Юрий Ильченко. Терминатор III
страница №7
...же спустились по пожарной лестнице и бросилиськ стоящей рядом машине. В это время Т-800 ворвался в номер, увидел открытую
балконную дверь и, через секунду выскочив на балкон, увидел трогающийся
"Плимут". Робот быстро выстрелил несколько раз, но пули всего лишь
продырявили дверь, а одна из них разбила заднее стекло. "Плимут" взревел
двигателем и, буксуя и дымя покрышками, рванулся к выезду со стоянки.
Т-800 перескочил через перила балкона и спрыгнул на асфальт с высоты
пятнадцати футов. Приземлившись на полусогнутые ноги, он выпрямился и
побежал к стоявшему неподалеку "Поршу". Запрыгнув за руль, он завел
двигатель и резко тронулся с места, бросившись догонять уже выехавший на
хайвэй "Плимут".
Сара сидела за рулем, Тарисса по приказу бабушки спряталась на полу
перед передним сиденьем, а Кайл хладнокровно и быстро раскладывал на заднем
сиденьи оружие, которое доставал из сумки "Америка Эйрлайнз". Они успели
отъехать от отеля всего лишь ярдов на сто, и Кайл увидел в зеркале фары
вылетевшего на дорогу следом за ними "Порша".
ГЛАВА 30
Водитель фургона "Ю-Холл", у которого перед носом внезапно оказался
дорогой красивый "Порш", резко повернул руль влево и подрезал обгонявший его
на скорости 80 миль в час трак, в бесконечно длинном кузове которого ехали
тридцать две мичиганские коровы. За траком тянулся волнующий обоняние шлейф
запаха, напоминавшего о бескрайних американских просторах, ковбоях и скотных
дворах. Водитель трака, дюжий парень в клетчатой рубашке и с длинными
пшеничными усами, накурившись марихуаны, слушал по радио канал "Нон-стоп
кантри". Когда едущий справа от него фургон "Ю-Холл" неожиданно принял
влево, перегораживая путь, он тоже резко повернул руль и нажал на тормоз.
Его 75-футовый сарай начал величественно разворачиваться поперек дороги. На
такой скорости его несло, как пароход без команды по Ниагаре.
Кайл загнал обойму в автомат "Узи" и, стоя на коленях на заднем
сиденьи, прицелился в приближающийся "Порш". Кайл не был знаком с этим видом
оружия, и, когда он нажал на спуск, мелкокалиберный автомат непривычно
завизжал, и вся передняя часть "Порша" превратилась в дуршлаг с мелкими
дырочками. От неожиданности он нажал на спуск еще раз и, держа "Узи", как
садовник держит шланг, выпустил весь магазин. Две тысячи мелких пулек
диаметром 2 миллиметра совершенно испортили внешний вид машины стоимостью
95.000 долларов и продырявили покрышку уходящего в сторону фургона, но не
нанесли существенного вреда сидящему за рулем "Порша" Т-800. Несколько пуль
попали ему в грудь, а одна оторвала мочку уха. Не обращая внимания на такой
ничтожный ущерб, робот продолжал погоню.
Водитель "Ю-Холл", почувствовав, что машина перестает слушаться руля,
нажал на тормоз и попытался съехать на разделяющий встречные полосы газон
шириной около двадцати ярдов. Для этого ему нужно было пересечь еще два
ряда, идущих слева от него. Но простреленная правая передняя покрышка
сыграла с ним злую шутку. Разорвавшись, она слетела с колеса, и стальной
обод высекал искры из асфальта. Когда колеса повернулись влево, обод
зацепился за выбоину в асфальте, и фургон перевернулся. Дальше он поехал на
крыше. Водитель был пристегнут, а груз, который был внутри — нет.
Итальянская мебель, принадлежащая заказчику, превратилась в дрова.
Кайл выбросил бесполезную израильскую игрушку на улетающий назад черный
асфальт и схватил лежавший на сиденьи крупнокалиберный дробовик. Когда он
поднял глаза, то увидел, что "Порш" приблизился на опасное расстояние, а
Т-800 поднял пистолет и целится в Сару. Нырнув за спинку сиденья, Кайл
закричал:
— Сара, быстрее!
Сара увеличила скорость и стала обгонять идущий впереди микроавтобус. В
это время Т-800 открыл огонь. Он выпустил всю обойму, но, к счастью, ни в
кого не попал. Однако лобовое стекло "Плимута", простреленное в нескольких
местах, стало совершенно непрозрачным и повисло на прослойке триплекса.
— Кайл, я ничего не вижу, — крикнула Сара, и Кайл, услышав это,
повернулся к преследователю спиной и, бросившись вперед, схватил разбитое
стекло за край и вырвал его из рамы, сильно порезавшись при этом.
В салон ворвался ветер. Повернувшись, Кайл увидел, что "Порш" почти
касается бампером их багажника, а Т-800 успел заменить обойму и снова поднял
пистолет. Разломанное лобовое стекло все еще было у Кайла в руках и он с
силой швырнул его назад. Пока оно летело в воздухе, он успел снова схватить
дробовик и навести его на робота. Остатки стекла, словно замерзшая мокрая
тряпка, испачканная кровью, ударили по руке Т-800 в момент выстрела, и пуля
ушла в сторону. В эту же секунду Кайл нажал на курок, и несколько картечин
попали прямо в правую руку робота, в которой тот держал пистолет. Оружие,
тускло блеснув вороненым металлом, вылетело из руки Т-800 и исчезло где-то
сзади. Теперь единственным оружием кибернетического убийцы был автомобиль.
Не считая, конечно, его самого.
Трак с коровами, не снижая скорости, совершенно не слушался руля и
неумолимо разворачивался. От всех его колес валил дым, коровы испуганно
мычали, а усатый ковбой вытаращил глаза и крутил руль в разные стороны. Тут
он увидел, что фургон, выделывавший кренделя перед его машиной, неожиданно
перевернулся и заскользил по асфальту на крыше. Боясь врезаться в него,
ковбой вывернул руль влево до отказа, и передние колеса выехали юзом на
обочину. Мчавшийся боком трейлер медленно завалился направо и тридцать две
коровы, вывалившись через прорвавшуюся брезентовую крышу, понеслись по
дороге номер восемьдесят семь со скоростью около 65 миль в час.
Все, кто ехал сзади этих нескольких машин, успели затормозить, и жертв
не было. Пострадали лишь коровы. Когда подъехала полиция, выяснилось, что
все они переломали свои слабые ноги и бесполезные рога, и пришлось
перестрелять их прямо на дороге. Один из полицейских, выросший на ферме,
пристреливая несчастных буренок, проливал горькие слезы и клялся бросить
работу в полиции и вернуться в родные места. На следующий день в "Рэднэк
Ньюс" появился репортаж с названием "Бойня на хайвэе".
