Самуил Яковлевич Маршак. Статьи, выступления, заметки, воспоминания
страница №10
... в книгах по теории поэзии.Несравненно больше в стихах законов, еще не обнаруженных и не
сформулированных, чаще всего относящихся лишь к данному стихотворению.
Понять их может только человек, умеющий вслушиваться и вдумываться в то, что
читает, - в ту или иную форму строфы, представляющей собой довольно сложную
постройку, в сочетание звуков, в стихотворный размер и ритм, регулирующий
дыхание.
Даже большие актеры, тщательно отделывающие каждую свою роль, гораздо
менее строги к себе, когда выступают в качестве чтецов. Помню, как один из
таких актеров читал строчки Лермонтова:
Моей любви ты знала ль цену?
Ты знала, - я тебя не знал! {1}
Во второй строчке он делал ударение на слово _"тебя"_, придавая этому
слову адвокатски обличительную интонацию и даже трагически указуя перстом на
воображаемую особу, которой посвящены стихи.
Ты знала, - я _тебя-я-я_ не знал!
Но у Лермонтова нет ритмического ударения на слове "тебя", нет этого
театрально-эффектного обличения, которое придумал актер. С глубоким
огорчением и разочарованием, но очень сдержанно и тихо произносит поэт
слова:
Ты знала, - _я_ тебя не знал.
Стихи написаны ямбом, и словом "я" кончается вторая стопа.
Следовательно, и стихотворный размер требует, чтобы ударение - ритмическое и
смысловое - падало на слово "я".
Нарушение ритма ведет не только к искажению смысла. Оно мешает чтецу, а
заодно и слушателю понять, в чем настоящая сила стихов, в чем их поэтическая
прелесть. Чтец "украшает" стихи вместо того, чтобы почувствовать и передать
их подлинную красоту. Любуясь собственным голосом и эффектно демонстрируя
его, чтец очень часто как бы заглушает слова поэта, мешает слушателю
воспринять всю их серьезность и реальность.
В таких случаях происходит не сложение, а вычитание сил. Если у автора
и чтеца не сходятся интонации, темп, ритм, исполнитель не дополняет и не
обогащает произведение, а только грабит его, лишает здравого смысла и
подлинного чувства.
Шаляпин не был ни драматическим актером, ни чтецом. Но как чуток был он
к слову, как умел он проявлять каждое слово, а не заглушать его своим
великолепным голосом, как строго выверена* и точна была у него каждая
интонация.
Казалось бы, чтец должен не менее бережно относиться к слову, должен
чутко чувствовать его силу, вес, возраст. Таким чтецом был покойный Яхонтов.
Временами он достигал такой силы, что нам казалось, будто у нас на глазах
рождаются поэмы Пушкина и стихи Маяковского. Строго и чутко относился к
стиху Антон Шварц. Есть и в наше время хорошие чтецы. Игорь Ильинский не
только превосходно чувствует подлинную интонацию поэтической речи, но и
умеет жить в ритме, сохраняя в то же время прелесть свободной импровизации.
Но все это - только исключения из общего правила. В большинстве же
случаев мы слышим со сцены и с эстрады искаженное или слабое подобие стихов.
И хорошо еще, если исполнитель не перевирает и не путает текста. Уже за одно
это можно простить ему многие прегрешения.
От актера и чтеца часто зависит судьба стихов. Правда, люди не только
слушают стихи, но и читают их сами. Однако при этом большинство читателей
теряет очень много. Поэтическое слово требует полного и внятного звучания.
Чтение вслух нельзя заменять чтением про себя. Нам нужны хорошие поэтические
концерты, которые оживили бы умолкнувшие голоса Шекспира, Пушкина,
Баратынского, Лермонтова, Гете, Гейне, Бернса, Беранже, Шевченко, Фета,
Тютчева, Блока, Маяковского - и заставили бы чаще и громче звучать голоса
современных поэтов. Какое огромное поэтическое богатство таим мы под спудом,
богатство, которое так жизненно необходимо идущим нам на смену поколениям.
Об устройстве серьезных и надолго запоминающихся концертов поэзии
должна позаботиться не одна только Госэстрада. Эту почетную задачу должны
взять на себя наши большие академические театры, которым такое дело и по
плечу, и по пути.
<ВЫСТУПЛЕНИЕ НА ШЕКСПИРОВСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ В СТРАТФОРДЕ-НА-ЭЙВОНЕ>
В этот прекрасный старинный город - столь дорогой для сердец всех
почитателей Шекспира - я приехал не как шекспировед, а как поэт, один из
тех, кто посильно потрудился, чтобы Шекспира узнали и полюбили во всех
уголках обширной России.
Я нахожусь здесь благодаря человеку, чьи имя и слава собрали нас
вместе, - благодаря Шекспиру, которого тоже связывала с его произведениями
не теория, а практика, ибо при всем своем величии он не был профессором
литературы, а был поэтом.
И я прибыл сюда для того, чтобы передать вам самый горячий привет и
лучшие пожелания от моих соотечественников-литературоведов, актеров,
режиссеров и всех ценителей Шекспира.
Я счастлив и горд тем, что могу сообщить вам о непрерывном и быстром
росте популярности Шекспира в моей стране от поколения к поколению.
На сценах наших театров, даже в самых отдаленных маленьких городках,
Шекспир - не редкий гость, а постоянный жилец. И о талантливости наших
актеров судят по тому, насколько успешно они справляются с шекспировскими
ролями.
Но если до революции тех, кто знал и ценил Шекспира, насчитывались
тысячи, то теперь их уже - миллионы. Даже в самые трудные времена
гражданской войны любой московский театр, ставивший шекспировский спектакль,
наполнялся до отказа. Недавно мне довелось увидеть старую афишу, извещавшую
о шести пьесах Шекспира, представленных в один и тот же вечер 1920 года, - а
поверьте мне, 1920 год не был для нас легким годом.
За сорок лет существования Советского Союза общее количество изданных у
нас на различных языках томов с произведениями Шекспира только на одну или
две тысячи не дошло до трех миллионов.
С сонетами познакомились старики и молодежь городов и деревень всех
наших республик.
Первой и простейшей причиной роста у нас популярности Шекспира является
всеобщее образование, открывшее широкий доступ к литературе народным массам
по всей стране, включая многие нации, которые сорок лет тому назад не имели
даже своего собственного алфавита.
Другая причина заключена в самом Шекспире. Его могут понять самые
простые, не умудренные культурой люди, и в то же время он обогащает и тех,
кто способен видеть дальше и глубже.
