Блэкмейна. Барбара Майлс, как всегда в идеальной форме, смотрела
с экрана со смешанным выражением сочувствия и уверенности.
- Несмотря на опровержения со стороны официальных лиц Конфедерации, у
TNC теперь есть независимое подтверждение того, что система Локанда была
помещена под строжайший карантин из-за эпидемии смертельной болезни,
которая, как нам сообщили, была вызвана биологическим оружием килрати. По
неподтвержденным слухам, такое оружие уже не в первый раз используется
против земных колоний. Сейчас считается, что колония на Локанде-4 уже
понесла тяжелые потери, и, возможно, будет полностью уничтожена болезнью.
Она сделала важную паузу.
- Теперь другие новости с фронта. TNC узнал, что в нескольких
отдаленных секторах Конфедерация предпринимает стратегическое отступление. В
то время, как правительство и военные официально отрицают любые подобные
действия, некоторые неофициальные источники говорят, что приказ отступать
был дан для того, чтобы укрепить фронт ценой сдачи территорий, не
представляющих важности, в надежде, что килрати распылят силы и таким
образом раскроются для контрудара. Но независимые военные аналитики,
работающие с TNC, назвали это объяснение ложным и считают, что "укрепление"
- просто спешный ответ на наступление врага.
- Это Барбара Майлс с очередным выпуском Земного Канала Новостей...
- Выключи это, Радио, - проворчал лейтенант, которого Блейр узнал как
одного из пилотов шаттлов. - Опять эта же старая песня из уст любителей
кошек.
Роллинс выключил терминал.
- Эй, Трент, ты с Луны свалился? Мы были на Локанде... а сейчас
закрывают базу Блэкмейн. Я слышал, что правительство собирается послать
дипломатов на Килрах для мирных переговоров... что мы уже практически
сдаемся. И ты все еще веришь в сказку о том, что мы выигрываем эту войну?
- Я хочу узнать одну вещь, Роллинс, - сказал Блейр, кладя руку на плечо
лейтенанта, - почему вы с таким рвением рассказываете нам, как плохо все
вокруг?
- Да ладно вам, полковник, - ответил Роллинс. - Вы должны быть совсем
слепым, чтобы не замечать очевидных фактов. Все идет плохо... и будет еще
хуже. Факт: у нас не было нормального отпуска много месяцев. Факт: они все
время посылают это старое ведро из одной горячей точки в другую, как будто
один изношенный носитель и одно крыло истребителей - это все, что они могут
дать, чтобы прикрыть половину сектора. Факт: мы проводили одну защитную
операцию за другой, и мы постоянно отступаем после того, как они
заканчиваются. Мне кажется, что все очень ясно, полковник. Эта война сходит
на нет, все правильно. Но выигрываем ее не мы.
Блейр перевел взгляд с Роллинса на окружавших его людей. Большая часть
согласно кивала, однако некоторые, вроде лейтенанта Трента, были весьма
недовольны его словами.
- Вы хотите фактов, лейтенант? Я вам дам несколько штук для
обдумывания. Факт: солдаты на фронте, даже те, у которых множество неплохих
источников информации, никогда не видят всей происходящей ситуации. Факт:
самый быстрый способ проиграть войну - позволить моральному состоянию быть
подточенным бестолковыми молодыми офицерами с большими ушами, еще большим
ртом и без всякого здравого смысла. И еще один факт: я знаю одного офицера
связи, у которого слишком много свободного времени и чья любовь к сплетням
ухудшает боевой дух на этом корабле.
- При всем к вам уважении, сэр, я остаюсь при своем мнении, - упрямо
сказал Роллинс.
- Это верно. Но если я еще раз услышу подобные пораженческие разговоры,
вас переведут в департамент уборки мусора, там, где вам самое место. Намек
понят?
- Вы заставите его замолчать, но правда от этого никуда не денется, -
сказал кто-то из офицеров.
- Если это правда, то нытье об этом ничего не изменит, - сказал Блейр.
- Мы должны играть теми картами, которые нам раздали. Но, как я уже сказал,
солдаты на передовой не слишком много знают о том, что происходит. Черт
побери, может быть, все даже хуже, чем думает наш господин Пессимист. Но,
может быть, все гораздо лучше. Я имею в виду, что если мы решим, что все
равно проиграем, и сдадимся, то мы можем подвести людей, которым мы нужны,
чтобы все изменить. - Он помолчал. - Я никому не говорю, как вы должны
думать. И даже не говорю, что нельзя болтать глупости после нескольких
стаканов. Но распространять слухи, что все хуже некуда - это уже слишком. Я
тоже слышал некоторые слухи, которые гораздо менее ужасны, и уверен, что и
Роллинс их тоже слышал... но они не слишком популярны, потому что
недостаточно пикантны.
Роллинс внимательно посмотрел на него, затем пожал плечами.
- Может быть, вы правы, сэр, - сказал он. - Может быть, я действительно
слишком люблю поболтать.
- Итак, с этого момента учитесь прикрывать рот, - Блейр выдавил из себя
улыбку. - В конце концов, вам что, не о чем больше поговорить, чем об этой
чертовой войне? О девушке, которую вы оставили... или о какой-нибудь выходке
в отпуске, которую долго не забудете? - Он повернулся к бармену. - Рости...
