Том Клэнси, Стив Печеник. ОП-Центр: Военные действия
страница №6
...одождите. - Он вытащил из кармана дискету с красной этикеткой.Начались осложнения. Где-то объявлена тревога.
Загрузив дискету, Худ медленно набрал на клавиатуре код "74-С-З".
Компьютер немного погудел, после чего запросил пароль. Худ набрал слово
"PASHA", представляющее аббревиатуру имен Поль, Александр, Шарон, Харли и Анна.
Через несколько секунд экран из голубого стал красным. Худ щелкнул мышью
на появившихся в углу буквах "ОП".
- Думаю, вам тоже следует посмотреть, Уорнер, - сказал он, когда на
дисплее появилось содержимое файла.
Бикинг наклонился и принялся вместе с Худом просматривать текст.
Оп-центр 74 С-3/ красный код.
1. Полномасштабный ответ Сирии на турецкую мобилизацию.
2. Сценарий провокации: сирийские и турецкие курды проводят совместную
операцию на территории Турции.
3. Сценарий ответа: Турция направляет от пяти до шести тысяч человек к
сирийской границе для предотвращения эскалации терроризма.
4. Результат: Сирия объявляет мобилизацию.
5. Предположительная численность сирийской армии - около трехсот тысяч.
Полиция и силы безопасности численностью до двух тысяч человек получат задание
охранять президента и поддерживать порядок в Дамаске. В течение первых двух
недель удастся поставить под ружье более ста тысяч человек в возрасте от
пятнадцати до сорока девяти лет. В силу слабой подготовки призывников их
потери, по оценкам экспертов, составят от сорока до сорока пяти процентов в
первые же несколько дней боев. Сирия может рассчитывать только на очень
короткую войну.
6. Дипломатические усилия Турции. Интенсивное противостояние развязыванию
войны.
7. Сирийские дипломатические усилия. Умеренные. Учитывая светскую
направленность турецкой политики, девяносто процентов мусульманского населения
Сирии (одиннадцать миллионов триста тысяч человек из тринадцати миллионов)
воспримут конфронтацию как начало джихада, или священной войны.
8. Временные рамки конфликта. Учитывая высокую эмоциональную напряженность
в регионе, вероятность разрастания конфликта в течение первых сорока восьми
часов составляет восемьдесят восемь процентов.
9. Первая волна конфликта.
Турция не захочет выступать в роли агрессора, опасаясь вмешательства со
стороны Греции. Как бы то ни было, ситуация позволяет ей преследовать
террористов и наносить удары на уничтожение. С учетом вышесказанного со стороны
Турции следует ожидать умеренных шагов. Сирийская реакция на действия Турции
будет мгновенной и решительной. Возможен полномасштабный ответный удар.
10. Вторая волна конфликта.
Турция атакует дислоцированные вдоль границы сирийские войска, но не
станет переносить военные действия на территорию Сирии. В этом случае взаимные
дипломатические усилия могут привести к успеху, если только не возникнет
осложнения со стороны соседних государств (см.11).
11. Предполагаемая реакция соседних государств. Ожидается, что все
государства региона проведут определенную демонстрацию силы. От некоторых стран
можно ожидать активных наступательных действий. А. Армения. Правительство
Армении поддержит Турцию, если только Турция вновь не выступит с заявлениями в
пользу Азербайджана. Силы безопасности усилят контроль за курдами, но вряд ли
пойдут на военное воздействие.
Б. Болгария. Из двухсот десяти тысяч находящихся под ружьем солдат в
боевую готовность будут приведены только пограничники. Население страны на
восемь процентов состоит из турок. Турецкой армии нет никакого резона
переходить границу, поскольку это может вызвать ответные действия со стороны
болгар. В. Грузия. Страна поддержит Турцию, но воздержится от военного
вмешательства.
Г. Греция. Греческий флот активизирует патрулирование Средиземного моря.
Конфронтация может усилиться, если патрули обнаружат турецкие военные
формирования. Д. Иран. Иран почти наверняка постарается сохранить военный
нейтралитет. Между тем усилится активность пятой колонны.
Е. Ирак. С первой же волной напряженности Багдад предпримет решительные
меры по отношению к иракским курдам, чтобы предотвратить их союз с турецкими и
сирийскими курдами. Впоследствии Багдад может возобновить старые притязания к
Кувейту. Ж. Израиль. Израильское сотрудничество с Турцией ограничивается
совместными военными маневрами. Между странами нет договора о взаимной защите,
хотя израильская разведка начнет, безусловно, помогать Турции. 3. Иордания.
Иордания осуществляет совместные военно-воздушные маневры с Израилем. В случае
войны Израиля с любой из арабских стран Иордания останется нейтральной. Между
тем, если начнется война между Турцией и Сирией, Иордания выступит на стороне
Турции.
Худ очистил экран.
- Какова вероятность новой перемены погоды? - спросил он Марту.
- Похоже, вариант 11-Е не будет реализован, - ответила она,
По последним разведывательным данным, армия
Ирака насчитывала около двух миллионов человек. Большинство солдат были
новобранцами, не имеющими опыта боевых действий. Зато остальные являлись
ветеранами войны в Заливе и горели желанием отомстить за недавнее поражение.
- Мы допускаем также, что варианты 11-Г и 11-Ж осуществятся раньше, чем
ожидалось, - сказала Марта.
Последнему сообщению Худ ничуть не удивился. Греческому президенту позарез
нужна какая-либо патриотическая акция, чтобы завоевать симпатии правого крыла
партии накануне предстоящих выборов. Что может быть лучше, чем отвоевать у
погрязшей в конфликтах Турции спорную территорию? Сторонники жестких мер в
правительстве Израиля тоже не упустят случая нанести удар по врагу под
предлогом защиты союзника.
- Что творится у нас дома? - спросил Худ.
- Метеорологи пока присматриваются, - ответила Марта, - Отменили
несколько пикников, Раскрыли первый зонтик.
Последнее означало, что отменены отпуска для военнослужащих, вооруженные
силы переведены в состояние начальной боеготовности.
- Я буду держать вас в курсе, - сказала Марта. - Учтите, что в главной
метеорологической службе большой переполох.
Главной службой был Белый дом.
- Боятся бурь, - сказал Худ. - А их, похоже, не избежать.
- Несколько маленьких бурь они переживут, - заметила Марта. - Их больше
волнует одна большая. Худ поблагодарил, отключился и повернулся к Бикингу.
Худощавый двадцатидевятилетний молодой человек был в прошлом ассистентом
преподавателя в Джорджтаунском университете. Он специализировался на исламе,
благодаря чему и попал в команду Пола Худа в качестве советника Оп-центра.