Когда я переводил его сонеты, такие прекрасные и мудрые, я не раз
задавал себе вопрос: Почему эти стихи (так же как и многие отрывки из пьес)
действуют на меня сильнее, чем самые мудрые и глубокие строчки всех других
поэтов давних времен - поэтов, также, как и Шекспир, говоривших о жизни,
смерти, любви, вечности? Шекспир, подобно им, видел светлые и темные стороны
жизни, постоянство и непостоянство человеческих характеров. Но его конечный
вывод всегда оптимистичен - в подлинном смысле этого слова. Ромео и
Джульетта могут погибнуть, и все же они торжествуют над холодной старостью с
ее холодными старыми предрассудками.
Оптимизм Шекспира - оптимизм, сознающий все опасности и ужасы жизни и
все же имеющий смелость смотреть на них с широко открытыми глазами - высшее
проявление человеческой сущности. Без него люди не смогли бы жить, не смогли
бы любить, не смогли бы бороться за лучшую жизнь на земле,
То, что сближает людей, лежит не на поверхности душ, которая у всех
человеческих существ разная. Поверхностное скорее разделяет, нежели
объединяет людей. Сближают нас наши более сокровенные мысли и чувства.
Тончайший, показанный Шекспиром пример этого - борьба между глубокой
любовью, объединившей Ромео и Джульетту, и мелкими предрассудками Монтекки и
Капулетти, которые силились их разъединить.
Свойство, лежащее глубоко в нашем сердце, - любовь к красоте и правде в
искусстве и литературе (а оно присуще нам всем), - одна из величайших,
связывающих нас сил. И доказательством этому служит место, занимаемое
Шекспиром в мире и в сердце человека.
<ОБРАЩЕНИЕ К УЧАСТНИКАМ ВЕЧЕРА ПАМЯТИ ХЛЕБНИКОВА>
Дорогие товарищи,
Я очень жалею, что по нездоровью не могу быть сегодня у вас на вечере,
посвященном памяти поэта Велимира Хлебникова {1}.
О нем редко вспоминали критики и литературоведы за последние три
десятка лет,
Почему же его так усердно замалчивали? Не был ли он нам политически
чужд и враждебен?
Нет, мы знаем, что Хлебников предчувствовал и предсказывал революцию
задолго до ее наступления {2} и был одним из первых поэтов, приветствовавших
ее приход. В годы революции были написаны его лучшие стихи и поэмы {3}.
С глубоким уважением и благодарностью говорил о нем Владимир Маяковский
{4}.
Но, может быть, ему ставят в вину чрезмерную сложность, необычность и
непонятность его стихов?
Но ведь очень многие обвиняли (да и до сих пор обвиняют) в тех же
грехах, то есть в сложности, непонятности, необычности, и Владимира
Маяковского.
Да, Хлебников сложен и часто непонятен. Есть у него стихи, для которых
нужен ключ - знание того, когда и при каких обстоятельствах стихи были
написаны.
Но бОльшая часть его стихов становится вполне понятна, если в них
пристально _вглядишься, вслушаешься, вдумаешься_.
А есть у него и совсем простые и ясные стихи, как например:
Мне мало надо -
Краюшка хлеба
И капля молока,
Да это небо,
Да эти облака {5}.
Или, скажем, стихи о Кавказе или о букве "Л".
А сложной его форма бывает часто оттого, что сложно содержание.
Вы знаете, конечно, что я люблю в стихах предельную ясность.
Но это ничуть не мешает мне ценить Хлебникова, поэта большой силы,
глубоко чувствующего слово, владеющего необыкновенной меткостью и точностью
изображения (вспомните его "Сад").
Конечно, к Хлебникову, как и ко всем поэтам, надо подходить критически.
На некоторых его стихах лежит печать временных и случайных влияний,
характерных для тех лет, когда они были написаны.
Иной раз усложненность формы была у него протестом против трафаретных,
гладких, прилизанных и бедных мыслью стихов, про которые можно было сказать
то же, что говорил художник Татлин {6} по поводу многих столь же трафаретных
и поверхностных рисунков:
- Одна только пленка, а существа никакого нет!
Надо уметь отличать Хлебникова, поэта глубокого и серьезного, от тех
его современников, которые превращали высоко организованную человеческую
речь в набор нечленораздельных звуков или в язык дикаря. Хлебников не из их
числа. У него - своя система мысли и слова, сложная и своеобразная.
Я много слышал о юных годах Хлебникова от его профессоров и товарищей
по Казанскому университету. Они рассказывали, что еще в студенческом
возрасте Хлебников был полон достоинства и вызывал к себе всеобщее уважение.
Профессора находили у него замечательные математические способности.
А по рассказам близко знавших его людей можно заключить, что это был
человек редкой душевной чистоты, бескорыстия, серьезности.
Да все это видно и по его стихам.
Москва,
19-IV-1961 г.
О МАРИИ ПАВЛОВНЕ ЧЕХОВОЙ
В Ялте жили цари, богатые купцы, фабриканты, генералы, опереточные
дивы, эмир бухарский... Бывали здесь, отдыхали и лечились и замечательные
писатели, художники, артисты - сам Лев Толстой, Горький, Бунин, Куприн,
Найденов, Шаляпин, Станиславский, Коровин, - всех и не перечислишь. Под
ялтинским солнцем коротали свои последние дни чудесный молодой художник
Федор Васильев и поэт безвременья, кумир тогдашней молодежи, бедный Надсон.
И все же, говоря о Ялте, прежде всего вспоминаешь одно имя - Антона
Павловича Чехова. С этим именем Ялта связана навеки. Мелькают годы,
десятилетия, а до сих пор кажется, что в белом чеховском доме на краю города
по-прежнему живет его хозяин. На входной двери дома - скромная медная
дощечка: "А. П. Чехов". В каждой из небольших комнат, на верандах и дорожках
сада - невидимые следы его ног. Здесь он думает, пишет, читает, грустит,
смеется, покашливает, сажает в саду деревья.
И еще один человек живет и будет всегда жить в этом доме - сестра
Чехова и его лучший друг, Мария Павловна. Она появилась здесь впервые еще до
постройки дома, наблюдала за его постройкой, а потом подолгу жила в комнатке
наверху и при жизни своего брата, и многие годы после его кончины.
И пока она по-хозяйски ходила по этим комнатам или сидела в своей
светелке, дом оставался жилым, по-настоящему чеховским, хоть и был уже
учреждением - музеем. Таким он встретил великую революцию, таким пережил и
Великую Отечественную войну, и многие годы после нее.
И дело было не только в том, что тут живет сестра Чехова, беззаветно
посвятившая ему всю свою жизнь. Нет, Мария Павловна была хранительницей его
памяти, частицей его живой души. Да и очень похожа она была на своего брата.
Похожа не только внешне, но и многими чертами характера - скромностью,
чуждой какой бы то ни было фальши и ложного пафоса, редкой наблюдательностью
и юмором.
