Лаймен Фрэнк Баум. Удивительный волшебник из страны Оз
страница №23
... Железный Дровосек изумленно уставился на него.— Ты шутишь? — спросил он Оджо.
— Нет, — удивленно ответил тот. — Я серьезно.
— Но неужели ты решил, что я позволю тебе или кому-то еще оторвать у
желтой бабочки крыло? — строго спросил император.
— А почему нет?
— Почему? Ты еще спрашиваешь меня — почему? Да это же самое жестокое
намерение, о котором я только слышал, — сказал Дровосек. — Желтые бабочки
— одни из самых красивых живых существ, и они не переносят боли. Оторвать
крыло живой бабочке — значит причинить ей страшные муки и обречь на гибель.
Я ни за что не допущу такого зверства!
Оджо был ошеломлен. Дороти тоже стало немножко не по себе, хотя в
глубине души она понимала, насколько прав Железный Дровосек. Страшила кивнул
в знак согласия со словами своего старинного друга. Лоскутушка недоуменно
смотрела на собравшихся.
— Кому есть дело до какой-то бабочки? — фыркнула она.
— Тебе ее не жалко? — спросил Железный Дровосек.
— Нисколечко! — отозвалась девушка. — У меня нет сердца, но я хочу
помочь моему другу Оджо и ради этого я бы убила десяток бабочек, лишь бы он
смог оживить своего дядю.
Железный Дровосек с сожалением вздохнул.
— У тебя добрые побуждения, — сказал он, — и, будь у тебя сердце, ты
бы стала прекрасным человеком. Я не осуждаю тебя за твои бессердечные слова,
ведь тебе не понять чувства тех, кто наделен сердцем. У меня, например,
очень доброе и отзывчивое сердце, которое мне в свое время дал Волшебник
Изумрудного Города, и я никогда — никогда! — не допущу, чтобы кто-то так
мучил желтых бабочек.
— Желтые бабочки живут только в желтой Стране Мигу нов, — печально
произнес Оджо.
— Рад это слышать, — отозвался император Страны Мигунов. — Но я
здесь главный и не дам своих бабочек в обиду.
— Но если у меня не будет крылышка — одного только левого крылышка!
— я не смогу помочь дяде Нанди.
— Значит, ему суждено навсегда остаться мраморным изваянием, --
отчеканил Железный Дровосек.
— Вот что надо сделать, — подала голос Лоску — тушка. — Мы отнесем
целую бабочку Кривому Колдуну, а он уж с ней разберется.
— Ни за что! — отрезал Дровосек. — Я это запрещаю.
— Что же нам делать? — спросила Дороти.
Все замолчали, задумавшись. Наконец Железный Дровосек заговорил:
— Нам надо всем отправиться в Изумрудный Город и спросить совета Озмы.
У нас очень мудрая правительница, и она придумает, как помочь несчастным.
На следующий день друзья отправились в Изумрудный Город и достигли его
без особых приключений. Для Оджо это было печальное путешествие. Он не знал,
как можно оживить дядю Нанди без крыла желтой бабочки. Неужели придется
ждать шесть долгих лет, пока Кривой Колдун не изготовит новую порцию
Оживительного Порошка? Оджо шел, понурив голову, и время от времени стонал.
— Что с тобой? — участливо спросил Железный Дровосек, который тоже
отправился к принцессе Озме.
— Я — Оджо Невезучий, — услышал он в ответ. — За что бы я ни
брался, меня ожидает неудача.
— Почему же ты Оджо Невезучий?
— Я родился в несчастливый день, в пятницу.
— Ну и что? — удивился Дровосек. — Пятница — всего-навсего один из
семи дней недели. Неужели, по-твоему, раз в семь дней не везет всему миру?
— В пятницу, тринадцатого, — уточнил Оджо.
— Тринадцатого? Но это как раз счастливое число, — возразил Дровосек.
— Все мои удачи связаны с тринадцатым. Никто не обращает внимания на удачу,
если она случается тринадцатого, но уж если в этот день им не повезет, люди
готовы винить число, а не искать истинную причину.
— Для меня тринадцатое — тоже счастливое число, — подал голос
Страшила.
— И для меня, — отозвалась Лоскутушка. — На моей голове ровнехонько
тринадцать лоскутков.
— И я левша, — не сдавался Оджо.
— Многие из величайших людей были левшами, — сказал император
Мигунов. — Когда ты левша, у тебя, по сути дела, две руки, а когда ты
правша, то одна.
— И еще у меня под мышкой бородавка! — признался Оджо.
— Как удачно! — вскричал Дровосек. — Если бы она была на кончике
носа, это и впрямь было бы некрасиво, но под мышкой она незаметна.
— Вот потому-то меня и прозвали Оджо Невезучим, — заключил мальчик.
— Значит, мы должны положить этому конец и переназвать тебя. Отныне ты
— Оджо Везучий. Все те объяснения, что мы от тебя услышали, неразумны.
Более того, учти, что те, кто постоянно жалуется на невезение, не успевают
воспользоваться благоприятными моментами в жизни. Постарайся же быть Оджо
Везучим.
— Но как? — удивился Оджо. — Ведь все мои попытки помочь дяде
провалились.
— Не сдавайся, Оджо, — посоветовала Дороти. — Никто не знает, что
нас ждет впереди.
Оджо промолчал, но был так расстроен, что даже красота Изумрудного
Города не смогла развеять его тоски.
Горожане же радостно приветствовали своих любимцев: Дороти, Страшилу и
Железного Дровосека. Когда те пришли во дворец, им было сказано, что
принцесса Озма их сразу же примет.
Дороти рассказала принцессе, что они сумели достать почти все, что
просил Кривой Колдун, но когда дело дошло до последней вещи, крыла желтой
бабочки, Железный Дровосек сказал "нет".
— Он прав, — отвечала принцесса Озма. — Если бы Оджо рассказал мне
заранее, что ему нужно крыло желтой бабочки, я бы объяснила ему, что этого
он в стране Железного Дровосека не получит. Тогда вам не пришлось бы
испытать все тяготы длинного путешествия.
— А мне путешествие понравилось, — ответила принцессе Дороти.
— Так или иначе, я не выполнил поручения доктора Пипта, и теперь
придется ждать шесть лет, пока он не сделает Оживительный Порошок.
— Доктор Пипт никакого Порошка больше не изготовит, — отвечала Озма с
улыбкой. — Ты уж мне поверь. По моему приказу Колдуна доставили ко мне во
дворец, его котлы уничтожены, а книга с рецептами снадобий сожжена. Я также
велела доставить мраморные статуи Марголотты и твоего дядюшки — они в
соседней комнате.
Это сообщение повергло всех в изумление.
— Позвольте взглянуть на дядю Нанди. Хотя бы на секундочку, --
попросил Оджо.