- Какие у вас предположения? - спросил Худ. Бикинг намотал на палец прядь
волос. Он всегда делал так, когда о чем-то задумывался.
- Возможен большой взрыв, - сказал он наконец. - Причем такой, что на
куски разлетится все человечество. Турция втянет в конфликт Грецию и Болгарию,
они, в свою очередь, Румынию и Боснию. Под давлением Ирана заваруха может
распространиться на Венгрию, Австрию и Германию. В Германии, кстати, живут два
миллиона турок, И около полмиллиона курдов. Не исключено, однако, что события
будут развиваться в другом направлении, и в войну втянется Россия.
- Говорите точнее, - попросил Худ.
- Извините, - сказал Бикинг, - но вы не учитываете, что между всеми этими
странами существует многолетняя вражда. Турция и Греция, Сирия и Турция,
Израиль и Сирия, Ирак и Кувейт... Все слишком взаимосвязано и переплетено.
Малейшая искра может вызвать неконтролируемый пожар.
Худ мрачно кивнул. Похоже, в Дамаске ему придется заниматься не только
РОЦем.
Бикинг принялся крутить волосы быстрее. Пристально взглянув на Худа из-под
тяжелых век, он вдруг сказал:
- У меня есть одна мысль. Позвольте мне поработать с Региональным
Оп-центром, пока вы и доктор Наср ведете переговоры на высоком уровне.
- Может случиться, что у нас не будет времени для работы с Региональным
Оп-центром, - проворчал Худ. - Если террористы сумеют запустить компьютеры, мы
обязаны его уничтожить.
- Естественно, - кивнул Бикинг. - Но вначале его надо обнаружить.
- С этим как раз все в порядке, - произнес Худ и снова поднял трубку.
- То есть?
- Если террористы включат оборудование, сигнал немедленно попадет на
спутник. Возможно, Мэт Столл сумеет вывести электронику из строя. В этом случае
мы уговорим президента дать нам время на освобождение персонала.
- Хорошо, - пробормотал Бикинг, ритмично вращая пальцами.
Худ ждал, когда линия соединится.
Схема уничтожения РОЦа была предельно проста. Кнопки самоуничтожения не
существовало, поскольку трейлер изначально предназначался для работы за рубежом
и не нес оружия. Вместо этого, где бы он ни находился, его должна была
уничтожить ракета "томагавк", запускаемая с земли, воздуха или с моря и имеющая
радиус действия свыше трехсот миль. Компьютерная система наведения позволяла
достать РОЦ в любой точке земного шара,
Помощник Столла поднял трубку и немедленно соединил Худа с шефом.
- Можно говорить открыто? - спросил Столл.
- Нет, - ответил Худ.
- Ладно, тогда слушайте, как обстоят дела, - сказал эксперт по
компьютерам. - Вам известно о пропаже одной рок-н-ролльной группы?
- Да, - кивнул Худ. Они не успели разработать кодовых фраз, и Столлу
приходилось импровизировать.
- Так вот, когда они включают динамики, стоит страшный грохот. Но Боб
позволил рокерам выдернуть шнур из розетки, и все затихло.
- Понятно.
- Тем не менее есть люди, которые сидят очень высоко. Они сумели
разглядеть аппаратуру.
- Значит, известно точное местонахождение группы? - спросил Худ.
- Да, - сказал Столл. - Неизвестно, правда, что они собираются играть.
- Только настраиваются?
- Верно, - подтвердил Столл. - Любопытно, что лидер группы не торопится
играть соло.
- Как вы узнали?
- Когда они еще были здесь, мы провели кое-какие тесты. Так вот с нуля до
шестидесяти можно разогнуться за четыре минуты. Следите за моей мыслью?
- Да, - ответил Худ. Аккумуляторы Регионального Оп-центра менялись за
четыре минуты.
- Судя по тому, как они возятся, - продолжал Столл, - оборудование
заработает минут через пятнадцать. Вместо четырех минут они делают это за
двадцать пять.
- Хотите сказать, что на инструментах будут играть Другие музыканты?
- Похоже на то, - сказал Столл. Значит, Роджерс по-прежнему в беде, и в
фургоне хозяйничают курды. Худ понимал, что, помимо Боба
Херберта и Мэта Столла, к такому же заключению пришли наблюдатели из ЦРУ и
министерства обороны Если действительно окажется, что полностью работе
способный РОЦ находится в руках террористов, сделать ничего не удастся.
- Мэт, - произнес Худ, - есть ли у нас возможность заглушить группу, если
они попытаются что-нибудь сыграть?
- Конечно, - откликнулся Мэт.
- Каким образом?
- Мы перепрограммируем усилитель. Как только он распознает первые
аккорды, включится система блокировки. Все займет секунд пять, не больше.
- Дайте лидеру группы пятнадцать секунд, - сказал Худ. - Если он захочет
что-либо нам передать, он сделает это в самом начале. Потом заглушите их. Он
нас поймет и не обидится.
- Хорошо, - сказал Столл. - Мы держим их в поле зрения.
- Правильно.
Худ понимал, что, если удастся отговорить президента от немедленного
уничтожения Регионального Оп-центра, у них появится шанс вызволить команду.
- Мэт, - решительно произнес Худ, - я хочу, чтобы вы передали суть нашего
разговора Марте. Люди наверху должны подождать. Пусть она попытается их
уговорить. А вы будьте готовы в любую секунду захлопнуть дверь, если наша
группа попытается выбраться наружу.
- Не переживайте, - откликнулся Столл. Худ и Бикинг принялись изучать
заложенную в компьютер карту расположения сирийских войск. Затем Худ поднялся и
объявил, что хочет немного пройтись. Бикинг принялся отмечать сирийские штабы.
Взяв у стюарда банку диет-пепси, директор Оп-центра устало оглядел два
ряда кресел с высокими подушками и широкий проход между ними. Пассажиры
склонились над компьютерами.
Как правило, часа через полтора после начала полета люди начинали
отвлекаться от дел и понемногу общаться. В хвостовой части салона стояли два
столика для конференций и деловых бесед; сейчас там никого не было, поскольку
напитков и бутербродов еще не разносили. Там же находилось помещение для
отдыха, которым пользовался во время полетов государственный секретарь.
Худ не хотел верить, что три проходимца с автоматами способны поставить на
колени самую могущественную страну в мире с ее огромной армией и устрашающей
военной технологией. Невероятно! При этом он понимал, что виновата система
самоограничений, которую навязала себе Америка. Проще всего было бы прямо
сейчас определить скопления курдов и взрывать их с воздуха одно за другим, пока
террористы не освободят людей. Можно было бы также захватить в качестве
заложников семьи курдских лидеров.
