Евгений Паршаков. Экономическое развитие общества
страница №23
...ескихпоказателей: роста валового продукта, заработной платы, улучшения жилищных
условий и т.д.
2) низкого качества выпускаемых изделий советскими предприятиями и, как
следствие этого, их низкой конкурентоспособностью на мировом товарном рынке;
3) недостатка рабочей силы в общественном производстве и, как следствие
этого, высокой текучести кадров и низкой трудовой дисциплины;
4) дефицита в сфере торговли многих товаров, в том числе продуктов
питания, и, как следствие этого, широкого распространения черного рынка,
хищений, коррупции.
Рассмотрим, каким образом экономические законы порождают в советской
экономике экономические противоречия и негативные явления. Экономический
закон соответствия централизации производства уровню пооперационного
разделения труда, который в советской экономической жизни нарушается в
наибольшей степени, неоднократно, как мы уже показали выше, в предыдущих
главах, проявлял себя в историческом развитии общества в форме грандиозных
преобразований в экономике того или иного общества в ту или иную эпоху.
Эти экономические преобразования происходили тогда, когда резко
усиливалось противоречие, являющееся выражением нарушения соответствия
централизации производства уровню пооперационного разделения труда. И эти
экономические преобразования каждый раз приводили уровень централизации
производства в соответствие с достигнутым в данную историческую эпоху в
ведущей отрасли той или иной страны уровнем пооперационного разделения
труда. А восстановление соответствия между централизацией производства и
достигнутым уровнем пооперационного разделения труда открывало широкий
простор для дальнейшего более быстрого развития производительных сил
общества, более быстрого роста общественного производства.
Первое такое преобразование осуществилось в первобытно-общинном
обществе, когда ведущей отраслью при совершении аграрно-технической
революции становилось пашенное земледелие. Ранее сообща обрабатываемые поля
разделялись на отдельные участки и передавались в индивидуальное (семейное)
пользование. Была осуществлена децентрализация земледельческого
производства, которая способствовала более быстрому развитию сельского
хозяйства и всей экономики в целом.
Второе такое крупное преобразование было осуществлено в Древнем Риме на
рубеже второго-третьего веков н.э., когда большие римские латифундии были
ликвидированы, а земля в виде отдельных участков была роздана в аренду рабам
и свободным крестьянам. Децентрализация земледельческого производства в Риме
также способствовала более быстрому экономическому развитию общества.
Третье подобное преобразование было осуществлено в Западной Европе в
средние века в эпоху индустриально-технической революции, когда была
осуществлена децентрализация цехового промышленного (ремесленного)
производства. Децентрализация (отмена мелочного регламента сверху, со
стороны цеховой иерархии над деятельностью отдельных мастерских)
ремесленного производства способствовала ускорению
индустриально-технического развития Западной Европы, которая опередила по
экономическому развитию Восточные страны, хотя, конечно, это была не
единственная причина более быстрого развития Западной Европы.
Во всех этих случаях осуществлялась децентрализация производства,
которая приводила уровень централизации производства в соответствие с
невысоким уровнем пооперационного разделения труда, как в древнем
земледелии, так и в средневековой промышленности. Децентрализация
производства происходила потому, что во всех трех случаях производство
оказывалось чрезмерно централизованным для существующего низкого уровня
пооперационного разделения труда и тем самым сковывало инициативу
работников, тормозило развитие производства.
А вот на рубеже XIX-XX вв., когда было в короткий исторический срок
стихийно осуществлено аналогичное преобразование, произошла не
децентрализация производства, а, наоборот, произошло усиление централизации
производства, в результате чего мелкие и средние промышленные предприятия
стали объединяться в более крупные акционерные предприятия. Это произошло
потому, что пооперационное разделение труда росло быстрее, чем размеры
производства, и между ними возникло новое несоответствие, которое и было
разрешено укрупнением промышленных предприятий.
При осуществлении социалистических революций в ряде стран все или почти
все производство в них было в силу субъективного (идеологического) фактора
централизовано в масштабах каждого государства. Это привело к резкому
несоответствию, разрыву между чрезмерно высокой централизацией, особенно в
СССР, общественного производства и относительно невысоким уровнем
пооперационного разделения труда. Ведь уровень пооперационного разделения
труда хотя и резко возрос за последние десятилетия, не мог угнаться за таким
мгновенным ростом централизации производства, когда все предприятия страны,
все общественное производство было объединено в одно предприятие, в одну
фабрику, которая управляется из одного центра: правительства и его
министерств.
Особенно остро ощущается возникшее противоречие между относительно
невысоким уровнем пооперационного разделения труда и чрезмерной
централизацией общественно го производства в СССР с его большим населением
и, вследствие этого, огромными масштабами производства. И по мере
количественного и качественного роста советского общественного производства
и, следовательно, дальнейшего усиления его централизации это противоречие с
каждым десятилетием, с каждым годом все более и более усиливается.
В новейшей истории также имели место явления, когда происходил
грандиозный процесс либо централизации, о чем мы уже говорили, либо,
наоборот, децентрализации общественного производства в социалистических
странах. Централизация производства, как правило, происходила при
национализации предприятий во время осуществления революционных
преобразований в той или иной стране. Но очень скоро выяснилось на практике,
что чрезмерно централизованное производство, особенно сельскохозяйственное,
является неэффективным, и делались попытки, удачные или неудачные,
осуществить децентрализацию общественного производства.
Первая такая попытка децентрализации производства была осуществлена в
Советской России в 1921 году, когда ленинское правительство перешло от
централизованного и уравнительного социализма (военного коммунизма) к нэпу.