Помню один из разговоров с ней. Мы долго ходили по дому, и я, старый
курильщик, не мог удержаться от вопроса:
- Мария Павловна, где тут у Вас разрешается курить?
- Да курите, курите! - сказала она.
- А разве можно?
- В доме у Чехова все можно - и курить, и танцевать, в даже на голове
ходить!
Этот шутливый ответ сразу дал мне почувствовать характер чеховского
дома - не музея, а именно дома.
Еще больше я это почувствовал, когда Мария Павловна у себя в верхней
комнатке, напоминавшей капитанский мостик корабля, рассказывала мне - не
подряд, не обстоятельно, как любят рассказывать старые люди, а урывками,
отдельными чертами и эпизодами - о жизни брата.
Бывало, он пишет внизу, в кабинете или примостясь у подоконника в своей
спаленке, а в верхней комнате у Марии Павловны соберутся подруги,
разговаривают, смеются. Услышав краем уха отголоски смеха, брат прервет на
минутку работу и, неслышно ступая по крутой лестнице, придет послушать, о
чем болтает молодежь.
Вспоминала она и таганрогские годы, времена юности и ранней молодости
Антона Павловича. Еще гимназистом он очень любил ходить в театр, на что
требовалось особое разрешение инспектора. Но он ходил и без разрешения,
сменив гимназическую форму на штатское платье. Любила театр и мать Чехова. И
когда в конце действия опускался занавес и зрители, аплодируя, шумно
вызывали популярных актеров, она слышала в хоре голосов и юношеский голос
своего сына сверху, с галерки. Но называл он из озорства не актерские
фамилии, а фамилии известных всему городу тузов, солидных местных
фабрикантов и банкиров. Тут только мать, обернувшись назад, замечала на
галерке его худощавую и рослую фигуру.
Никто не мог лучше, живее, чем Мария Павловна, нерв дать черты
прихотливого и всегда неожиданного юмора, свойственного Антону Павловичу во
все периоды его жизни, но особенно бурного в юности.
И самой Марии Павловне никогда не изменяло чувство юмора. Не изменяла
ей и необыкновенная общительность.
До самых последних лет она любила принимать гостей и устраивать у себя
в чеховской гостиной за широко раздвинутым столом ужины, длившиеся до
поздней ночи. Она сидела во главе стола, прямая и стройная, живо откликаясь
на все, о чем шла речь. Трудно бывало поверить, что ей уже девяносто и даже
за девяносто лет.
Кстати, она терпеть не могла упоминания о ее возрасте и во время игры в
лото шутливо, а может быть, и всерьез сердилась, когда выпадало ненавистное
ей число 90.
Мария Павловна была неутомимой и зоркой хозяйкой. Несколько раз в день
поднималась она и спускалась по лестнице, ведущей в ее комнату. Помню, как
после долгого ужина, бережно, как ребенка, брал ее, легкую, почти невесомую,
на руки Иван Семенович Козловский и, несмотря на ее протесты, уносил наверх.
Я знал немало стариков, хорошо помнивших далекое прошлое. А Мария
Павловна отлично помнила не только давно прошедшие, но и недавние годы.
За несколько лет до ее смерти я как-то побывал у нее со своим другом,
драматургом и критиком, ныне покойной Тамарой Григорьевной Габбе, блестящей
собеседницей, живым и остроумным человеком. Посидели мы у Марии Павловны
всего только полчаса. Она не запомнила имени моей спутницы, но в продолжении
двух-трех лет каждый раз при нашей встрече спрашивала:
- А где сейчас эта белокурая и такая острая?..
До последних своих дней Мария Павловна любила жизнь, любила радость и
шутку. К одному из моих приездов, чтобы порадовать меня, она даже выучила
наизусть одно из моих шутливых стихотворений. В ее возрасте это было
настоящим подвигом.
После смерти Марии Павловны дом Чехова в Ялте второй раз осиротел. Но
до тех пор, пока он стоит, в нем будет жить вместе с Чеховым его
самоотверженная, чистая душой, умная и наделенная долей чеховского таланта
сестра.
Ялта,
12 октября 1963 г.
<О ШЕКСПИРЕ>
<Выступление по английскому радио>
Книги, как и люди, не переходят из класса в класс без экзамена. Даже
самым знаменитым книгам приходится держать экзамен у каждого нового
поколения в каждой стране. И бывает, что книга, мирно и спокойно стоящая на
полке, как-то незаметно теряет свою жизненность и остроту. С ней происходит
какой-то невидимый химический процесс. Проступает ее скелет-схема, которая
была замаскирована недолговечными покровами. Но, к счастью, есть книги, не
поддающиеся разоблачающему воздействию времени.
Столетия, прошедшие со дня смерти Шекспира, - достаточный срок для
самой строгой и многократной проверки. И какие столетия это были, как много
великих событии уместилось в них. В таком бурном океане времени мог бы
потерпеть крушение и пойти ко дну самый устойчивый и хорошо оснащенный
корабль. Этого не случилось с Шекспиром. Его чествует весь мир, так сильно
изменившийся после него. В праздновании его 400-й годовщины наряду с
народами старой культуры принимают участие племена, которые в его эпоху были
"dull and speechless tribes" {Непросветленные и бессловесные племена
(англ.). Шекспир, сонет 107-й.} и которые наконец заговорили.
Даты юбилеев не назначаются по произволу. Они предопределены. Но для
юбилея Шекспира нельзя было бы выбрать более подходящего времени, чем наши
дни - время великих подвигов и великих преступлений, время решительной
борьбы за гуманизм.
Если многим людям прошлого и начала нынешнего века казались
преувеличенными и неправдоподобными характеры шекспировских трагедий и
хроник - Калибан {1}, Макбет, леди Макбет, Ричард Третий, Клавдий {2}, Яго и
другие, - то последние десятилетия полностью оправдали самую мрачную
фантазию великого драматурга. И тем дороже стали человечеству образы
Гамлета, Ромео, Джульетты, Корделии {3} - всех тех, кто противостоит людям
низменных страстей и темных предубеждений.
Перечитывая Шекспира, с грустью думаешь: как это могло случиться, что
до сознания человечества до сих пор не дошли такие простые, четкие,
вещественно осязаемые слова о равенстве людей всех рас и национальностей,
вложенные Шекспиром в уста Шейлока: {4} "...я жид. Да разве у жида нет глаз?
Разве у жида нет рук, органов, членов тела, чувств, привязанностей,
страстей? Разве не та же самая пища насыщает его, разве не то же оружие
ранит его, разве он не подвержен тем же недугам, разве не те же лекарства
исцеляют его, разве не согревают и не студят его те же лето и зима, как и
христианина? Если нас уколоть - разве у нас не идет кровь? Если нас
пощекотать - разве мы не смеемся? Если нас отравить - разве мы не умираем?"