— Погоди, — сказала Озма. — Дай мне договорить. Ни одно из
происшествий в Стране Оз не ускользает от внимания доброй волшебницы Глинды.
Ей стало известно о том, что доктор Пипт изготовил Стеклянного Кота и оживил
Лоскутушку. Она знает, что случилось с Марголоттой и дядей Нанди, а также
она осведомлена о похождениях Оджо с Дороти. Глинда понимала, что Оджо не
добьется всего, чего хотел, и потому послала за нашим Волшебником и
объяснила ему, что делать. Скоро в нашем дворце случится событие, которое, я
уверена, вас обрадует. А теперь пройдемте в соседнюю комнату.
28. УДИВИТЕЛЬНЫЙ ВОЛШЕБНИК ИЗУМРУДНОГО ГОРОДА
Войдя в комнату, Оджо подбежал к мраморному изваянию дяди Нанди и
горячо поцеловал его в мраморную щеку. Затем он сделал шаг назад и
огляделся. Собравшаяся там компания сильно его удивила.
Помимо статуй там были Стеклянный Кот, свернувшийся клубочком на
коврике, Вузи, сидевший на задних квадратных лапах и с любопытством
смотревший по сторонам, Косматый в светло-зеленом косматом атласном костюме,
а за столом сидел маленький старичок-Волшебник, и вид у него был очень
сосредоточенный.
Был там и Кривой Колдун. Он кое-как устроился на стуле и удрученно
смотрел на статую своей горячо любимой жены, которую, как он опасался,
потерял навсегда.
Озма села в кресло, которое ей подкатила Джелия Джемм, а за ее спиной
расположились Дороти, Страшила, Железный Дровосек, а также Голодный Тигр и
Трусливый Лев. Волшебник встал, отвесил глубокий поклон Озме, а также
другой, не менее почтительный, всем остальным.
— Дамы, господа и звери! — сказал он. — Разрешите сообщить, что мне
поручено выполнить распоряжения великой волшебницы Глинды, скромным
помощником которой я являюсь. До нашего сведения дошло, что Кривой Колдун в
нарушение закона занимался колдовством и магией. По приказу нашей
повелительницы я лишаю его возможности колдовать впредь. Он теперь не Кривой
Колдун, а обычный Жевун!
С этими словами он махнул рукой в сторону несчастного доктора Пипта, и
внезапно вся его кривизна исчезла. Бывший колдун с радостным криком вскочил
со стула, а затем с облегчением снова на него плюхнулся и с интересом
уставился на Волшебника.
— Стеклянный Кот, незаконно изготовленный доктором Пиптом, --
продолжал тот, — хорош собой, но его розовые мозги так вскружили ему
голову, что он стал сильно докучать окружающим. Поэтому на днях я вынул его
розовые мозги и заменил их прозрачными. И теперь он стал таким тихим и
послушным, что Озма разрешила ему остаться при дворе.
— Спасибо, — еле слышно мяукнул Кот.
— Вузи оказался хорошим зверем и верным другом, — сказал Волшебник,
— и мы решили отправить его в королевский зверинец, где за ним будут хорошо
ухаживать и сытно кормить.
— Очень признателен, — отозвался тот. — Это получше, чем сидеть в
темном лесу за забором и голодать.
— Что же касается Лоскутушки, то у нее столь оригинальный вид и
хороший характер, что наша добрая правительница решила сохранить ее в
качестве диковинки диковинной Страны Оз. Она может жить, где ей захочется, в
том числе и во дворце, и не служить никому, кроме как себе.
— Здорово! — воскликнула Лоскутушка.
— Нам очень понравился Оджо, — продолжал Волшебник. — Из любви к
несчастному дядюшке он пустился в путешествие, полное опасностей. У него
доброе, любящее сердце, и он сделал все, чтобы вернуть дяде жизнь. Он
потерпел неудачу, но ему на помощь пришли те, кто посильнее Кривого Колдуна.
Они знают, как бороться с Окаменителем. Один из таких способов сообщила мне
Глинда. Впрочем, вы все сейчас увидите сами.
Волшебник подошел к Марголотте, взмахнул рукой и что-то пробормотал.
Тотчас же Марголотта пошевелилась, посмотрела по сторонам и, увидев доктора
Пипта, кинулась к нему в объятия.
Затем Волшебник проделал то же самое перед статуей дяди Найди, и старый
Жевун тотчас же ожил и, низко поклонившись Волшебнику, сказал: "Огромное
спасибо! "
Оджо подбежал к нему, радостно обнял, а старик нежно прижал к себе
своего племянника, а потом стал вытирать платком его слезы — Оджо плакал от
счастья.
Принцесса Озма подошла к ним.
— Я дарю вам, Оджо и дядюшка Нанди, домик недалеко от Изумрудного
Города, — сказала она. — Отныне вы будете жить там под моим
покровительством.
Все стали наперебой поздравлять Оджо. А Железный Дровосек сказал:
— Ну разве я не говорил, что ты — Оджо Везучий?
— Это сущая правда! — весело воскликнул мальчик. — Мне и впрямь
сильно повезло! Теперь я самый настоящий счастливчик!
ТИК-ТОК ИЗ СТРАНЫ ОЗ
Изд. "Рипол Классик"
OCR Палек, 1998 г.
1. АРМИЯ АННЫ
— Не буду я подметать! — крикнула Анна. — Не буду, и все! Это ниже
моего достоинства.
— Но кто-то же должен подмести, — ответила ее младшая сестра Сейли,
— иначе мы тут просто в пыли утонем. Ты же старшая, ты же глава семьи.
— Я — королева Угабу, — гордо отчеканила Анна. — Правда,
королевство у меня небольшое, — вздохнула она, — и к тому же самое бедное
во всей Стране Оз.
Это была чистая правда. Высоко в горах, в дальнем уголке прекрасной
Страны Оз, затерялась небольшая долина, называемая Угабу. Малочисленные
обитатели долины были довольны жизнью и не помышляли о том, чтобы перевалить
через горы и добраться до более обжитых мест. Они знали, что в Стране Оз, в
великолепном Изумрудном Городе, проживает прекрасная принцесса по имени
Озма, которая правит всеми народами, включая и их собственный. Простой
народ, населявший Угабу, никогда не видел Озму. В Угабу была своя
собственная королевская семья — не столько для того, чтобы управлять
людьми, сколько для того, чтобы было чем гордиться. Озма не возражала, что в
разных частях ее страны сидят свои короли, королевы, императоры и прочие
правители, — все они все равно подчинялись прелестной юной повелительнице
Изумрудного Города и Страны Оз.
