Джеймс Тайлер Кент. Лекции по философии гомеопатии
сторінка №10
...ишком слаб для того. чтобыпроявить свои негомеопатические действия на части тела, свободные от
болезни; но он непременно производит эти действия в частях, чрезвычайно
раздраженных и возбужденных страданиями, чтобы тем вызвать в пораженной
жизненной сипе подобную же, но сильнейшую лекарственную болезнь и у долить
болезнь первоначальную".
С. Ганеман утверждает это, исходя из своего опыта. Это его сугубо
личное мнение, и он сам не придавал ему принципиального значения.
Занимаясь гомеопатической врачебной практикой, вы должны принять за
правило не повторять дозу при лечении острых болезней, если через несколько
минут после приема появилось даже слабое ухудшение. В этих случаях
подобранное лекарство настолько подобно, что в повторении нет никакой
необходимости. Разумеется, существуют ситуации, когда необходимо повторить
прием дозы лекарства, но это зависит от конкретного случая, и нет каких-то
строгих правил на этот счет - единственное разумное поведение врача
заключается в 'том, чтобы дать больному единичную дозу лекарства и затем
ждать, отслеживая результат.
При брюшном тифе, когда у пациента высокая температура и он находится в
бессознательном состоянии, я даю через определенные промежутки времени в
зависимости от типа конституции одну дозу лекарства, разведенного в воде, за
другой, пока не замечу изменения в состоянии больного, говорящего о том, что
лекарство начало действовать. И как только эти признаки появляются, я сразу
перестаю давать лекарство. В подобных лихорадочных состояниях, когда
организм ослабел, никогда не следует ожидать немедленной реакции.
При перемежающейся лихорадке реакция организма на действие
гомеопатического лекарства появляется довольно быстро, как правило, уже
после первой дозы, и повторять лекарство уже нет необходимости, в то время
как при тифе в большинстве случаев реакция появляется через несколько часов
и повторные дозы в подобных случаях приемлемы. При тифе, протекающем в не
очень тяжелой форме, повторять дозу не следует.
Чем крепче организм у человека, тем сильнее эффект лекарства,
производящего быстрое и безопасное действие. Чем слабее пациент, тем более
осторожным должен быть врач, назначая самые высокие потенции, какие у него
есть. При многих хронических заболеваниях реакция организма на действие
лекарства проявляется в течение суток, и поэтому повторять дозу через
несколько часов - опасно. Если дрожь утихла или выступил пот и ваш пациент
спокойно спит - никогда не следует при таком состоянии повторять лекарство.
Например, при дифтерии в одних случаях повторение дозы приводит к смерти
пациента, а в других повторение дозы спасает жизнь, и я надеюсь, что
когда-нибудь смогу установить эти закономерности, которые пока нам
неизвестны.
При серьезных заболеваниях всегда следует придерживаться следующего
правила: пока одна доза лекарства работает, никогда не назначайте повторную.
Когда мы видим, что симптоматика изменяется и необходим другой препарат, то
мы должны обязательно дождаться, пока действие препарата полностью
прекратится - никогда нельзя назначать новый препарат, пока не закончилось
действие предыдущего. Искусство врача-гомеопата заключается не только в том,
чтобы суметь подобрать подобный препарат, но и в том, чтобы понимать, когда
гомеопатическое лекарственное средство действует, в какой момент его
действие закончилось и когда следует дать другой препарат или повторить
дозу. Все это можно узнать, только наблюдая и анализируя симптомы.
"Органон", § 158: "Это незначительное гомеопатическое усиление болезни
в начале лечения (верный признак, что острая болезнь будет скоро вылечена, и
обыкновенно уже первым приемом) очень естественно; врачебная болезнь должна
быть сильнее лечимой, чтобы преодолеть и уничтожить последнюю; точно также и
естественная болезнь способна уничтожить другую, подобную себе, тогда
только, когда она сильнее ее (§§ 43-48)".
То, что одна естественная болезнь может подавить другую, если
превосходит ее по силе и качеству, но прежде всего, за счет их подобия, не
подлежит никакому сомнению. В тех случаях, когда при лечении острой болезни
наблюдается даже незначительное первичное гомеопатическое ухудшение, можно
быть уверенным, что для излечения будет достаточно всего одной дозы, и
только в редких случаях ее приходится повторять. Но когда мы не наблюдаем
даже самого слабого первичного ухудшения, а состояние постепенно начинает
улучшаться, то мы должны знать, что лекарство подействовало недостаточно
глубоко и это улучшение может прекратиться в результате острой болезни.
Когда улучшение прекращается, то значит прекращается и действие
гомеопатического лекарства, а следовательно, для полного излечения мы должны
дать еще дозу.
Улучшение, которое не предваряется каким-либо гомеопатическим
ухудшением в случаях острого заболевания, не сохраняется так же длительно,
как улучшение, появляющееся после первоначального ухудшения.
В тех случаях, когда вы назначаете не совсем подобное лекарство, также
не наблюдается первоначальное ухудшение, за исключением сверхчувствительных
к этому препарату пациентов, но это уже является лекарственной болезнью.
Когда вы не обнаруживаете у пациента, не ослабленного длительной изнуряющей
болезнью, первоначального гомеопатического ухудшения, то в большинстве
случаев это значит, что лекарство, которое вы ему дали, имеет лишь частичное
подобие и может потребоваться еще два или три таких частично подобных
лекарственных средств, чтобы излечить болезнь. Как правило, средние
врачи-гомеопаты назначают одному пациенту поочередно два-три препарата, в то
время как мастер назначает всего одно.
"Органон", § 159: "Чем меньше прием гомеопатического лекарства, тем
мнимое усиление болезни на первых порах бывает слабее и короче".
Это было написано во времена, когда С. Ганеман экспериментировал с
низкими потенциями до 30-й включительно и почти не пользовался более
высокими. В то время у него был уже достаточный опыт работы с 30-ми
потенциями и он еще только начинал свои опыты с более высокими потенциями.