налей всем за мой счет. Но только тем, которые будут говорить о чем-нибудь
приятном, хорошо?
Офицеры радостно смеялись и переговаривались, а Блейр перебрался за
пустой столик около смотрового окна. Он сел там, смотря в черноту.
Он мог цитировать учебник по поднятию боевого духа, когда он говорил с
ними. Проблема заключалась в том, что он сам не верил ни одному слову.
Глава 16.
Капитанская рубка, носитель "Виктори", система Блэкмейн.
Блейр остановился у входа в капитанскую рубку, раздумывая, нажимать ли
на кнопку звонка. "Виктори" сегодня полнилась свежими слухами, основанными
на прибытии курьерского корабля из главного штаба в Торго. Никто не знал,
что корабль передал Эйзену, но все были уверены, что это обозначало
изменение приказов, может быть, новое задание. Блейр не особо стремился
узнать, что для них заготовили на этот раз. Он чувствовал, что не готов
снова вернуться на фронт, пока провал на Локанде все еще терзал его. Правда,
он не мог в этом никому признаться, не сопровождая признание заявлением о
переводе куда-нибудь в тыловую часть, подальше от фронта.
Насколько соблазнительной ни была бы эта идея, Кристофер Блейр
отказался сдаться ей. Он не мог позволить другим сражаться на войне, в то же
самое время ища безопасное место для себя. Он был в неоплатном долгу перед
всеми своими товарищами, которые остались, чтобы сражаться.
Усилием воли Блейр заставил себя успокоиться и нажал на звонок.
- Войдите, - прозвучал голос Эйзена, и дверь открылась.
- По вашему приказанию прибыл, сэр, - сказал Блейр.
- А, полковник, это хорошо. - Эйзен встал; то же сделал и офицер в
ослепительно белой форме напротив него. - Это майор Кевин Толвин, из
главного штаба сектора.
- Эй, Одинокий Волк, - Блейр действительно был рад видеть этого
молодого человека. Широко улыбаясь, он подошел к Толвину и пожал ему руку. -
Много времени прошло, парень.
- Еще один старый знакомый, полковник? - спросил Эйзен.
- Да, сэр, - ответил Блейр. - Мы вместе служили на "Тараве" несколько
лет назад. - Он оглядел Толвина. Невысокий, с детским лицом, племянник
адмирала Джеффа Толвина выглядел недостаточно взрослым, чтобы бриться, а уж
тем более, чтобы быть офицером Конфедерации. - Уже майор? Это неплохое
повышение. В последний раз, когда я о тебе слышал, ты был всего лишь
лейтенантом Толвином...
Толвин покраснел.
- Это внеочередное звание, полковник. Я стал капитаном
военно-космических сил после Битвы за Землю, а повышение получил после того,
как получил ранение при зачистке Веспуса. - Он поколебался. - Думаю, что
меня слишком часто подбивали, и дядя перевел меня на штабную должность - он
сказал, что я уже истратил всю свою удачу, и он не хочет рисковать мной.
- Штабная должность, вот как. Жаль это слышать. Парень, ты должен быть
в летном составе, там тебе самое место.
- Как будто я этого не знаю, - ответил Толвин. - Но... моего мнения
никто не спрашивал. Адмирал не любит, когда ему отвечают "нет", так что
теперь я здесь.
Блейр понимающе кивнул. Он слышал истории о том, как адмирал Толвин
открыто демонстрировал эмоции, сначала, когда боялся, что Кевин пропал без
вести или погиб, затем, когда юноша вылечился и вернулся на флот. Может
быть, штабная должность была попыткой спасти Кевина Толвина от беды. В конце
концов, он был ближайшим из выживших родственников адмирала и провел немало
боев, служа на "Тараве". Медаль за доблесть на его груди служила более чем
достаточным доказательством.
- Если позволите прервать вас, полковник, давайте лучше займемся
делами. - Эйзен показал на кресла около своего стола. Когда они сели, он
продолжил. - Майор Толвин привез нам новые приказы из генерального штаба.
Похоже, что война разгорается с новой силой, по крайней мере, для нас.
Майор?
- Нападение на Локанду-4 было сигналом, - сказал Толвин. - Мы знаем,
что коты работали над многими проектами стратегического вооружения, но мы не
ожидали, что они введут их в действие, пока их флот все еще в хорошем
состоянии. Это противоречит всему в философии килрати - прибегать к такому
явному геноциду. Они всегда любили ближний бой один на один, а это
переворачивает все наши представления о них.
- Есть ли у нас доказательства того, что они собираются и дальше
применять биологическое оружие? -спросил Блейр. - Или это был... особый
случай?
- Мы не знаем, - ответил Толвин. - А это заставило Высшее Командование
серьезно поломать голову, скажу я вам. Все, что мы знаем, - килрати
обостряют войну, и если мы не сумеем поднять наши ставки, придется сбросить
карты.
- Поднять наши ставки... как? - спросил Блейр.
- Конфедерация тоже работает над супероружием, - сказал им Толвин. -
Битва за Землю серьезно напугала нас всех. Большое нападение килрати застало
всех врасплох. Не думаю, что я должен вам говорить, что мы в возбужденном
состоянии. Еще одна такая атака, и все будет кончено. Вспомните, им удалось
сбросить больше двадцати ядерных боеголовок на Землю в последний раз. Если
бы хоть одна из ракет несла биологическое оружие, наша родная планета
сегодня была бы безжизненной пустыней. Теперь это уже война на истребление,
и у нас уже практически готова пара контрударов.