Королем Угабу был человек по имени Джол Джемкиф Такдаль. В течение
долгих лет он брал на себя кучу неприятных обязанностей: разбирал тяжбы,
говорил людям, когда сажать капусту и мариновать лук. У жены короля был злой
язычок, и своего мужа она ни в грош не ставила, поэтому однажды ночью король
Джол перешел через горы в Страну Оз и исчез навсегда. Прождав его несколько
лет, королева отправилась на поиски, оставив править свою старшую дочь Анну
Такдаль.
Анна никогда не забывала про день своего рождения, потому что в этот
день можно было устроить веселый праздник с танцами, но она давно уже не
помнила, сколько ей лет. В стране, где все живут вечно, никто не грустит о
прошедших годах, и мы можем просто сказать, что королева Анна была уже
достаточно взрослая, чтобы самой варить варенье, вот и все.
Впрочем, никакого варенья она не варила и вообще при всякой возможности
отлынивала от домашних дел. Она была честолюбива, и ей было до смерти
обидно, что королевство у нее крохотное, а народ — глупый и
непредприимчивый. Иногда она задумывалась о том, что сталось там, за горами,
в прекрасной Стране Оз, с ее отцом и матерью. "Видно, там жизнь получше
будет, раз они не вернулись обратно в Угабу", — думала Анна. Вот почему,
когда Сейли отказалась подметать пол в парадном зале дворца, а сама Анна
тоже подметать не собиралась, она объявила своей сестре:
— Я ухожу отсюда. Меня тошнит от этого дурацкого Угабу.
— Ну и уходи, — ответила Сейли. — Только, помоему, ты совершаешь
ужасную глупость.
— Почему это? — спросила Анна.
— Да потому, что здесь ты — королева, а Страной Оз правит Озма, и там
ты будешь никто.
— Ну да, королева, а во всем королевстве восемнадцать мужчин, двадцать
семь женщин и сорок четыре ребенка, — с горечью проговорила Анна.
— В великой Стране Оз народу, конечно, побольше, — рассмеялась Сейли.
— Может, соберешь армию, завоюешь Страну Оз и сама станешь правительницей?
Сейли нарочно дразнила Анну, чтобы посильнее ее разозлить. Скорчив
рожицу, она отправилась во двор покачаться в гамаке.
Между тем язвительные слова Сейли заставили Анну задуматься.
По рассказам она знала, что в Стране Оз живут мирные люди, а сама Озма
— всего лишь девочка. Она добра ко всем своим подданным, а они подчиняются
своей правительнице, потому что любят ее. Даже в далеком Угабу было
известно, что армия Озмы — это всего-навсего двадцать семь офицеров. Они
прекрасные люди, и форма у них великолепная, но оружия они не носят, потому
что им не с кем сражаться. Когда-то давно кроме офицеров был еще один
рядовой, но Озма сделала его Главнокомандующим и забрала у него ружье, чтобы
он, неровен час, не ранил кого-нибудь.
Чем больше Анна размышляла на эту тему, тем сильнее убеждалась, что
завоевать Страну Оз не составит труда. Если только у нее будет армия, она в
скором времени станет правительницей Страны Оз вместо Озмы. Потом отправится
по всему миру и завоюет разные другие страны, а после этого как-нибудь
доберется до Луны и ее завоюет тоже. Анна была воинственной натурой, из тех,
что готовы на любые испытания, лишь бы не сидеть без дела.
"Дело за армией", — решила Анна. Она перебрала в голове всех мужчин
королевства. Их было ровно восемнадцать, ни больше ни меньше, — не слишком
могучая армия, что и говорить. Однако, если воины Анны сумеют нанести
внезапный удар, они без труда одолеют Озминых безоружных офицеров. "Кроткие
и тихие всегда пугаются буйных и неистовых, — подумала Анна. — Я, конечно,
не собираюсь проливать кровь, для меня это слишком сильное потрясение,
недолго и в обморок упасть. Но если мы станем угрожать Озминой армии и
размахивать оружием, не сомневаюсь, что они упадут передо мной на колени и
запросят пощады".
Рассуждая таким образом, королева Угабу постепенно убедила себя
решиться на эту смелую авантюру.
"Что бы ни случилось, — размышляла Анна, — все будет лучше, чем
сидеть взаперти в этой злосчастной долине, подметать да ругаться с сестрицей
Сейли. Я, пожалуй, готова рискнуть всем — авось чтонибудь да выиграю". В
тот же день Анна приступила к созданию собственной армии. Первый, к кому она
отправилась, был Джо Яблок, которого прозвали так, потому что в саду у него
росли яблоки.
— Джо, — начала Анна, — я решила завоевать мир и хочу, чтобы ты
пошел служить в моей армии.
— Прошу вас, даже и не предлагайте мне таких глупостей, иначе я буду
вынужден со всей учтивостью отказать вашему величеству, — ответил Джо
Яблок.
— Я и не думаю ничего тебе предлагать. Я — королева и приказываю тебе
идти служить, — отрезала Анна.
— В таком случае мне, наверное, придется подчиниться, — с грустью
проговорил Джо Яблок. — Но только, пожалуйста, не забудьте, что я — важная
персона, и потому мне подобает служить в высоком чине.
— Я сделаю тебя генералом, — посулила Анна.
— А шпага и эполеты будут? — спросил Джо.
— Непременно, — пообещала королева.
Затем она отправилась к человеку по имени Джо Булок. У него в саду
росли на деревьях самые разнообразные булочки: пшеничные и ржаные, горячие и
не очень.
— Джо, — обратилась к нему Анна, — я намерена завоевать мир и
приказываю тебе служить в моей армии.
— Совершенно исключено! — заявил Джо. — Мне надо собирать урожай
булочек.
— Жена и дети уберут, — сказала Анна.
— Но я же — важная персона, ваше величество, — запротестовал Джо
Булок.
— Ну так я сделаю тебя генералом, будешь носить треуголку с
позументом, закручивать усы и позвякивать саблей, — посулила королева.
Джо скрепя сердце согласился, и Анна отправилась к следующему дому. Там
жил Джо Вафль, прозванный так, потому что у него в саду росло вкуснейшее
мороженое в вафельных стаканчиках.
— Джо, — сообщила Анна, — я собираюсь завоевать мир, так что ты
обязан идти служить в моей армии.
— Прошу прощения, — сказал Джо Вафль, — ну какой из меня воин! Уже
много лет подряд я терплю поражение за поражением в битве с собственной
женой. Вот она — действительно боец хоть куда, возьмите ее вместо меня,
ваше величество, и я благословлю вашу доброту.
— Нет, в моей армии должны служить мужчины — жестокие, беспощадные
воины, — решительно возразила Анна, строго взглянув на робкого маленького
человечка.
— А моя жена останется в Угабу? — спросил он.
— Да, и к тому же я сделаю тебя генералом.