Поэтому мы можем рассматривать это ухудшение как лекарственную болезнь. В
более поздних своих работах С. Ганеман пишет, что болезнь действительно
усиливается, когда дается подобное лекарство в грубой форме или в низких
потенциях, но, начиная с 30-й потенции и выше, мы наблюдаем более мягкое и
более глубокое целебное действие, и чем выше потенция, тем слабее и короче
выражено гомеопатическое ухудшение. Смысл этого параграфа в том, что
ухудшение должно появляться в первые часы после приема лекарства, и именно
это имеет в виду С. Ганеман.
Хорошо известно, что нельзя назначать Belladonna в низких потенциях (ЗС
или 4С) при симптомах сильного мозгового перенапряжения детям, т. к.
гомеопатическое ухудшение настолько сильное, что если действие лекарства не
нейтрализовать, то ребенок может умереть. Когда болезненное состояние ярко
выражено, то подобное действие Belladonna как бы добавляется, усиливая
болезнь. Но это характерно только для низких потенций, а начиная с 30-ой
потенции, гомеопатическое ухудшение тем слабее и короче, чем более высокая
потенция применяется. Эту закономерность установил еще С. Ганеман. Это
ухудшение можно объяснить тем, что лекарственная болезнь, вызванная
действием препарата, добавляется к подобной естественной болезни и внешние
проявления усиливаются. Но, как правило, несмотря на внешнее ухудшение,
пациенты говорят, что их общее самочувствие улучшилось.
Гомеопатическое ухудшение затягивается по времени при использовании
низких потенций и при частом необоснованном повторении доз. Я недавно
наблюдал сильное ухудшение состояния, произошедшее как раз из-за
необоснованного повторения доз лекарства. Ко мне пришла молодая женщина
20-ти лет с жалобами на сухой, резкий кашель. Я дал ей одну дозу Bryonia,
но, вместо того, чтобы сразу рассосать все гранулы под языком, она
растворила их в воде и принимала в течение двух дней. К концу второго дня ко
мне прибежала испуганная мать этой молодой особы. Я посетил свою пациентку и
выяснил, что у нее из-за неправильного приема появилась клиника тяжелой
формы пневмонии, характерная для патогенеза Bryonia. Я с помощью антидота
снял действие Bryonia и уже на следующее утро девица чувствовала себя
полностью выздоровевшей. В этом случае пациентка из-за своей
невнимательности невольно стала испытателем, а так как она оказалась
чувствительной к действию этого препарата, то у нее четко проявились
симптомы Bryonia. Когда лекарство подобно, вы будете в практике много раз
наблюдать такие случаи. Когда гомеопатическое средство подобно лишь
частично, то оно может излечить заболевание, но такие состояния может
вызвать лишь препарат, полностью подобный болезни.
Объяснить вышесказанное можно тем, что организм пациента чувствителен
как к болезни, так и к лекарству, которое эта болезнь излечивает. Можно
вызвать лекарственную болезнь или усугубить состояние больного ненужным
повторением доз либо использованием низких потенций. Как это ни
парадоксально звучит, но, чем искусней врач-гомеопат, тем опаснее для него
низкие потенции до шестой включительно, т. к., чем больше подобие между
болезнью и лекарством, тем более сильное и продолжительное ухудшение
вызывает действие гомеопатических препаратов в низких потенциях. Поэтому
врач по мере своего профессионального роста старается переходить на все
более высокие потенции, отказываясь от низких разведении, проявляющих
токсическое действие.
Гомеопатическое ухудшение при назначении десятитысячных потенций
короткое и четкое: обостряются только патогномоничные симптомы болезни, а
общее состояние значительно улучшается. Само заболевание не ухудшается, не
прогрессирует и не становится интенсивнее, обостряются лишь симптомы
болезни, но пациент при этом заявляет, что ему становится лучше. Усиление
симптомов иногда тревожит больного, но в глубине он осознает, что общее его
состояние улучшается. Часто можно слышать примерно следующее:
"Доктор, я чувствую себя этим утром значительно лучше", -говорит
пациент, хотя объективно симптомы обостряются.
Органон, § 160: "Но как почти невозможно приготовлять лекарство в столь
бесконечно малом приеме, чтобы оно не могло исправлять, преодолевать и
совершенно излечивать сходную болезнь (см. прим. к § 249), то понятно,
почему прием его, не уменьшенный в возможной степени, обладает способностью
вызывать в первое время кажущееся ожесточение болезни".
В настоящее время из-за того, что мы применяем в своей практике
потенции выше 30-ой, нас обвиняют в отходе от идей С. Ганемана. Но наш
Учитель писал в тот период своей жизни о 30-й потенции как о достаточно
высокой для одних случаев и достаточно низкой для других. Это был ранний
период его исследований, когда он только начал выяснять, где заканчивается
действие лекарственного средства. Нас обвиняют в отходе от идей С. Ганемана
лишь потому, что в своей практике мы используем потенции, отличные от тех,
которые использовал С. Ганеман. Но в § 279 "Органона" мы читаем:
"Вот общий итог всех моих опытов и наблюдений в этом отношении. Если
болезнь не имеет очевидного источника в органическом поражении какого-либо
важного внутреннего органа, то прием никогда не может быть настолько мал,
чтобы тотчас по принятии не в состоянии был произвести припадки сходные,
даже несколько превосходящие силою те, которые больной ощущал в естественной
болезни (малое гомеопатическое ожесточение, §§ 157-160). Лекарственная
болезнь всегда сильнее той, о которой идет дело, и способна превозмочь,
уничтожить и прекратить последнюю надолго, если при этом будет устранено
всякое постороннее лекарственное влияние". Когда мы используем 200-ю
потенцию, то обнаруживаем гомеопатическое ухудшение; используем 1000, 10
000, 50 000 и опять отмечаем гомеопатическое ухудшение, т. е. все они
способны усиливать внешние проявления болезни, и, следовательно,
лекарственное средство в этих потенциях сохраняет свою целительную силу.