Децентрализованное производство при нэпе в 20-е годы, можно сказать, спасло
Россию (Советский Союз) от голодного вымирания. Но просуществовало
децентрализованное производство недолго - всего несколько лет. В конце 20-х
годов снова была осуществлена глобальная централизация всего общественного
производства, в том числе промышленного и сельскохозяйственного, которая
существует с мелкими, незначительными изменениями и поныне.
В первое время, в 30-40-е годы, жесткая централизация всего
общественного производства, когда в стране осуществлялась индустриализация
общества, остро не ощущалась. После же осуществления индустриализации
общества чрезмерная централизация производства стала ощущаться все сильнее,
и особенно остро они стала ощущаться в последние 15 лет, что связано,
во-первых, с усилением централизации производства в конце 60-х годов,
во-вторых, с увеличением масштабов промышленного производства, в-третьих, с
осуществлением научно-технической революции, и, вчетвертых, с ростом
образовательного и культурного уровня населения.
Общественное производство в эпоху научно-технической революции не может
быстро развиваться, если оно опутано сотнями ограничений, директив,
указаний, инструкций, распоряжений и т.д., непрерывным потоком следующих из
центра на каждое предприятие. Жесткое централизованное управление огромным
по масштабам советским общественным производством из одного центра в большей
степени мешает нормальному функционированию предприятий, чем помогает им.
Вторая попытка осуществления децентрализации производства в
социалистических странах была успешно осуществлена в начале 50-х годов в
Югославии. Известно, что в послевоенный период именно в Югославии имели
место самые высокие из социалистических стран темпы роста производства,
особенно промышленного.
В последнее время децентрализация общественного производства успешно
осуществляется еще в двух социалистических странах: Венгрии и Китае. Успехи
децентрализованного производства в этих странах настолько заметны, что можно
не сомневаться, что Советский Союз, если и в нем не будет осуществлена
децентрализация производства, вскоре все более и более будет отставать от
них.
По экономическим показателям на душу населения СССР уже отстает от
Венгрии. Приведем некоторые сравнительные данные об успехах СССР и Венгрии в
этой области. В СССР в 1965 году производилось мяса на душу населения 41 кг,
а сейчас - 87 кг. В Венгрии мяса на душу населения производилось: в 1950 г.
- 67,2 кг, в 1960 г. - 81,7 кг и в 1981 г. - 144 кг. По уровню производства
мяса на душу населения Венгрия заняла второе, после Дании, место в Европе.
В СССР урожайность зерновых составляла в 1965 г. 13,7 центнера с
гектара, а в настоящее время - около 16 ц. В Венгрии же урожайность зерновых
росла следующим образом: 1950 г. - 10,3 ц с га, 1960 г. - 19,6 ц, 1980 г. -
36,1 ц. При этом урожайность пшеницы составила в 1980 г. 47 ц с га, а
урожайность кукурузы - 50 ц с га.
Производство зерна на душу населения в 1981 г. в Венгрии составило 1330
кг, в США - 1266 кг, в СССР составляет в среднем около 700 кг и лишь в
некоторые годы несколько больше этого показателя. По урожайности пшеницы и
кукурузы Венгрия входит в первую пятерку стран мира. А на каком же месте
находится СССР?
Не менее разительны показатели надоев молока. В СССР надои молока в
расчете на одну корову повысились с 1965 г. по настоящее время с 1853 кг до
2094 кг. А в Венгрии удои молока составили: в 1960 г. - 1863 л, а сейчас -
свыше 3777 л. (25)
Что же касается Китая, он, конечно, отстает от СССР, но если
экономическая политика в СССР не изменится, то скоро Китай догонит нашу
страну, сначала по абсолютному валовому продукту, а затем и по ВНП на душу
населения, ибо в последние годы темпы экономического роста в Китае в
несколько раз выше, чем в СССР. Более же высокие темпы экономического роста
Югославии, Венгрии и Китая обеспечиваются их децентрализован ным
производством, в то время как советское общественное производство тормозится
его чрезмерной централизацией.
Советскую экономику можно сравнить с автомобилем, у которого педаль
газа жестко соединена с педалью тормоза. Вы нажимаете на педаль газа, чтобы
увеличить движение автомобиля, но одновременно вы нажимаете и педаль
тормоза. В результате автомобиль не увеличивает скорость, а начинает идти
рывками, плохо слушаться руля. Чтобы быстрее двигаться, необходимо
освободить педаль газа от педали тормоза. Чтобы советская экономика быстрее
развивалась, двигалась вперед, ее необходимо освободить от тормозящей ее
чрезмерной, жесткой государственной централизации. При этом необходимо
использовать положительный опыт Югославии, Китая и, особенно, Венгрии в этом
направлении, отбрасывая в этом опыте все неприемлемое для нас, например,
безработицу, инфляцию, внешний долг и т.д.
В последнее время много говорится о том, что экономический застой можно
преодолеть посредством технической реконструкции промышленности, внедрения
новой техники и технологии. Это несомненно правильно. Но техническая
реконструкция, внедрение новой техники и технологии дадут большой
экономический эффект лишь при том непременном условии, если общественное
производство, в том числе промышленность, будет децентрализовано. Если же
техническая реконструкция будет осуществляться в условиях чрезмерного
централизованного производства, то значительных экономических результатов
ожидать не приходится. Об этом ярко свидетельствует опыт советского
сельского хозяйства.