Обогнав микроавтобус, Сара прибавила газу и стала лавировать между
машинами, пытаясь оторваться от преследователя. Т-800 не отставал и вилял из
стороны в сторону, не позволяя Кайлу прицелиться. При этом ему удалось
несколько раз протаранить багажник "Плимута". Водители, видевшие, что рядом
с ними идет такая опасная игра в пятнашки, шарахались и тормозили. Полиции
пока не было.
Впереди была развязка. Несколько дорог на разных уровнях пересекали
друг друга, делая петли и полукольца, и это было похоже на огромный бантик
из бетонных лент.
— Сейчас поедем обратно, — прокричала Сара, — там, впереди, нам
нечего делать.
Кайл кивнул и выстрелил в приблизившегося к ним Т-800. Тот увернулся и
снова нацелил "Порш" в их багажник.
Тарисса сидела на полу, не дыша, и испуганно глядела на бабушку.
Заметив это, Сара заставила себя улыбнуться и сказала девочке:
— Не бойся! Это мы снимаем боевик.
Тарисса обрадовалась и попыталась вылезти из укрытия.
— Сиди на месте, — прикрикнула Сара, и Тарисса, ничего не понимая,
снова опустилась на пол.
Пересечение дорог было уже близко. Подрезав несколько машин, Сара
переместилась вправо и приготовилась свернуть в развязку. Т-800 в точности
повторил ее маневр. Когда до въезда на изогнутую ленту разворота осталось
совсем немного, Сара притормозила так, чтобы между "Плимутом" и "Поршем"
оказался старинный "Форд" с техасским номером и бычьими рогами на капоте, и
нырнула в нужный проезд.
Водитель "Форда", не ожидавший от сидевшей за рулем "Плимута" женщины
такой прыти, тоже притормозил и выругался. И тут же перед его машиной
пронесся ярко-красный "Порш", выглядевший спереди, как решето для
просеивания песка, и направился туда же, куда и эта трахнутая по голове
леди. Техасский автомобилист выругался еще несколько раз и продолжил свой
путь, навсегда удаляясь от событий, участником которых он чуть не стал.
Въехав на полосу, уходящую в сплетение висящих в воздухе бетонных
мостов, Сара не смогла удержать машину, идущую со скоростью 80 миль в час, и
"Плимут" занесло и потащило на ограждение. Несущийся следом "Порш" с
роботом-убийцей за рулем сразу же изменил направление и устремился прямо на
потерявший управление автомобиль. Столкновение казалось неизбежным. "Плимут"
несло на бетонный парапет, и Сара в отчаянье нажала на педаль тормоза.
Окончательно потеряв сцепление с дорогой, "Плимут" резко крутанулся и
ударился багажником о невысокую бетонную стенку. Багажник смялся, но этот
удар отбросил машину от парапета и развернул ее так удачно, что она
оказалась в нормальном для дальнейшего движения положении.
Между "Плимутом" и стенкой образовался промежуток около двух ярдов и в
ту же секунду в этот зазор влетел промахнувшийся "Порш" и заскреб правым
бортом по бетону. Сара нажала на газ, но "Порш", пролетев мимо, обогнал их и
удалился ярдов на двадцать. Вдруг у него загорелись тормозные огни, и Т-800
стал загораживать им дорогу, пытаясь остановить беглецов. Кайл выставил
дробовик через проем разбитого ветрового стекла и выстрелил. У Т-800
дернулась голова, а на кожухе воздухозаборника появилось несколько дырок.
Кайл выстрелил еще раз, но в робота не попал, зато продырявил какой-то
трубопровод, гордо выпячивавший хромированные кишки из моторного отсека, и
струя зеленого пара ударила вверх.
Неожиданно Сара крикнула Кайлу:
— Держи девочку! Попробуем по другому!
И направила "Плимут" прямо на тормозящую перед ними машину. Кайл
схватил протянувшую к нему руки Тариссу и, прижав ее к себе, повалился между
сиденьями на пол.
И тут Сара врезалась в "Порш". Его бросило вперед. Догнав его, она
повторила удар. И сделала это еще раз.
При этом она кричала:
— А теперь сам получи, скотина! Нравится тебе?
Т-800 вертел руль, стараясь сохранить правильное направление, и пока
это ему удавалось.
Разворот заканчивался, и обе машины выскочили из узкого пространства
висящего в воздухе моста и оказались на широком полотне хайвэя.
При очередном ударе "Порш" слегка занесло влево, и Сара решила
использовать прием, который неоднократно видела в полицейских съемках при
задержании преступников. Она уперлась бампером в заднее правое крыло
"Порша", который развернуло градусов на тридцать влево, и вдавила педаль в
пол. Заработал турбонаддув и, отбросив завертевшийся вокруг своей оси
"Порш", машина Сары помчалась вперед, как дикий мустанг с мексиканской
колючкой под хвостом.
Теперь они ехали в обратную сторону и быстро приближались к тому месту,
где на встречной полосе люди бегали в темноте вокруг двух перевернувшихся
грузовиков и валявшихся по всей дороге жалобно мычавших покалеченных коров.
Нескольких из них выбросило на ту полосу дороги, по которой сейчас мчались
Сара, Кайл и увлеченная киноприключениями Тарисса. Не сбавляя скорости, Сара
объехала одну из них и помчалась дальше.
Т-800, профессионально остановив вращение машины после двух полных
оборотов, продолжал погоню. Выбрав траекторию проезда загроможденного
участка дороги, робот направил вконец изуродованный "Порш" между медленно
едущим джипом с катером на прицепе и лежащей посреди дороги коровой.
"Плимут" был в каких-то ста ярдах впереди. На спидометре было "90". И вот,
когда Т-800 уже готов был промчаться между джипом и коровой, несчастное
животное попыталось подняться на переломанные ноги и, конечно же, снова
повалилось на асфальт, но уже прямо перед бампером "Порша".
Тормозить или менять курс было поздно. Породистая скотина весила
гораздо больше тысячи фунтов, и даже в лежачем положении была около ярда от
земли, так что "Порш" въехал своим низким узким рылом прямо в эту гору
говядины. Его задние колеса тут же оторвались от асфальта, и Т-800 вылетел
из машины, как из катапульты. В это время Сара посмотрела в зеркало заднего
вида и тут же сбавила скорость.
Зрелище Т-800, плывущего в небе мимо ярко освещенного щита с надписью
"Выбираем скорость", произвело на нее приятное впечатление, и она издала
победный клич:
— Йи-ха!