Только тогда, когда потенция будет настолько высока, что не сможет вызвать
гомеопатическое ухудшение, мы можем заявить, что в этом разведении
лекарственное средство утратило свою целительную силу. В настоящее время мы
дошли до потенции 1 ЗММ, и это еще не конец.
Мы никогда не утверждали, что потенция не зависит от болезненного
состояния, наоборот, мы всегда говорим, что степень потенции должна
соответствовать болезненному состоянию. Мы не отошли от учения С. Ганемана,
а действуем в полном соответствии с ним.
"Органон", § 280: "Это неопровержимое правило, выведенное из длинного
ряда опытов, учит нас уменьшать приемы всякого лекарства до той степени, на
которой они производят едва заметное ожесточение болезни. Итак, не будем
опасаться тонкости разжижении, до которой мы должны нисходить при лечении,
вопреки всем умствованиям и насмешкам тех, которые, сроднившись с
материальными понятиями, находят невероятным, чтобы бесконечно малый прием
мог быть действительным; их неверие и насмешки ничего не значат при
непреложных доказательствах опыта".
Может ли быть тут какое-то сомнение в отношении того, что С. Ганеман
имел в виду, когда говорил о самых малых дозах? Могут ли быть тут какие-то
сомнения в том, что он имел в виду разбавления, и разбавления все более и
более высоких степеней, пока не будет достигнут тот уровень, при котором уже
не наблюдается никакое гомеопатическое ухудшение?
В примечании к § 249 С. Ганеман пишет: "Так как опыт доказывает, что,
как бы ни был мал прием гомеопатически пригодного лекарства, он почти
неизменно производит явное облегчение болезни (§§ 161, 279), то было бы
неразумно и вредно приписывать недействительность средства или даже
некоторое ожесточение болезни слишком малому его приему и на том основании
повторять или увеличивать последний. Каждое ожесточение болезни появлением
нового симптома, если не было каких-либо нравственных потрясений или
погрешностей в диете, доказывает только непригодность употребленного
лекарства для данного случая, но отнюдь не бессилие приема вследствие его
малости". Так, чувства не имеют никакого отношения к величине потенции. В
аллопатической медицине принято отталкиваться от токсической дозы вещества,
т. е. врач-аллопат назначает пациенту в качестве лекарства дозу вещества
немного меньше той, которая является ядом. Это можно сделать с помощью
обычных весов. Но это не та проверка наличия целительной силы, которую
предлагает С. Ганеман: он предлагает проверять дозу лекарства на способность
произвести даже самое слабое обострение симптомов. Мы видим, что он не
ограничивает степень потенции, а лишь на практике учит, как определить
наличие целительной силы.
Существует широко распространенное мнение не среди истинных
последователей С. Ганемана, а вообще среди врачей, называющих себя
гомеопатами, что дозы лекарственных средств, которые предлагает С. Ганеман,
слишком малы, чтобы лечить. Это роковая ошибка. Увеличение дозы действующего
вещества не может сделать лекарство более гомеопатическим. Подобие лекарства
болезни - это первое условие успешного излечения, а потенцирование - второе.
Но мнение, что доза лекарственного вещества в потенциях, которые предлагает
С. Ганеман, слишком мала для излечения, в корне неверное. Правота нашего
великого Учителя постоянно подтверждается великолепными результатами нашей
повседневной врачебной практики. Выбор потенции зависит от конкретного
случая, и в настоящее время нет каких-то строгих правил, регламентирующих
выбор потенции.
Из всего нашего опыта мы четко знаем, что 30-я потенция - это наиболее
низкая потенция, которую можно назначить при любом остром или хроническом
заболевании: более низкие дают в лучшем случае лишь частичное, временное
облегчение. Но где тот предел в потенцировании, после которого лекарственное
средство теряет свои целительные свойства, мы не установили. При лечении
нужно назначать препарат в разных потенциях, которые соответствуют степени
нарушения внутреннего состояния, т. е. разные потенции одного лекарственного
средства действуют на разных уровнях организма, но они неразрывно связаны
между собой.
Самая непростительная ошибка для любого врача-гомеопата - начать свою
практику с мыслью, что действующего вещества в 30-ой потенции, предложенной
С. Ганеманом как самой низкой, недостаточно для лечебного действия. Это
говорит о том, что ум такого врача недостаточно гибок и находится в плену
материалистических суждений и он не может быть истинным ученым, для которого
главный критерий -практика. Умозрительно можно вывести любую, даже самую
фантастическую теорию, но практический опыт всегда покажет ее ложность.
Знание является истинным тогда, когда оно подтверждается опытом.
Лекция 35
ПРОГНОЗ ПОСЛЕ НАБЛЮДЕНИЯ ЗА ДЕЙСТВИЕМ ЛЕКАРСТВА
Назначив лекарство, врач начинает наблюдать. От сделанных на основании
этих. наблюдений выводов может зависеть все будущее пациента: ведь действия
врача зависят от его выводов, а судьба пациента - от действий врача. Если
врач окажется не в состоянии оценить значение увиденного, то действия его
будут неверны, назначения - ошибочны, и, меняя лекарства, он нанесет ущерб
здоровью своего пациента. Проницательность врача в этом деле незаменима. Вы
легко можете обнаружить, что большинство врачей имеют лишь смутное понятие о
наблюдениях, которые можно сделать после назначения лекарства. Назначив
лекарство, они уже не в состоянии увидеть что-нибудь новое. Лишь после
долгих, неспешных и внимательных наблюдений я смог собрать те сведения,
которые собираюсь вам предложить. Если наблюдения гомеопата будут
неаккуратны, нетщательны, то и результаты неопределенны, и столь же
неопределенными будут и назначения.
Очевидно, что правильно назначенное лекарство подействует. При этом
действие его проявится в изменениях симптомов. Суть болезни вообще
представляется врачу через симптомы, как по движению стрелок мы судим о
происходящем в часовом механизме. Поэтому врач должен терпеливо ждать,
наблюдая происходящие изменения, чтобы по ним решить: что делать в
дальнейшем и от чего воздержаться. Правда, о последнем врачу не приходится
долго раздумывать:
наблюдатель чуткий и бдительный всегда заметит знак, говорящий ему, что
не делать. Конечно, если назначение сделано неправильно, если лекарство не
оказывает никакого эффекта, то нечего долго раздумывать. Это, бесспорно,
одно из возможных наблюдений.