После 1968 годы, когда советское руководство приостановило процесс
децентрализации общественного производства, начатый в 1964-1965 г.г., было
принято решение идти по другому пути - по пути ускоренной технической
реконструкции сельского хозяйства. И в соответствии с этой новой задачей в
сельское хозяйство были направлены огромные средства. В 1971-1975 г.г. для
нужд сельского хозяйства государство выделило и израсходовало
астрономическую сумму - свыше 130 млрд.руб. Каков же результат? Может быть,
урожайность зерновых культур повысилась, как это произошло в это же самое
время в Венгрии?
Ничуть не бывало. И урожайность зерновых и совокупный сбор зерна
остались на том же самом уровне. В 80-е годы из года в год зерна собирается
в стране менее 200 млн.тонн. А ведь в 60-х годах, т.е. до тех
астрономических вложений средств в сельское хозяйство, которые были
осуществлены в 1971-1975 г.г., в некоторые годы собирали урожай зерновых
свыше 200 млн. тонн.
То же самое произойдет в будущем и с огромными вложениями средств в
промышленное производство и другие отрасли общественного производства. Они
не дадут большого эффекта, если техническая реконструкция будет
осуществляться в условиях чрезмерного централизованного общественного
производства. Для того, чтобы получить отдачу от вложенных средств,
необходимо децентрализовать общественное производство.
Почему именно в Венгрии наблюдается в последние десятилетия бурный
экономический рост в сельском хозяйстве? Да только потому, что именно в
Венгрии была осуществлена глубокая децентрализация сельскохозяйственного
производства. В других же социалистических странах (кроме Югославии и Китая)
сельскохозяйственное производство по-прежнему остается централизованным,
поэтому и продолжается там экономический застой или даже имеет место
сокращение производства.
С другой стороны, возникает вопрос, почему именно в сельском хозяйстве
венгерские трудящиеся достигли наибольших успехов? Да потому, что именно в
сельском хозяйстве Венгрии децентрализация общественного производства
осуществлена наиболее решительно, наиболее глубоко, наиболее
последовательно. Если децентрализация общественного производства так же
последовательно будет осуществлена и в других отраслях Венгрии, то и там
следует ожидать больших успехов, гораздо больших, чем это имеет место
сейчас.
И если децентрализация общественного производства, подобная той,
которая осуществлена в Венгрии, будет осуществлена в СССР, то и у нас будут
достигнуты такие же внушительные успехи в экономическом развитии, каких
достигли сельские труженики Венгрии.
Конечно, невозможно предусмотреть все трудности, которые возникнут при
осуществлении децентрализации производства, но, во-первых, часть этих
трудностей можно избежать, если изучить опыт функционирования
децентрализованного производства в Югославии, Венгрии и Китае. Во-вторых,
децентрализацию общественного производства можно осуществлять поэтапно: по
отраслям и территориям (министерствам и республикам). И в-третьих, возникшие
трудности можно решать во время осуществления реформ.
Следует отметить, что децентрализация производства не даст желаемых
результатов, если одновременно не будет осуществлена реформа
налогообложения, поскольку существующая система налогообложения, в частности
такой налог, если его можно назвать налогом, как отчисление в
государственный бюджет свободного остатка прибыли предприятий, сведет на нет
эффект децентрализации производства. Для успешного функционирования
децентрализованного производства необходимо заменить все существующие налоги
налогом на государственные производственные фонды (арендной платой) всех
хозрасчетных предприятий и учреждений и прогрессивным подоходным налогом.
Необходимость осуществления децентрализации общественного производства
в СССР и других социалистических странах с централизованной экономикой
вытекает из существования экономического закона соответствия уровня
централизации общественного производства уровню пооперационного разделения
труда, при нарушении которого между централизацией производства и уровнем
пооперационного разделения труда возникает несоответствие, что и проявляется
в форме экономического застоя, экономических негативных явлений.
Другое экономическое противоречие, хотя и в меньшей степени, особенно
для СССР, возникает в социалистических странах вследствие существования
другого экономического закона - закона соответствия размеров товарного рынка
уровню общественного разделения труда. Этот закон проявляется в том, что
крупным специализированным предприятиям, особенно в небольших странах,
зачастую бывает трудно сбыть свою продукцию на ограниченном товарном рынке.
И они должны или часто менять номенклатуру выпускаемых изделий, или
выпускать одновременно несколько или много разных изделий, что увеличивает
материальные издержки производства, снижает производительность труда и
снижает доход для работников всех предприятий. Этого можно было бы избежать,
если бы эти предприятия имели свободный доступ на товарные рынки других
стран для сбыта своей продукции. Но этому препятствует, по крайней мере в
СССР, существование государственной монополии внешней торговли.
Советская экономика нуждается не в охране ее от конкуренции со стороны
зарубежных предприятий, а, наоборот, в ее оздоровлении в помощью конкуренции
с другими, особенно западными, предприятиями.
Советские предприятия вследствие существования государственной
монополии внешней торговли находятся в тепличных условиях, они в силу этого
обстоятельства не могут быть конкурентноспособными на мировом товарном
рынке. Конкуренция же с зарубежными предприятиями привела бы в конечном
счете не только к резкому улучшению качества изделий советских предприятий,
но и к внедрению на предприятиях новой и новейшей технологии и техники, в
том числе компьютерной, что бы в огромной степени способствовало росту
производительности труда и всех других экономических показателей.