— Ладно, — согласился Джо Вафль, и Анна проследовала к дому Джо
Циферблата, который выращивал у себя в саду часовые деревья. Он тоже
поначалу отнекивался и не хотел идти в армию, но королева Анна пообещала
произвести его в генералы, и в конце концов он согласился.
— Сколько у вас в армии генералов? — поинтересовался он.
— Пока четыре, — ответила Анна.
— А сама армия-то большая? — был его следующий вопрос.
— Я хочу призвать в нее всех мужчин Угабу, то есть восемнадцать
человек, — сообщила Анна.
— Четырех генералов вполне достаточно, — заявил Джо Циферблат. --
Советую вам всех остальных сделать полковниками.
И Анна последовала его совету. Следующих четырех граждан она произвела
в полковники. Это были Джо Мирабель, Джо Омлет, Джо Банджо и Джо Йогурт. Имя
каждого произошло от того, что он выращивал в своем саду. Когда очередь
дошла до пятого, по имени Джо Болт, он заявил, что желает быть майором, --
мол, в армии Угабу все сплошь генералы да полковники. Вот так Джо Болт стал
майором, а заодно с ним еще Джо Торт, Джо О'Корок и Джо Рейтуз. Следующие
четверо получили звание капитана армии Угабу. Это были Джо Сандвич, Джо
Клютч, Джо Пломбир и Джо Бретель.
Но тут королева Анна оказалась в затруднительном положении. Во всем
Угабу осталось только двое мужчин. Если сделать их лейтенантами, притом что
капитанов, майоров, полковников и генералов — всех по четверо, ее воины
начнут завидовать друг другу, а это может привести к мятежу и измене.
Впрочем, один из двух оставшихся, Джо Сласти, не пожелал идти в армию.
Его не соблазняли никакие посулы и не пугали угрозы. Он заявил, что
останется дома и будет собирать урожай карамели, лимонных леденцов, ирисок и
шоколадных помадок. Кроме того, ему нужно пропалывать и мотыжить поле с
крекерами и попкорном, и он просто не может себе позволить так огорчить
детей Угабу — уехать завоевывать мир, чтобы урожай сластей сгнил
несобранный.
Увидев, что ей не переубедить Джо Сласти, королева Анна решила оставить
его в покое, отправилась к дому, где жил восемнадцатый, и последний, мужчина
Угабу юный Джо Книггз. У Книггза была дюжина деревьев, на которых росли
всякие папки и скрепки, и еще девять книжных деревьев, с которых он собирал
отличный урожай увлекательных историй. Если вы никогда не видели, как растут
книжки, я должен вам объяснить, что, когда они только появляются на ветках в
саду Джо Книггза, они сплошь покрыты зеленой скорлупой. Потом, когда книжки
созреют, скорлупа становится красной. Тогда их можно срывать с деревьев,
чистить и читать. Если же собрать урожай слишком рано, то сюжет еще весь
перепутанный и в нем нет ничего интересного, да к тому же в тексте куча
ошибок. Но уж когда книжки как следует поспели, в них будет полным-полно
замечательных историй, и при этом ни одной ошибки не сыщешь.
Книггз охотно дарил книжки из своего сада всем желающим, но вообще-то,
народ Угабу не слишком любил читать, так что Книггз читал их главным образом
сам, пока они не испортились. Ибо, как вы, наверное, знаете, стоит прочитать
книгу, и слова в ней исчезают, а страницы истрепываются и желтеют. Это,
конечно, большой недостаток тех книг, что растут на деревьях.
Когда королева Анна заговорила с Книггзом — а он был умен и
честолюбив, — юноша тут же объявил, что завоевывать мир — прекрасное
занятие. При этом он призвал королеву не упустить из виду, что он обладает
огромным превосходством над всеми остальными воинами. И потому, продолжал
Книггз, он не хочет быть ни генералом, ни полковником, ни майором, ни
капитаном, а просит быть удостоенным высокого звания рядового солдата.
Анне это решительно не понравилось.
— Я не потерплю, чтобы в моей армии был рядовой солдат, — сказала
она. — Они все дураки. Мне рассказывали, что у принцессы Озмы был один
солдат, так она произвела его в Главнокомандующие, из чего с несомненностью
следует, что солдаты никому не нужны.
— Армия Озмы ни с кем не воюет, — возразил Книггз, — а ваши воины,
если они намерены завоевать мир, должны сражаться как звери. Я читал в своих
книжках, что сражаются-то как раз солдаты, потому что у офицеров всегда
недостает храбрости, чтобы встретить врага лицом к лицу. Кроме того, вашим
офицерам нужно же кем-то командовать и кому-то отдавать приказы — пусть это
буду я. Я мечтаю рубить и колоть врага и стать героем. А когда мы вернемся
назад, в Угабу, я возьму у детей мраморные шарики, которыми они играют,
переплавлю их и поставлю себе памятник, чтобы все смотрели и восхищались.
Анна была очень довольна своим солдатом. Именно такой воин был нужен
для осуществления ее планов. А уж когда Книггз пообещал разузнать, где
растет ружейное дерево, Анна всерьез поверила, что ее мечты сбываются.
Книггз сказал, что тотчас отправится туда и выберет себе самый спелый и
крупный мушкет.
2. УХОД ИЗ УГАБУ
Через три дня великая армия Угабу выстроилась на площади перед
королевским дворцом. Все шестнадцать офицеров были облачены в превосходную
военную форму, и каждый вооружен остро наточенной сверкающей саблей. Солдат
нашел себе ружье, пусть не слишком большое, но зато он очень старался
напустить на себя свирепый вид и весьма преуспел, так что многочисленные
командиры втайне стали его побаиваться.
На площадь пришли женщины, чтобы заявить протест. Королева Анна
Такдаль, утверждали они, не имеет права отбирать у них мужей и отцов. Однако
Анна велела им замолчать, и — что поделаешь — пришлось повиноваться.
Никогда еще не получали они столь жестокого приказа.
Королева расхаживала перед своим войском одетая в великолепный зеленый
мундир, отделанный золотом. На голове у нее красовалась зеленая фуражка с
фиолетовым пером. Вид у нее был такой грозный и надменный, что все ее
подданные, за исключением военных, не уставали радоваться, что она уходит из
Угабу. Воины предпочли бы, чтобы она ушла без них.
— Стройся! — скомандовала Анна визгливым голосом.
Из окна дворца выглянула Сейли и расхохоталась.
— По-моему, твоя армия умеет бегать лучше, чем сражаться, — заметила
она.
— Это точно, — с гордостью подтвердил генерал Булок. — Мы идем за
трофеями, а не за приключениями. Чем больше будет трофеев и чем меньше
сражений, тем лучше.
— А вот я больше всего на свете люблю войну и кровопролитие, — заявил
Книггз. — Только завоеватели становятся героями, а в книгах написано, что
самый легкий путь к завоеванию — это война.