Итак, изменения появились: каковы они, насколько значительны, что
означают? Слушая рассказ пациента, врач должен представить себе картину
происходящего. Действие лекарства проявляется в изменении симптомов: их
исчезновении, усилении или ослаблении, смене их в определенной
последовательности - на это и следует обращать внимание в первую очередь.
К наиболее частым эффектам действия лекарства относится ухудшение или
улучшение состояния. Ухудшение может быть двояким: больному становится хуже
или же больному становится лучше. Под ухудшением болезни я понимаю ситуацию,
при которой пациент слабеет, а симптомы усиливаются. Настоящее
гомеопатическое назначение вызывает такое ухудшение симптомов, при котором
больной субъективно чувствует себя лучше. Истинным гомеопатическим
обострением я называю такое состояние, при котором симптомы усиливаются, но
больной говорит: "Я чувствую себя лучше".
Теперь нам следует рассмотреть все изменения симптомов в конкретных
формах - возникновение, ухудшения или улучшения, длительность и т. д.
Надлежит вынести свое суждение, оценить каждый вариант протекания этих
процессов.
Одно только общее замечание: оценивая симптомы и их изменения,
врач-гомеопат должен прийти к заключению: выздоравливает его пациент или,
наоборот, болезнь усугубляется. Весьма часто вы услышите: "Доктор, я
слабею", но знайте, что это не так. Вы имеете возможность полагаться на
эволюцию симптомов, что достовернее мнения больного. Предположим, он говорит
вам: "Доктор, сегодня утром мне стало намного хуже", но, исследовав
пациента, вы видите, что он выздоравливает. Стоит больному обнаружить, что
вы довольны результатами осмотра, как он воодушевляется, встает с постели и
просит дать ему поесть.
Конечно, наблюдая симптомы, вы можете обнаружить, что он действительно
ослабел; если эволюция симптомов направлена не кнаружи, а вовнутрь, вы сразу
поймете, что ничего хорошего это больному не сулит, даже если он сам считает
иначе. Симптомы вам служат точкой опоры. Врач-аллопат не располагает ничем
иным, кроме слов больного; но врач-гомеопат не может полагаться на слова,
оценивая результаты гомеопатического назначения. И симптомы нуждаются в
проверке, и мнение больного следует подтверждать симптомами. Часто симптомы
действительно подтверждают слова пациента; но для врача лишь эволюция
симптомов может служить показателем.
Второе общее замечание: по симптомам мы должны определить, насколько
глубоки вызванные лечением изменения. Если вы наблюдаете лишь поверхностные
изменения, то следует изучить их значение, определяя, действительно ли
болезнь излечивается изнутри или же изменяются лишь местные симптомы.
Нередко мягко и поверхностно действующие лекарства, влияя только на чувства
и ощущения, служат паллиативом при неизлечимых болезнях. В глубине
заболевание продолжается, прогрессирует, но больному становится легче. Так
что симптомы позволяют нам определить, достаточную ли для излечения потенцию
мы подобрали. Для этого достаточно определить направление изменения
симптомов, особенно при хронических болезнях.
Например, к вам на прием приходит сутулый человек, годами страдающий от
сухого, отрывистого кашля. С первого взгляда вы понимаете, что болен он
давно. Пациент этот худой и нервный, лицо болезненное, с печатью жизненных
невзгод. Он бедно одет и страдает от недоедания. Имеющиеся симптомы ясно
указывают на антипсорическое средство, анамнез - на то, что больной
нуждается в этом средстве уже давно. При дальнейшем обследовании ваш вывод
подтверждается.
Исследование грудной клетки обнаруживает недостаточность ее экскурсии,
признаки туберкулеза, а слабый пульс и другие подтверждающие симптомы
приводят вас к убеждению, что пациент медленно умирает. Вы назначаете ему
подобранное средство. Через несколько дней вы снова видите этого больного:
он ослабел еще больше, появились ночные поты, усилился кашель. Однако
гомеопат рад услышать это, т. к. он ждал именно этого обострения. Но через
несколько дней пациент приходит опять: обострение не только не окончилось,
а, наоборот, нарастает, усиливаются кашель, отделение мокроты, сохраняются
ночные поты. Когда вы видите больного еще через неделю, вы можете
констатировать неуклонное ухудшение. До приема лекарства больной был в
сравнительно неплохом состоянии, а к концу четвертой недели нарастающего
ухудшения он уже настолько ослаб, что не может прийти к врачу.
Случай 1. Продолжительное ухудшение, ведущее к смерти.
Что же мы сделали? Мы совершили ошибку; антипсорическое средство
оказалось слишком глубоко действующим и ускорило в организме процессы
разрушения. В этом случае нужная реакция организма была невозможна, пациент
- неизлечим. Возникает вопрос: что же делать? Не давать в таких случаях
гомеопатическое лекарство? Пациент все равно постепенно умирает. Если вы не
уверены в действии лекарства, не разбираетесь в природе ухудшений,
готовьтесь подписывать свидетельство о смерти.
В подобных неизлечимых или вызывающих сомнение случаях не следует
применять разведения выше 30 или 200-го и при этом внимательно смотреть: не
окажется ли обострение слишком глубоким или длительным. В таких случаях, при
наличии органической патологии, врач должен обращать особое внимание на
симптомы, заставляющие воздержаться от высокой потенции: как правило, это
симптомы со стороны грудной клетки.
Конечно же, все сказанное относится не к случаям, когда вам видится
угроза такой тяжелой болезни, когда вы боитесь ее возникновения, но лишь
когда вы уверены в ее явном присутствии. В описанном выше случае, вероятно,
лекарство было дано слишком поздно; оно попыталось активизировать жизненную
силу, но тем самым лишь разрушило организм. В таких случаях начинайте с
низких разведении. В любой ситуации 30-е разведение можно считать достаточно
низким.