Конечно, в один день отменить государственную монополию внешней
торговли нельзя. Прежде чем ее отменять, необходимо осуществить реформу
децентрализации производства и налогообложения. Затем, через некоторое время
после завершения децентрализации производства, можно отменить
государственную монополию внешней торговли в торговле с социалистическими
странами, предоставив советским предприятиям и учреждениям право вести
торговлю непосредственно с предприятиями этих стран, минуя государственные
внешнеторговые организации и предприятия. Через некоторое время, скажем,
через несколько месяцев, можно таким образом отменить государственную
монополию в торговле со странами третьего мира: Азии, Африки и Латинской
Америки. Еще через некоторое время советским предприятиям можно предоставить
право вести торговлю с предприятиями Западной Европы и в последнюю очередь -
с предприятиями США, Канады и Японии.
При отмене государственной монополии внешней торговли ввозимые в страну
товары первое время в случае необходимости с целью защиты отечественных
товаров можно облагать налогом (пошлинами), а затем, постепенно снижая
пошлины, можно со временем их отменить.
Еще одно крупное экономическое противоречие, существующее в советской
экономике, связано с нарушением экономического закона соответствия
общественно-производственных отношений характеру труда основной массы
трудящихся.
При совершении научно-технической революции происходит изменение
характера труда производителей материальных благ таким образом, что труд все
большего и большего числа трудящихся становится исключительно или
преимущественно творческим трудом. Но труд большинства трудящихся станет
творческим трудом лишь на последней, завершающей стадии научно-технической
революции. А советская экономика, советское общество находятся лишь в ее
начальной стадии. И труд большинства трудящихся не носит творческого
характера.
По этой причине основным стимулом труда должен быть материальный
стимул, а не моральный, который зачастую незаметно превращается в
административное принуждение. При этом на первом месте должен быть
коллективный материальный стимул, т.е. общий для коллектива того или иного
предприятия или учреждения, их объединений и частей, подразделений. А личный
и общегосударственный (или общеотраслевой) материальный стимулы должны быть
на втором месте.
В советской же экономике на первом месте находится общегосударственный
материальный стимул, тождественный моральному стимулу. На втором месте стоит
личный материальный стимул, который чаще всего носит формальный характер. А
коллективный материальный интерес не только носит формальный характер и
играет третьестепенную роль, но зачастую отсутствует совсем. Отражением
этого является тот факт, что если у разных работников одного и того же
предприятия или учреждения размеры зарплаты сильно отличаются друг от друга,
в это же время величины средней заработной платы коллективов разных
предприятий, особенно одной и той же отрасли, мало отличаются друг от друга.
Если при планировании уровня заработной платы разных работников одного и
того же предприятия исходят из принципа дифференцированного распределения
дохода, то при планировании уровня средней зарплаты коллективов разных
предприятий, особенно одной отрасли, исходят из принципа уравнительного
распределения дохода.
Центральное руководство принимает самые решительные меры, чтобы не
допустить дифференциации доходов для различных трудовых коллективов. А это
сковывает инициативу последних, ибо у них отсутствует коллективный
материальный стимул и они не проявляют достаточно инициативы для
экономического развития и роста предприятия: расширения производства, роста
производительности труда, внедрения новой технологии и т.д.
Главным механизмом для сохранения уравнительного распределения доходов
для разных коллективов предприятий является механизм налогообложения.
Дифференцированная система налогообложения позволяет государству отбирать у
любого предприятия все излишки его дохода, оставив ему ровно столько,
сколько было запланировано заранее. Это осуществляется с помощью различных
ставок налога на производственные фонды предприятий, которые меняются
произвольно, и особенно посредством отчислений свободного остатка прибыли
предприятий в государственный бюджет.
Существующая система налогообложения невероятно сковывает всю советскую
экономику, делает ее неповоротливой, неуклюжей, убогой,
неконкурентоспособной на мировом товарном рынке, так что изделия,
изготовляемые на советских предприятиях, приходится продавать на мировом
рынке, как правило, ниже издержек их производства.
Современная система налогообложения устроена таким образом, что
работникам коллективов предприятий фактически выплачивается заранее
определенный, запланированный фонд зарплаты, а все остальное изымается по
различным каналам в государственный бюджет. Это своего рода денежная
разверстка в отличие от продовольственной разверстки централизованного
уравнительного социализма 1917-1921 г.г. и денежно-продовольственной
разверстки 30-40-х г.г.
Налогообложение же необходимо изменить таким образом, чтобы все
хозрасчетные предприятия и учреждения вносили в государственный бюджет
заранее определенный, запланированный налог (арендную плату), выраженный в
определенном проценте от стоимости государственных производственных и
непроизводственных фондов и средств, находящихся в бессрочном пользовании у
коллективов этих хозрасчетных предприятий и учреждений: основных
производственных фондов, оборотных фондов, земельных, жилищных фондов,
денежных средств.
Ставка же прогрессивного подоходного налога должна изменяться в
зависимости от изменения соотношения средней зарплаты того или иного
коллектива к средней зарплате трудящихся всей страны. Если средняя зарплата
того или иного коллектива превышает среднюю зарплату по стране, то ставка
налога несколько увеличивается. Если же средняя зарплата коллектива ниже
средней зарплаты по стране, то ставка налога понижается по сравнению с
установленной в качестве эталона.
Вся же остальная часть дохода хозрасчетных предприятий и учреждений
должна оставаться в полном распоряжении коллективов, которые распоряжаются
ею по своему усмотрению. Иначе говоря, в сфере налогообложения, финансов
должен быть осуществлен переход от денежной разверстки к денежному налогу,
или к новому нэпу.
Если доход коллектива какого-то передового предприятия резко возрастет,
то возникший дополнительный доход (по сравнению с прошлым доходом или по
сравнению с другими средними предприятиями) можно распределить между
коллективом и государством (фондом заработной платы и суммой налога) разными
способами. Можно весь или почти весь дополнительный доход направить в
государственный бюджет по различным каналам под различными предлогами.