— Прекрасно сказано, мой храбрый воин! — воскликнула Анна. --
Сражаться — значит завоевывать, завоевывать — значит добывать трофеи, а
добыть трофеи — значит стать героем. С такими благородными устремлениями я
непременно завоюю весь мир. Прощай, Сейли! Мы вернемся богатыми и
знаменитыми. За мной, генералы! Шагом марш!
Генералы приосанились и выпятили грудь. Со свистом взмахнув сверкающими
саблями, они громко отдали команду полковникам:
— Ша-гом марш!
— Ша-гом марш! — крикнули полковники майорам.
— Ша-гом марш! — заорали майоры капитанам, а капитаны рявкнули
солдату:
— Ша-гом марш!
Итак, Книггз вскинул ружье на плечо и зашагал, а все офицеры
последовали за ним. Королева Анна замыкала строй. Она была в восторге от
своей превосходной армии и только одного не могла понять: как это ей раньше
не пришло в голову завоевать мир?
Шествуя таким образом, армия покинула Угабу и пустилась в путь по узкой
горной тропинке, ведущей в прекрасную волшебную Страну Оз.
3. ВОЙСКО ВО ВЛАСТИ ВЕЛИКОЙ ВОЛШЕБНИЦЫ
Принцесса Озма и не подозревала, что армия Угабу под водительством
честолюбивой королевы Анны идет завоевывать ее государство. Прекрасная юная
правительница Страны Оз, занятая повседневными заботами о благе своих
подданных, и думать не думала об Анне Такдаль и ее коварных планах. Однако
волшебница Глинда длительно охраняла мир и счастье жителей Волшебной Страны.
Трон Озмы находится в Изумрудном Городе, а великолепный дворец Глинды
— к югу от него. Во дворце есть волшебная Книга Событий. Что бы где ни
случилось — сообщение об этом тотчас появляется в Книге. Она рассказывает
обо всем: и о важных происшествиях, и о мелочах. Топнет ли в гневе ногой
какой-нибудь малыш — Глинда тут же узнает об этом; займется ли где пожар --
известие о нем сразу попадет в Книгу. Волшебница заглядывает в Книгу Событий
каждый день, и потому ей стало известно, что Анна Такдаль, королева Угабу,
глупейшим образом сколотила армию из шестнадцати офицеров и одного солдата,
а теперь собирается вторгнуться в Страну Оз и завоевать ее. Ничего особенно
страшного в этом не было: Озма без труда победила бы и более грозную армию;
кроме того, Глинда и Волшебник Изумрудного Города всегда пришли бы ей на
помощь со своими чарами. Однако Глинда не могла допустить, чтобы мирное
течение жизни в Стране Оз было нарушено раздорами и войнами — это было бы
сущим безобразием! Не теряя времени и не сказав ни слова ни Озме, ни
кому-либо еще, Глинда пошла в одну из комнат своего дворца, где располагался
Кабинет Магии. Там она совершила некий магический обряд — и горная тропа,
по которой двигалась из Угабу армия Анны, начала петлять и ветвиться. В
результате, когда войско под водительством Анны достигло конца пути, оно
оказалось вовсе не в Стране Оз, а в соседнем краю, который не только не
походил на государство Озмы, но и был отделен от него невидимой преградой.
Как только люди из Угабу вошли в эту страну, тропинка у них за спиной
немедленно исчезла, и они поняли, что найти дорогу назад, в долину Угабу, им
вряд ли удастся. Вокруг все выглядело непривычно, и воины не знали, каким
путем им двигаться дальше. Никто из них никогда не бывал в Стране Оз, и они
не сразу догадались, что попали не В нее, а в какую-то неведомую страну.
— Какая разница? — заговорила Анна, пытаясь скрыть огорчение. — Мы
собрались завоевать весь мир — а это тоже часть мира. Если мы будем
покорять одну страну за другой, то рано или поздно доберемся и до Страны Оз.
Но на пути туда мы можем завоевать те земли, через которые идем.
— Ваше величество, а это место мы уже завоевали? — обеспокоенно
спросил майор Торт.
— Судя по всему, да, — отвечала Анна. — Мы, правда, пока никого не
встретили, но как только встретим, немедленно объявим им, что они наши рабы.
— А потом заберем себе их имущество, — добавил генерал Яблок.
— Может, у них и нечего отбирать, — возразил рядовой Книггз, — но я
надеюсь, что они все равно окажут сопротивление: победа без боя не приносит
никакого удовольствия.
— Не беспокойся, — сказала Анна. — Мы будем сражаться независимо от
того, что станут делать наши враги.
Вокруг расстилалась пустыня, голая земля, и путешествовать по ней было
не слишком приятно. К тому же запасы еды подошли к концу, офицеры
проголодались и принялись ворчать. Многие уже улизнули бы, если бы только
могли найти дорогу домой, но поскольку они безнадежно заблудились в этой
чужой стране, то решили, что лучше держаться всем вместе.
Королева Анна никогда не отличалась кротостью нрава, а теперь, когда
она брела вместе со всем войском по каменистой дороге, не встречая ни людей,
ни добычи, ее злобность и раздражительность только усилились. Она отчитывала
своих офицеров до тех пор, пока они не начали грубить ей, а иные до того
обнаглели, что посоветовали ей придержать язык. Некоторые упрекали ее за то,
что она втравила их в неприятности, и в течение трех злосчастных дней каждый
из них оплакивал свой садик в прекрасной долине Угабу.
Но не таков был Книггз. Чем больше трудностей встречалось на его пути,
тем веселее он становился. Офицеры вздыхали, а солдат знай себе посвистывал.
Видя его хорошее настроение, приободрилась и Анна; вскоре она стала
обращаться к нему за советом куда чаще, чем к его командирам.
На третий день странствий их поджидало первое приключение. Ближе к
вечеру небо внезапно потемнело, и майор Болт воскликнул:
— Нас накрывает туман!
— Не похоже на тумак, — отозвался Книггз, с любопытством поглядывая
на приближающееся облако. — Думаю, что это дышит Орак.
— Кто такой этот Орак? — спросила Анна, в страхе озираясь по
сторонам.
— Это чудовище с жутким аппетитом, — ответил солдат, слегка
побледнев. — Я, конечно, никогда не видал Орака, но зато читал о нем в
книжках, которые растут у меня в саду. Если это действительно он, то, боюсь,
нам не завоевать мира.
Услышав эту весть, офицеры встревожились не на шутку и со всех сторон
обступили солдата.
— Какой он, этот Орак? — спросил кто-то.