{Монолог Шейлока в автографе - по-английски. Здесь - в переводе Т.
Щепкиной-Куперник. (Прим. ред.)}
Разумеется, эти слова не могут дойти до слуха фашистов или
южноафриканских расистов, но они остаются на знамени всего передового
человечества и ждут своей полной победы.
И чем больше становится у Шекспира читателей (а число их растет с
каждым годом), тем больше основания надеяться, что он дойдет наконец до
сердец всех людей на земном шаре, что он не будет только развлекать зрителей
в театре и служить материалом исследований и лекций, а будет воздействовать
на жизнь всей силой своего светлого и могучего таланта.
Я рад, что в нашей стране Шекспир становится достоянием миллионов
зрителей и читателей даже в тех отдаленных краях, где население до революции
не умело читать. В наших среднеазиатских республиках его читают и смотрят в
театрах не меньше, чем в Москве, Ленинграде, Киеве.
Молодой актер Смоктуновский, которого в Англии и других странах знают
по фильму Козинцева "Гамлет", сумел дать в своем Гамлете образ современного
молодого человека, не модернизуя этот образ и оставаясь верным стилю
подлинника.
Смоктуновский имел на это право. Шекспировские образы потому и живы,
что люди каждого поколения находят в них себя.
И не только Шекспир-драматург нашел у нас - можно смело сказать -
вторую родину, но и Шекспир-поэт, автор поэм и сонетов.
Переводы сонетов, неоднократно издававшиеся у нас, вышли отдельными
изданиями, а также в собраниях произведений Шекспира с 1946 года по 1964
общим тиражом девятьсот шестьдесят тысяч экземпляров. Книгу сонетов можно
увидеть в руках у рабочего или шофера такси. Такая судьба редко выпадала на
долю книги стихов.
Наши виднейшие композиторы - Прокофьев, Шостакович - создали на темы
Шекспира замечательную музыку. Достаточно вспомнить балет Прокофьева -
"Ромео и Джульетта" и музыку Шостаковича к фильму "Гамлет".
Во всех краях Советского Союза так же благоговейно и благодарно
чествуют английского драматурга и поэта, как и у него на родине.
На большой карте мира ярко сверкает в эти дни едва заметная на ней
точка - Стратфорд-на-Эйвоне.
ПРИМЕЧАНИЯ
СТАТЬИ. ВЫСТУПЛЕНИЯ. ЗАМЕТКИ. ВОСПОМИНАНИЯ
В этот раздел включены статьи, не вошедшие в книгу "Воспитание словом"
и либо не переиздававшиеся с момента первой публикации, либо до сих пор не
печатавшиеся.
Театр для детей. - Впервые в журнале "Просвещение", Краснодар, 1922, э
3-4 (7-8), январь - март.
О работе С. Я. Маршака в Краснодарском театре для детей подробнее см.
комментарий к т. 2 наст. изд.
1 Труппа Чистякова - детская балетная труппа, которая в начале века
выступала под руководством балетмейстера и антрепренера Ивана Александровича
Чистякова на детских утренниках в театре "Пассаж".
2 Лидия Чарская (псевдоним Чуриловой Лидии Алексеевны, 1875-1926) -
автор повестей и романов из институтского и "великосветского" быта. О судьбе
Чарской в послеоктябрьскую эпоху см. ""Дом, увенчанный глубусом") (т. 7,
наст, изд.), а также книгу В. Шкловского "Старое и новое", "Детская
литература", М. 1966.
3 Речь идет о цикле феодально-рыцарских романов, сложившихся вокруг
имени легендарного вождя бриттов V-VI веков, героически защищавшихся от
англосаксов. Романы о короле Артуре и его рыцарях (Ланселоте, Тристане и
др.) появляются сначала на французском, а затем (XIII-XIV вв.) на английском
языке. Произведения на этот сюжет создавались и позднее. В частности, им
воспользовался в цикле своих поэм английский поэт Альфред Теннисон
(1809-1892).
4 Обераммергау - селение в Германии, где с XIX века осуществляется
постановка мистерий - жанра западноевропейского религиозного театра XIV-XVI
веков (показ "Мистерии страстей господних").
5 Имеется в виду бульварная разновидность литературы о детективах,
излюбленным героем которой был Нат Пинкертон. Его прототипом является
американский сыщик А. Пинкертон, основавший в 1850 году) сыскное агентство.
Низкий идейный и художественный уровень "пинкертоновщины" не мешал многим
издателям дореволюционной России поощрять ее выпуск из коммерческих
соображений.
6 Андерсен Ханс Кристиан (1805-1875) - датский писатель. Известность
приобрел своими "Сказками для детей" (1835-1837), "Новыми сказками"
(1844-1848), "Историями" (1852-1853).
7 Уайльд Оскар Фингалл О'Флаэрти (18561900) - английский писатель,
прозаик и драматург, автор 2-х сборников сказок для детей: "Счастливый
принц" (1888) и "Гранатовый домик" (1891).
8 Роман испанского писателя Мигеля Сервантеса де Сааведра (1547-1616).
9 Речь идет о романе английского писателя Даниеля Дефо (1660-1731).
10 Роман английского писателя-сатирика Джонатана Свифта (1667-1745).
11 Роман американской писательницы Гарриет Бичер-Стоу (1811-1896).
12 Воинов Ростислав Владимирович (18811919) - русский скульптор и
художник, много работавший в области создания детской игрушки.
13 "Аленький цветочек" - приложение к повести Сергея Тимофеевича
Аксакова (1791-1859) "Детские годы Багрова-внука" (1856-1858). Это сказка,
которую герой книги Сережа слышал от ключницы Пелагеи.
14 Сб. пьес "Театр для детей", написанный С. Я. Маршаком в соавторстве
с Е. И. Васильевой, вышел в Краснодаре в 1922 году.
Печатается по тексту журнальной публикации.
Издали и вблизи. - Впервые в сб.: "Горький", Госиздат, М. -Л. 1928.
К воспоминаниям о своих первых встречах с А. М. Горьким С. Я. Маршак
возвращается также в статье "Две встречи в Крыму" (см. т. 7 наст. изд.).
1 Стивенсон Роберт Льюис (1850-1894) - английский поэт и прозаик, автор
приключенческих романов: "Остров сокровищ" (1883, русск. пер. -1889),
"Черная стрела" (1888, русск. пер. - 1914), "Похищенный" (1886, русск. пер.
- 1901) и др. Перевод баллады Стивенсона "Вересковый мед" см. в т. 3 наст.
изд.
Печатается по тексту первой публикации.