Именно так и происходило (и происходит сейчас) распределение
дополнительного, сверх запланированного дохода (прибыли) в СССР на
протяжении всей его истории, кроме периода нэпа в 20-е годы, с
незначительными изменениями и отличиями. Но такое непропорциональное
распределение дополнительного дохода приводит к противопоставлению интересов
коллективов и государства, ибо оно осуществляется исключительно или
предпочтительно в интересах одной стороны - государства и игнорирует интерес
другой стороны - коллективов, что сковывает их инициативу.
Можно, наоборот, весь или почти весь дополнительный доход коллектива
передового предприятия оставлять в его распоряжении, перечисляя в
государственный бюджет ежегодно одну и ту же сумму денежных средств, которая
лишь будет постепенно увеличиваться по мере увеличения стоимости
производственных фондов, принадлежащих государству, но не будет
увеличиваться вследствие увеличения дохода предприятия, возникновения и
роста дополнительного, сверх запланированного дохода. Но такое распределение
дополнительного дохода также приведет к противопоставлению интересов
коллектива и государства, но в противоположном направлении. Государство в
этом случае, помимо прочего, не будет заинтересовано расширять именно это
высокодоходное производство, ему будет безразлично, куда осуществлять новые
капитальные вложения. Кроме того, такая система налогообложения приведет к
чрезмерной дифференциации средней зарплаты разных коллективов, особенно
фондоемких предприятий.
Для того чтобы интересы коллектива и государства гармонически
сочетались, дополнительный доход предприятий необходимо посредством
налогового законодательства делить между коллективами и государством.
При такой системе налогообложения оба главных критерия эффективности
работы отдельных коллективов хозрасчетных предприятий и учреждений - темпы
роста реальной заработной платы (жизненного уровня) работников коллектива
того или иного предприятия и учреждения и срок окупаемости государственных
производственных и непроизводственных фондов и средств, переданных в
пользование этому коллективу, - не будут вступать друг с другом в
непримиримое противоречие, как это зачастую имеет место в настоящее время, а
будут постоянно гармонировать между собой. На тех предприятиях, где средняя
зарплата коллективов будет выше средней зарплаты трудящихся всей страны,
будет меньше и срок окупаемости государственных средств. На тех же
предприятиях, где срок окупаемости средств будет большим, чем в среднем по
стране, и средняя зарплата коллективов трудящихся будет ниже средней
зарплаты по стране.
Только такая система налогообложения будет учитывать и интересы
отдельного коллектива общества, и интересы всего общества. И тем самым будет
наилучшим образом способствовать быстрому экономическому развитию и росту
страны. Но она будет эффективной лишь в том случае, если будет сочетаться с
децентрализацией всего общественного производства.
Вышеуказанные экономические противоречия привели в последние 15 лет к
резкому снижению темпов экономического роста советской экономики, в том
числе в первую очередь производительности труда. А это все более усиливает
экономическое противоречие между ростом потребностей советских людей и
уровнем производительности труда, поскольку рост потребностей происходит
быстрее, чем рост производительности труда.
И без того низкие темпы роста производительности труда (около 2% в год
в последнее десятилетие) зачастую являются фиктивными. А достигается это
двумя способами. При одном из них при частых незначительных изменениях
выпускаемых изделий издержки производства нового изделия искусственно резко
завышаются, чем создаются большие резервы для последующего "роста"
производительности труда. Зачастую именно с этой целью и осуществляется
"модернизация" выпускаемых изделий.
При другом способе, который является настолько же действенным,
насколько примитивным, при отсутствии фактического роста производительности
труда на предприятиях в ходе очередной кампании за повышение
производительности труда или в конце очередного года, когда подводятся итоги
работы предприятия и его подразделений, пересматриваются нормы выработки
рабочими в сторону их увеличения, и в министерство идут победные реляции,
что коллективы коммунистического труда, включившись в социалистическое
соревнование, досрочно выполнили планы по росту производительности труда и
т.д.
Но одновременно с увеличением норм выработки понижаются расценки для
сдельных работ. А это может привести к понижению заработной платы, поскольку
фактического роста производительности труда нет или же он незначителен, со
всеми вытекающи ми отсюда последствиями, например, усилением текучести
кадров или понижением трудовой дисциплины и т.д. Чтобы не допустить этого,
руководители предприятий и их подразделений и служащие отделов труда и
заработной платы ежегодно выписывают огромное количество липовых, фиктивных
нарядов на огромные, астрономические суммы, которые исчисляются в масштабах
всей страны, надо полагать, в миллиардах руб. в год.
Если бы всех руководителей, с ведома которых выписываются фиктивные
наряды, привлечь к уголовной ответственности в соответствии с уголовным
законодательством, большая часть, если не весь управленческий аппарат,
оказались бы на скамьях подсудимых. Но этого никогда не произойдет отчасти
потому, что полный запрет приписок приведет к резкому падению показателей
роста производительности труда.
Для удовлетворения все растущих потребностей людей необходимо постоянно
увеличивать производительность труда. А для резкого увеличения темпов роста
производительности труда необходимо реформировать всю советскую экономику
сверху донизу. Необходимо осуществить децентрализацию общественного
производства, реформу налогообложения, необходимо постепенно отменить
государственную монополию внешней торговли. Необходимо, кроме того, резко
сократить и затем продолжать дальнейшее постепенное сокращение
государственных дотаций с заменой их там, где это необходимо, выдачей
кредитов хозрасчетным предприятиям и учреждениям: промышленным,
строительным, сельскохо зяйственным, транспортным, связи, торговым, бытового
обслуживания, возможно, также научным и проектным институтам, издательствам,
медицинским учреждениям (при амбулаторном лечении в поликлиниках небольшую
плату можно взимать с населения - пациентов, а за стационарное лечение в
больницах - с предприятий, на которых работают пациенты), жилищному
хозяйству (при одновременном повышении квартирной и заработной платы) и,
быть может, некоторым другим предприятиям и учреждениям.