Но цивилизованная Америка не могла обращаться с Другими так, как они
обращались с ней. Америка всегда играет по правилам. И в этом ее главное
отличие от монстров типа Третьего рейха или Советского Союза.
"А ведь именно это, - размышлял Худ, потягивая пепси, - и позволяет людям
поступать с нами по-хамски..." Он вернулся к своему креслу с твердым намерением
довести дело до победного конца. Он искренне и страстно верил в то, что Америка
идет единственно правильным путем в мире, и надеялся, что знаток и любитель
истории Майк Роджерс тоже это понимает.
- Курды и исламские фундаменталисты плохо разбираются в политике, -
сказал Худ, усаживаясь перед компьютером. - Давай подумаем, что мы из этого
сможем извлечь.
- Слушаюсь, сэр, - откликнулся Бикинг и принялся наматывать волосы на
палец.
Глава 23
Понедельник, десять часов тридцать четыре минуты вечера Огюзли, Турция
Ибрагим сидел на водительском сиденье и следил, как меняются показания
датчиков по мере замены аккумуляторов. Потом он нажал на несколько кнопок и
посмотрел, как работают освещение, кондиционеры и другие приборы. Назначение
очень многих рычажков и кнопок было ему не понятно.
Махмуд прислонился к спинке его кресла и курил сигарету. Усталые глаза
курда ни на секунду не выпускали из поля зрения работающих в задней части
фургона американцев. Хасан был с ними - светил фонарем и помогал где было
возможно.
Остальные пленники полностью пришли в себя и молча следили за
происходящим. Катцен, Коффи, Мэри Роуз и полковник Седен были по-прежнему
привязаны к спинкам сидений, рядовой Папшоу лежал связанный в компьютерном
отсеке. Никто не предложил пленным ни воды, ни пищи, сами они тоже ни о чем не
просили.
Ибрагим выглянул в окно. Как только ожили приборы, он опустил стекло,
чтобы выходил дым от сигареты Махмуда. Бедуинский табак был до тошноты сладок и
больше напоминал аэрозоль от насекомых. Ибрагим всегда поражался, как его брат
может курить такую гадость.
С другой стороны, он вообще многого не понимал в брате, Например,
агрессивности. Махмуд получил огромное удовольствие от сцены с американцами.
Они оба проявили себя не самым достойным образом, но Ибрагим видел, что брат с
нетерпением ожидает следующей стычки.
Что касается самого Ибрагима, то он прекрасно понимал всю важность их
работы, хотя никакого удовольствия она ему не доставляла. Он взглянул на свое
отражение в зеркале бокового вида. Сегодня они совершили великое дело, но какое
право имел он остаться в живых? Валид воевал долго и самоотверженно. И сегодня
он воз-. благодарит Аллаха не в молитве, а лично.
Разглядывая свое отражение, Ибрагим обратил наконец внимание на само
зеркало. Оно имело форму блюдца, что обеспечивало широкий обзор дороги. Оправа
тоже была изогнута, но гораздо больше, чем того требовала необходимость.
Ибрагим вытащил нож и попытался отогнуть оправу от стекла.
Главарь американцев - тот, кого звали Кунайтом, - поднял голову и что-то
сказал, обращаясь к Ибрагиму. Ему ответил Хасан. Американец снова заговорил,
Ибрагим оглянулся. Кунайт уже не выглядел таким самоуверенным. Ибрагиму
показалось, что ситуация начинает меняться. Хасан показал на люк, и американец
вернулся к своей работе.
Ибрагим продолжал изучать зеркало.
Зачем они придали ему такую форму? Ибрагим даже высунулся из окна, чтобы
получше разглядеть необычную штуковину. Позади нее торчал какой-то рог. Похоже
на передатчик, подумал Ибрагим и тут же понял, что это не передатчик. Перед ним
была спутниковая тарелка, такая же, как на аэродромах, только гораздо меньше.
Ибрагим обернулся. Американец бросил аккумуляторы и смотрел на него.
- Работай, работай! - прикрикнул на пленного Хасан.
Роджерс выпрямился, зашатался на связанных ногах и неуклюже прислонился к
одному из компьютерных блоков. Хасан схватил его за воротник, встряхнул и
толкнул на место.
Ибрагим выбрался из водительского кресла.
- Тут что-то не так, - сказал он Махмуду. Махмуд сделал последнюю затяжку
и швырнул окурок на пол.
- Конечное не так. Американцы возятся, как черепахи.
- Я о другом, - сказал Ибрагим. - Обрати внимание на зеркало. Это
небольшой радиопередатчик. - Он обвел лезвием ножа салон РОЦа. - А теперь
посмотри на все это оборудование, Ты уверен, что оно служит для поиска
засыпанных городов? Ты уверен, что эти люди ученые? А если нет?
Махмуд резко вскинул голову. Усталость его мгновенно прошла.
- Продолжай, брат,
Ибрагим ткнул ножом в сторону Роджерса.
- Этот человек ведет себя не как ученый. Он точно Рассчитал, насколько
далеко можно зайти, когда ты угрожал девушке.
- Хочешь сказать, он часто бывал в подобных переделках? - прищурился
Махмуд. - Да, мне тоже так показалось.
- И вообще они слишком спокойно себя ведут для ученых, - добавил Ибрагим.
- Никто даже воды не попросил. А эти двое, - он показал на Папшоу и Девонн, - и
не поморщились, когда мы их скрутили.
- Да, их неплохо тренировали, - сказал Махмуд. - Теперь скажи, смогли бы
обычные охранники так замаскироваться?
- Никогда, - ответил Ибрагим. - Такое под силу только командос.
Махмуд испуганно оглядел салон, словно никогда раньше его не видел.
- Тогда объясни, что это вообще такое?
- Разведывательная станция, - наугад сказал Ибрагим и добавил уже
увереннее: - Да, именно так. Махмуд схватил брата за руку.
- Слава Пророку, мы сможем использовать эту вещь!
- Нет, - сказал Ибрагим. - Не...
- Почему? - перебил его Махмуд. - С помощью этих приборов мы выберемся из
Турции. Мы сможем слушать военные переговоры.
- Скорее, они нас, - заметил Ибрагим. - Причем не с земли, а оттуда, - Он
показал ножом на кривое зеркало заднего вида, - Не исключено, что они уже давно
за нами наблюдают.
Махмуд перевел взгляд на Роджерса, который как ни в чем не бывало
продолжал устанавливать аккумулятор.