О большой литературе для маленьких. - Впервые под тем же названием (как
текст доклада I Всесоюзному съезду писателей) на правах рукописи с
подзаголовком "Материалы к I Всесоюзному съезду советских писателей", ГИХЛ,
М. 1934.
В отрывках в "Литературной газете", 1934, э 41, 20 августа; в газетах:
"Правда", 1934, э 229, 20 августа, "Комсомольская правда", 1934, э 194, 21
августа.
Полностью в книге: "Первый Всесоюзный съезд советских писателей, 1934
г.". Стенографический отчет, "Художественная литература", М. 1934; в том же
году издан отдельной брошюрой - "Художественная литература", М. 1934.
В 1957 году С. Я. Маршак переработал текст своего доклада на I
Всесоюзном съезде писателей. Позже материал разделов IV и VI был использован
автором в статьях "О кораблях и караванах" и "Сказка крылатая и бескрылая",
вошедших в книгу "Воспитание словом".
В данном издании редколлегия, учитывая последнюю волю писателя, сочла
возможным опубликовать доклад в виде статьи полностью, как его переработал
автор в 1957 году.
По предложению А. М. Горького, выступившего на I Всесоюзном съезде
писателей с основным докладом о советской литературе, С. Я. Маршаку было
поручено сделать вслед за ним содоклад о советской детской литературе. Как
пишет Лидия Чуковская: "Мысли Маршака о литературе для детей, исходные
положения его редакторской практики были Горькому близки и родственны.
Всякий, кто даст себе труд внимательно сопоставить высказывания о детской
литературе Маршака с высказываниями Горького, не может не заметить этом
близости, этой идейной родственности, и не только в общеидеологическом
смысле".(Лидия Чуковская, В лаборатории редактора, "Искусство", М. 1960,
стр. 302-303), Маршак и близкие ему писатели сыграли значительную роль в
предыстории "Большой литературы для маленьких". В конце 1922 года при
библиотеке детской литературы Педагогического института дошкольного
образования в Петрограде организовался кружок детских писателей (С. Я.
Маршак, Б. С. Житков, В. В. Бианки, О. И. Капица, Е. П. Привалова и др.).
Члены кружка затем вошли в состав редколлегии журнала "Новый Робинзон"
(бывший "Воробей"), издававшийся в 1923-1925 годах.
С. Я. Маршаку, вдохновителю дружного творческого коллектива, удалось
привлечь к детской литературе талантливых писателей, педагогов, "бывалых"
людей, художников. Л. Ф. Кон отмечает, что "Новый Робинзон" "был творческой
лабораторией, где создавалась советская литература для детей, новая и по
содержанию, и по форме. Там рождались новые темы, вовне жанры, новые
писатели. Вклад "Нового Робинзона" в детскую литературу огромен" ("Советская
детская литература. 1917-1923", Детгиз, М. I960, стр. 305). О "Новом
Робинзоне" см. также в очерке С. Я. Маршака ("Дом, увенчанный глобусом") (т.
7, наст. изд.).
Когда издание журнала было прекращено, С. Я. Маршак с группой бывших
сотрудников перешел в редакцию детской литературы в Ленинградском отделении
Госиздата. Горький высоко оценивал работу Маршак" и его коллег, В частности,
в статье "О безответственных людях и о детской книге наших дней" Горький
писал, что работники детского отдела ГИЗа, "сумели выпустить ряд весьма
талантливо сделанных книг для детей" ("Правда, 1930, э 68, 10 марта). Весной
1933 года Горький пригласил Маршака-в Сорренто, с тем чтобы разработать
проект специального издательства детской книги и подготовить докладную
записку в ЦК ВКП(б). После того как 9 сентября 1933 года было принято
постановление об организации издательства детской литературы, Горький
опубликовал "Обращение к пионерам СССР." ("Правда", 1933, э 192, 14 июля), в
котором просил ребят сообщить, какие книги они читают и желали бы прочитать.
Анализ детских писем А. М. Горький доверил Маршаку, написавшему статью "Дети
отвечают Горькому" ("Правда", 1934, э 135, 18 мая - см. .т. 7. наст. изд.).
Выраженные в ней идеи в значительной мере предваряли основные теоретические
положения доклада.
1 Речь идет о подвигах героя французского героического эпоса "Песнь о
Роланде".
2 Имеется в виду герой романа французского писателя Ж юл я Верна
(1828-1905) "Пятнадцатилетний капитан".
3 Русские популяризаторы научных сведений нередко использовали в
качестве образца детской книги известный в свое время французский роман
"Отчего и почему маленькой Сюзанны".
4 Анализ сказок и детских рассказов Л. Н. Толстого см. в статье "Мир в
картинах" (т. 7 наст. изд.).
5 В дореволюционные годы А. М. Горький написал ряд сказок для детей:
"Утро" (1910), "Воробьишко" (1912), "Случай с Евсейкой" (1912), "Самовар"
(1913), "Про Иванушку-дурака" (1916).
6 Такие произведения Дмитрия Наркисовича Мамина-Сибиряка (псевдоним Д.
Мамина, 1852-1912), как "Аленушкины сказки" (1894-1896), "Емеля-охотник"
(1884), "Зимовье на Студеной" (1892), "Серая Шейка" (1893), переведены на
многие языки мира и вошли в фонд классической детской литературы.
7 Александру Ивановичу Куприну (1870-1938) принадлежат такие известные
рассказы для детей, как "Белый пудель" (1904), "Чудесный доктор" (1897),
"Слон Зембо", (1913), "В зверинце" (1905).
8 Александр Александрович Блок (1880-1921) выпустил две книги для
детей: "Круглый год. Стихи для детей", [М.], [т-во И. Д. Сытина, Детск.
отд.] 1913 г., и "Сказки. Стихи для детей", [М.], тип. т-ва И. Д. Сытина,
[1913].
9 "Тропинка" (1906-1912) - детский журнал. В нем печатались поэты - А.
Блок, А. Белый, К. Бальмонт, А. М. Ремизов, Ф. Сологуб. "Цель и задачи
журнала, - говорилось в редакционной статье первого номера, - развивать в
детях художественное чутье, давать им занимательное и полезное чтение,
включающее религиозный и сказочный элемент". Более подробную характеристику
журнала см. в статье "О наследстве и наследственности в детской литературе"
(т. 7 наст. изд.).
10 Allegro - псевдоним поэтессы, драматурга и художницы Поликсены
Сергеевны Соловьевой (1867-1924). Выступала на страницах журнала "Тропинка",
издательницей которого она была. Перевела повесть Л. Кэрролла "Алиса в
стране чудес" (журнал "Тропинка", 1909, ээ 2-5, 7-20). В последние годы
сотрудничала в журнале "Воробей" ("Новый Робинзон").