Следующее наблюдение можно сделать, назначив то же самое высокое
разведение больному, схожему с описанным, но прежде, чем болезнь зайдет так
далеко. За назначением лекарства также следует ухудшение, долгое и тяжкое,
но все же в конце концов вы обнаружите нужную реакцию - улучшение. Ухудшение
может длиться неделями, пока в конце концов слабый организм больного
отреагирует и начнется медленное, но отчетливое улучшение. Это - хороший
признак.
Через три месяца пациент готов к следующему приему лекарства, после
чего повторяется та же последовательность. Увидев это, вы понимаете, что
больной был на грани; сделай он еще шаг, и излечение было бы невозможно. В
сомнительных случаях хорошо прибегнуть к низким разведениям, держа наготове
антидот, если действие лекарства окажется нежелательным.
Случай 2. Длительное ухудшение и медленное улучшение в конце.
Если по прошествии нескольких недель больному становится немного лучше,
а симптомы уже менее выражены, чем до приема лекарства, то появляется
надежда, что в конце концов начнется смена эволюции симптомов - изнутри
кнаружи, дающая надежду на окончательное выздоровление. Однако вам предстоит
в таком случае еще несколько лет иметь дело с длительными ухудшениями. У
такого больного мы имеем дело с начавшейся уже органической патологией
какого-то органа. Так по действию лекарства вы можете судить о состоянии
тканей и прогнозе для больного.
Случай 3. Ухудшение наступает быстро, оно сильное и кратковременное, а
за ним следует быстрое улучшение состояния больного.
После быстрого, кратковременного и более или менее сильного ухудшения
вы всякий раз наблюдаете длительное улучшение. Выраженное, стойкое
улучшение, сильная реакция организма, отсутствие структурных изменений в
жизненно важных органах характеризуют такие случаи. Возможно, вы обнаружите
органические поражения на поверхности, в не являющихся жизненно важными
органах. Так, могут возникнуть абсцессы или нагноение каких-то
второстепенных желез в частях тела, не относящихся к жизненно важным. Такая
органическая патология поверхностна по сравнению с изменениями, которые
могут произойти в почках, печени, сердце или мозге. Отличайте для себя
органические изменения в жизненно важных органах от таковых в структурах,
без которых можно обойтись. Краткое, быстрое и сильное ухудшение - то, о чем
можно мечтать, ведь за ним следует такое же быстрое улучшение. При острой
болезни такое ухудшение следует ждать через несколько часов, а при
хронической - через несколько дней.
Случай 4. Улучшение наступает без предварительного ухудшения.
В этом случае нет ни органической патологии, ни тенденции к ней.
Хроническое заболевание неглубокое, касается больше функции нервов, нежели
состояния тканей. Но помните: изменения в тканях могут быть достаточными для
нарушения тока жизненной силы во всем организме, но слишком незначительными
для выявления их человеком. В такой ситуации и тяжко страдавший больной
может вылечиться безо всякого гомеопатического ухудшения. По отсутствию
ухудшения вы поймете, что и потенция лекарства была оптимальной, и само
лекарство полностью подобно. У вас нет никаких оснований всегда ожидать
такого хода событий. От слишком высокого или слишком низкого разведения
произойдет лишь нарушение иннервации, но об этом вам даст знать усиление
симптомов. В случае излечения без стадии ухудшения мы знаем, что и
лекарство, и потенция были правильными, а это и обеспечило результат. Для
острых случаев это отлично, и тем не менее иногда врач предпочел бы увидеть
вначале небольшое ухудшение.
Случай 5. Вначале улучшение, а затем ухудшение.
Бывает так: тяжело больной пациент, вроде тех, кого я описал в 1-м и
2-м наблюдениях, приходит к вам, и после обследования вы назначаете
лекарство. Больной возвращается через несколько дней и рассказывает вам, что
ему стало лучше, 3-4 дня он чувствовал себя полностью здоровым, все симптомы
его исчезли. Однако к концу недели или через 4-5 дней ему становится хуже,
чем было до лечения. Это бывает не так уж редко в тяжелых случаях со
множеством симптомов - начальное улучшение при общем неблагоприятном
состоянии. Анализируя такие случаи, вы придете к одному из двух выводов:
частично подобное лекарство оказало лишь паллиативное действие либо
лекарство было подобрано правильно, но пациент неизлечим.
Для того, чтобы выбрать верный вариант, вы должны заново
проанализировать случай и определить, действительно ли клиника подобна
назначенному лекарству. Предположим, вы пришли к выводу об ошибочности
вашего назначения;
дальнейший анализ покажет вам, что лекарство было подобно по самым
явным, самым тяжелым симптомам, но не по конституциональным признакам. В
лучшем для пациента случае болезнь просто возвращается к исходному
состоянию, но симптомы при этом часто изменяются, и врачу приходится долго
ждать прояснения картины, хотя больной тяжко страдает. Пациенту будет легче
пережить это ожидание, если доктор сразу признается в своей ошибке и скажет,
что надеется подобрать необходимое лекарство. Удивительно, как возрастает
доверие пациента к врачу, когда последний говорит ему правду. Признание
ошибки вызывает уважение и доверие со стороны умного больного.
В излечимых случаях действие все более высоких разведении продолжается
в течение долгого времени. Говоря "действие", я имею в виду внешние
признаки, правильнее было бы сказать "кажущееся действие", так как в
действительности лекарство действует сразу, вызывая в больном определенное
состояние, при котором нет нужды повторно давать лекарство. Это состояние
может длиться весьма долго, иногда месяцами. В излечимых случаях хорошее
состояние продлится долго, причем наблюдается значительное улучшение
состояния. Если же вы наблюдаете больного неделю, две или три и он говорит,
что хорошо себя чувствует, состояние его улучшается, и все от Sulphur 10
000, а в конце четвертой недели он вдруг жалуется на опустошенность и
бессилие, то эта задача заслуживает вашего внимания.