Блейр ничего не ответил. Идея ответить килратским зверствам на Локанде
с помощью ответного удара по мирному населению привела его в ужас, но он
попытался не выказать этого в голосе и выражении лица.
Толвин внимательно посмотрел на Блейра.
- Один из проектов продвигает генерал Таггарт и парни из отдела
секретных операций, а другим заправляет мой дядя. Именно поэтому он покинул
"Конкордию" практически перед тем, как она погибла.
Эйзен прокашлялся.
- Если вы не возражаете, майор, мне бы очень хотелось, чтобы вы
продолжили брифинг.
- Простите, сэр, - сказал Толвин. - Оба проекта на самом деле выросли
из одного и того же исследования. Похоже, когда "Тарава" провела рейд на
Килрах несколько лет назад, мы получили от этого несколько неожиданных
результатов. Килрах гораздо менее стабилен в планетологическом смысле, чем
Земля. Сейсмические проблемы, землетрясения, вулканы и тому подобное. Мы
узнали, что на Килрахе действуют несколько приливных сил, которые делают
планету весьма уязвимой к широкомасштабной сейсмической активности. - Он
сделал паузу. - Если Килрах потрясти как следует, он может буквально
развалиться.
- И у Главного штаба есть оружие, которое может сделать это?
- Больше одного, полковник. Мне не описывали проект отдела секретных
операций, только в общих чертах. Но проект "Бегемот" , который предпочитает
мой дядя, использует большое количество энергетических лучей высокой
интенсивности, которые вызывают сейсмические потрясения. Если его правильно
навести и выстрелить, "Бегемот" может уничтожить Килрах.
- А потеря родного мира может выбить почву из-под ног всей Империи, -
проговорил Эйзен с легкой улыбкой. - Этот проект амбициозен, скажу я вам.
- Это геноцид, - тихо сказал Блейр. - Сколько гражданских мы убьем?
- А сколько людей погибло на Локанде-4? - спросил Толвин. - Сколько их
еще погибнет, если они выпустят свою пандемию где-нибудь еще? Послушайте,
Блейр, наша разведка говорит, что Империя балансирует на грани гражданской
войны. Большинство кланов уже сыто по горло, особенно после провала
нападения на Землю. Вот почему они сразу же не напали снова, когда у нас уже
ничего не осталось. Император должен был перегруппировать силы - снова
усилить флот и держать достаточную его часть близко к дому, чтобы отражать
внутренние угрозы. Это дало нам немного времени, чтобы подготовить наше
новое оружие. Но если мы будем ждать дальше, килрати могут напасть первыми,
и тогда конец придет нам.
Блейр покачал головой.
- Цель оправдывает средства? Это не то, чему нас учили в Академии. Я
думал, что Конфедерация стоит на страже чего-то лучшего, чем это.
Толвин отвел глаза.
- Да... да, вы правы. Так оно и есть. - Он помолчал. - В любом случае,
мы надеемся, что нам не придется действительно атаковать Килрах. Это было
решающим фактором, когда мы предпочли "Бегемот" проекту отдела секретных
операций. То, что придумали они - одноразовое оружие. "Бегемот" же - оружие,
которое можно использовать несколько раз, и мы хотим несколько раз испытать
его на килратских военных базах. Позволить котам немного подумать, что мы
можем сделать с Килрахом с помощью этого оружия. По крайней мере, таков
рабочий план. Мы надеемся на то, что хорошая демонстрация действительно
сможет заставить кланы устроить дворцовый переворот. Император и его внук
будут свергнуты, а другие кланы заключат мир.
- Думаю, что это лучший выход, чем уничтожать Килрах, - произнес Блейр.
- Я имею в виду, что Империя - это враг, и мы должны сделать все, что
потребуется, чтобы победить. Но там находятся множество невинных килрати,
которые никак не связаны с Императором, Тракхатом и вообще в целом с этой
чертовой войной. Некоторые из них - диссиденты, вроде Хоббса до того, как он
перешел на нашу сторону. Я бы не хотел участвовать в их убийстве.
- Что ж, мы надеемся, что до этого не дойдет, - сказал Эйзен. - Я
согласен, нам придется сделать ужасный выбор. Но если мы сможем убедить их,
что у нас серьезные намерения...
- А какую роль в этом играем мы? - спросил Блейр.
- Сейчас мы все еще заканчиваем последние штрихи, - ответил Толвин. -
Оружие не будет готово к бою еще несколько недель. Но в это время мы будем
изучать сектор в поисках хорошей цели. Нам нужно будет провести большую
разведывательную работу, проверяя оборону и изучая возможные планеты-цели,
чтобы быть уверенными, что "Бегемот" можно применять против них. Будет не
слишком хорошо, если мы прилетим, откроем огонь, а потом выяснится, что
планета настолько мертва в тектоническом плане, что мы даже землетрясения не
смогли на ней вызвать.
- Разведка, - повторил Блейр. - Это будет сильно отличаться от того,
что мы делали до сих пор.
- Это будет трудно и опасно, - проговорил Толвин. - Мы не можем
позволить себе посылать большие отряды куда-либо, чтобы не напугать кошек. У
нас есть несколько носителей, которые мы отправим поодиночке в выбранные
системы. Цель "Виктори" - Ариэль; мы почти уверены, что там находится очень
подходящая килратская база для проведения теста.