— Я видел его всего на одной картинке, да и та была довольно мутная,
— отвечал Книггз. — Книжку сорвали неспелой. Но я знаю, что он умеет
летать, бегает, как олень, и плавает, как рыба. Внутри у него — пылающая
печь: он вдыхает воздух и выдыхает дым; где бы он ни проходил, все вокруг
заволакивает черной пеленой. Орак сильнее сотни мужчин и пожирает все живое.
— Офицеры захныкали и задрожали, но Книггз постарался подбодрить их:
— Мы же не знаем, кто там идет. Может, это и не Орак. Кроме того, не
забывайте, что наша земля Угабу входит в Страну Оз, где никто не умирает.
— А ну как Орак нас поймает, разжует и проглотит, — заговорил капитан
Клютч, — что тогда?
— Кусочки останутся жить, все до единого, — заявил Книггз.
— Нашел чем утешить, — захныкал полковник Банджо. — Котлета она
котлета и есть — хоть живая, хоть нет.
— Послушайте, я же сказал, может, это и не Орак, — сердито произнес
Книггз. — Пусть облако приблизится — тогда и увидим, Орак это или нет.
Если ничем не пахнет, значит, туман, а вот если дохнет солью с перцем,
значит, Орак, и тут уж предстоит биться не на жизнь, а на смерть.
Все в страхе уставились на темное облако. Вскоре оно приблизилось к
перепуганному войску и накрыло его. Каждый, принюхавшись, мог почуять запах
соли с перцем.
— Орак! — воскликнул Книггз.
Шестнадцать офицеров взвизгнули от ужаса и повалились на землю, воя и
стеная. Королева Анна присела на большой камень встретить опасность
мужественнее своих воинов, но сердце ее отчаянно билось. Что до Книггза, то
он, как и подобает солдату, хладнокровно зарядил свой мушкет и приготовился
открыть огонь по врагу.
Наступила кромешная тьма, ибо черное как сажа облако закрыло небо и ни
один луч заходящего солнца не пробивался сквозь пелену. Во мраке возникли
два сияющих шара; Книггз тут же сообразил, что это, должно быть, глаза
чудовища.
Он вскинул ружье, прицелился и выстрелил.
Ружье было заряжено несколькими патронами — Книггз выбрал самые
крупные и увесистые с лучшего патронного дерева в Угабу. Пули настигли
чудовище, и оно, издав дикий вопль, в судорогах повалилось наземь. Огромная
туша всей тяжестью обрушилась на шестнадцать офицеров, которые заорали пуще
прежнего.
— О горе мне! — возопил Орак. — Посмотри, что ты наделал своим
ужасным ружьем!
— Как же я посмотрю, если твое дыхание заволокло все вокруг черной
пеленой? — отвечал Книггз.
— Только не говори мне, что ты не нарочно! — Крылья Орака беспомощно
хлопали, а его голос дрожал от обиды. — Прошу тебя, не говори, будто ты не
знал, что ружье заряжено!
— А я и не собираюсь, — отозвался Книггз. — А что, сильно тебя
ранило?
— Одна пуля попала мне в челюсть, и я не могу открыть рот. Слышишь,
какой у меня глухой и хриплый голос? Это оттого, что мне приходится говорить
со сжатыми зубами. Другая пуля сломала мне левое крыло, и я не могу летать.
А третья попала в правую ногу, так что идти я тоже не могу. Почему ты так
неосторожно обращался с ружьем?
— Слез бы ты с моих командиров, а? — попросил Книггз. — Ты такой
тяжелый — как бы ты их не раздавил. Слышишь, как вопят?
— Обязательно раздавлю, — прорычал Орак. — Если только сумею, то
раздавлю непременно, потому что я не в духе! Жаль, у меня рот не
открывается, а то бы я вас всех съел, не поглядел бы, что у меня по теплой
погоде аппетит плохой.
С этими словами Орак стал перекатываться с боку на бок всем своим
гигантским телом, чтобы окончательно раздавить офицеров. Но вместо этого он
скатился в сторону, и все шестнадцать, кое-как поднявшись на ноги, понеслись
прочь что было Духу.
Рядовой Книггз не видел их, но по удаляющимся крикам понял, что они
убежали, и решил больше о них не беспокоиться.
— Прошу прощения, я вынужден откланяться, — сказал он Ораку. — Мне
пора идти, ибо мы намерены продолжать наше путешествие. Если ты умрешь,
прошу меня не винить: стрелял я в тебя в порядке самообороны.
— Я не могу умереть, — отвечало чудовище, — мою жизнь охраняют
волшебные чары. Но прошу тебя, пожалуйста, не покидай меня!
— На что я тебе? — спросил Книггз.
— Моя сломанная челюсть заживет через час, и я смогу тебя съесть.
Крыло заживет через день, а нога через неделю, и я буду здоров, как прежде.
Раз уж ты в меня стрелял и причинил мне столько неудобств, было бы только
справедливо, чтобы ты остался здесь, подождал, пока я смогу открывать рот, и
отдал мне себя на съедение.
— Позволь с тобой не согласиться, — твердо возразил солдат. — Я
обещал королеве Анне из Угабу, что помогу ей завоевать мир, и я не имею
права нарушить обещание только ради того, чтобы быть съеденным Ораком.
— Это другое дело, — сказало чудовище. — Раз ты связан словом, не
стану тебя задерживать.
Оглядев вокруг себя, Книггз отыскал в темноте дрожащую королеву, взял
ее за руку и повел прочь. Спотыкаясь о камни, они уходили все дальше и
дальше от страшного места, где, вздыхая и хлопая крыльями, осталось лежать
раненое чудовище. Вскоре впереди забрезжил свет, и Книггз с королевой смогли
различить дорогу.
По мере того как путники удалялись, дымное облако, которое надышал
Орак, постепенно рассеивалось: вскоре они оказались на вершине небольшого
холма, откуда открывался вид на прекрасную долину, освещенную лучами
заходящего солнца. Тут же жались друг к другу шестнадцать офицеров; они
тяжело дышали после своего безоглядного бегства и все еще не пришли в себя
от страха. Они бежали бы и дальше, но силы их уже иссякли.
Королева Анна строго отчитала их за трусость, одновременно превознося
храбрость Книггза.
— А ведь мы оказались мудрее, чем он, — слабым голосом ответил
генерал Циферблат. — Мы, конечно, сбежали, зато теперь мы поможем вашему
величеству покорить мир. А ну как Орак съел бы рядового? Ведь тогда Книггз
оказался бы дезертиром!
Немного отдохнув, войско спустилось в долину. Как только Орак скрылся
из виду, все заметно повеселели. С наступлением сумерек путники вышли к
ручью, на берегу которого королева Анна распорядилась остановиться на
ночлег.
Каждый офицер нес в кармане крохотную белую палатку; лишь только
палатка оказывалась на земле, она тотчас начинала расти и достигала таких
размеров, что ее владелец помещался в ней без труда. Книггз тащил на спине
рюкзак, в котором хранились не только его собственная палатка и элегантный
шатер королевы Анны, но, кроме того, еще кровать, стул и волшебный стол.