- Абадан! - крикнул курд. - Никогда!.. Я ослеплю этих людей!
Он выхватил нож из руки Ибрагима и, бросившись к Мэри Роуз, перерезал
перетягивающие ее тело веревки.
Руки и ноги девушки оставались связанными, и Махмуд швырнул ее на пол,
лицом вниз. Затем бросил нож Ибрагиму, присел рядом с ней на колени и с такой
силой рванул ее за волосы, что Мэри Роуз вскрикнула. Вытащив из кобуры
пистолет, он упер ствол в затылок женщины.
Роджерс замер, но на ноги не вставал.
- Хасан! - крикнул Махмуд. - Скажи американцу: я понял, что это за
машина! Я хочу знать, как она работает. И еще скажи, - криво усмехнулся Махмуд,
- что на этот раз я буду считать только до трех.
Глава 24
Понедельник, три часа тридцать пять минут дня. Над штатом Мэриленд
Вертолет сил быстрого реагирования с полковником Августом на борту
приземлился на авиабазе Эндрюс, Лейтенант Роберт Эссекс уже ждал и немедленно
вручил полковнику дискету с полоской особой пленки наверху. Доступ к информации
будет возможен только после того как компьютер узнает отпечаток пальца Августа.
Пока полковник получал дискету, сержант Чик Грей руководил посадкой
шестнадцати десантников на транспортный самолет. Экипаж помогал солдатам
затаскивать на борт вооружение и рюкзаки. Спустя восемь минут после прибытия
группы быстрого реагирования самолет взмыл в небо.
Полковник Август знал, что подполковник Скуайрз любит поболтать со своими
подчиненными обо всем на свете, начиная от семьи и кончая лучшими сортами кофе.
Август понимал, что это сближает солдат и их командира, однако сам привык к
другому стилю общения, каковой и преподавал в качестве приглашенного офицера в
"Особом боевом центре имени Дж. Ф. Кеннеди". По мнению полковника, залог
успешного руководства заключается в том, что люди не должны до конца знать
своего лидера. Когда подчиненные не ведают о слабостях своего начальника, им
приходится постоянно искать к нему новый подход. Старый тюремщик-вьетконговец
говорил: "Мы вместе потому, что не знаем друг друга".
В салоне самолета стоял страшный грохот, скамейки были жесткими. Августа
это устраивало. Холодный, тряский, боевой перелет. Затем высадка на болото - и
долгий марш-бросок под дождем. Подобные вещи хорошо закаляют солдатскую шкуру.
Под руководством рядового первого класса Дэвида Джорджа солдаты начали
осмотр поднятого на борт вооружения. На складах базы ВВС Эндрюс хранилось
оборудование Оп-центра, пригодное для действий в любых погодных условиях:
специальные маскхалаты для пустыни с повязками на лицо и широкополыми шляпами,
пуленепробиваемые кевларовые бронежилеты, вентилируемые ботинки для жаркого
климата, очки с усиленными стеклами, сумки и рюкзаки для запасных магазинов,
фонари, шумовые гранаты, плоские осколочные гранаты, наборы первой медицинской
помощи, бинты, вазелин для смазывания потертостей. Вооружение включало
девятимиллиметровые пистолеты "беретта" и пулеметы Кестлера и Коха со
встроенными глушителями. Август уже успел оценить преимущества такого
глушителя. Он не только поглощал пороховые газы, но и гасил пламя. Резиновые
прокладки заглушали лязг затвора. На расстоянии пятнадцати футов выстрел был не
слышен.
Судя по всему, Боб Херберт готовился к тесному контакту с противником.
Группа была также укомплектована шестью мотоциклами с мощными и бесшумными
двигателями и четырьмя скоростными транспортерами. Последние представляли собой
боевые бронемашины для экипажа из трех человек. По пустыне они могли развивать
скорость до восьмидесяти миль в час. Впереди размещались водитель и стрелок,
еще один стрелок сидел на приподнятом заднем сиденье. Транспортеры имели на
вооружении пятидесятимиллиметровые пулеметы и сорокамиллиметровые гранатометы.
Полковник понял, куда они направляются, задолго до того как приложил палец
к дискете. Отпечаток перешел на пленку, дисковод сличил его с образцом, после
чего дискета стала доступной для чтения.
Она содержала обзор всего, что произошло с РОЦом, а также фотографии,
которые Херберт показывал Худу. По данным Херберта, террористы являлись
сирийскими курдами, предположительно действующими в тесном контакте с турецкими
курдами. Последнее подтверждалось данными тщательно законспирированного агента.
Он сообщал, что за последнее время руководители двух групп провели несколько
секретных встреч, на одной из которых обсуждался подрыв плотины.
Август догадывался, что их отряд перебрасывается либо в Анкару, либо в
Израиль. Если они летят в Анкару, то самолет должен приземлиться на военной
базе к северу от столицы; если в Израиль - то на секретном аэродроме недалеко
от Тель-Авива, Август был там не более года назад и хорошо помнил это место.
Оно удивило его предельной простотой и полной безопасностью. По периметру
аэродром был окружен высоким забором из колючей проволоки. За ним на расстоянии
в двести футов, располагались кирпичные будки с часовыми и немецкими овчарками.
Дальше простиралась полоса мелкого белого песка, под которым находилось целое
минное поле. За четверть столетия мало кому пришло в голову прорваться на базу.
Имевшие место попытки закончились неудачей.
Если, как предполагал Херберт, РОЦ действительно оказался в руках
сирийских курдов, то действовать скорее всего придется в долине Бекаа в
западной Сирии. Там находился штаб террористической деятельности, и именно туда
сирийцы постараются доставить Региональный Оп-центр. Если же окажется, что
сирийские курды действуют в тесном контакте с турецкими, то РОЦ могут оставить
в Турции, в районе горы Арарат, где сосредоточены группировки сепаратистов,
"В любом случае, - сообщал Херберт, - мы до сих пор не располагаем
одобрением конгресса на проведение операции. Марта Маколл надеется его выбить,
но это скорее всего случится позже, чем нас устраивает. Если террористы
останутся в Турции, мы сумеем добиться разрешения на ваш въезд в страну, где вы
развернете центр наблюдения и контроля. В случае если террористы уйдут на
сирийскую территорию, вашей группе не рекомендуется пересекать границы этого
государства".
Губы полковника Августа скривились в улыбке. Он перечитал последнюю
строчку: "...не рекомендуется пересекать..." Из слов Херберта отнюдь не
следовало, что десантники никоим образом не могут оказаться в Сирии. Когда
Август только пришел в Оп-центр, генерал Роджерс порекомендовал ему хорошо
изучить переписку Руководства с подразделениями быстрого реагирования. Проведя
за этим делом несколько вечеров, Август понял, что очень часто смысл приказа
заключался не в том, что в нем написано, а в том, что лишь подразумевалось.