11 Саша Черный (псевдоним Гликберга Александра Михайловича, 1880-1932)
- печатал произведения для детей в альманахе "Жар-птица" (Детские сборники
изд-ва "Шиповник", СПБ. 1911, т. I), в сборнике "Елка" (Парус, П. 1918), в
ежемесячном иллюстрированном приложении к журналу "Нива" - "Для детей" (Пг.
1917, э 1-12), а также издал "Живую азбуку", изд. "Шиповник", СПБ. 1914. В
20-30-х годах неоднократно издавались сборники его произведений для детей
(сб. "Дети", изд. "Культура", Киев, 1929; "Детский остров", Гос. изд-во, М.
- Л. 1928; "Трубочист", Гос. изд-во, М. - Л. 1930, и др.).
12 Речь идет о книге немецкого писателя Генриха Гофмана.
13 См. прим. 4 к повести "В начале жизни".
14 Речь идет о "Nursery Rhymes" - сборнике английских народных детских
потешек, загадок, считалок. Пересказ этих песенок вышел в 1910 году в
издании И. Кнебеля под названием "Гусиные песенки". Переводы С. Маршака из
"Nursery Rhymes"см. т. 2 наст. изд.
15 "Чуковский Корней Иванович (1882-1969) начал работать в детской
литературе еще до революции, выступив сначала с критикой повестей Чарской и
других образцов бульварного чтива для детей ("Лидия Чарская", газ. "Речь",
1912, 9 сентября; "Матерям о детских журналах", "Русская скоропечатня", СПб.
1911; "Нат Пинкертон и современная литература", изд-во "Современное
товарищество", М. 1908). Кроме того, им была создана имевшая большой 'успех
современная сказка "Крокодил" (1916). После революции появились "Мойдодыр"
(1923), "Тараканище" (1923), "Мухина свадьба", издававшаяся впоследствии под
названием "Муха-цокотуха" (1924), "Бармалей" (1925) и др. В 20-30-е годы К.
И. Чуковский неоднократно подвергался нападкам вульгаризаторской критики.
Горький, уделявший много внимания развитию детской литературы, накануне I
Съезда писателей в докладной записке "О детской литературе", направленной
членам комиссии по вопросу о программах школ и школьном режиме, называл
имена Чуковского, Пришвина, Григорьева и указывал, что они "были осуждены на
бездействие или не были использованы в достаточной мере из-за ошибочной
политики литературных организаций, критики и издательств" (сб. "М. Горький о
детской литературе", "Детская литература", М. 1968, стр. 111).
16 Имеется в виду статья Е. Я. Данько "О читателях Чарской" (журн.
"Звезда", 1934, э 3).
17 От "Аскольдовой могилы" до "Белого генерала". - "Аскольдова могила"
(1833) - произведение Михаила Николаевича Загоскина (1789-1852). "Белый
генерал" - повесть-хроника А. И. Красницкого из жизни генерала М. Д.
Скобелева.
18 Арсеньев Владимир Клавдиевич (18721930) - ученый-географ,
путешественник и писатель. Две книги Арсеньева - "По Уссурийскому краю" и
"Дерсу Узала" (19211923) в 1926 году были переработаны им и изданы под общим
названием "В дебрях Уссурийского края". В 1931 году эта книга была выпущена
в редакции, рассчитанной на детское чтение. Под заглавием "Дерсу Узала" она
выдержала несколько изданий.
19 В 30-е годы литература для детей пополнилась лучшими произведениями
советской литературы в специальных изданиях для юного читателя. В
сокращенном для детей варианте вышли "Чапаев" и "Мятеж" Д. Фурманова,
переработанные главы фадеевского "Разгрома" ("Амгуньский полк" и
"Метелица"). А. Толстой и А. Новиков-Прибой подготовили для детей
сокращенные редакции своих романов "Петр I" и "Цусима".
20 Марк Твен (псевдоним Самюэля Ленгхорна Клеменса, 1835-1910) -
американский писатель. В круг детского чтения вошли его произведения
"Приключения Тома Сойера" (1876, русск. пер. - 1886), "Приключения
Гекльберри Финна" (1884, русск. пер. - 1885), роман "Принц и нищий" (1881,
русск. пер. - 1884).
21 Леонид Пантелеев - псевдоним Алексея Ивановича Еремеева (р. 1908).
"Часы" (1928) и "Пакет" (1932) - произведения, закрепившие успех молодого
писателя, который в 1927 году в соавторстве с Г. Белых выступил с повестью
"Республика Шкид". Рукопись книги попала к С. Я. Маршаку. По его настоянию
она была отправлена на отзыв А. М. Горькому и принята к печати. Близкое
знакомство с Маршаком сыграло большую роль в личной и творческой судьбе Л.
Пантелеева. В своем очерке "Маршак в Ленинграде" писатель вспоминает: "Он
открыл во мне какие-то способности, кое-какой талант и ухватился за меня,
как ухватывался тогда за все мало-мальски яркое, самобытное, подающее
надежды.
На мое счастье и к моей бесконечной радости, это увлечение с годами не
остыло, а перешло в нечто большее - в дружбу.
А увлекался он - и тогда, и раньше, и позже - на каждом шагу,
постоянно, и всегда был в поисках, всегда выискивал, высматривал, где бы и
за кого ухватиться, кому бы подать руку помощи, кому бы пособить стать на
ноги. Этот дар открывателя и воспитателя он унаследовал от своих учителей -
от В. В. Стасова и А. М. Горького. Очень и очень многих заметил, нашел,
выискал, высмотрел Самуил Яковлевич среди тех бывалых людей, которым
принадлежал и штурман дальнего плавания Житков, и натуралист Бианки, и
пожарник Потулов, и водолаз 3олотовский, и полярник Безбородое, и медсестра
Будогоская, и физик Бронштейн; и политработница Васильева, и почтенный
академик Ферсман, и безусый колхозник Шорин..." (Л. Пантелеев, Избранное,
"Художественная литература", М. 1967, стр. 472).
22 Первые произведения Бориса Степановича Житкова (18821938) были
напечатаны в детском журнале "Новый Робинзон", ведущую роль в котором играл
С. Я. Маршак. По воспоминаниям К. И. Чуковского, С. Я. "встретил Житкова как
долгожданного друга. Именно такого бывалого человека, "умельца", влюбленного
в путешествия, в механику, в технику и сочетавшего эту любовь с талантом
большого художника, не хватало детской литературе тогда" (К. Чуковский,
Детство. - В кн.: "Жизнь и творчество В. С. Житкова", Детгиз, М. 1955, стр.
264).