- Ариэль - очень крепкий орешек, - заметил Блейр. - Надеюсь, что вы не
хотите, чтобы мы нападали на них в одиночку.
- Система находится внутри туманности Калибан, - сказал Эйзен. - Пыль,
газ и энергетические разряды будут очень сильно искажать показания
сенсоров... с обеих сторон. Мы можем проникнуть туда, собрать как можно
больше информации и сбежать, возможно, даже не дав котам знать, что мы там
были. Может быть, даже проведем несколько засад по пути.
Толвин кивнул.
- Вы действительно сможете сделать это лучше, чем некоторые другие
носители, - сказал он. - А когда вы вернетесь, адмирал уже решил дать вам
действительно лакомое задание. Вы будете флагманским кораблем эскадры
"Бегемот"... так что вы снова будете участвовать в боевых действиях, как и
прежде.
- Флагман? Мы? - Блейр поднял брови в изумлении. - Твой дядя, похоже,
внезапно полюбил гулять по трущобам, если он не собирается идти в поход на
одном из больших парней.
- У "Виктори" есть свои... преимущества, полковник, - сказал Толвин. -
Например, настоящий эксперт по килратской психологии, ваш приятель Хоббс.
Также у вас есть бывший источник информации для разведки, который многое
знает о поведении кошек. Насколько я помню, ее зовут лейтенант Бакли. На
самом деле адмирал думал об этом, когда назначил вас командиром крыла.
- Это было еще до Локанды, - ответил Блейр, - до того, как война
разгорелась с новой силой. Ты имеешь в виду, что Толвин хотел использовать
этот "Бегемот" еще до того, как коты начали эксперименты с биологическим
оружием?
- Кое-какие данные, полученные с зонда, который несла на борту "Тарава"
- это привело к обнаружению килратских суперносителей, - содержали
информацию о биологической программе. Вот почему мы так спешим ввести в
действие новое вооружение, и вот почему "Бегемот" уже летает, даже не совсем
готовый. На Локанде произошла ужасная трагедия, но, слава Богу, это не была
одна из планет, близких к Земле, - поверьте мне, именно они станут следующей
целью.
Блейр поднял руку.
- Успокойся, Кевин, - сказал он. - Не пытайся ничего объяснить. Я знаю
твоего дядю достаточно хорошо, чтобы знать, что у него на уме. И почему.
- Что вы имеете в виду, Блейр? - спросил Эйзен.
Блейр пожал плечами.
- Адмирал всегда был... фанатиком, сэр. Я служил рядом с ним несколько
раз, и он всегда был таким. Он хочет выиграть войну... Сам адмирал Толвин.
Он очень хочет привести флот Конфедерации к победе, подписать бумаги,
которые закончат войну, на орбите вокруг Килраха... и прочее в этом духе. И
если "Бегемот" сделает это возможным, он использует его... и к дьяволу
вопросы морали и все остальное, что стоит на пути.
Эйзен наморщил лоб.
- Не думаю, что развивать эту тему - хорошая идея, полковник, -
проговорил он. - Это подходит слишком близко к дискредитации вышестоящего
офицера.
- Может быть, капитан, - ответил Блейр, снова пожимая плечами. - Но
когда вы говорите правду, это не дискредитация. - Он глянул на юного
Толвина. - Прости, Кевин. Я знаю, что он твой родственник, но... ты знаешь,
что я всегда думал.
- Вы не сказали ничего из того, о чем бы я сам не думал постоянно,
полковник, - сказал Толвин. - Но, как говорит капитан, нам лучше
сосредоточиться на брифинге.
- Согласен. О чем еще нам нужно знать?
- Капитан Эйзен все уши прожужжал главному штабу о том, что у него
большие недостачи в летном крыле. Я привез вам разрешение на получение
истребителей, запчастей и других вещей с базы Блэкмейн до того, как на
следующей неделе уйдет последний груз. У них там законсервированы
истребители всех типов, так что это не будет проблемой.
- Самая серьезная недостача - в летном составе, - сказал Блейр. - Нам
нужно заполнить девять пустых мест.
- Вы не получите девять человек, это я могу сказать точно, - ответил
Толвин. - Я уже поговорил с комендантом базы. Вы получител четверых или
пятерых, не больше. Простите, но я не смог добиться ничего лучшего. - Толвин
выглядел задумчиво. - Я бы сам пошел служить к вам, но адмирал не допустит
этого.
- Хотелось бы мне, чтобы ты смог это сделать, - сказал ему Блейр. - Что
же, четверо или пятеро все равно лучше, чем ни одного. Майор Мбуто потеряла
пять кораблей на Локанде-4, так что она будет первой, кто будет выбирать
пилотов. Я надеюсь, что этого будет достаточно.
- Этого должно быть достаточно, полковник, - проговорил Эйзен. -
Теперь, когда у нас есть небольшой лучик надежды, что мы увидим конец этой
чертовой войны, этого должно быть достаточно.
Взлетная палуба, носитель "Виктори", система Блэкмейн.
- Хорошо, шкипер, этот тоже прошел все проверки. Похоже, что эти
бесталанные болваны на базе Блэкмейн действительно прислали нам несколько
настоящих истребителей, а не мусор, которому самое место на свалке.