Когда генерал Роджерс или Боб Херберт действительно не хотели, чтобы
десант что-либо предпринимал, они писали: "Вам запрещается".
Очевидно, на этот раз Херберт ожидал от солдат решительных действий.
Далее шли подробные указания маршрутов, а также рекомендации на случай
отхода. До Тель-Авива было не меньше пятнадцати часов полета. Август принялся
изучать карты, после чего перешел к возможным сценариям освобождения заложников
в горах и пустыне.
Благодаря многолетней службе в НАТО полковник хорошо разбирался в
географии данного региона и вариантах боевых действий. Но освобождать близкого
друга ему не приходилось еще никогда. Он снова вспомнил вьетнамца Кита, который
учил, что неизвестного бояться не следует. Это всего лишь то, чего ты пока не
знаешь.
К склонившемуся над картами полковнику подошел Иши Хондо. В руках у него
был сотовый телефон, подключенный к тарелке спутниковой антенны самолета.
- В чем дело, рядовой? - спросил Август.
- Сэр, я считаю, вам следует это послушать.
- Что "это"?
- Сигнал поступил на активную линию четыре минуты назад.
Приемник активной линии фиксировал все переговоры между Бобом Хербертом и
радиооператорами сил быстрого реагирования. Номер активной линии был известен
лишь сенатору Фоке из Белого дома и десяти высшим офицерам Оп-центра.
- Почему не доложили сразу? - резко спросил полковник Август.
- Простите, сэр, я вначале расшифровал сообщение. Не хотел тратить ваше
время на необработанную информацию.
- В следующий раз о моем времени не переживайте.
Вместе мы сделали бы это гораздо быстрее.
- Виноват, сэр.
- Что у вас там?
- Серия сигналов, - доложил Хондо. - Кто-то набрал наш номер, после чего
нажал еще несколько цифр, которые продолжают повторяться.
Август поднес трубку к уху, После девяти сигналов наступала пауза, потом
сигналы повторялись.
- Это не телефонный номер, - произнес Август.
- Нет, сэр.
Август послушал еще, В трубке звучала странная, нестройная мелодия.
- Полагаю, каждый сигнал соответствует букве на телефоне.
- Так точно, сэр. Я перепробовал все возможные комбинации, но ни одна не
имеет смысла.
Хондо протянул Августу лист бумаги. Полковник несколько раз прочел номер:
722528573. Количество буквенных комбинаций представлялось неисчислимым.
Полковник снова взглянул на номер. Это, безусловно, код, И послать его на
активную линию мог только один человек - генерал Роджерс.
- Могли ли эти сигналы поступить к нам с Регионального Оп-центра,
рядовой? - спросил Август,
- Так точно, сэр. Их можно послать с любого находящегося на борту
компьютера.
- Значит, компьютеры РОЦа уже работают?
- Очевидно, сэр. Они могли подключить к компьютеру сотовый телефон и
воспользоваться тарелкой. Это можно сделать незаметно.
- Оп-центр должен получить такое же сообщение - сказал Август. -
Посмотрим, что они с ним сделали.
- Слушаюсь, - откликнулся Хондо.
Радист присел рядом с Августом и принялся связываться с Оп-центром.
Полковник уже не пытался сосредоточить внимание на картах. Сейчас он узнает,
что думают по поводу сигналов Роджерса в Оп-центре. Это был код, причем
предельно короткий, что наводило на самые невеселые мысли.
Глава 25
Понедельник, десять часов . тридцать восемь минут вечера Огюзли,Турция
На этот раз у Майка Роджерса выбора не оставалось.
В глазах Махмуда горела жажда убивать. Роджерс не стал ждать, пока сириец
досчитает до трех. Как только Хасан перевел требование террориста, генерал
поднял руки вверх.
- Хорошо, - произнес он. - Я скажу все, что вас Интересует.
Махмуд гордо вскинул голову.
Роджерс пристально смотрел ему в глаза. Он видел, что террорист обрадован
неожиданно быстрой капитуляцией американцев. У генерала еще оставался способ
нейтрализовать террористов, особенно если Оп-центр получил и расшифровал его
сообщение. Пока Роджерс возился в аккумуляторном отсеке, ему удалось незаметно
вытащить из кармана сотовый телефон и набрать на клавиатуре нужную комбинацию.
Спустя несколько минут он выпрямился и незаметно вставил телефон в компьютерный
разъем. Как только компьютер подключили к аккумулятору, заработала программа
автоматического дозванивания.
Роджерс успел включить наиболее шумные системы жизнеобеспечения РОЦа.
Одновременно с компьютером заработали вентиляторы и кондиционер. Загудел сигнал
тревоги, поскольку было открыто окно. В результате курды не услышали тихого
пиликания телефона.
- Хасан, - мягко произнес Роджерс, - переведи своим друзьям, что все
готово и я хочу вам помочь. Скажи, что я извиняюсь за то, что попытался
обмануть их насчет истинного предназначения фургона. Больше такого не
повторится.
Роджерс покосился в сторону Мэри Роуз. Бедная женщина едва дышала.
Казалось, ее вот-вот стошнит.
Махмуд рванул ее за волосы.
- Скотина! - простонал рядовой Папшоу, стараясь разорвать веревки.
- Прекратите, рядовой, - негромко произнес Роджерс, с трудом подавляя
собственную ярость. Хасан одобрительно кивнул.
- Я рад, что ты одумался.
Генерал промолчал. Он не видел смысла говорить с подонком, терзающим
связанную женщину. Он хотел одного: вывести террористов из фургона и держать их
подальше от компьютеров.
Махмуд передал Мэри Роуз Ибрагиму, который тут же крепко ухватил ее за
горло. Главарь террористов направился к Роджерсу. Генерал - по-прежнему со
связанными ногами - неожиданно запрыгал ему навстречу. Остановившись у
компьютера с телефоном, Роджерс похлопал по плечу рядового Папшоу.
Махмуд сказал несколько слов, и Хасан перевел:
- Махмуд желает с тобой говорить.