23 Ко времени I Съезда ССП Кассиль Лев Абрамович (1905-" 1970) был
известен как автор повестей "Кондуит" (1930) и "Швамбрания" (1933).
24 Евгений Львович Шварц (1896-1958) - автор известных пьес-сказок
"Ундервуд" (1930), "Клад" (1933), "Голый король" (1934), "Снежная королева"
(1938), "Тень" (1940) и др., многое сделал в детской литературе. Как и
Житков, Шварц сотрудничал в журнале "Новый Робинзон". После того как было
прекращено издание "Нового Робинзона", Шварц работал редактором в
Ленинградском отделении Госиздата и в журнале "Еж" (1928-1935). Первым
редактором и наставником Шварца был С. Я. Маршак, оказавший большое влияние
на его творческую судьбу. В своих воспоминаниях Е. Шварц пишет: "Все
немногое, что я сделал, - следствие встреч с Маршаком в 1924 году... И я,
подумав, перебрав все пережитое с ним или из-за него, со всей беспощадностью
утверждаю: встреча с Маршаком весной двадцать четвертого года была счастьем
для мена" (Е. Шварц, Из дневника. См. сб. "Я думал, чувствовал, я жил...",
"Советский писатель", М. 1971, стр. 119-122).
25 Шестаков Николай Яковлевич (р. 1894) - автор ряда стихотворных книг
и пьес для профессионального театра юных зрителей.
26 Речь идет о книге Николая Григорьевича Смирнова (1890-1933) "Джек
Восьмеркин - американец". 06 авторе и его незаслуженно забытых остросюжетных
произведениях см. в книге И. Рахтанова "Рассказы по памяти", "Советский
писатель", М. 1966.
27 Имеются в виду "Кара-Бугаз" (1932) Константина Георгиевича
Паустовского и "Рассказ о великом плане" (1930) М. Ильина.
28 Брем Альфред Эдмунд (1829-1884) - немецкий зоолог, автор популярного
труда "Жизнь животных" (1863-1869).
29 Скотт Роберт (1868-1912) - английский полярный исследователь.
30 Нансен Фритьоф (1861-1930) - норвежский океанограф, исследователь
Арктики.
31 Пржевальский Николай Михайлович (1839-1888) - русский исследователь
Центральной Азии.
32 Вольфовские подарочные томики. - Вольф Маврикий Осипович (1825-1883)
- издатель и книгопродавец, основатель фирмы "Товарищество М. О. Вольф".
Широко поставил издание детской литературы, основал ряд журналов для детей.
Известно его подарочное издание "Золотая библиотека". Подчинял свою
издательскую деятельность главным образом коммерческим соображениям.
33 Сытинские рыночные книжонки. - Сытин Иван Дмитриевич (1851-1934) -
русский издатель и книготорговец. Созданное им печатно-издательское
предприятие выпускало самую разнообразную литературу, в том числе и
низкосортную.
34 Асбьернсен Петер Кристен (1812-1885) - крупный норвежский
фольклорист. Вместе с Иергеном My издал "Норвежские народные сказки" (1841),
затем - "Норвежские волшебные сказки и народные сказания" (1845-1848).
35 Гофман Эрнст Теодор Амадей (1776-1822) - немецкий писатель-романтик.
Для детей им написаны "Щелкунчик л мышиный король", "Чужое дитя" и др.
36 Гауф Вильгельм (1802-1827) - немецкий писатель-романтик, автор
сказок, в которых использованы сюжеты и образы немецкого фольклора и мотивы
восточных сказок.
37 Лабуле Эдуард-Рене (1811-1883) - французский публицист, ученый и
общественный деятель, автор сказки-памфлета "Принц-собачка" и нескольких
серий политических сказок.
38 Топпелиус Захарий (1818-1898) - шведско-финский поэт и прозаик,
автор сказок для детей.
39 В круг детского чтения вошли следующие произведения Всеволода
Михайловича Гаршина (1855-1888): "Лягушка-путешественница" (1887) и "Attalea
princeps" (1880).
40 Кроме "Корейских сказок", из произведений Н. Гарина (псевдоним
Михайловского Николая Георгиевича, 1852-1906) вошли в круг детского чтения
повести "Детство Темы" (1892) и "Гимназисты" (1893).
41 "Тысяча и одна ночь" - арабские сказки, получившие мировую
известность после появления французского перевода А. Галлана (начало XVIII
в.). Специально для детей выпускается в России с середины XIX века ("Аладдин
и волшебная лампа", "Алибаба и сорок разбойников", "Синдбад-мореход" и др.).
42 Перро Шарль (1628-1703) - французский писатель. Известен сборник
"Сказки моей матушки Гусыни, или Истории и сказки былых времен с моральными
наставлениями" (1697), куда вошли сказки "Красная Шапочка", "Золушка" и др.,
созданные на основе фольклора.
43 Братья Гримм, Якоб (1785-1863) и Вильгельм (1786-1859) - немецкие
ученые-филологи. Им принадлежит знаменитый сборник "Детских и семейных
сказок" (2 тт., 1812-1814).
44 Киплинг Редьярд Джозеф (1865-1936) - английский писатель. Ему
принадлежат сборник "Просто так сказки для маленьких детей" (1902) и "Книга
джунглей" (1894-1895).
45 Ричард Львиное Сердце - положительный персонаж романа английского
писателя В. Скотта "Айвенго".
46 Имеется в виду следующее высказывание К. Маркса из его работы
"Теория прибавочной стоимости": "...Так как в механике и т. д. мы ушли
дальше древних, то почему бы нам не создать и свой эпос? И вот взамен
"Илиады" появляется "Генриада" ("К. Маркс и Ф. Энгельс об искусстве", т. I,
"Искусство", М. 1967, стр. 175).
47 В 20-30-х годах группа критиков-вульгаризаторов под предлогом защиты
детей от влияния буржуазной идеологии, от мистицизма и суеверия объявила
вредным любое использование фантазии и вымысла в детских книгах. Была
сделана попытка наложить запрет на произведения народного творчества, в
частности, на сказку. Еще большее недоверие этим критикам внушала
современная сказка, прежде всего, произведения Чуковского (см. об этом главу
"Борьба за сказку" в книге К. И. Чуковского "От двух до пяти"). Эти же
"теоретики" детского чтения выступали против игрового начала в литературе
для детей, утверждая, что "с ребенком надо говорить всерьез". Статья под
таким названием появилась в 1929 году на страницах "Литературной газеты" (э
37, 30 декабря). Ее автор, Е. Флерина - председатель комиссии по детской
книге НКП РСФСР, поддерживала нападки на Маршака и Чуковского (Д. Кальм,
Против халтуры в детской литературе. - " "Литературная газета", 1929, э 35,
16 декабря). Е. Флерина писала, в частности, что не стоило бы говорить о
Чуковском и Маршаке, "если бы они не создавали направления, если бы
объединение на их платформе вокруг журнала "Еж" и Ленгиза не было бы столь
организованным и значительным по талантливости авторов данной группы. Мы
далеки от того, чтобы ставить знак равенства между К. Чуковским и С.