Блейр занес последний новый истребитель в свой переносной компьютер и
кивнул.
- Теперь мне будет немного легче дышать, шеф, - сказал он, обращаясь к
Рейчел Кориолис. - Я уже думал, что мы никогда не получим этих новых
истребителей.
Четыре дня прошло с тех пор, как Кевин Толвин поднялся на борт
курьерского корабля, чтобы отвезти доклад своему дяде, и в это время жизнь
Блейра превратилась в череду мелких разочарований. Самой большой проблемой
было исполнение требований, которые Толвин поставил перед базой Блэкмейн,
посреди хаоса и смятения, царивших в последние дни ее закрытия. Но после
множества перебранок по радио Блейр все-таки получил результат. Теперь у
него был полный состав истребителей в ангаре "Виктори", склады, буквально
ломящиеся от запчастей и запасов, и три новых пилота, которые были приписаны
в эскадрилью перехватчиков Мбуто. Это в какой-то мере был прогресс. Но все
это происходило слишком медленно, и Блейр очень уставал от постоянного
напряжения.
Тяговой луч провез истребитель, "Лонгбоу", выглядевший, словно на нем
никогда не летали, в сторону ангара. Взлетная палуба была вся в движении, но
на минуту Блейр и Рейчел остались без дела. Это было редкое, но приятное
чувство.
- М-м... шкипер? - сказала Рейчел без привычной нахальности в голосе. -
Мы можем поболтать? Без протокола...
- А что, мы обычно говорим по-другому? - удивился Блейр.
- Нет, - призналась она. - Это одна из вещей, которая мне в вас
нравится. - Она поколебалась. - И именно потому, что вы мне нравитесь, я
скажу вам кое-что...
- Валяйте, шеф, - сказал он, когда Рейчел снова замолчала.
- У вас этот... блеск в глазах, который я когда-то уже видела, -
проговорила она. - Это был мой парень. Пилот. Однажды он увидел, как убили
его ведомого, и он винил в этом себя. Ему было все равно, что я сказала, что
говорили все вокруг, он был уверен, что он подвел старика Шутера.
- И что? - спросил Блейр.
- Несколько дней спустя... он сел в "Стрелу" и просто полетел, куда
глаза глядят. Он врезался в точку прыжка, когда через нее проходили килрати.
Там был такой фейерверк... - она замолчала, глядя куда-то вдаль. - Его так и
не нашли... даже обломков. Он все еще может быть где-то там, насколько я
знаю.
- Мне... жаль, - тихо сказал Блейр. - Но... почему вы мне об этом
рассказываете?
- Этот блеск глаз... у него так же блестели глаза до того, как он
сломался, шкипер. - Она замолчала. - Вы хотите поговорить? Я всего лишь
скромный техник, но я благодарный слушатель.
Блейр долго не отвечал.
- У меня был... есть... кто-то, тоже. Я не знаю, был или есть. Она
сейчас на какой-то секретной миссии, и никто не знает, что с ней произошло,
уже многие месяцы. Может быть, она смогла укрыться от войны - спрятаться
где-то на нейтральной территории. Но я все время вижу кошмары о ней... - он
отвел глаза. - Я все время думаю, я бы услышал о ней так или иначе... но я
ничего не знаю, и я боюсь... вы понимаете.
Рейчел кивнула.
- Я знаю. Может быть, ваша девушка и мой парень нашли друг друга там.
Он заставил себя улыбнуться.
- Да... может быть. По крайней мере, они бы оба были живы...
- Да, но с другой стороны, если бы я узнала, что он крутит шашни с
какой-то женщиной-пилотом, я бы сама его убила, когда он наконец вернулся
бы. - Она сумела засмеяться.
Через несколько мгновений Блейр присоединился. Ему было хорошо
смеяться.
Кают-компания, носитель "Виктори", система Блэкмейн.
- Скотч, - сказал Блейр, взгромоздившись на стул около бара. - На этот
раз, желательно, что-нибудь, что было приготовлено по крайней мере в одном
секторе с Шотландией.
Ростов ухмыльнулся.
- Идет война, полковник. Так что нужно брать то, что дают, да?
Маньяк Маршалл сидел за баром недалеко от Блейра, читая голографический
журнал и потягивая пиво из большого стакана. Он поднял глаза, как будто
только что заметил появление Блейра.
- Так-так, оказываете честь крестьянам еще одним посещением, а,
полковник? Должен ли я поцеловать ваше кольцо, или почтительного поклона
будет достаточно? - Он изобразил легкий поклон, который часто делал Хоббс.
- Маньяк, может быть, хоть этим вечером устроим перемирие? - устало
спросил Блейр. - Я сегодня не в настроении шутить.
- Ха! Сегодня в ангаре вы были в очень хорошем настроении, - сказал
Маршалл. - В чем дело, красавчик? Вы флиртовали со всеобщей
любимицей-механиком и получили от ворот поворот?
Блейр нахмурился.
- Я не флиртовал с ней...
- Эй, мужик, да все в порядке, правда, - с ухмылкой сказал Маньяк. - Я
имею в виду, что даже классный летун вроде вас должен иногда отдыхать.
Конечно, не думаю, что нужно провести кучу рискованных маневров, чтобы снять
с нее штаны, но, может быть, у вас просто маловато практики...