"Порш", перевернувшись несколько раз, взорвался и на фоне вспышки было
хорошо видно, как Т-800, пролетев по воздуху ярдов тридцать, ударился об
асфальт, некоторое время катился кубарем и, наконец, замер бесформенной
кучей.
Кайлу и Тариссе, наблюдавшим за финальной сценой погони с заднего
сиденья, зрелище тоже понравилось, особенно девочке, которая захлопала в
ладоши и закричала:
— А можно еще раз?
Сара и Кайл переглянулись и Сара тихо произнесла:
— Это ничего не значит. Он придет снова.
Кайл кивнул и так же тихо ответил:
— Да. Я знаю.
Сейчас они направлялись к Айзэку, и Кайл надеялся, что у бывшего
полицейского еще есть пиво.
Сара, сидевшая за рулем, невесело засмеялась и сказала Кайлу:
— Так мне и не удалось пострелять сегодня!
— Еще настреляешься, — ответил Кайл, которому, честно говоря, надоело
каждый день стрелять в том мире, где он родился.
— Еще настреляешься, — уверенно повторила Тарисса, все еще с надеждой
оглядываясь назад.
Они бросили побитую машину за несколько кварталов от дома Айзэка и
пошли пешком.
ГЛАВА 31
Начинался рассвет. В доме на Солина Стрит у окна стоял человек и
наблюдал за проезжающими мимо автомобилями. Движение по улице, на которой
стоял дом Джона Коннора, было незначительным, и внимательный наблюдатель мог
разглядеть каждого из сидящих в проезжающих машинах людей. Полиморфного
робота Т-1000, который принял облик убитого им Лесли Харриссона, никак
нельзя было назвать невнимательным, так что от его взора не ускользала ни
одна мелочь из происходящего на улице. Он стоял, не двигаясь, всю ночь и
охотничьей выдержке этого монстра мог бы позавидовать любой хищный зверь. Он
знал, что рано или поздно жертва появится в этом доме и он сможет завершить
начатое дело.
И вот его ожидание было вознаграждено. В 8.14 из-за поворота медленно
выехал белоснежный открытый "Корвет". Подъехав к дому Коннора, он
остановился, и водитель, повернув голову, окинул безразличным взглядом дом,
в котором убийца ждал свою жертву, затем отвернулся и так же не спеша
тронулся с места и поехал дальше.
В человеке, сидевшем за рулем, Т-1000 безошибочно опознал цель. Джон
Коннор проехал мимо своего дома и теперь удаляется в неизвестном
направлении. Роботу это не показалось ни странным, ни подозрительным. Такие
вещи его не беспокоили. Цель должна быть настигнута и уничтожена. Это все,
что занимало его. Через несколько секунд из дома, принадлежащего Джону
Коннору, вышел незнакомый соседям мужчина, быстро дошел до стоящего
неподалеку "Хаммера", сел в него и поехал вслед за удаляющимся "Корветом".
Жертва была идентифицирована, и теперь оставалось выбрать удобный
момент для нападения. Т-1000 прибавил ходу и через несколько перекрестков
его "Хаммер" повис на хвосте у белого кабриолета. Сидящий за рулем "Корвета"
Терминатор заметил преследователя еще у дома Коннора. Он видел в зеркало,
как из дома вышел мужчина и, быстро подойдя к "Хаммеру", поехал в том же
направлении. Мало того, он пристроился за "Корветом" и не отставал уже
несколько кварталов, держа одну и ту же дистанцию. Манера его вождения
выдавала или профессионала высокого класса или, что было более вероятно в
этой ситуации, робота. Терминатору предстояло выяснить, преследует ли его
водитель "Хаммера" и, если преследует, кто он — человек или полиморфный
робот Т-1000.
"Корвет" резко увеличил скорость и свернул на улицу, которая через
несколько кварталов выходила на загородную дорогу местного значения.
Пижонский вездеход в точности повторил его маневр. До шоссе оставалось не
более мили по прямой, как палка от швабры, пустой улице. Терминатор вдавил
педаль газа и шестнадцатицилиндровый двигатель "Корвета" тонко взвыл. На
асфальте остались две черные полосы, а стрелка спидометра тут же подскочила
до отметки "100". "Хаммер", опоздав на долю секунды, ответил таким же
рывком. Ответ на первый вопрос был получен. Преследователю был нужен именно
водитель "Корвета". Теперь оставалось выяснить, кто за рулем.
Подлетев к шоссе, уходящему прочь от города и составляющему прямой угол
с улицей, на которой происходил предварительный заезд, Терминатор резко
затормозил и, пустив машину в управляемый занос, выехал на шоссе боком,
сразу оказавшись на нужной полосе. Дав газу, он начал разгон. "Корвет" вел
себя отлично. Мощность бесклапанного двигателя позволяла ему развить
скорость, на которой человек уже не смог бы управлять серийным автомобилем.
Но, поскольку "Корветом" управлял робот, никакой проблемы не было.
Выехав на холм, Терминатор увидел, что дорога на протяжении ближайших
трех с небольшим миль идет почти прямо и не имеет никаких особенностей,
мешающих развить хорошую скорость. Посмотрев в зеркало, он опять увидел
сзади широкую морду "Хаммера" и, нажав на газ, полетел навстречу деревенским
пейзажам. Одним глазом он следил за дорогой, а другой был направлен то на
спидометр, то в зеркало заднего вида. Через двенадцать секунд на спидометре
было "170", прямой участок скоро заканчивался, пора было тормозить, а
"Хаммер" несколько отставал. Но в конце концов это был вездеход, а не
шоссейная комета. И все же Терминатору теперь было совершенно ясно, что
"Хаммером" управляет кибернетическое устройство, а не человек.
Опережая преследователя примерно на полмили, Терминатор остановил
"Корвет" на перекрестке. Та дорога, по которой он подъехал, закончилась на
пересекающей ее другой такой же. Прямо ехать было некуда. Разве что в поле.
Поставив "Корвет" левым боком к приближающемуся на высокой скорости
"Хаммеру", Терминатор ждал. "Хаммер" летел ему прямо в левую дверь. Когда
расстояние между машинами стало критическим для изменения принятого решения,
он дернул "Корвет" на полфута вперед и тут же врубил заднюю передачу и дал
газу.
Т-1000, от сенсоров которого не укрылось первое движение "Корвета",
мгновенно скорректировал курс с таким расчетом, чтобы машины встретились
через полторы секунды. Но, когда мишень резко подала назад, было уже поздно.