Маршаком, но в основе своих тенденций они солидаризируются. Тенденция
позабавить ребенка, дурачество, анекдот, сенсация и трюки даже в серьезных
общественно-политических темах - это есть не что иное, как _недоверие к теме
и недоверие, неуважение к ребенку, с которым не хотят говорить всерьез о
серьезных вещах"_. Против подобной трактовки деятельности С. Я. Маршака
протестовали К. Федин, В. Каверин, Б. Пастернак и многие другие (см.
"Литературная газета", 1929, э 37, 30 декабря). В защиту Ленинградской
редакции и ее творческих принципов выступил А. М. Горький (см. статьи:
"Человек, уши которого заткнуты ватой". - "Правда", 1930, э 19, 19 января, и
"О безответственных людях и о детской книге наших дней". - "Правда", 1930, э
68, 10 марта).
Постановление ЦК ВКП(б) "О мероприятиях по улучшению детской и
юношеской печати" (1928) и "Об издательстве "Молодая гвардия" (1931) указали
на порочность идеологических позиций вульгаризаторской критики. В своем
докладе на Первом съезде советских писателей А. М. Горький уделил особое
место роли сказки в социальном воспитании.
48 Доде Альфонс (1840-1897) - французский писатель. Для детей и
подростков издавалась "Прекрасная нивернезка" (1886), "Малыш" (1868),
"Удивительные приключения Тартарена из Тараскона" (1872).
49 Ожешко Элиза (1841-1910) - польская писательница. Некоторые ее
рассказы о тяжелой жизни крестьян издавались для детей - "Добрая пани"
(1883) и др.
50 Конопницкая Мария Юзефовна (1842-1910) - польская писательница. В
России для детей издавались ее произведения: "История о гномах и о сиротке
Марысе" (1895), "Мендель Гданьский" (1889) и др.
51 "Задушевное слово" (1877-1918) - детский журнал благонамеренного
направления. Издавался для детей младшего и среднего возраста. Печатал
статьи познавательного характера, оригинальные и переводные стихи, рассказы,
повести. Значительное место на страницах журнала занимали рассказы и повести
Л. Чарской. Более подробный отзыв Маршака об этом журнале см. в статье "О
наследстве и наследственности" (т. 7 наст. изд.).
52 Донон - содержатель известного в свое время петербургского
ресторана.
53 Фильдинг Генри (1707-1754) - английский писатель, автор романа
"История Тома Джонса, Найденыша" (1749).
54 Речь идет о героине романа Чарлза Диккенса (1812-1870) "Домби и
сын".
55 Ряд романов Чарлза Диккенса, принадлежащих к жанру "романа
воспитания", стали излюбленным детским чтением: "Приключения Оливера Твиста"
(1838, русск. пер. - 1841), "Домби и сын" (1848, русск. пер. - 1847-1848),
"Дэвид Копперфильд" (1849, русск. пер. - 1849), "Большие ожидания" (1861,
русск. пер. - 1861) и др.
56 Такие произведения Виктора Гюго (1802-1885), как "Ган Исландец"
(1823, русск. пер. - 1833), "Бюг Жаргаль" (1826, русск. пер. - 1887), "Собор
Парижской богоматери" (1831, русск. пер. - 1862), "Отверженные" (1862,
русск. пер. - 1862), "Труженики моря" (1866, русск. пер. - 1866), "Человек,
который смеется" (1869, русск. пер. - 1869), вошди в круг чтения детей всего
мира.
57 Купер Джеймс Фенимор (1789-1851) - американский писатель. Среди
подростков пользуются популярностью его романы, посвященные
североамериканским индейцам ("Зверобой", "Следопыт", "Последний из могикан",
"Кожаный чулок" и "Прерия") и морской теме ("Лоцман" и др.).
58 Льюис Кэрролл (псевдоним Чарлза Латуиджа Доджсона, 1832-1898) -
английский детский писатель, священник и математик, профессор Оксфордского
университета, автор сказочной повести "Алиса в стране чудес" (1865) и ее
продолжения - "В Зазеркалье" (1871).
59 Станюкович Константин Михайлович (1843-1903) - русский писатель. Его
книги "Морские рассказы", "Вокруг света на "Коршуне" и повесть
"Севастопольский мальчик" вошли в круг чтения детей и юношества.
60 Лукашевич Клавдия Владимировна (1859-1937) -детская писательница,
выступавшая в разных жанрах (повести, рассказы, пьесы, биографии великих
людей). В рассказах из народной жизни идеализировала крестьянский быт. См.
более подробную характеристику ее творчества в статье Маршака "О наследстве
и наследственности..." (т. 7 наст. изд.).
61 Повесть Александра Сергеевича Неверова (псевдоним Скобелева,
1886-1923) "Ташкент - город хлебный" (в переработке для детей - "Мишка
Додонов", 1925) была одним из самых популярных произведений детской
литературы 20-х годов.
62 Бляхин Павел Андреевич (1887-1961) - автор повести "Красные
дьяволята", которая пользовалась большим успехом в 20-е годы. "С нею, в
сущности, впервые в детскую книгу входила революционная героическая тема...
Повесть Н. Бляхина являлась, с одной стороны, попыткой заменить бульварную,
переводную приключенческую литературу, оживавшую в годы нэпа, и одновременно
- вывести на страницы детской книги нового юного героя, воодушевленного
идеалом современной революционной борьбы. В этом было значение этой повести,
хотя исключительные ситуации в ней заслоняли характеры и мешали создать
жизненный образ юного героя" (Л. И. Тимофеев, Введение. - В кн.: История
русской советской литературы, т. I. Изд-во АН СССР, М. 1958, стр. 80).
63 Григорьев (псевдоним Сергея Тимофеевича Григорьева-Патрашкина,
1875-1953). Впервые выступил в детской литературе с рассказом "Красный
бакен" (1923). Повести, упоминаемые Маршаком, разрабатывали
историко-революционную тему в творчестве писателя. Григорьев был одним из
зачинателей исторической повести для детей ("Берко-кантонист" - 1927,
"Мальчий бунт" - 1925) и принял участие в создании научно-художественной и
фантастической литературы ("Гибель Британии" -1926, "Радио на Маре-Сале",
1929).
64 Повесть Льва Евгеньевича Остроумова (1892-1955) "Макар-Следопыт"
(кн. 1-3, 1925-1928) рассказывала о приключениях деревенского паренька,
ставшего ...