- А чем вы оправдаетесь, Маньяк? - спросил Блейр. - Вы, должно быть,
тоже хотели очаровать эту леди. Что, потерпели неудачу?
- Да, - ответил Маршалл, отводя взгляд. - Как будто я собираюсь тратить
свое время на какого-то механика. Конечно, у тебя никогда не было хорошего
вкуса. Сначала эта надутая французская сучка... а теперь... Ты все никак не
поумнеешь, дружище. На этой посудине можно выбрать очень многих получше, чем
эта дешевая потаскушка...
Блейр вскочил с сидения и одним движением оказался рядом с Маршаллом.
Он схватил Маньяка за форму и рывком поднял его на ноги.
- Слушайте, Маршалл, и слушайте внимательно, - прошипел он. - Вы можете
говорить обо мне что и как угодно. Но я не потерплю, чтобы вы плохо
отзывались о ком бы то ни было из членов экипажа, мужчине, женщине... или
коте. А если вы хотите по-прежнему дышать своим носом, никогда больше не
оскорбляйте Ангел... или Рейчел Кориолис, раз уж разговор об этом. Вы поняли
меня, мистер?
Маньяк вырвался из рук Блейра и отступил назад, выставив перед собой
руки.
- Эй! Успокойся, парень. - Он быстро глянул на Блейра. - Похоже, что ты
действительно втюрился. Вопрос только в том, какая из девчонок вытянула
счастливый билетик?
Блейр подошел поближе.
- Я попросил вас отвязаться, майор, - проговорил он.
- Хорошо, хорошо, извини. Это была всего лишь шутка, приятель. Извини.
- Маньяк повернулся, чтобы уйти, затем снова посмотрел Блейру в глаза. - Но
послушайте меня, полковник, сэр. Если вы в ближайшее время не расслабитесь,
вас вскоре ждет прием у психиатра. Вы сейчас напряжены сильнее, чем
вакуумный замок, и я не хотел бы быть рядом, когда это все разлетится.
- Занимайтесь своими делами, Маньяк, и позвольте мне заниматься моими,
- сказал Блейр. - И держитесь от меня подальше.
Глава 17.
Носитель "Виктори", система Ариэль.
Следуя своим курсом, "Виктори" вошла в систему Ариэль через точку
прыжка в Поясе Делиуса. В системе, находившейся в самом сердце туманности
Калибан, была только одна планета заметных размеров, хотя в ней хватало
всякого рода малых планеток, астероидов и тому подобного космического
мусора. Ариэль-1 никогда не считалась достаточно ценной, чтобы основать там
колонию, но источники службы разведки Конфедерации давно уже обнаружили, что
она является важным штабом для килратских разбойников. Предыдущие попытки
землян разобраться с базой были малоуспешными благодаря мощной планетарной
защите и сложности проведения операций в туманности. Дальнобойные сенсоры
были практически бесполезны, и даже для ближнего сканирования требовалось
больше времени, больше энергии и больше компьютерных вычислений, чем обычно,
и это вызывало немалые проблемы.
Но эти условия также помогали "Виктори" избежать обнаружения, как
объяснял Эйзен на брифинге. Килрати поддерживали сеть детекторных бакенов
вокруг планеты и вблизи большинства точек прыжка, но вне зоны их действия
земной носитель мог избежать встречи с чем угодно, если только вражеский
корабль не пройдет очень близко. Это было так же хорошо, продолжал Эйзен,
как если бы у них на борту стояло маскировочное устройство.
С другой стороны, ограничения сенсоров действовали в обе стороны.
Блейру пришлось снова удвоить патрули только для того, чтобы искать
неподалеку корабли килрати. Нужно было очень виртуозно управлять
истребителем, чтобы проникнуть через паутину бакенов-детекторов и
подобраться достаточно близко к Ариэль-1 для того, чтобы выполнить
разведывательные операции, нужные Главному штабу. Почти две недели летный
состав работал на пределе, практически без отдыха, и напряжение подтачивало
силы как людей, так и оборудования.
Блейр мог только надеяться, что корабль и команда смогут выполнить свою
работу.
Центр управления полетами, носитель "Виктори", система Ариэль.
Блейр вышел из лифта рядом с Центром управления полетами и чуть не
врезался в Рейчел Кориолис. Держа в одной руке переносной компьютер, а в
другой - полуразобранный модуль управления, она куда-то быстро шла. Заметив
Блейра, она состроила рожу.
- Не могу сейчас поговорить, шкипер, - сказала она на ходу. - Все вы,
летуны, так хотели заниматься разведывательной работой. Что же, вы ее
получили, и это означает, что мы, обычные техники, должны лезть из кожи вон,
чтобы вы продолжали летать.
- Хорошо, хорошо, шеф, - сказал он, выставив перед собой руку. - От
имени всего крыла, я извиняюсь. В следующий раз, когда Главный штаб даст нам
задание, я скажу им, чтобы они сначала посоветовались с вами.
Она ухмыльнулась, заходя в лифт.
- Может быть, если бы мы, техники, имели право голоса, вы, летуны, не
попадали бы всегда в такие переделки.
Двери закрылись, и Блейр повернулся к входу в Центр управления
полетами.