На предельной для него скорости 175 миль в час "Хаммер" мелькнул перед
радиатором "Корвета", пересек полосу асфальта и, пролетев над краем поля
ярдов двадцать, приземлился с небольшим наклоном на правую сторону.
Поле, на котором растут сельскохозяйственные культуры, сильно
отличается от асфальтированной дороги, особенно на такой скорости.
Зацепившись правым передним колесом за вспаханную землю, "Хаммер" тут же
резко перевернулся и, кувыркаясь, как пачка сигарет во время урагана, стал
удаляться в поле, теряя колеса, двери и детали обшивки. Остановился он
только ярдах в ста пятидесяти от дороги. За ним тянулась полоса взрытой
земли, как за самолетом, совершившим аварийную посадку.
Терминатор, наблюдая за крушением, дождался того момента, когда с земли
поднялась человеческая фигура и сделала первые шаги в его сторону. Теперь
уже никаких сомнений в том, что это был робот, быть не могло. Человек,
побывавшей в такой переделке, попросту превратился бы в окровавленный мешок
с переломанными костями. Увидев восставшего преследователя, Терминатор не
спеша тронулся с места и проехал в обратном направлении примерно одну милю.
Выбрав момент, когда кусты скрыли его машину от возможного наблюдения со
стороны Т-1000, он заехал за стоящий неподалеку от дороги амбар и вытащил
из-под сиденья выданный ему Айзэком футляр с надписью "Специальное
снаряжение". Потом забрался в кусты и открыл крышку.
Внутри был полицейский стереотелескоп с кольцевым квантовым усилителем
и цифровым стабилизатором изображения. Он весил 22 фунта и обычно
использовался со штативом, но Терминатор поднес его к глазам одной рукой и
навел на то место, от которого он только что отъехал. Он увидел, как
увеличенный в сто двадцать раз Т-1000 как ни в чем не бывало стоит на
перекрестке и, подняв руку, останавливает открытый антикварный лимузин
нежнорозового цвета, за рулем которого сидела типичная американская
блондинка.
Лимузин остановился и, обойдя его, Т-1000 вытащил блондинку из-за руля
и отшвырнул ее от машины. Потом сел за руль и поехал обратно, в ту сторону,
где спрятался Терминатор. Подождав, пока Т-1000 проедет мимо него,
Терминатор вынул из кармана селлфон, набрал номер и, услышав "Алло",
произнесенное голосом Айзэка, сообщил:
— Розовый открытый "Кадиллак", номер "ЛИЗЗИ", движется в обратном
направлении.
— Понял, — ответил Айзэк, — у нас все готово.
— Конец связи, — сказал робот и отключил аппарат.
x x x
Когда Т-1000 выскочил из дома Джона Коннора и, сев за руль "Хаммера",
поспешил вдогонку за "Корветом", из соседнего переулка медленно выехал
темно-синий "Тандерберд" и подъехал к дому, который только что покинул
неизвестный мужчина. Дверь открылась, и из машины вышел Айзэк Ньютон.
Подойдя к багажнику, он открыл его, и с видимым трудом вытащил оттуда
небольшой, но, судя по всему, очень тяжелый металлический цилиндр с ручкой,
как у ведра. Перекосившись под тяжестью ноши, он донес его до входа,
поставил на крыльцо, порылся в кармане и, вынув ключи, открыл дверь. Войдя
внутрь, он поставил контейнер у стены и на всякий случай решил быстро
осмотреть дом. Войдя в спальню, Айзэк резко остановился, увидев на полу
неподвижного мужчину со свернутой на сторону шеей. Не сводя с него глаз, он
подошел к убитому.
Когда Айзэк служил в полиции, ему приходилось видеть много разных
трупов, в том числе и таких. Так что, покачав головой, что должно было
означать что-то вроде "ну и ну!" он вздохнул и, присев на корточки,
осторожно вытащил из заднего кармана лежащего человека бумажник. Заглянув в
него и убедившись в том, что водительское удостоверение на месте, он убрал
трофей в карман своей куртки и вышел в гостиную. Подумав несколько секунд,
он положил на верхний торец цилиндра маленький обломок веточки, упавший с
венка, висевшего на стене. Затем вынул из спрятанной в засушенных ветках
видеокамеры кассету, вставил новую и вышел из дома, не забыв запереть за
собой дверь. Не оглядываясь, он подошел к машине, сел в нее, завел двигатель
и уехал.
В свинцовом цилиндре, стоявшем у стены в гостиной Джона Коннора, был
образец радиоактивного изотопа, который тридцать лет назад был изъят
доблестной полицией у контрабандистов. Они промышляли незаконными поставками
тяжелых металлов в страны третьего мира, которые хотели обязательно иметь
атомную бомбу. В общем-то, это было надувательством, потому что из того, что
они продавали властолюбивым африканским царькам, бомбу не смог бы сделать и
сам Оппенгеймер, но закон есть закон, и мошенники отправились за решетку. А
один из арестованных контейнеров куда-то делся. Поискали — и забыли.
Внешний объем свинцового цилиндра занимал около двух галлонов, но
отверстие, в котором хранилась опасная дрянь, было всего дюйм в диаметре.
Несколько унций стронция-90 находились в самом центре контейнера, и
отверстие было закрыто опущенным в него столбиком свинца с колечком сверху.
Этого было достаточно, чтобы контейнер был безопасен.
Контейнер был выкрашен веселенькой сиреневой краской, а на верхнем
торце была непонятная надпись "Джон Коннор 2029".
x x x
Т-1000 вернулся в дом Джона Коннора через двадцать минут после того,
как бросился в погоню, не увенчавшуюся успехом. Объект проявил высокий
уровень подготовки в части управления транспортными средствами, и первая
попытка робота оказалась неудачной. Он был уверен в том, что объект не
заметил, где именно началась погоня, и спокойно вернулся к месту своей
засады. Поставив шикарный лимузин на стоянку у пиццерии, за два квартала от
дома, он проделал оставшийся путь пешком, открыл дверь и вошел внутрь.
Приготовившись ждать на том же месте у двери, он неожиданно обратил
внимание на стоявший у стены металлический цилиндр, которого он, видимо, не
заметил прошлым вечером. Подойдя к нему, робот прочел странную надпись и,
поскольку его интересовала любая информация о Джоне Конноре, нагнулся и
потянул за колечко, закрепленное на небольшой крышке, имевшейся на верхнем
торце контейнера. Длинная цилиндрическая пробка вышла из отверстия, и Т-1000
увидел лежащие на дне скважины небольшие куски какого-то вещества. В этот
момент узкая струя смертельно опасного для человека радиоактивного излучения
ударила в его голову. Для того, чтобы это было опасно для робота, ему нужно
было бы простоять над контейнером часов тридцать, так что полученная им доза
была для него, как слону дробина. Кроме того, чувствительная к радиации
область его полиморфного тела находилась в груди. Поэтому в первые секунды
робот ничего не понял.