Совершил ли больной что-либо, что могло испортить действие лекарства?
Напился? Надышался аммиачных паров? Имел ли дело с химикатами? Нет, ничего
такого не было. Тогда дело плохо. Действие лекарства, продолжающееся вместо
нескольких месяцев лишь несколько недель, должно вас насторожить. Особенно
если вы не находите ничего, что могло бы противодействовать лекарству.
Случай 6. Слишком короткий период улучшения.
Улучшение от назначения конституционального средства непродолжительное,
длится не столько, сколько должно бы длиться. Вернитесь к третьему
наблюдению: там было короткое ухудшение с долгим последующим улучшением.
Здесь же, в шестом случае, вы видите слишком короткое улучшение. Если сразу
после приема лекарства появляется ухудшение с последующим быстрым
улучшением, то такое улучшение никогда не будет кратковременным. Если
улучшение наступило быстро, то оно надолго. Если этого не происходит, значит
что-то мешает: бессознательные или намеренные действия больного. Быстрое
улучшение говорит о том, что лекарство правильно подобрано, жизненная сила
сохранена, и, если все пойдет хорошо, то больной скоро поправится.
Слишком короткое улучшение может быть иногда отмечено и при острых
болезнях. Например, при воспалении мозга лекарство снимает все симптомы на
час, после чего приходится повторять прием, но теперь период облегчения
длится только 30 минут. Тогда вы понимаете: это слишком кратковременное
улучшение, состояние больного безнадежно. Действие Belladonna при некоторых
очень "краснолицых" состояниях бывает немедленным, в моей практике - через 5
минут;
но только при улучшении, наступающем через час или два, состояние
стабилизируется надолго.
В острых случаях быстротечное улучшение означает, что органам угрожает
сильное воспаление. В хронических случаях кратковременное улучшение говорит
нам о структурных изменениях в органах, которые разрушены, или подвергаются
разрушению, или же находятся в очень рискованном, неустойчивом состоянии. Не
всегда можно обнаружить эти изменения при жизни, но они есть. Внимательный
наблюдатель, у которого за плечами годы честной работы, часто в состоянии
объяснить значение симптомов без обследования больного. Его высказывания о
пациенте кажутся членам семьи пророчествами, они ставят врача на особое
место. На него смотрят как на мудреца, все знающего и проникающего в суть
явлений. Это достигается изучением симптомов пациентов, знанием действия
лекарств и симптомов, возникающих после действия лекарств. Благодаря этому
он знает реакции того или иного больного, быстрые они или замедленные и
знает, как действуют лекарства на того или иного члена семьи. Если врач
лечит семью какое-то время, должен же он что-то о них знать? Это знание -
богатство старого доктора, а молодым еще предстоит его приобрести.
Случай 7. Полное исчезновение симптомов, но без облегчения общего
состояния больного.
Встречаются больные со скрытыми органическими поражениями, когда нельзя
добиться полного излечения. Так, не может полностью вылечиться больной с
одной почкой, или с фибринозными структурными изменениями в определенных
органах, или с инкапсулировавшимися туберкулами. В подобных случаях лечение
направлено на облегчение болезненных проявлений. Такого больного нельзя
полностью вылечить. Об этом необходимо помнить в тех случаях, когда
применялось несколько средств и всякий раз во время действия лекарства
наблюдалось улучшение, но только до определенной степени. Иначе говоря,
лекарство действует благотворно, но больной не излечивается и никогда
излечен не будет. Лекарства служат паллиативами, и это вполне приемлемо для
гомеопатических средств в такой ситуации.
Случай 8. У некоторых больных проявляется большинство симптомов
принятого средства.
Это - истеричные, перевозбужденные, сверхчувствительные ко всему
пациенты. О таком больном говорят, что у него идиосинкразия ко всему на
свете. Вылечить таких сверхчувствительных больных часто бывает невозможно.
Стоит вам назначить высокое разведение, как больной полностью попадает под
влияние этого лекарства и ничто другое на него не действует. Лекарство
подчиняет себе весь организм больного. Патогенез его развивается аналогично
течению болезни: с продромальным периодом, периодом максимальных проявлений
и периодом спада.
Такие пациенты - прирожденные испытатели, они реагируют даже на самые
высокие разведения. Обнаружив у своего пациента такое свойство,
возвращайтесь к 30-му или 200-му разведению. Работать с такими больными
невыносимо. При острых состояниях помогайте им, применяя 30 или 200
разведение, а при хронических - 30, 200 или 1000. Многие из этих
индивидуумов рождаются со сверхчувствительностью и умрут с нею. Преодолеть
свою сверхраздражимость и перевозбудимость они не могут. Такие пациенты,
однако, полезны для гомеопата. Стоит завершиться одному испытанию, как они
готовы уже к следующему.
Случай 9. Действие лекарств на испытателей.
Здоровым людям испытание лекарств всегда идет на пользу, если оно
проводится правильно. Важно внимательно изучить и записать
конституциональные особенности человека, собирающегося стать испытателем, -
потом вы вычтете эти симптомы из результатов. Они нечасто проявляются во
время испытания. Важно также отмечать перемены в них.
Случай 10. Появление после приема лекарства новых симптомов.
Если после приема лекарства появилось много новых симптомов, назначение
скорее всего было неверным. Иногда этот "новый" симптом - всего лишь старый,
забытый или прежде не замеченный больным, появившийся вновь симптом. Чем
больше новых симптомов появится после назначения лекарства, тем большее
сомнение вызывает назначение. Очень вероятно, что после исчезновения этих
новых симптомов пациент вернется в исходное состояние и никакого улучшения
не будет. Иначе говоря, препарат подобран неверно.
Случай 11. Возвращение старых симптомов.
Если возвращаются старые, когда-то исчезнувшие симптомы, значит болезнь
излечима. Они исчезли, потому что их подавили новые. При правильном
назначении это обычное дело - возвращение старых симптомов при лекарственном
ухудшении, так что симптомы исчезают в порядке, обратном их появлению.