Сейчас в космосе были только обычные патрули - никаких разведывательных
миссий, так что в отсеке было очень мало народу. Сравнительное спокойствие в
комнате очень сильно контрастировало с видом на ангар, открывавшимся из
окон, где техники вовсю занимались обслуживанием, ремонтом и подготовкой к
следующим вылетам, которые вскоре должны были начаться. Все эти действия
могли казаться абсолютно хаотическими непосвященному, но Блейр чувствовал
порядок и предназначение, скрытые под хаосом. Это был палубный танец, почти
ритмичный цикл, который заставлял сердце любого пилота биться чуть сильнее.
Он заметил, что еще кто-то стоит у окон, внимательно наблюдая за
палубой. Это была Кобра, одетая в летный костюм и державшая под мышкой шлем.
Блейр удивился, увидев на ее лице улыбку. Она совершенно преобразила Кобру,
поменяв ее обычную горькую задумчивость на выражение настоящего энтузиазма и
предвкушения.
- Пора, - услышал он ее тихий голос, словно она обращалась к себе. -
Пора показать им как следует.
- Лейтенант, - негромко сказал Блейр.
Она посмотрела на него.
- Сэр?
- Я никогда не видел вас такой, - сказал он. Увидев, как она пришла в
замешательство, он с усмешкой продолжил: - Эта улыбка на вашем лице. Она
очень хорошо выглядит. Вам идет.
Волчья улыбка снова появилась.
- Хорошо после этого всего оказаться на их заднем дворе. Я могу почти
чувствовать их запах, полковник. И, если мне повезет, я вскоре увижу парочку
из них...
Блейр поднял бровь.
- Что же, атакующая миссия, похоже, - то, что надо, чтобы вытащить вас
из вашего панциря, скажу я вам.
- Я слышала слухи, что мы здесь, чтобы разведать кошачью территорию для
настоящей атаки. Что у Главного штаба есть оружие, которое отправит их в ад,
где им самое место. Я хочу быть здесь, когда их будут убивать. Я стала
пилотом не для того, чтобы нянчиться с базами и прочее подобное.
Блейр нахмурился. Он полагал, что распространение слухов о проекте
"Бегемот" практически неизбежно. Ничего слишком долго не оставалось в тайне
на космическом корабле, несмотря на все усилия охранной службы Конфедерации.
Ему стало интересно, Роллинс ли разболтал информацию или эта история
зародилась где-то еще.
В любом случае, этот слух, по крайней мере, помогал поднять боевой дух,
в отличие от нескольких предыдущих.
- Послушайте, Кобра, я рад видеть эту улыбку, правда, - сказал ей
Блейр. - Но вы должны быть так настроены на любую миссию, не только на те,
которые вам нравятся.
- Намек понят, полковник, - проговорила она. Улыбка сошла с ее лица. -
Думаю, мне пора спускаться на взлетную палубу. Через пятнадцать минут
вылет...
После того, как она ушла, Блейр хмуро посмотрел на свое отражение в
окне. По какой-то причине он никак не мог найти правильные слова, когда
говорил с лейтенантом Бакли. Почему он не позволил ей порадоваться новому
заданию "Виктори"? Вместо этого он умудрился огорчить ее как раз тогда,
когда казалось, что она была уже готова отбросить барьеры, отделявшие ее от
остального летного состава.
Иногда он задумывался, сумеет ли вообще когда-нибудь справиться со
своей работой.
Кают-компания, носитель "Виктори", система Ариэль.
- Придвиньте кресло, полковник, и присоединяйтесь ко мне. Я оплачу
первую порцию выпивки.
Ответив на приветствие Скитальца кивком и улыбкой, Блейр сел в кресло
напротив. Лейтенант Чанг забавлялся с неизменной колодой карт, и если он и
уставал от нескончаемых миссий, это никак не отражалось на его ухмыляющемся
лице. Пилот выглядел, словно только что вернулся из отпуска, а не отдыхал
после разведывательной миссии с Хоббсом, завершившейся несколько часов
назад.
- Вам должно быть очень одиноко, если вы хотите купить выпить своему
командиру, - заметил Блейр. - В чем дело? Вы уже обчистили всех остальных?
- К несчастью, нужно не очень много времени, чтобы получить репутацию,
если вы понимаете, о чем я. Даже новые приятели с базы Блэкмейн раскусили
меня через несколько дней. Очень сложно найти партнеров, когда все боятся с
тобой играть. Понимаете, о чем я? - Чанг держал в руках колоду. - Ну же,
полковник. Почему бы вам не попробовать? - Не ожидая ответа, он начал
раздавать карты.
- Эй, постой-ка, шулер, - подняв руку, сказал Блейр. - Может быть, мне
можно хотя бы подснять колоду?
Чанг засмеялся и снова собрал карты.
- Вы бы удивились, если узнали, как много новичков просто берут то, что
им раздали, и выглядят очень удивленными, когда проигрывают первую партию.
- Ну, получается, они получают то, что заслужили. - Блейр взял карты у
Скитальца и с легкостью перетасовал колоду; китайский пилот неохотно кивнул,
выражая уважение. - Я видел многое. И я очень рано понял, что есть две вещи,
которые нельзя позволять делать за себя никому: тасовать карты и проверять
боезапас.
Чанг взял колоду у Блейра и снова начал раздавать карты. Хотя он все
еще улыбался, в его глазах был тревожный огонек.