Перевернув тяжелый контейнер, он вытряхнул его содержимое на пол, и тут
же анализирующая система подала сигнал тревоги и определила, что источником
излучения являлся стронций-90, находившийся в металлическом цилиндре. Т-1000
был облучен. Это было неопасно, но все же робот быстро положил образцы
обратно и задвинул на место пробку. Т-1000 не понимал, для чего Джону
Коннору понадобилось держать у себя радиоактивные изотопы, но, поскольку
никакой полезной информации в этом не было, поставил контейнер на место и
вернулся к дверям ждать свою жертву.
Он подвергался воздействию радиации всего 13 секунд, но этого было
вполне достаточно для того, чтобы его тело, а особенно голова, само стало
источником устойчивого излучения. И теперь чувствительный счетчик Гейгера
мог засечь его на расстоянии не менее пятидесяти ярдов не хуже, чем
престарелый хиппи чует запах марихуаны из соседней комнаты.
ГЛАВА 32
Джон Коннор и Айзэк Ньютон уже начинали нервничать, когда наконец дверь
открылась, и в квартиру вошли слегка потрепанные Кайл с Сарой и маленькая
Тарисса, которой уже надоело постоянно сидеть на руках у бабушки. Они были в
полном порядке, если не считать подсыхающих порезов на руках Кайла. Увидев
Джона, Тарисса бросилась к нему и стала возбужденно пересказывать события
последних сорока минут.
Кайл положил сумку на пол и пошел в ванную отмывать руки. Сара, сбросив
амуницию на диван, направилась к бару, а Джон с Айзэком, натянуто улыбаясь,
слушали детскую интерпретацию захватывающей погони со стрельбой. Наконец
Тарисса дошла до финальной сцены с летящим в воздухе каскадером, и, когда ее
рассказ был закончен, Сара рассказала, как этот каскадер повстречался им еще
до того, как они вошли в мотель.
Когда Кайл вышел из ванной, и Джон стал бинтовать его руки, Сара
отозвала Айзэка в сторону и тихо сказала ему:
— Айзэк, отвези Тариссу куда-нибудь подальше, и чтобы даже я не знала
— куда.
— Ладно, — ответил Айзэк, и, повернувшись к Тариссе, весело
воскликнул:
— А не поехать ли нам с тобой, малявка, в одно очень интересное место?
Бабушка сказала, что мне можно тебя забрать.
Тарисса, очень довольная тем, что в такое позднее время ее еще не гонят
спать, подскочила и закричала:
— Поехали, поехали! А куда мы поедем?
Айзэк сделал таинственное лицо и, наклонившись к девочке, вполголоса
произнес:
— Пока что это секрет. Но тебе будет очень интересно.
И они начали собираться.
Наконец за ними закрылась дверь, и все оставшиеся, не считая
Терминатора, который по-прежнему был на посту у окна, расселись по креслам,
запасшись пивом и коктейлями.
— Однако, резвый парень этот Т-800. Интересно, где он сейчас? --
сказал Джон.
От окна раздался голос Терминатора:
— С вероятностью до девяноста восьми процентов он вернулся в то же
место, откуда приехал в мотель, то есть в дом Сары Коннор, и продолжает
ждать ее там. У него нет достаточных оснований считать, что его
местопребывание раскрыто противной стороной. У нас с ним одна и та же
стратегическая программа, поэтому я почти точно знаю, что он может
предпринять в том или ином случае.
Сара посмотрела на говорившего и согласилась с ним:
— Да, пожалуй, это так и есть.
Джон, слушавший их разговор, кивнул и сказал:
— Вступать с ним в прямой поединок нет никакого резона, поэтому
следует подготовить ловушку и уничтожить его наверняка.
— Верно, — сказала Сара, — но для этого его нужно выманить, а
единственной приманкой, на которую он может клюнуть, являюсь я сама. И
подставить ему фальшивку мы не имеем возможности. Маленького робота у нас
нет.
— Но, мама, — начал было возражать Джон, — сколько можно рисковать?
В конце концов мы...
— Джон, хватит об этом, — резко оборвала его Сара, и он замолчал,
потому что знал, что если мама говорит так серьезно, лучше ей не возражать.
Слово взял Кайл:
— Оба робота здесь. Судя по тому, что они поджидают Джона и Сару на
местах, они не знают, что обнаружены. Несмотря на то, что первый ход остался
за Т-800, мы имеем преимущество. Завтра с самого утра мы займемся Т-1000, а
сейчас необходимо придумать, как заманить в капкан Т-800.
Сара уже полчаса слушала суровые рассуждения мужчин, но думала в это
время совсем о другом. Теперь она была совсем уже взрослой женщиной и, хотя
память о Кайле Ризе, отце ее сына, хранилась в самом нежном месте ее души,
сейчас она с высоты прожитых лет видела перед собой жесткого не по годам и
пожеванного железными челюстями войны двадцатилетнего мальчишку. Думая об
этом, она постепенно ушла мыслями в далекое прошлое и снова обнимала Кайла в
мотеле "Тикки" на Тихоокеанском побережье.
Да, она все еще любила его, а он не знал этого, и слава Богу. Хорошо бы
она выглядела, если бы сейчас полезла к нему с объятиями! Эта мысль
рассмешила ее, и она фыркнула.
Мужчины прервали обсуждение стратегии и тактики борьбы с врагом и
уставились на Сару.
— Нет-нет, — успокоила она их, — это я о своем, о женском.
И снова хихикнула, посмотрев на Кайла. Он пожал плечами и продолжил
разговор с Джоном. А Саре вдруг захотелось заплакать и, чтобы отвлечься от
этих трагикомических переживаний, она встала и пошла к бару. Джон проводил
ее глазами и собрался что-то сказать, но тут дверь открылась, и в комнату
вошел Айзэк.
— Задание выполнено, — доложил он, встав "смирно", — объект
доставлен в безопасное место, где и будет находиться вплоть до окончания
боевых действий!
— Вольно, — ответила Сара и облегченно вздохнула.