Исчезают нынешние, и на их место приходят прежние. Врач должен и сам понять,
что пациент на пути к выздоровлению, и сообщить ему об этом; объяснить, что
болезнь как бы спускается по ступенькам. Часто старые симптомы приходят и
уходят без смены лекарства: тогда ничего и не надо менять. Если же старые
симптомы, вернувшись, остаются надолго, необходимо повторение приема
лекарства.
Случай 12. Смена симптомов идет в неправильном направлении.
Например, сделав назначение по поводу ревматизма коленей, стоп или рук,
вы видите немедленное облегчение суставных болей. Зато у больного
усиливаются боли в сердце или позвоночнике. В этом случае вы можете
констатировать перемещение болезни с периферии в центр, что требует
немедленного назначения антидота. Когда болезнь движется от центра к
периферии, от жизненных центров - сердца, мозга, позвоночника, внутренних
органов - к поверхности кожи, слизистым, это хорошо. Именно поэтому
большинство страдавших подагрой лучше всего чувствуют себя, когда пальцы на
руках и ногах в наихудшем состоянии. Нет ничего хуже, как сделать назначение
по этому поводу и увидеть нарастание сердечных симптомов:
это ведет к беде. Сыпь на коже, боли в конечностях - хорошие признаки.
Я помню, как однажды меня выгнали от одной суровой пожилой дамы, что
сопровождалось изрядной порцией площадной брани. Дама говорила мне: "Когда
Вас пригласили, я могла ходить, а теперь щиколотки так распухли, что я не
могу пошевелиться". Больная эта нашла другого врача, но вскоре умерла. Очень
опасно подбирать лекарство только по наружным симптомам, т. е. лекарство,
подобное лишь кожным симптомам, пренебрегая всеми остальными - общим
состоянием больного. Такое лекарство может излечить кожное заболевание, но
не болезнь. Сам же пациент будет страдать, пока сыпь не появится вновь или
же не переместится в новое место.
Лекция 36 ПОВТОРНОЕ НАЗНАЧЕНИЕ
Во второй прием вы можете повторить первое лекарство, а можете
назначить антидот или другой препарат. Чтобы принять одно из этих решений,
вам следует, опираясь на свои записи, изучить случай заново, добавив
происшедшее со времени первого назначения. Поэтому, если пациент меняет
врача, возникают почти непреодолимые трудности, и такие перемены никогда не
приносят добра. Зная это, настоящий гомеопат постарается подтвердить первое
назначение. Если первый врач - настоящий гомеопат, то никто не компетентен
лучше него сделать и второе назначение.
Смена врача - подчас истинное несчастье для пациента, сколь бы ни был
сведущ новый доктор в Маteriа Меdiса. Ведь лекарство, которое помогло
больному частично, часто может и довершить дело. Для смены лекарства должны
быть веские причины. Нередко ко мне попадают пациенты, лечившиеся до того у
хороших докторов, я всегда стараюсь уговорить их вернуться, мне не хочется
их принимать.
Принять такого пациента - значит причинить ему существенный вред, разве
только если он приносит с собой точнейшее описание своего случая. Особенно
важно это после правильного назначения, когда лекарство частично уже
подействовало. Но даже при таких идеальных условиях для смены врача
необходимы исключительные причины. Это не столько вопрос этики
профессиональных взаимоотношений; такие проблемы не должны повредить
отношениям друзей. Просто второй доктор лишен необходимых для успешного
лечения сведений. Правила требуют, чтобы в случае благотворного действия
первого лекарства от него не отказывались, пока не будет исчерпана возможная
от него польза. Как же может оценить это новый врач? Поэтому его долг -
уговорить пациента вернуться к первому врачу.
Как правило, после первого приема лекарства, подобранного правильно,
исчезают те симптомы, по поводу которых оно было назначено. Картина болезни
изменяется, исчезают ведущие, ключевые симптомы, и остаются мало о чем
говорящие, тривиальные. Конечно, если подождать достаточно долго, ключевые
симптомы появятся вновь. Однако врач чаще всего старается назначить что-либо
при первой встрече с больным, вместо того, чтобы подождать. Он основывает
свое назначение на этих остаточных симптомах. Чего следует избегать, так это
спешки при втором назначении. Остается только пожалеть больного, попавшего к
такому торопливому доктору. Я не раз слышал от пациентов: "Доктор Такой-то
сперва отлично мне помог, но потом дело застопорилось". Понятно, что этот
доктор сделал сначала правильное назначение, замечательно помог пациенту. Но
потом он начал назначать что-то в спешке и суете, и это уже было бесполезно.
Беда в том, что он достаточно не выждал. Не важно, совесть ли не позволила
ему назначить Saccharum lactis или он не сделал это по невежеству -
результат одинаков. Слишком частое повторение лекарства, постоянный прием
одного и того же средства лишает вас всякой надежды на правильное второе
назначение. Назначив правильное средство, но повторяя его прием слишком
часто, вы никогда не дадите возможности симптомам вернуться и правильно
сделать второе назначение. Симптомы больного перемешаются с патогенезом
лекарства. Само понятие второго назначения предполагает, что:
а) первое назначение было правильным и подействовало;
б) оно полностью отработало.
Без выполнения этих условий у нас нет возможности приступить к
повторному обследованию больного.
Это обследование проводится, когда полностью прекратятся вызванные
первой дозой изменения состояния пациента. Покуда продолжаются вызванные
лекарством появления и исчезновения симптомов, любое новое назначение только
испортит дело. Ничего не получится, если после первого приема организм не
получит отдыха от лекарства.
Итак, соблюдены все предосторожности. Первое, что мы собираемся
обнаружить, - это возвращение исходных симптомов, хотя бы и не столь
выраженных, как до приема лекарства. Пока продолжается вызванная лекарством
неразбериха в организме, пока устанавливается новый порядок, мы не видим
исходных симптомов. Это может продолжаться несколько дней, недель или
месяцев, но без них мы ничего не можем сделать.