- Это задание... знаете, ходят слухи о каком-то супероружии. И именно
поэтому мы занимаемся разведкой.
- Вы знаете, лейтенант, что если информация не получена из официальных
источников, я не могу ее комментировать, - тихо сказал Блейр. - Слухи и есть
слухи. Если бы я даже и знал чего-нибудь, я бы не стал об этом говорить.
- Да, я знаю. - Скиталец глянул на свою руку, затем опустил ее на стол.
- Послушайте, полковник, я знаю, что вы не можете выдавать никаких секретов,
но то, о чем я слышал... это действительно беспокоит меня.
- Как? - спросил Блейр. Он отложил свои карты и встретился глазами с
Чангом.
- По слухам, это оружие, чем бы оно ни было, сожжет целую чертову
планету. Думаю, большие начальники назовут его стратегическим оружием. И я
не уверен, что хочу участвовать в чем-то подобном.
- Вас мучает совесть, лейтенант?
- Да, именно так, полковник. Я не присоединялся к чему-то, что убивает
мирных жителей, неважно - людей, кошек или каких-нибудь слизняков, живущих
под камнями Альфы Центавра. - Скиталец посмотрел на стол. - Некоторые люди
воспринимают войну очень лично, например, Кобра и Флинт. Но не я. Когда я
убиваю кого-то в перестрелке, я предпочитаю думать, что это честный бой. Что
у него есть такой же шанс прикончить меня. Может быть, это глупо, но так оно
и есть.
Блейр понимающе кивнул. Он разделял сомнения Скитальца.
- Дело в том, что я понимаю вас лучше, чем когда-нибудь пойму Кобру или
Флинт. Ненависть в кокпите вам нужна в последнюю очередь. И мне кажется, что
нужно действительно очень ненавидеть кого-то, чтобы зайти так далеко -
уничтожить целую планету с мирным населением и всем прочим. - Он
поколебался. - Послушайте, если отбросить секретность... если вы правильно
поняли слухи, то мы проводим разведку для этого нового оружия, правильно?
Скиталец кивнул.
- Хорошо. Мы разведываем планету, на которой, как нам известно, нет
ничего, кроме военной базы. Там нет колонии. Там нет гражданских, по крайней
мере нет таких, которые никак не связаны с работой базы. Мне кажется, что
если у нас и есть супероружие, Главный штаб собирается стрелять по военной
цели.
- Может быть, - кивнув, сказал Чанг, но он по-прежнему выглядел
необычно серьезным. - Может быть. - Он немного помолчал. - Но это все равно
меня немного беспокоит. Я имею в виду, может быть, они начнут с базы вроде
этой. Но где это все закончится? У Главного штаба есть одна нехорошая
привычка - называть любую цель военным объектом, даже когда она таковой не
является. Так что будет, если мы потом пересечем эту линию?
Блейр отвернулся, чувствуя себя неловко. Он подумал о замечании Кевина
Толвина по поводу Килраха и о плане отдела секретных операций, который можно
было использовать только против вражеской родной планеты. Если килрати не
испугаются угрозы, представленной "Бегемотом", где же Главный штаб проведет
линию?
И, что более важно, на чьей стороне будет он, если на следующей
планете-цели будет много мирных жителей? Насколько сильно он хотел, чтобы
эта война закончилась?
Он снова посмотрел на Скитальца.
- Эй, мы же хорошие парни, помнишь? - сказал он, вымучивая улыбку. - Мы
не убиваем невинных. В этом как раз и есть разница между нами и ними,
понимаешь? - В глубине души он чувствовал себя лицемером, но он не мог
признаться Чангу в том, что тоже сомневается, не подтвердив при этом слухов
об операции.
Пилот-китаец прикоснулся тонким пальцем к колоде.
- Что ж, полковник, мне кажется, что это очень напоминает карты.
Множество людей даже не думают о том, чтобы подснять колоду, до того, как
увидят, что им раздали.
Личное помещение командира крыла, носитель "Виктори", система Ариэль.
- Полковнику Блейру явиться в Центр управления полетами! Полковнику
Блейру явиться в Центру управления полетами! Срочно!
Блейр отбросил переносной компьютер, который рассматривал, и резко
поднялся с койки. Это не была общая тревога, но голос в устройстве связи -
голос Флинт - казался обеспокоенным. У него похолодело в животе - сегодня
Вакеро и Флэш выполняли разведывательную миссию.
Из-за того, что в эскадрилье и так не хватало людей, а Флинт все еще
была отстранена от полетов, Блейру приходилось постоянно переназначать
ведомых с тех пор, как началась операция в системе Ариэль. Это значило, что
он уже не мог постоянно держать Флэша под наблюдением Хоббса или своим. А
Вакеро, несмотря на свой какой-никакой опыт, был тем, кого пилоты называли
"РН", или "Разведчик-новичок" - человеком, который никогда не выполнял
разведывательные миссии за линией фронта. Это сочетание было взрывоопасным,
но у Блейра просто не оставалось выбора.
Он забыл свое обычное правило - не бегать - и пронесся по коридору к
лифту, надеясь, что оказался неправ. Если Флэш и Вакеро нарвались на
неприятности, назначение их в одно звено будет его ошибкой...
Центр управления полетами был заполнен, и напряженная атмосфера,
встретившая Блейра, когда открылись двери, никак не помогла ему успокоить
...