Айзэк отвез Тариссу в местный зоопарк. Он занимал огромную территорию,
и многие его сотрудники жили прямо там, в небольшом жилом корпусе,
расположенном неподалеку от сектора мелких хищников. Зоопарк походил на
большой дикий лес, и там было настолько интересно, что можно было быть
уверенным в том, что несколько дней Тарисса не будет даже вспоминать о
бабушке и папе. Ей будет позволено трогать любых животных, задавать любые
вопросы и везде совать свой нос. Естественно, при соблюдении определенных
мер безопасности. Лет пятнадцать назад Айзэк отбил у гангстеров похищенную
ими дочь директора зоопарка, и теперь тот был готов сделать для Айзэка что
угодно, не размышляя ни секунды.
x x x
Т-800, вернувшийся в дом Сары после первой неудачной попытки, прошел в
ванную и, сняв рубашку, разорванную от удара об асфальт, подошел к зеркалу.
Обследуя полученные повреждения, он задействовал часть ресурсов процессора
для анализа происшедшего. То, что жертва прибыла в мотель почти одновременно
с ним, было почти стопроцентной случайностью, обусловленной присутствием в
отеле ее внучки. Они не встречались до этого, и, кроме того, о том, что он
находится в ее доме, не знал никто. А тот, кто мог владеть этой информацией,
сейчас лежал в спальне мертвым.
Продолжая стратегические размышления, киборг отметил, что нужна новая
машина взамен "Порша", который он бросил на хайвэе. Провалявшись на асфальте
в отключенном состоянии около десяти секунд, он воспользовался суматохой и
угнал медицинский фургон, но использовать такое заметное транспортное
средство в целях слежки и возможной погони было нецелесообразно, поэтому
фургон сейчас сиротливо стоял на перекрестке в двух кварталах от временной
базы Т-800 и ждал, когда всполошившиеся эскулапы найдут его.
Повреждения, обнаруженные после тщательного осмотра, были
незначительны. Оторванная мочка левого уха, на груди несколько отверстий от
мелких пуль "Узи", четыре картечины под кожей затылка и разорванная
искусственная плоть на тыльной стороне правой кисти. Кровь, которая могла
вытечь из псевдососудов, уже вытекла, поэтому нового кровотечения не будет.
Картечь из головы следует извлечь, так как под короткой стрижкой были видны
крупные волдыри.
Вооружившись вторым маленьким зеркалом, робот взял позаимствованный в
женском хозяйстве Сары пинцет и начал извлекать из под кожи на затылке
свинцовые кубики. Несмотря на явное неудобство использования двух зеркал, он
работал так ловко, будто операционное поле было у него прямо перед глазами.
Через минуту картечь была извлечена. После этого Т-800 вытащил девять
никелированных пулек диаметром 2 миллиметра из-под кожи на груди.
Освободившись от лишнего металла, киборг порылся в шкатулке с нитками и,
выбрав тонкую капроновую пряжу телесного цвета, начал шить. Его никто не
учил этому, но техника шитья была настолько очевидна, что игла в его пальцах
мелькала, как у профессиональной кружевницы.
Через несколько минут все раны были зашиты и Т-800, взяв мокрую губку,
стал протирать все испачканные кровью и пылью места на теле. Наконец он
бросил губку и внимательно осмотрел себя в зеркале. Все было в порядке.
Малозаметные швы на затылке он прикроет головным убором, дырки на груди не
будут видны под одеждой, а шрам на руке и оторванная мочка уха могли
говорить о том, что в жизни этого человеку были серьезные переделки. В
платяном шкафу Сары Т-800 обнаружил несколько вещей, принадлежавших Джону и
надел просторную футболку с надписью "Браунз" и бейсбольную кепку той же
команды.
Внешний вид был восстановлен, теперь следовало позаботиться о машине и
оружии. Угнать машину не было проблемой. Несколько серьезнее следовало
подойти к поискам оружия. Он израсходовал почти все патроны и было
необходимо вооружиться как следует. Наиболее вероятным представлялся
вариант, предусматривающий изъятие необходимого арсенала в ближайшем
полицейском участке.
Прежде чем отправляться на поиски необходимого, киборг за несколько
минут привел все в доме в первоначальный вид. Абсолютная кибернетическая
память помогла ему восстановить все до мельчайших подробностей. Труп
Зилбермана он вынес на задний двор и, не замеченный никем в темноте, спрятал
его в бурьяне за гаражом. Порванная противомоскитная сетка на двери ведущей
во двор, была мелочью, которой можно было пренебречь. Теперь Т-800 был
уверен в том, что жертва ничего не заподозрит, если вернется домой во время
его непродолжительного отсутствия. Он вышел из дома через заднюю дверь,
запер ее за собой и растворился в темноте.
ГЛАВА 33
В полицейском участке на Смоуки Фиш Драйв было, как всегда, спокойно.
Лейтенант Элберт Ривердейл, который был дежурным в эту ночь, ужасно хотел
спать. В камерах не было ни одного задержанного, не было ни угонов, ни
вызовов — ничего. Тишина расслабляла и усыпляла. Двое из полицейских,
дежуривших с ним, укатили патрулировать территорию, еще шестеро сидели в
дежурке и лениво играли в карты. Ривердейл был вынужден торчать за стеклом в
вестибюле участка и бдительно ждать, когда позвонит какой-нибудь
законопослушный гражданин, которого только что ограбили. Тоска, да и только!
Кондиционер не работал, и, чтобы хоть как-то освежить воздух, дверь на
улицу была распахнута, а под дверь в перегородке, за которой сидел
Ривердейл, была подсунута смятая пачка от сигарет, и через небольшую щель
приходила малая толика свежего воздуха. Вообще-то это было нарушением
правил, но нарушение часто становится правилом, и пока что обходилось без
неприятностей. От нечего делать Элберт стал подсчитывать, сколько часов ему
осталось до пенсии. Вычисления были сложными, он сбивался несколько раз, и
приходилось начинать сначала. Из дежурки доносились негромкие реплики
картежников, и, машинально прислушиваясь к ним, он опять сбивался и опять
начинал перемножать часы, дни и годы.
Неожиданно в открытую дверь уверенно вошел крупный парень в футболке и
кепке команды "Браунз". Ривердейл опытным полицейским глазом сразу
определил, что его никто не грабил и не насиловал, и вообще он пришел не за
тем, чтобы пожаловаться на то, что кто-то нарушил его права. Наоборот, он
сам мог нарушить права кого угодно. Незаметно для вошедшего сидящий за
стеклом лейтенант быстро расстегнул висящую на поясе кобуру и положил руку
на пистолет. При этом он не сводил глаз с любителя футбола и подумал о том,
что неплохо было бы предупредить ребят о неожиданном визите.