Роджерс посмотрел на террориста. Судя по внешнему виду, тот немного
успокоился. Надо тянуть время, думал генерал, чтобы в Оп-центре успели
расшифровать его сообщение и настроить на РОЦ один из спутников, если этого еще
не сделали. Генерал не сомневался: расскажи он курдам хотя бы о некоторых
возможностях Регионального Оп-центра, те растеряются и не станут требовать
большего. Чего стоит, например, подключение к секретным сетям Пентагона? Если
же они узнают о всем потенциале, под угрозой окажутся не только жизни
разведчиков-нелегалов, но и вся система национальной безопасности. Тогда у
Роджерса не будет другого выбора, кроме как нажать комбинацию
"Ctrl"-"Alt"-"Del"-3a-главная "F" и уничтожить всю находящуюся на борту
аппаратуру.
- Это разведывательный автомобиль вооруженных сил США, - сказал он. - Мы
занимаемся прослушиванием радиопереговоров.
Хасан затараторил по-арабски, а Папшоу тихо простонал:
- Генерал, лучше пусть они нас убьют.
- Спокойно, - поморщился Роджерс.
- Махмуд хочет знать, известно ли вам о том, что мы сегодня совершили, -
сказал Хасан.
- Нет, - ответил Роджерс. - Мы не успели подключить все оборудование.
Хасан перевел ответ. Махмуд показал на небольшую спутниковую тарелку.
- Можете передать сигнал? - перевел его вопрос Хасан.
- На спутник? - с надеждой спросил Роджерс. - Конечно! Конечно, можем.
- Только компьютерные сообщения или голосовые тоже?
Генерал кивнул. Кажется, Махмуд увидел в РОЦе персональный мегафон. Что ж,
тем лучше. Это существенно облегчит ситуацию.
Махмуд улыбнулся и что-то сказал Ибрагиму. Тот поспешно закивал,
засмеялся, погладил грудь Мэри Роуз и потащил ее из фургона.
- Что вы делаете? - испуганно закричала женщина. - Генерал! Генерал!
- Оставьте ее! - резко сказал Роджерс. - Мы вы полняем ваши требования.
Если вам кто-то нужен, - он прыжками двинулся к террористу, - берите меня.
Хасан оттолкнул генерала. Тот попытался схватить его за волосы, но не
сумел, и террорист сбросил Роджерса в аккумуляторный отсек. Сондра рванулась
ему на помощь, но Роджерс предостерегающе вскинул руку. Если они хотят кого-то
избить, это должен быть только он сам.
- С тобой хорошо обращались! - крикнул Хасан и плюнул в лицо генерала. -
Скотина! Ты этого не заслуживаешь.
- Приведи ее обратно! - прорычал Роджерс. - Я сделал все, что вы
потребовали.
- Заткнись!
- Нет! - крикнул Роджерс. - Я думал, с вами можно договориться.
Подошел Махмуд и молча направил в лицо американца ствол пистолета. С
непроницаемым лицом курд произнес несколько фраз.
- Ты меня не зли, мистер Рембо, - перевел Хасан. - Ибрагим повезет
женщину на мотоцикле. А ты не теряй времени и связывайся со спутником. Если нас
остановят, он выколет ей глаза и бросит на дороге.
Роджерс выругал себя за глупость. Он совершил ошибку и настроил против
себя Хасана, Теперь надо сделать шаг назад и обдумать ситуацию,
Хасан рывком поднял генерала на ноги и швырнул на стул перед компьютером,
Махмуд произнес несколько слов.
- Он говорит, что ты отнял у нас много времени, - перевел Хасан. - Мы
хотим увидеть этот фургон со спутника.
Роджерс покачал головой.
- С технической стороны...
Махмуд развернулся и пнул Сондру в лицо. В последний момент она успела
несколько смягчить удар. Девушка рухнула на бок, но тут же быстро села.
Роджерс тоже получил увесистый пинок. Кажется, логика отошла на второй
план.
- Скажи Махмуду, - прошипел генерал, - что если он еще раз тронет моих
людей, вы ничего не получите.
Махмуд злобно затараторил по-арабски.
- Он забьет ее до смерти, если ты не выполнишь его требование, -
услужливо перевел Хасан.
- Вы находитесь на территории Соединенных Штатов, - ответил генерал. -
Здесь не принято подчиняться диктатуре. Ни при каких условиях. Переводи, черт
бы тебя побрал! - зарычал Роджерс.
Хасан послушно забубнил. Как только он закончил, Махмуд развернулся и
снова пнул Сондру. Руки девушки оставались свободны, она без труда
заблокировала удар и резко дернула ногу курда кверху. Махмуд потерял равновесие
и шлепнулся на спину.
- Отличная работа! - восхищенно выдохнул Коффи.
В следующую секунду Махмуд с яростным криком набросился на Девонн. Первый
удар пришелся в колено, второй - в челюсть девушки. На этот раз она не сумела
увернуться и рухнула на пол, Курд принялся бить ее ногами в живот.
- Ради всего святого, прекратите! - закричал Катцен.
Махмуд еще два раза ударил ее в грудь, после чего пнул носком ботинка в
рот. С каждым ударом глаза Кат-цена наливались кровью. Наконец он яростно
закричал на Роджерса:
- Сейчас он ее убьет! Делайте что-нибудь, черт бы вас побрал!
Генерал испытывал гордость за свою подчиненную. Она была готова
пожертвовать жизнью ради интересов нации. Последнего, однако, он допустить не
мог. Лучше, когда такие люди, как Сондра Девонн, остаются в строю.
- Ладно, - сказал Роджерс. - Я сделаю все, что вы хотите.
Махмуд остановился. Сондра попыталась сесть. По губам и щекам девушки
текла кровь. Она с трудом открыла глаза и взглянула на дрожащего от негодования
Катцена.
Роджерс пробрался к столу и сел в кресло перед компьютером. Перед тем, как
коснуться клавиатуры, он на мгновение поколебался. Если бы речь шла только о
нем и Папшоу, может быть, даже о Катцене и Коффи, он бы давно послал этих
курдов ко всем чертям. Уступив их первому требованию, генерал дал понять, что
на него можно давить. Набросившись на Хасана, он потерял единственного
возможного союзника и примирил террористов между собой. Это была серьезная
ошибка. Но он очень боялся за Мэри Роуз. Теперь у него оставалось лишь два
средства для борьбы с врагами: неожиданность и собственная жизнь. До тех пор
пока он будет управлять для них РОЦем, они его не убьют. И это значит, что он
всегда сумеет преподнести им сюрприз. Если, конечно, опять не потеряет головы.
Махмуд что-то сказал, Хасан согласно кивнул и перевел:
- Мы хотим увидеть изображение Ибрагима. Постарайся, чтобы оно было ясным
и четким.
Хасан и Махмуд сопели за спиной Роджерса. Он загрузил нужную программу,
напечатал, координаты и запросил визуальное изображение района. Когда на экране
появилась надпись "Уже в работе", у Роджерса перехватило дыхание. Сириец
наверняка умел читать по-английски. "Черт! - выругался про себя Роджерс. - До
чего же все неудачно складывается".