Необходимость отказа от политики государственных дотаций вытекает из
необходимости покончить с уравнительным перераспределением доходов и
ликвидации иждивенческих настроений некоторых трудовых коллективов и их
руководителей.
Необходимо, по-видимому, осуществить реформу и в области оплаты труда:
усовершенствовать основную (ликвидировать, в частности, приписки) и
дополнительную (премии) зарплату; заменить двухразовую выдачу зарплаты в
месяц (аванс и окончательный расчет за последний месяц) еженедельным
начислением и выдачей зарплаты и т.д.
Но следует иметь в виду, что при осуществлении децентрализации
общественного производства вопросы совершенствования оплаты труда
целесообразно решать в децентрализованном порядке, все же решения
правительства в этой области должны, по-видимому, носить рекомендательный
характер. Можно не сомневаться, что каждый коллектив установит такую систему
оплаты труда своих работников, которая для этого коллектива явится наиболее
приемлемой и наиболее эффективной для стимулирования труда и роста его
производительности, для внедрения новой техники и технологии и улучшения
качества выпускаемых изделий. Ибо в децентрализованном производстве главным
двигателем экономического прогресса явится материальный коллективный интерес
и творчество масс. Правительственные же и государственные органы управления
должны лишь осуществлять контроль за правильностью начисления и выдачи
зарплаты на предприятиях и в учреждениях, пресекая всякие противозаконные
махинации в этом направлении.
Централизованное планирование фондов заработной платы предприятий и
учреждений сковывает инициативу коллективов тем, что при значительном
перевыполнении плана по разным экономическим показателям, прежде всего роста
производительности труда, передовой коллектив того или иного предприятия или
учреждения лишь временно, в течение нескольких месяцев, получает повышенную
зарплату. Затем он получает новый, повышенный план, учитывающий достигнутые
экономические успехи, а фонд заработной платы ему планируется прежний, на
уровне других предприятий.
Но новый, повышенный план выполнить гораздо труднее, поскольку
значительная часть производственных резервов оказалась неиспользованной, и
перед коллективом возникает призрак угрозы срыва нового, повышенного плана
со всеми вытекающими отсюда неприятными последствиями, в том числе угрозой
лишиться премии для всего коллектива или хотя бы только для управленческого
аппарата. При выполнении плана в очередной месяц по разным причинам
объективного и субъективного характера, от которых никто не застрахован,
этот передовой, по сравнению с другими предприятиями, коллектив в
действительности остается без премии, и его зарплата оказывается более
низкой, чем у других трудовых коллективов, которые работают по принципу:
"сзади не отставай, но и вперед не забегай".
И все знают, что такая неприятная перспектива ожидает каждого из них,
если только они будут работать лучше других, и поэтому все стараются не
вырываться вперед, а идти в ногу со всеми, создавая и сохраняя как можно
больше производственных резервов. Все стараются быть равными, незаметными,
серыми.
До войны, в годы первых пятилеток, нормы выработки и планы
перевыполнялись на сотни процентов; после войны, в 40-50-х г.г. нормы
выработки и производственные планы перевыполнялись на десятки процентов; в
60-е годы планы коллективами предприятий выполнялись на 102, 105, иногда на
110%. В настоящее время производственные планы выполняются, как правило, на
100,1% или 100,2%, или, наконец, на 100,3%. Перевыполнение плана хотя бы
только на 1% считается такой же большой неприятностью и просчетом
руководства, как и недовыполнение плана.
И одной из главных причин этого, хотя и не единственной, является
централизованное планирование фонда заработной платы коллективов предприятий
и учреждений на основе уравнительного распределения национального дохода
между коллективами предприятий и учреждений, которые работают (и еще более
могут работать) неодинаково. И ликвидировать такое положение можно только с
помощью тех реформ, о которых говорилось выше, реформ, в соответствии с
которыми неодинаковые коллективы работников, работающие неодинаково, должны
получать неодинаковую зарплату. И одной из таких реформ должна быть реформа
децентрализации оплаты труда. Проведение этих реформ позволит резко повысить
темпы роста производительности труда, что позволит ликвидиро вать или резко
уменьшить противоречие между высоким уровнем потребностей советских людей и
низким уровнем производительности их труда.
7. Негативные явления в советской экономике и советском обществе.
К числу множества негативных явлений в советской экономике и советском
обществе относятся: вопиющая бесхозяйственность во всех сферах общественного
производства и непроизводственной сфере; низкие темпы роста
производительности труда, валового национально го продукта, в том числе на
душу населения, жизненного уровня; острый недостаток жилья; низкое качество
выпускаемых предприятиями изделий; недостаток на предприятиях и в
учреждениях работников; высокая текучесть кадров; приписки при начислении
зарплаты; дефицит многих и многих товаров в торговой сети; спекуляция,
черный рынок, хищения, коррупция; и - как венец этих и других негативных
явлений - алкогольный бум в последние 15 лет.
Алкогольное промышленное производство является единственным в СССР в
последние 15 лет звеном общественного производства, которое не только не
сокращало темпов своего роста, но, наоборот, с каждым годом их увеличивало.