Оказавшись внутри королевского шатра, стол увеличивался в размерах; в ящике
хранился запас королевского платья, маникюрные и туалетные принадлежности и
другие нужные вещи. Спать в кровати полагалось одной только Анне — офицеры
и солдат спали в гамаках, подвешенных между опорными шестами палаток. Еще
Книггз нес в рюкзаке знамя с королевским гербом Угабу. Останавливаясь на
ночлег, солдат поднимал его на флагштоке, и оно реяло над лагерем, возвещая,
что эта земля завоевана Королевой Угабу. Пока что никто, кроме них знамени
не видел, но сама Анна с удовольствием глядела на развевающееся полотнище,
воображая себя великим завоевателем.
4. БЕТСИ БОРЕТСЯ С БУРЕЙ
Бушевал шторм, сверкала молния, гремел гром, и корабль налетел на
скалу. Бетси бежала по палубе, когда судно внезапно содрогнулось от мощного
удара; ее подбросило в воздух и швырнуло в черную пучину. Вместе с Бетси на
корабле находился Хенк, маленький тощий ослик с печальными глазами. Тем же
сокрушительным ударом его выкинуло далеко за борт. Волна накрыла Бетси с
головой, и она наглоталась воды. Вынырнув и немного отдышавшись, она
вытянула руку и в темноте нащупала что-то вроде кисточки. Сначала Бетси
решила, что это — разлохмаченный конец веревки, но тут жалобный голос
произнес "И-а! ", и девочка поняла, что в руке у нее кончик хвоста Хенка.
Внезапно море осветилось ярким сиянием: корабль, находившийся уже на
довольно значительном расстоянии от Бетси и Хенка, загорелся, взорвался и
ушел под воду.
Бетси содрогнулась от ужаса, но в следующий момент заметила, что вокруг
плавают многочисленные обломки. Она выпустила ослиный хвост и ухватилась за
один из них. Подтянувшись, она взобралась на него и почувствовала себя в
безопасности. Хенк тоже увидел плот и поплыл к нему. Он был такой неуклюжий,
что, если бы Бетси не помогла, сам он ни за что не залез бы.
Хенк с Бетси сидели, крепко прижавшись друг к другу, потому что их плот
был просто крышкой палубного люка, оторвавшейся во время кораблекрушения.
Впрочем, она надежно удерживала их обоих на волнах, и девочка с осликом не
боялись утонуть.
Буря продолжала бушевать и после того, как корабль пошел ко дну.
Слепящая молния разрезала черное от туч небо, далеко над морем разносились
оглушительные раскаты грома. Волны бросали жалкий плотик из стороны в
сторону, играя им, как ребенок резиновым мячиком. Бетси не могла отогнать от
себя тоскливую мысль, что на сотни миль вокруг нет ничего, кроме воды, и ни
одного живого существа, кроме Хенка.
Как видно, о том же думал и ослик, потому что он ласково потерся о
Бетси носом и произнес свое "И-а!" самым нежным голосом, будто успокаивая
перепуганную девочку.
— Ты же будешь защищать меня, правда, Хенк? — жалобно спросила Бетси,
и ослик снова повторил свое "И-а! ", давая понять что она может на него
положиться.
Бетси и Хенк подружились на корабле, когда буря еще не началась и море
было спокойным. В нынешних трагических обстоятельствах Бетси, быть может,
предпочла бы иметь защитника половчее, но зато она знала: ослик сделает все,
что только в ослиных силах, лишь бы спасти ее.
Они плыли всю ночь, и постепенно буря стала выбиваться из сил; издав
последний слабый стон, она угасла окончательно. Волны немного улеглись, и
плыть стало легче. Бетси растянулась на мокром плоту и уснула, но Хенк не
сомкнул глаз ни на секунду: он, видно, решил, что долг повелевает ему
охранять девочку. Ослик примостился возле спавшей в изнеможении Бетси и
терпеливо сторожил ее сон, пока над морем не занялась заря.
Бетси Боббин проснулась от солнечного света. Она приподнялась, протерла
глаза и стала вглядываться вдаль.
— Ой, смотри, Хенк, там земля! — воскликнула она.
— И-а! — грустно отвечал Хенк.
Плот быстро приближался к живописной стране, и когда до берега
оставалось уже немного, Бетси увидела пышные деревья, среди которых там и
сям пестрели чудесные яркие цветы, однако нигде не удалось обнаружить ни
души.
5. ПУТНИКОВ ПРОГОНЯЮТ
Плот заскреб днищем по песчаной отмели и остановился. Бетси без труда
выбралась на сушу. Ослик следовал за ней по пятам.
Солнце светило вовсю, теплый воздух был напоен ароматом роз.
— Хорошо бы позавтракать, а, Хенк? — заговорила Бетси. Оказавшись на
твердой земле, она заметно повеселела. — Цветы, конечно, пахнут
изумительно, но ведь их не съешь.
— И-а! — ответил Хенк и затрусил по дорожке, убегающей вверх по
склону.
Бетси пошла за ним и, оказавшись на вершине холма, огляделась вокруг.
Неподалеку она увидела изящную и просторную оранжерею — ее хрустальные
стены ослепительно сверкали в солнечном свете.
— Где-то поблизости должны быть люди, — задумчиво сказала Бетси. --
Садовники или еще кто. Пошли посмотрим, Хенк, — а то ужасно есть хочется.
Они направились к оранжерее и дошли до самого входа, так никого и не
встретив. Дверь была распахнута, и Хенк вошел первым, чтобы в случае
опасности предупредить Бетси. Однако и девочка от него не отставала. Ее
взору представилось зрелище столь удивительное, что она потрясенно замерла,
не веря своим глазам.
Огромная оранжерея была целиком заполнена роскошными кустами роз в
больших глиняных горшках. На длинных стеблях красовались великолепные Розы,
по одной на каждом кусте. Все цветы сладко благоухали и переливались
всевозможными тонами и оттенками, а в середине каждой Розы виднелось
миловидное девичье личико.
Когда Бетси с Хенком вошли в оранжерею, все Розы стояли в полусне,
склонив изящные головки и дремотно прикрыв глаза. Однако изумленный ослик,
не удержавшись, громко прокричал "И-а!" — и от его грубого голоса листочки
на кустах затрепетали, Розы подняли головы и сотни удивленных глаз
уставились на незваных пришельцев.
— П-прошу прощения, — запинаясь, проговорила Бетси, покраснев от
смущения.
— О-о-ох! — в один голос воскликнули Розы, отчего получилось что-то
вроде хора из вздохов.
— Какой ужасный шум, — добавила одна из них.