- Уже в работе, - прочитал Хасан и перевел фразу для Махмуда. -
Информацию запросил кто-то еще. Кто?
- Это мог сделать любой офицер разведки в Вашингтоне, - честно ответил
Роджерс.
Спустя двадцать секунд на экране появилось их изображение.
Махмуд довольно улыбнулся и что-то сказал Хасану.
- Он хочет, чтобы ты показал, кто еще за нами следит, - перевел Хасан.
Лгать дальше не имело никакого смысла. Они едва не убили Сондру,
Роджерс щелкнул по пиктограмме спутника, и на экране появился список
пользователей, которым был доступен данный файл. Он состоял всего из двух
названий:
Национальный центр наблюдений и Оп-центр.
Хасан объяснил, что означали эти слова, и перевел ответ Махмуда;
- Ты должен закрыть глаз спутника.
Роджерс не колебался ни секунды. Он хорошо знал правила игры в заложников.
Бывают моменты, когда надо безоговорочно подчиняться.
РОЦ не имел возможности отключить спутник 30-45-3, однако мог создавать
вокруг себя сильные помехи, которые не позволяли ничего разглядеть,
Региональный Оп-центр станет невидимым для всех видов электронной разведки.
Роджерс загрузил программу, предназначенную для укрытия РОЦа от наблюдения
со стороны противника. Теперь ему оставалось только нажать клавишу "Ввод".
- Готово, - произнес он.
Хасан перевел, Махмуд кивнул, и генерал нажал на клавишу.
Экран тут же затянула густая пелена помех. Хасан навалился на Роджерса и
сам щелкнул по пиктограмме спутника. Национальный центр наблюдений и Оп-центр
исчезли из списка пользователей фотофайла.
Махмуд довольно улыбнулся и вытащил из кармана кисет с табаком.
- Он хочет убедиться, что ты выполнил его приказ, - перевел Хасан.
- Я его выполнил, - сказал Роджерс. - Вы же видели.
- Я видел, как пропало изображение, - сказал Хасан и похлопал генерала по
плечу. - Доставай телефон. Я поговорю с твоими начальниками.
Роджерс похолодел, но внешне остался спокоен. Равнодушно кивнув, он
вытащил телефон из компьютерного разъема и попытался тут же нажать клавишу
"Стоп".
Меньше всего ему хотелось, чтобы Хасан услышал, как телефон продолжает
посылать сигналы.
Рука сирийца вцепилась в запястье генерала. Кнопку нажать не удалось.
- Где был телефон? Это что такое? - Брови Хасана , полезли вверх.
- Что? - спросил Роджерс.
- Он звонит.
- Нет, - насмешливо улыбнулся Роджерс. Надо любой ценой заставить Хасана
почувствовать себя дураком. - Он пищит из-за создаваемых нами помех. Если бы он
куда-то звонил, нам бы ответили. Смотри, если я наберу другой номер, все будет
в порядке.
Хасан, похоже, не поверил, но в этот момент Махмуд начал кричать, и между
террористами завязался спор.
- Набери номер и представь меня, - сказал наконец Хасан. - Остальное я
сделаю сам.
Роджерс ждал, пока Хасан отпустит его руку. Затем он нажал кнопку "Стоп",
услышал гудок и набрал номер Боба Херберта,
Спустя десять секунд испуганный помощник Боба Херберта позвал шефа к
аппарату.
Глава 26
Понедельник, три часа пятьдесят две минуты дня Вашингтон, округ Колумбия
Марта Маколл и руководитель пресс-службы Оп-центра Энн Фаррис обсуждали
возможные варианты объяснения миссии Худа для средств массовой информации.
Марта сидела за столом, Энн устроилась на диване, положив на колени портативный
компьютер. То и дело звучали фразы типа "экстраполярная интеракция" и
"интерпозитивный консенсус". Хитрость заключалась в том, чтобы придать поездке
шефа не разведывательный, а дипломатический оттенок. Неожиданно в кабинет
вкатилось инвалидное кресло Боба Херберта.
- Мы расшифровали сигнал Роджерса! - торжествующе сообщил он. - Гудки
представляли комбинацию цифр: 722528573. Это означает, что РОЦ захвачен курдами
и движется в долину Бекаа. Туда уже отправлены наши люди.
Зазвонил пристегнутый к креслу телефон. Помощник Херберта Чинми Йо
сообщал, что спутники потеряли РОЦ из виду.
- Вы уверены, что это не техническая поломка?
- Абсолютно, - ответил Йо. - Впечатление такое, что там взорвалась
атомная бомба. Ничего, кроме помех.
- Что показывает Риолайт? - спросил Херберт. Небольшой радиотелескоп
Риолайт находился на геостационарной орбите на высоте 22 300 миль и мог
фиксировать малейшие сигналы, посылаемые с земной поверхности.
- Риолайт их не фиксирует.
- Значит, РОЦ выставил помехи, - произнес Херберт.
- Мы тоже так решили, - кивнул Чинми. - Пытаемся восстановить контакт,
но, похоже, кто-то запустил на компьютерах РОЦа блокирующую программу. Мы не
можем к ним пробиться.
Херберт распорядился держать его в курсе всех изменений, но не успел он
вступить в разговор о миссии в долине Бекаа, как телефон зазвонил снова.
На этот раз это был не Чинми.
- С вами хотят говорить, - произнес голос в трубке. Херберт тут же нажал
на кнопку громкой связи и округлившимися глазами посмотрел на Марту.
- Майк, - показал он губами.
Марта тут же напечатала на компьютере команду:
Приоритет Один. Фиксировать разговор на сотовом телефоне Херберта.
Выполнить.
Команда тут же ушла по электронной почте начальнику радиоразведки Джону
Квирку.
- Что вы видите, когда смотрите на свой трейлер? - спросил незнакомый
голос.
- Вначале скажите, с кем я имею удовольствие беседовать, - ответил
Херберт.
- Мы захватили ваш фургон и команду из шести человек. Если не хотите,
чтобы их стало пятеро, отвечайте на мои вопросы.
Херберт подавил ярость.
- Мы ничего не видим.
- Ничего? Как выглядит ничего?
- Видим цветные помехи, - сказал Херберт и взглянул на Марту. - Конфетти.
Снег.
От Квирка уже пришел ответ: "Пытаемся вывести на карту".
Это означало, что секунд через двадцать пять радары определят
местонахождение звонящего.