Что может гомеопат без симптомов? Кроме них, ничто на свете не поможет
нам выбрать лекарство, так что врач обязан ждать возвращения исходных
симптомов. Если они возвращаются в исходном виде, но изменившись по
интенсивности -усиленные или ослабленные - это замечательно. Иначе говоря,
сначала некоторое облегчение, а затем возвращение почти к исходному
состоянию через месяц или два. Теперь врачу не требуется почти никакой новой
информации, чтобы удостовериться в правильности первого назначения. Раз
вернулись и общие, и частные симптомы - значит, больной излечим, и второе
назначение должно быть повторением первого.
Другое возможное обоснование для второго назначения -появление
множества новых симптомов, меняющих старые. Не старые возвращаются, а новые
занимают их место. Пациент говорит вам: "Отлично, доктор, Вы вылечили меня
от моей болезни, но теперь у меня появилось вот что!" Изучив эти новые
симптомы, врач с удивлением находит их в патогенезе назначенного им
средства. Это уже похоже на лекарственную болезнь. Он спрашивает, не было ли
у пациента таких симптомов когда-либо прежде. "Не припоминаю, доктор".
Спросите о том же, но иначе, и если это действительно новые симптомы -
назначение было неправильным.
Лекарство не было подобным, оно усугубило состояние, вызвав
лекарственную болезнь. Плохо, если эти новые симптомы требуют назначения
антидота. Для этого следует изучить взаимодействие новых симптомов со
старыми, и новое лекарство должно быть подобно скорее новым симптомам, чем
прежним.
Всякое следующее назначение по необходимости должно -принимать в расчет
все, что было до него, так что третье, четвертое, пятое назначение делаются
так же, как и второе. После первого неудачного назначения все последующие вы
будете делать с трудом и тревогой на сердце.
Если развитие болезни вашего пациента заходит в тупик, обычно в новом
назначении нет необходимости. После первого приема лекарства симптомы
меняются, как им и следует:
одни сменяли другие, появлялись новые, но, в конце концов, все
вернулось к исходной точке. Эти исходные симптомы выражены незначительно, но
они не причиняют больному особых страданий - это застой, тупик. Пациент
говорит: "Вроде и нет ничего, и вроде не выздоровел. Застой какой-то". Тогда
врачу остается лишь ждать, и ждать долго.
Если и по прошествии нескольких месяцев ничего не происходит и нет
никакой тенденции к выходу болезни на поверхность, то еще один прием того же
лекарства не принесет вреда. Вы не можете назначить новое лекарство: ничего
не изменилось и ничто не указывает вам на новое средство. А новый прием того
же лекарства может подтолкнуть больного по пути выздоровления.
Не спешите с новой дозой. Когда пациент в тупике - ждите и не спешите.
Возвращение исходных симптомов, как и в первом случае, поможет вам
определиться с выбором лекарства.
Второе назначение, технически говоря, это следующее за подействовавшим.
Вы можете назначить дюжину не оказывающих на организм эффекта лекарств,
специфическое назначение так и не будет сделано. Можно потратить сколько
угодно времени, назначая лекарства ни к селу, ни к городу, -результата не
будет никакого.
Считайте за первое назначение только то, которое подействовало, вызвало
положительные перемены в организме, а следующее за ним будет вторым.
Когда следует сменить лекарство? При каких обстоятельствах это
необходимо?
Один случай я уже упоминал: появление новых четко выраженных симптомов,
т. е. смена самого основания для вашего назначения. Например, исчезновение
державшейся очень долго головной боли и появление совершенно новой группы
симптомов, которых никогда прежде у больного не было. Такой результат
действия лекарства означает, что вы должны назначить новое средство.
Представим себе теперь другую ситуацию, также требующую смены
лекарства. Годами вы лечите своего больного от хронической
конституциональной болезни. Вы прошли уже все разведения - от низких к
высоким, постоянно добиваясь хорошего эффекта. Вы назначали каждое
разведение до тех пор, пока его лечебный эффект не был исчерпан, а затем
переходили к более высокому. Так вы прошли всю шкалу разведении. При
недостатке симптомов вы можете назначить это лекарство только потому, что
знаете по опыту: оно является для этого больного конституциональным. Даже
если симптомы переменились настолько, что на основании новых вы ни за что не
назначили бы этого лекарства, но оно тем не менее продолжает помогать - не
меняйте лекарства.
Многие врачи говорят: "Когда меняются симптомы, я меняю лекарство".
Таким путем они пациента не лечат, а губят. Если симптомы изменились, а
больному не стало лучше - тогда меняйте лекарство. Если же симптомы
изменяются, а больному все лучше и лучше - не меняйте лекарства, пока
сохраняется эта благотворная тенденция.
Часто на поверхность выходят явно забытые симптомы. Пациент их не
ощущал, не воспринимал, как не воспринимается тиканье часов на стене. Многие
из "новых" симптомов есть старые, но вернувшиеся вновь. Скажем, ваша
пациентка и сама не узнает своих старых симптомов, но в конце концов
кто-нибудь из домашних обрадует вас: "А, это у мамы уже было тогда-то,
просто она забыла". Очень часто так бывает с выздоравливающими.
Итак, пока больной поправляется от вашего лекарства, изменились ли
симптомы или нет, - не назначайте нового препарата! Сомневаетесь - ждите.
Возьмите себе за правило не бросать удачно подобранного лекарства, не
испробовав еще одного разведения, повыше. А вот когда очередное, самое
высокое в ряду примененных, разведение будет принято и окажется
неэффективным, тогда и только тогда вы можете сказать, что лечебное действие
этого лекарства исчерпано и необходима перемена.
Теперь давайте рассмотрим ситуацию, при которой требуется назначение
комплементарного средства, - действие второго приема должно дополнить
действие первого. Это также означает смену лекарства.
Для примера возьмем смышленого, большеголового, голубоглазого мальчика
4-5 лет. Он часто простужается, и каждая простуда проявляется симптомами со
стороны головы: кр