Войдя, парень на секунду остановился и быстрым взглядом окинул
помещение вестибюля. При этом его глаза разошлись в разные стороны и тут же,
вернувшись в нормальное положение, остановились на заинтригованном этим
трюком Ривердейле. Подойдя к стойке, вошедший атлет вдруг рывком открыл
незапертую дверь, отделявшую его от суверенной полицейской территории, и
быстро вошел за перегородку. Лейтенант вытащил пистолет, но большего ему
сделать не удалось. Бандит неуловимым движением выхватил у Ривердейла
"Беретту", при этом он так сильно рванул ее, что оторвал Элберту
указательный палец. Полицейский не успел даже испугаться. Он был ошеломлен
стремительностью нападения и не мог поверить, что это происходит с ним на
самом деле. В следующее мгновение нападавший с размаху ударил его пистолетом
в висок, и Ривердейл с вдребезги разбитой головой свалился со стула. Он был
уже мертв, но даже в таком состоянии выполнил свой долг. Падая, он задел
бесчувственной рукой кнопку тревоги и в участке раздался оглушительный звон.
Игравшие в карты повскакали из-за стола, вытащили пистолеты, а один
бросился к двери в оружейную комнату и отпер ее, чтобы взять там что-нибудь
посерьезнее табельной "Беретты". Трое бросились в коридор встречать незваных
гостей, а еще двое предпочли сначала тоже посетить арсенал. Сержант Фоули,
выскочивший в коридор первым, увидел быстро идущего ему навстречу
незнакомца, который протягивал в его сторону руку с пистолетом.
Сработал инстинкт, и Фоули, не останавливаясь, бросился на пол и,
перекатившись, скрылся в раздевалке напротив. Тут же, не поднимаясь с пола,
он высунулся в коридор и открыл огонь по идущему бандиту с нижнего уровня.
Фоули был прекрасным стрелком, и, если бы остался жив, мог бы поклясться,
что все пять пуль, которые он успел выпустить в нападавшего, угодили ему
прямо в пупок. Шестой по счету выстрел, прозвучавший в этот вечер в
пятьдесят втором участке, был сделан не им. Террорист попал ему точно в ухо
и Фоули перестал слышать. Кроме того, он еще и дышать перестал.
Начало перестрелки заняло не более двух секунд. Те двое, кто оставался
в дежурке, видели через проход, как все произошло. Террорист не дошел еще
даже до середины коридора, а один полицейский уже был убит. Увидев такое
дело, сержант Паркхилл решил не рисковать и, высунув в коридор руку, не
глядя выпустил все шестнадцать пуль, стараясь захватить все пространство
коридора. Когда обойма кончилась, его тут же сменил сообразительный рядовой
Потакатес и, так же вслепую выставив руку в коридор, открыл беглый огонь. Но
он успел выстрелить только два раза, и Пархкилл, только что выкинувший из
"Беретты" пустую обойму, увидел, как Потакатес вдруг дернулся, и затем
какая-то неведомая сила вытащила его в коридор, да так быстро, что ноги
оторвались от пола.
Стрельба стихла, затем из коридора раздался тяжелый удар об пол, и в
проеме двери показалась мощная фигура человека, вооруженного уже двумя
пистолетами. Его щека была разорвана пулей, и Паркхилл, так и не успевший
загнать обойму в пистолет, увидел, что за открывшейся, как второй рот, щекой
сверкал металл и это совсем не было похоже на зубные протезы. Были отчетливо
видны блестящие кости верхней и нижней челюстей, как бы отлитые из какого-то
сплава. И еще торчал какой-то проводок.
Изумленный Паркхилл безнадежно опоздал перезарядить оружие и теперь
зачарованно смотрел на поднимающиеся к его лицу пистолеты. Жить ему
оставалось не больше пары секунд, как вдруг из двери оружейной комнаты
раздался спасительный залп сразу трех крупнокалиберных ружей с пистолетной
рукоятью, стоявших на вооружении полиции с 1953 года. Грудь и живот
террориста тут же взорвались лохмотьями футболки и клочьями окровавленного
мяса. Его качнуло назад, и Паркхилл, придя в себя, нырнул под выставленные
вперед руки убийцы и бросился в коридор. Он успел заметить, что там, куда
попала картечь, тоже сверкнул металл.
Выскочив в коридор, Паркхилл услышал сзади еще несколько выстрелов из
помповых ружей. Даже и не надеясь на то, что агрессор повержен, он всадил
обойму в рукоятку "Беретты" и, высунувшись из-за косяка, стал расстреливать
нападавшего сзади. Пулю за пулей он посылал в широкую спину бандита, но тот,
видимо, был очень занят тремя полицейскими, засевшими в арсенале, и даже не
обернулся. Это было невежливо, и Паркхилл обиделся. Он сунул пистолет в
кобуру и торопливо огляделся. В коридоре стояла сумка с клюшками для гольфа,
принадлежавшая сержанту Крейгу, который в данный момент патрулировал
окрестности. Паркхилл вытащил одну из клюшек и, грамотно размахнувшись, изо
всей силы врезал бандиту по затылку. Звук был такой, будто он ударил
молотком по пожарному гидранту.
Террорист, который в это время, постреливая, загонял оборонявшихся
копов в оружейную комнату, оглянулся и, мгновенно подняв руку с пистолетом к
лицу Паркхилла, нажал на спуск. Раздался щелчок бойка и нападавший, нимало
не смутившись, тут же ударил Паркхилла стволом пистолета по голове. Удар был
нанесен из неудобной позиции, череп полицейского выдержал, но он лишился
глаза и нескольких зубов и, потеряв сознание, упал на пол. Зато остался жив.
Отразив нападение с тыла, бандит повернулся к загнанным в арсенал копам
и, бросив бесполезные пистолеты, рванулся вперед. Трое насмерть перепуганных
полицейских продолжали стрелять в него, но, вырвав у одного из них дробовик,
он несколькими ударами приклада уложил их. Двоих насмерть, а одного в
глубокий нокаут, который продлился восемь дней. Выстрелы прекратились,
только оглушающе звенел сигнал тревоги. Семеро окровавленных полицейских
лежали в разных позах, стены были забрызганы кровью и покрыты отметинами от
пуль. А в арсенале у стеллажа стоял рослый футболист в окровавленной
футболке и спокойно, как в магазине, выбирал оружие.
x x x
Сержант Крейг уже в четвертый раз вызывал по рации дежурного, но тот не
отвечал. Крейг повернулся к напарнику, дремавшему за рулем, и пробурчал:
— Ставлю коробку пива на то, что он дуется с остальными в канасту, и
не слышит вызова. Поехали в участок.
Они уже битый час стояли в кустах на перекрестке пятьдесят шестой и
Южной Угольной Дороги и ждали, когда кто-нибудь превысит скорость. Но
нарушителей не было, и Крейгу это надоело. Он был старшим патруля и принял
решение вернуться на базу.