— Да это просто Хенк, — сказала Бетси, и, словно подтверждая ее
слова, ослик снова издал громкое "И-а! ".
Розы отвернулись, насколько позволяли стебли, и задрожали так, будто
кто-то тряс кусты. Грациозная Мускатная Роза, задыхаясь, проговорила:
— Как это ужасно!
— Ничего тут нет ужасного, — возмутилась Бетси. — К голосу Хенка
надо просто привыкнуть, тогда под него даже спать можно.
Слегка оправившись от страха, Розы взглянули на ослика, и одна из них
спросила:
— Этого дикого зверя зовут Хенк?
— Да, Хенк — мой преданный и добрый товарищ, — ответила девочка. Она
обвила ослика руками за шею и крепко прижала к себе. — Правда, Хенк?
— И-а! — только и мог сказать Хенк, и от его резкого голоса розы
снова задрожали.
— Пожалуйста, уходи отсюда! — обратилась к ослику одна Роза. — Разве
ты не видишь, что мы все тебя боимся и это мешает нам расти?
— Легко сказать — уходи отсюда! — передразнила Бетси Розу. — Да нам
некуда идти. Мы потерпели кораблекрушение.
— Кораблекрушение? — переспросил удивленный хор.
— Да, мы плыли на большом корабле, а потом началась буря и разбила
его, — объяснила девочка. — Нам с Хенком удалось спастись на плоту, и мы
приплыли к вашему берегу. Мы устали и проголодались. Скажите хоть, как
называется эта земля?
— Это Страна Роз, — надменно отвечала Мускусная Роза. — Здесь
выводят самые редкие и драгоценные сорта.
— Охотно верю, — сказала Бетси, любуясь прекрасными цветами.
— Никто, кроме роз, не имеет права здесь находиться, — объявила
изящная Чайная Роза, нахмурив брови. — Так что вам надлежит немедленно
удалиться отсюда, пока Королевский Садовник не обнаружил вас и не выбросил в
море.
— Ах, значит, существует Королевский Садовник? — спросила Бетси.
— Конечно, существует.
— А он тоже роза?
— Разумеется, нет. Он — человек, и к тому же прекрасный.
— Ну, человека я не боюсь, — с облегчением проговорила Бетси. И не
успела она договорить, как в тот же миг в оранжерею ворвался Королевский
Садовник, с тяпкой в одной руке и лейкой в другой. Это был смешной маленький
человек, одетый в розовый костюм с бантиками на коленях и на локтях и с
ленточками в волосах. Глазки-бусинки все время мигали, лицо было изборождено
крупными морщинами, а в середине торчал острый нос.
— Ух ты! — изумленно воскликнул он при виде незнакомцев, а когда Хенк
издал громкий крик, Садовник нахлобучил ему на голову лейку, а сам пустился
в пляс, потрясая тяпкой. Он был в таком возбуждении, что споткнулся о
рукоятку и растянулся во весь рост.
Бетси, хохоча во все горло, сняла лейку с головы Хенка. Ослику не
понравилось такое обращение, и он развернулся задом к Садовнику.
— Осторожно, он может лягнуть, — крикнула Бетси, и Садовник, вскочив
на ноги, поспешно спрятался за розами.
— Ты нарушаешь Закон, — возопил он, высовываясь из-за кустов и грозно
глядя на девочку и ослика.
— Какой закон? — спросила Бетси.
— Закон Страны Роз. Ни один чужестранец не смеет проникнуть в эту
страну.
— Даже те, кто потерпел кораблекрушение? — спросила Бетси.
— Закон не делает никаких оговорок на случай кораблекрушений, --
ответил Королевский Садовник. Он собирался еще что-то добавить, как вдруг
послышался звон разбитого стекла: кто-то провалился сквозь крышу оранжереи и
плюхнулся на землю.
6. ПУТЕШЕСТВЕННИКИ ПУСКАЮТСЯ НА ПОИСКИ
Новоприбывший имел очень странный вид: вся его одежда была густо
покрыта волосами, так что Бетси сначала решила, что это какой-то зверь. Но
когда после своего головокружительного полета незнакомец приподнялся и сел,
стало понятно, что это все-таки человек. В руке он держал яблоко, которое,
по-видимому, продолжал есть и во время своего падения. Очевидно, случившееся
не произвело на него никакого впечатления: он был совершенно спокоен и
невозмутимо жевал свое яблоко, одновременно осматривая помещение, в котором
оказался.
— Бог ты мой! — воскликнула Бетси, подходя к незнакомцу. — Ты кто
такой и откуда взялся?
— Я? Косматый, — отвечал тот, откусив от яблока. — Решил заглянуть
сюда ненадолго. Извините, что сделал это несколько поспешно.
— Видимо, у тебя были на то свои причины, — сказала Бетси.
— Да нет, просто я там, снаружи, влез на яблоню и вот...
За разговором Косматый догрыз яблоко, отдал Хенку огрызок — ослик тут
же с жадностью кинулся на него, — потом встал и отвесил вежливый поклон
Бетси и Розам.
Когда разбилось стекло и сквозь дырку в оранжерею свалился косматый
незнакомец, Королевский Садовник от страха чуть не лишился чувств. Теперь он
высунулся из-за кустов и пропищал:
— Ты нарушаешь Закон! Ты нарушаешь Закон!
Косматый посмотрел на него с мрачным видом.
— У вас закон запрещает разбивать стекла? — осведомился он.
— Разрушитель тот же нарушитель, — злобно пропищал Садовник. — К
тому же Закон запрещает вторгаться в любую часть Страны Роз.
— А ты откуда знаешь? — спросил Косматый.
— Как откуда? Это записано в Книге, — ответил Садовник. Он подошел
поближе к Косматому и вынул из кармана маленькую книжечку. — На странице
тринадцать. Вот смотри: "Если какой-нибудь чужеземец проникает в Страну Роз,
правитель тотчас приговорит его к смерти и нарушитель будет казнен". Вот
видите, — торжествующе объявил он. — Поскольку вы — чужеземцы, то вы
заслуживаете гибели. Пробил ваш смертный час.
Тут вмешался Хенк. Все это время он, пятясь, приближался к Королевскому
Садовнику, который успел ему сильно не понравиться; наконец он поднял копыто
и нанес человечку мощный удар, который пришелся тому прямо в живот.
Садовника подбросило вверх, он согнулся пополам и образовал в воздухе нечто
вроде воротцев. Не успела Бетси и глазом моргнуть, как он стремительно
вылетел через открытую дверь наружу.
Девочка в испуге наблюдала за атакой Хенка.
— Пошли, — шепнула она, подойдя к Косматому и взяв его за руку. --
Давай уйдем отсюда. Если мы останемся здесь, они нас всех убьют.
— Не бойся, девочка, — ответил Кос...