Мы достигли здесь таких грандиозных "успехов", что обогнали по количеству
производства и потребления алкогольных напитков на душу населения все или
почти все страны мира. В чем же причина этого беспрецедентного алкогольного
взрыва?
Одни утверждают, что причиной является низкий жизненный уровень. Но
ведь раньше жизненный уровень был еще ниже, особенно до войны, а массового
алкоголизма не было. Кроме того, во многих странах Азии, Африки и Латинской
Америки жизненный уровень ниже, чем в Советском Союзе, но такого бурного
роста алкоголизма в них не наблюдается.
Другие утверждают, что, наоборот, алкоголизм растет потому, что жить
стали лучше и у людей появилось много лишних денег. Но в странах Западной
Европы и Северной Америки жизненный уровень выше в 2-3 раза, чем в СССР, но
и там такого роста массового алкоголизма нет. Кроме того, предположить, что
алкоголизм неизбежно будет расти с ростом жизненного уровня советских людей,
значит предположить, что в будущем, когда жизненный уровень советских людей
поднимется в 2-3 раза (ведь когда-нибудь это произойдет), произойдет полное
вырождение советского народа вследствие алкогольного отравления. Такое
предположение было бы ужасным и не может быть для нас приемлемым.
Третьи утверждают, что алкоголизм является следствием низкой
организации досуга, отдыха населения. Люди пьют потому, что не знают, чем
заняться, как "убить" свое время отдыха. В этом есть какая-то доля истины,
но главная причина все же другая. Ведь и в 30-е годы существовала 41-часовая
рабочая неделя, а организация отдыха была на еще более низком уровне, тем не
менее всеобщего увлечения пьянством не было.
Четвертые говорят, что население России пило всегда. Но это явная ложь.
Во-первых, с 1914 по 1925 годы в России существовал сухой закон, и люди пили
мало. Во-вторых, как мы уже говорили, алкогольный бум наблюдается примерно в
последние 15 лет, в течение которых производство и потребление алкогольных
напитков на душу населения, как свидетельствует статистика, возросло в
несколько раз. При этом многие советские люди расходуют на потребление
алкогольных напитков свыше 50% своей зарплаты.
Пятые доказывают, что алкоголизм является просто вредной привычкой, и
достаточно ограничить торговлю алкогольными напитками - и алкоголизм пойдет
на убыль и исчезнет. Но возникает вопрос: почему эта вредная привычка в
последние 15 лет имеет тенденцию к усилению, а не сокращению, затуханию?
Существование всех и всяких привычек людей определяется социальной
средой того или иного человеческого общества: бытие определяет сознание. В
одних социальных условиях та или иная привычка ослабляется и в конце концов
исчезает, в других социальных условиях привычка сохраняется примерно на
одном уровне, а в третьих социальных условиях та или иная привычка
усиливается, если эти социальные условия благоприятствуют этому.
Если в последние 15 лет алкоголизм в СССР стал бурно расти, то это
говорит лишь о том, что именно в это время социальные условия советского
общества стали благоприят ствовать этой дурной привычке. Алкоголизм является
социальной болезнью, и лечить его необходимо социальными мерами, ибо
вылечить эту социальную болезнь одними ограничениями и репрессиями
невозможно. Если прекратить продажу дешевых плодово-ягодных вин, люди будут
пить более дорогую водку. Если прекратить продажу водки, люди будут пить
технический спирт и самогон. Если какими-то жестокими полицейскими мерами
удастся добиться резкого сокращения производства и потребления самогона,
люди будут пить другие "напитки", содержащие алкоголь: политуру, денатурат,
одеколон, духи и т.д.
Ограничения и репрессии помогут ликвидировать массовый алкоголизм лишь
в том случае, если одновременно будут приняты меры социального характера. Но
сначала необходимо выяснить вопрос, почему раньше советские люди пили в меру
и почему в 70-е годы они стали пить безо всякой меры.
На этот вопрос можно ответить следующим образом: раньше, на протяжении
нескольких десятилетий, у значительной части советских людей были ясные,
высокие, с их точки зрения, цели, к которым они стремились. Сейчас этих
целей нет. И жизнь большинства советских людей превратилась в не
удовлетворяющее их бесцветное, будничное, серое существование, потерявшее
для них свой высокий смысл.
Такими великими целями для многих людей в прошлом являлись:
осуществление и победа революции 1917 года; победа в гражданской войне
1918-1921 годов; восстановление разрушенного во время первой мировой войны и
гражданской войны хозяйства, ликвидация экономической катастрофы и нищеты в
20-е годы во время нэпа; коллективизация сельского хозяйства в конце 20-х -
начале 30-х годов; культурная революция; индустриализация страны в 30-е
годы; победа в Великой Отечественной войне; восстановление разрушенного
хозяйства в 40-е годы; становление мировой системы социалистических
государств в 40-50-е годы. На рубеже 50-60-х годов была выдвинута новая
великая цель: догнать и перегнать передовые страны мира, в том числе США, в
ближайшие 15-20 лет по всем экономическим показателям. В начале 60-х годов
была выдвинута еще более грандиозная цель, сформулированная в 1961 году на
XXII съезде КПСС - построить к 1980 году в СССР высшую фазу
коммунистического общества - коммунизм.
Все перечисленные выше цели поочередно выполнялись и тем поднимали
морально-политический дух и энтузиазм советских людей, его значительной
части для свершения новых задач и целей. И только две последние цели:
превзойти передовые страны мира по экономическим показателям и особенно
построение к 80-му году коммунизма оказались невыполненными, потерпели
полный крах. Они потерпели такой сокрушительный крах, что породили в
советском народе глубокий духовный кризис, переоценку всех моральных
ценностей; неверие в новые цели, планы, призывы; они способствовали
выявлению негативных явлений в советской экономике и советском обществе,
которых раньше не замечали или не хотели замечать.