- Может быть, вам пригодится наше содействие? - дружелюбно
поинтересовался Херберт, переходя на ближневосточный акцент. - Попробуем
обсудить ситуацию? Думаю, все можно решить.
- От вас требуется только одно; турки не должны остановить нас при
пересечении границы.
- Надеюсь, вы понимаете, что это не в наших силах, - ответил Херберт.
- Делайте, что вам говорят. А не то вы услышите выстрел, и одним вашим
шпионом станет меньше.
Спустя мгновение связь прекратилась. Марта показала Херберту два больших
пальца.
- РОЦ находится точно в том месте, где его зафиксировал "ES-4", - сказала
она. - Рядом с Огюзли, Он никуда не движется.
- Пока, - проворчал Херберт. Марта развернулась спиной к экрану и
попросила помощника соединить ее с турецким посольством. Херберт нервно
барабанил пальцами по подлокотнику инвалидного кресла.
- Что вы думаете, Боб? - спросила Энн.
- Думаю, успею ли перебросить к Огюзли своих людей, чтобы организовать
слежку и сопровождение РОЦа, - С космоса мы можем наблюдать лишь сплошные
помехи на десять миль вокруг.
- Есть ли другие варианты?
- Не знаю, - раздраженно ответил Херберт.
- Не хотите воспользоваться помощью русских? - спросила Энн. - Пол
находится недалеко от генерала Орлова. Может быть, их видно из
Санкт-Петербурга?
- Мы установили на РОЦе специальный скрамблер, чтобы его не было видно из
Санкт-Петербурга, - проворчал Херберт. - Пол с Орловым, может, и подружились,
но Москва и Вашингтон все еще присматриваются друг к другу. - Он ударил кулаком
по раскрытой ладони, - Самый навороченный передвижной разведывательный пункт во
всем мире захвачен кучкой террористов! Хуже, они получили доступ к нашему
радиокоду!
- Что это?
- Мы уже давно пользуемся радиопередатчиками, которые произвольно прыгают
с одной волны на другую. Армейские передатчики совершают до ста прыжков в
секунду. Наш делает несколько тысяч прыжков. Таким образом, сигнал абсолютно
невозможно расшифровать. На РОЦе находятся и передатчик, и приемник. А сам РОЦ
находится в руках террористов!
Марта предостерегающе подняла руку, показывая, что на связи турецкое
посольство. Херберт погрузился в мрачное раздумье. Вскоре Марта развернула
кресло и угрюмо произнесла:
- У нас проблема.
- Что еще? - не выдержала Энн.
- Через пятнадцать минут со мной свяжется посол Турции в США госпожа
Канде, Турки хотят заполучить террористов живыми или мертвыми. Полагаю, -
сказала Марта, - мне придется долго с ними спорить.
- Я их понимаю, - невесело покачал головой Херберт. - Нам тоже не мешает
иногда применять подобный подход.
- Самосуд? Первобытную справедливость?
- Нет, - поморщился Херберт. - Я хочу вернуть добрую старую
справедливость.
- Ваши взгляды и наша политика - вещи несовместимые, - произнесла Марта.
- Кстати, благодаря этому наша страна и стала великой.
- И уязвимой, - добавил Херберт. - Можете выдать карту Турции? - спросил
он, взглянув на компьютер Марты.
Марта выполнила его просьбу, и Херберт подкатил кресло к столу.
- Граница между Сирией и Турцией тянется на триста миль. Если мы
правильно истолковали сообщение Майка, то они направляются в сторону долины
Бекаа, в двухстах милях к юго-западу от Огюзли. Полагаю, мы сумеем обойтись
своими силами. - Он прочертил на экране линию от Турции до Ливана. - Эти места
неблагоприятны для РОЦа. Хорошо, если найдется одна или две дороги, по которым
он смог бы проехать. Нам нужен человек, хорошо знающий местные особенности.
Херберт снова взглянул на карту.
- Если наша цель Бекаа, то десантники высадятся в Тель-Авиве.
Предположим, мы добьемся одобрения конгресса. Тогда они пойдут на север, в
Ливан, а оттуда - в долину Бекаа. Там их и встретит наш проводник.
В этом случае есть надежда, что нам удастся спасти экипаж РОЦа.
- А может, и сам РОЦ, - добавила Марта. Херберт резко развернул кресло и
покатился к дверям.
- Это реальная возможность, - сказал он. - Я буду держать вас в курсе
всех событий.
Когда он уехал, Энн покачала головой.
- Удивительный человек! За одну минуту он успевает побыть Джеймсом
Бондом, Геком Финном и гонщиком на трассе.
- Лучше него пока никого не нашли, - проворчала Марта. - Надеюсь, он
сумеет сделать то, что надо.
Глава 27
Понедельник, одиннадцать часов двадцать семь минут вечера Кирьят-Шемона
"Вот так лучше", - подумал Фалах Шибли.
Темноволосый молодой человек стоял перед зеркалом посреди своей
однокомнатной квартиры и примерял красно-белую клетчатую куфью. Наконец ему
удалось устроить ее точно на макушке. Затем он старательно вычистил от перхоти
воротник светло-зеленого полицейского мундира.
Лучше, гораздо лучше.
Отслужив семь долгих и трудных лет в секретном подразделении израильской
разведки "Сайерат Ха'Друзим", он созрел для перемен. До перехода в местную
полицию ему практически и не приходилось носить чистую форму. Пропитанные потом
темно-зеленые брюки были постоянно измазаны то грязью, то кровью. Иногда его
собственной, чаще - чужой. На голову приходилось надевать либо берет, либо
каску. Больше всего фалах не хотел, чтобы какой-нибудь рьяный израильтянин
принял его за инфильтранта, когда он высунется из окопа или из-за угла дома.
фалах гордился своим происхождением и обретенной землей. Он выключил свет,
вентилятор и открыл дверь.
Вечерняя прохлада освежала. Фалаху было двадцать семь лет, когда он пришел
в местный полицейский участок и попросился в дорожный отдел. После напряженной
и опасной службы в "Сайерат Ха'Друзим" ему был нужен перерыв, чтобы сошел
загар, разгладились морщины и зарубцевались старые раны.
Через этот отдаленный город-кибуц террористы почти не проходили,
предпочитая безжизненные равнины на западе и на востоке. За исключением редких
пьяных водителей, краденых мотоциклов и дорожных аварий, служба протекала
спокойно и тихо. Настолько спокойно, что иногда ему удавалось пообщаться во
время дежурства с хозяином местного бара, бывшим сержантом "Сайерат Ха'Друзим".
При этом Фалах стоял на другой стороне дороги, и они обменивались сигналами
азбуки Морзе,
Не усп...