— Поехали, — повторил начальник и толкнул продолжающего пускать
пузыри подчиненного локтем в бок.
Тот встрепенулся, завел двигатель, и они поехали в участок.
Тревожный звон был слышен за несколько кварталов. Услышав его, напарник
Крейга прибавил скорости и они подъехали к участку как раз вовремя. Когда
они выскочили из машины, из дверей участка, не торопясь, вышел какой-то
крутой мужик с сумкой Крейга через плечо. Крейг сразу узнал свою сумку,
потому что она была сшита на заказ из ядовито-желтой кожи. Только вместо
клюшек из нее торчали разнообразные стволы.
— Эй, ты, — рявкнул Крейг, хватаясь за кобуру, — а ну положи руки на
голову!
Но вышедший из участка мужик как-то незаметно и быстро преодолел
несколько ярдов, отделявших его от Крейга, и ударил того по голове тыльной
стороной ладони. Крейг успел закрыться, и это спасло его. Множественные
переломы кисти и сильное сотрясение мозга — не такая уж высокая плата за
сохраненную жизнь. Его напарник стоял, не шевелясь, и правильно сделал.
Бандит бросил на него равнодушный взгляд и, забравшись в патрульную машину,
завел двигатель и скрылся в темноте со скоростью падающего в колодец ведра.
Два долговязых молокососа, привлеченные стрельбой, стояли на
противоположной стороне улицы и, потягивая пиво из бутылок от пепси-колы,
наблюдали позорное фиаско.
Один из них, восхитившись увиденным, сказал:
— Уау!
А другой сделал жест, будто подтягивался на одной руке, и,
зажмурившись, выкрикнул:
— Йес!
ГЛАВА 34
Патрульную машину, на которой Т-800 эффектно покинул разгромленный им
полицейский участок, он загнал в небольшой пруд, находившийся неподалеку. Не
дожидаясь, когда она, булькая, погрузится на дно, киборг продолжил свой путь
пешком. Вернувшись в дом Сары, он заглянул в гараж и обнаружил там
автомобиль, на котором она не ездила уже несколько лет. Это был старый
"Мустанг" 2014 года выпуска. Убедившись в том, что автомобиль исправен и в
баке есть бензин, Т-800 кинул на заднее сиденье желтую сумку с оружием и,
возвратившись в дом, прошел в ванную, где снова занялся восстановлением
камуфляжа.
На этот раз он обошелся зашиванием разорванной пулей щеки и сменой
футболки. Теперь этот крутой парень выглядел еще круче. Его щека была
украшена мужественным шрамом, полученным, по всей видимости, во время
гангстерской разборки. Закончив с этим, Т-800 прошел в гостиную и вернулся к
терпеливому ожиданию своей жертвы. Он не подумал о том, что хозяйка может
опознать свою машину по насаженному на антенну пластмассовому роботу с
поднятой в приветствии рукой.
В 10.22 утра около дома остановился темно-синий "Тандерберд", из него
лениво вышел человек в какой-то муниципальной униформе и, сверившись с
бумажкой, подошел, посвистывая, к двери и небрежно сунул в почтовую щель
пакет. Потом почесался, рыгнул и пошел обратно. Там он еще раз посмотрел в
бумажку, кивнул, сел в машину и уехал. Т-800 поднял пакет, упавший на пол, и
вскрыл его, так как информация, находившаяся внутри, могла оказаться
полезной.
На красивом бланке с золотым обрезом было написано:
"Дорогая мисс Коннор! Ваша лекция на тему "Понижение умственных
способностей и склероз у зомби и вервольфов", которая должна состояться в
помещении пансионата "Супермен" по адресу Каппер Крик, 1014, переносится с 1
часу дня на 2.30 дня. С уважением, дирекция пансионата".
Любой школьник просто засмеялся бы, прочтя такое, но быстродействующий
электронный мозг Т-800 воспринял эту липу как руководство к немедленному
действию. Он не имел ни малейшего понятия о том, кто такие зомби и
вервольфы. Терминатор подтвердил это, когда поинтересовался, что значат эти
непонятные для него слова.
Системный таймер Т-800 показывал 10.27, и времени до начала этого
варианта операции было хоть отбавляй. Развернув в памяти план Лос-Анджелеса,
робот моментально обнаружил на нем указанный в послании адрес. Каппер Крик
находился на самой окраине города, и дальше начинались владения фермеров.
Добраться туда можно было приблизительно за сорок минут.
Т-800 принял решение прибыть на место за час до указанного в документе
срока, а пока ждать жертву в доме. Его системы перешли в режим ожидания, и
киборг снова замер, как взведенный капкан.
x x x
"Супермен" никогда не был пансионатом и к проблемам вурдалаков и
ходячих мертвецов никакого отношения не имел. До того, как микрорайон был
назначен к сносу, и из него выехали все жители, освободив место для
бездомных, в этом просторном одноэтажном здании располагался клуб
культуристов. Был там и зал, который с некоторой натяжкой можно было назвать
лекционным. Внешне клуб выглядел вполне прилично и то, что он покинут, не
бросалось в глаза. Задняя дверь "Супермена" выходила на автомобильное
кладбище "Хот Дог". Сразу за многоярусными курганами, состоявшими из старых
машин, в небо упирался строящийся уже четыре года самый высокий в мире
небоскреб. Скелет здания был готов, но, когда дело дошло до отделочных
работ, в дирекции проекта произошел крупный скандал, и стройку заморозили.
Автомобильное кладбище занимало несколько акров, и проходы между
штабелями мятых и ржавых машин представляли собой настоящий лабиринт.
Некоторые из них были настолько узкими, что попытаться протиснуться в них
можно было лишь рискуя жизнью. Когда-то эта свалка принадлежала одному из
коллег отца Айзэка Ньютона. Затем, когда участок отдали под строительство
высочайшего здания мира, хозяину дали денег, и он убрался восвояси.
Выбирая это место для приведения в исполнения приговора, вынесенного
зловещему посланцу Небесной Сети, участники ночного совещания учитывали
досадные и трагические ошибки, по незнанию допущенные много лет назад.
Пытаться расстрелять его не имеет смысла, это может только нанести роботу
небольшой ущерб и остановить его всего лишь на краткое время. Раздавить его
неповоротливым бульдозером тоже не получится. Айзэк предложил накормить
киборга мышьяком, но Терминатор серьезно ответил, что на робота это не
подействует, и вариант отпал.
Принятый в конце концов план уничтожения Т-800 сводился к тому, чтобы
заманить его в узкий проход между наваленными друг на друга машинами ...