Этот духовный кризис усиливался и такими явлениями, как
правительственный кризис в СССР в 1964 году и известные события и оккупация
Чехословакии в 1968 году, которые удручающе подействовали на советских людей
и тем самым способствовали возникновению и развитию духовного кризиса. Но
главной причиной духовного кризиса 70-х годов следует все же считать
прогрессирующий экономический застой, резкое сокращение темпов
экономического роста.
За последние 20-25 лет Советский Союз не только не догнал США по
основным экономическим показателям, в том числе по жизненному уровню, но
даже и не приблизился к ним сколько-нибудь заметно. Это хорошо видно из
следующих примеров. Американский рабочий средней квалификации получает
зарплату свыше 2000 долларов, или около 1500 руб. в месяц, а средний
советский рабочий такой же квалификации - около 200 руб. в месяц. Если
учесть в СССР общественные фонды потребления (низкую квартплату, бесплатное
медицинское обслуживание и образование и т.д.), то средняя зарплата
советского рабочего повысится примерно до 270 руб. в месяц. А если учесть в
США безработных, высокую стоимость услуг и т.д., то окажется, как признают
многие советские и американские экономисты, что реальный жизненный уровень
советского рабочего в 3 раза ниже жизненного уровня среднего американского
рабочего.
Если сравнить жилищные условия средних американцев и советского
человека, то мы обнаружим здесь примерно такую же картину. На одного
американца приходится около 40 кв.м. общей жилплощади, а на одного
советского человека - 14 кв.м. Иными словами, на двух американцев приходится
в среднем три комнаты, а на двух советских людей - одна комната.
Но наиболее разительной является разница в сельском хозяйстве США и
СССР. В США в сельском хозяйстве занято 3% населения, в СССР, по разными
оценкам, - от 13 до 20 %. Несмотря на это, в США производится, например,
около 300 млн. тонн зерна в год, а в СССР - около 200 млн. тонн. Намного
больше в США производится и потребляется мяса и мясных продуктов (в 3-4
раза), молока, масла и других молочных продуктов.
Все эти и многие другие факты приводят советских людей в глубокое
уныние, порождают пессимизм, разочарование, неверие в свои силы, в будущее.
На смену энтузиазму и глубокой уверенности в будущее в 30-40-50-е годы
пришло в 70-е годы отсутствие всякой веры. А поскольку в это же время во
всей наготе обнажилась масса ранее слабых или замаскированных негативных
явлений экономического и неэкономического характера, все это породило в 70-е
годы у советских людей глубокую неудовлетворенность жизнью. И эта
неудовлетворенность выявилась отчасти в форме массового алкоголизма, который
явился социальной реакцией населения на потерю своих идеалов, на крах
иллюзий, в которых оно пребывало в течение десятилетий.
Следует отметить, что хотя алкоголизм получил широкое распространение
среди всех социальных слоев советского общества, но наиболее он
распространился среди рабочих. Большое распространение алкоголизм получил не
только среди взрослого населения, но и среди подростков, не только среди
мужчин, но и среди женщин.
На борьбу с алкоголизмом советское общество затрачивает ежегодно
огромные средства. Много средств затрачивается и на борьбу с различными
последствиями алкоголизма, но результат более чем скромный. Да это и
понятно. Вылечить общество от социальной болезни окончательно можно лишь в
сочетании мер репрессивных с мерами социального характера. Одной из таких
мер является радикальная децентрализация всего общественного производства,
которая в сочетании с другими экономическими и неэкономическими реформами
даст импульс, вдохнет свежую струю в развитие советской экономики и тем
самым вернет советским людям уверенность в будущее, в новые цели, новые
идеалы.
Наряду с алкоголизмом, как мы уже говорили об этом выше, в 70-е годы
советское общество поразил другой порок - коррупция. Но если алкоголизм
получил наибольшее распространение среди низшего социального слоя - рабочих
государственных предприятий, то коррупция получила наибольшее
распространение среди высшего социального слоя советского общества -
управленческого аппарата государственных учреждений и предприятий
(бюрократии), хотя несомненно: оба этих негативных явления получили в 70-е
годы значительное распространение и среди других социальных слоев советского
общества.
В это же время усиливаются и такие негативные явления, как хулиганство
и преступность, в том числе среди подростков, что в большинстве случаев
также связано с алкоголизмом. Произошло усиление и таких нетипичных для
советского общества негативных явлений, как распространение наркомании и
проституции. Преступность получила такое широкое распространение, что вся
страна оказалась покрыта сетью лагерей и тюрем. По зарубежным данным
(советских данных у автора нет), в СССР в настоящее время число заключенных
достигло около 3 млн. человек. Для сравнения: в США число заключенных не
превышает 600 тыс. человек.
Среди негативных явлений советского общества можно указать и на
следующее: те, кто иногда бывает в Москве, заметили, что начиная с 70-х
годов Москва, образно выражаясь, ежедневно подвергается оккупации со стороны
иногородних советских людей, как проживающих вдали от Москвы, так и,
особенно, живущих вокруг Москвы, в соседних областях, как городских, так и
сельских жителей. В среднем в Москву ежесуточно приезжает и, следовательно,
выезжает из нее около 1,5 млн. человек.
Единственная цель большинства этих людей состоит в том, чтобы купить в
Москве необходимые им самые разнообразные товары: продукты питания, одежду,
обувь...
