Алексей Калугин. Специалист по выживанию
страница №2
...решилподзаработать денег. Думал помочь семье, а получилось, что оставил еще не
родившихся детей без отца.
- Ну, не отчаивайся, - попытался утешить своего совсем упавшего духом
спутника Чейт. - Может быть, вдвоем мы все-таки выберемся из этого болота.
- Все равно, - уныло произнес Архенбах. - Я не выполнил своих
обязательств по контракту, а денег, чтобы уплатить неустойку, у меня нет.
Адвокаты "Золотого Квадрата" теперь запросто могут упрятать меня в тюрьму.
Чейт шел рядом, не зная, что сказать, чем утешить Архенбаха. Ему было
искренне жаль толстокожего добряка, так печально и трогательно вздыхающего
по своим малюткам, еще не проклюнувшимся из яичной скорлупы. Чейт,
пожалуй, мог бы пожертвовать своей жизнью ради будущего маленьких
крокодильчиков, но отдавать ее во славу фильма, задуманного Джейком
Слейтом, не имел ни малейшего желания.
Они шли уже несколько часов. Пейзаж вокруг оставался неизменным:
заросшие тиной бочаги, грязевые лужи, булькающие болотным газом, и
свисающие сверху зеленые лохмы с белыми крючками корней.
Архенбах двигался как танк, пробивая проход в густом низкорослом
кустарнике, плюхаясь со всего размаха в озерца с водой. Чейт едва поспевал
за ним, но, не желая даже самому себе признаться в собственной слабости,
из последних сил пытался не нарушить заданный Архенбахом темп. В конце
концов, не выдержав гонки, он просто рухнул на траву.
- Эй! - крикнул он вдогонку не ведающему усталости Архенбаху. - Пора бы
сделать привал!
- Хорошо, - с готовностью согласился Архенбах. - Заодно можно и
перекусить.
- Надеюсь, не мной, - пошутил Чейт.
Архенбах обиженно клацнул челюстями:
- Я думал, что мы уже закрыли эту тему.
- Извини, - смутился Чейт. - Я просто не вижу вокруг никакой еды.
- Сейчас что-нибудь раздобудем, - пообещал Архенбах и скрылся среди
кустов.
Чейт сел, уперся руками в землю за спиной и блаженно вытянул гудящие от
усталости ноги.
Из высокой травы выскользнула метровой длины сороконожка и, азартно
взвизгнув, вцепилась в каблук Чейтова ботинка.
- Просто удивительно! - произнес Чейт, открывая нож. - За сегодняшний
день меня всего лишь первый раз пытаются съесть!
Ударом ножа он перерубил сороконожку пополам. Из обрубков брызнула
темно-фиолетовая жидкость. Задняя часть сороконожки, проворно перебирая
бахромой лапок, скрылась в траве, передняя же продолжала злобно терзать
каблук, пока ударом ноги Чейт не отбросил ее в сторону.
За спиной затрещал кустарник.
- А вот и обед! - радостно воскликнул Чейт, ожидая увидеть Архенбаха.
Но вместо Архенбаха перед ним выросли два полуголых великана - Гог и
Муг. У Гога в каждой руке было по мечу, Муг обеими руками сжимал рукоять
огромного боевого топора. А может быть, все было как раз наоборот: Гог
держал топор, а Муг - мечи, - для Чейта оба здоровяка были на одно лицо,
что позволяло ему ненавидеть обоих в равной степени.
Чейт вскочил на ноги.
- Пора выполнять контракт, - сказал Гог (почему-то Чейту казалось, что
именно этот и есть Гог) и бросил к ногам Чейта меч.
Чейт протестующе взмахнул руками:
- Нет-нет, ребята, я сегодня не в форме!
Гог и Муг, переглянувшись, чему-то недобро усмехнулись.
Гог трижды со свистом рассек воздух мечом и медленно двинулся на Чейта.
Чейт, подхватив меч с земли и неловко выставив его перед собой, так же
медленно попятился назад.
В этот момент из кустов стремительно, подобно огромной каменной глыбе,
выпущенной из катапульты, выбежал Архенбах и бросился между Чейтом и
Гогом. Гог, резко, с подвывом, выдохнув, опустил меч на спину несущегося
на него чудовища. Но мощный удар смертоносного оружия оставил на панцире
Архенбаха только едва заметную щербину. Архенбах на бегу развернулся к
Гогу боком и хлестнул по нему толстым, покрытым неровно топорщащимися
роговыми пластинами хвостом. Гог, отброшенный на несколько метров в
сторону, бездыханно распластался на земле. Архенбах поставил переднюю лапу
на грудь поверженного противника и издал победоносный рев, одновременно
ища глазами другого врага. Но того уже и след простыл.
- Да здравствует победитель! - провозгласил Чейт, хлопнув ладонью по
панцирю Архенбаха. - Ты уже второй раз спасаешь мне жизнь.
- Почему же только второй? - притворно обиделся Архенбах.
- В первый раз ты не дал сгнить моему плечу, - начал загибать пальцы
Чейт. - А сейчас спас от этого наемного убийцы. Разве было что-то еще? Не
забывай, что, когда ты хотел меня съесть, я сам справился с проблемой.
- Если бы я не накормил вас, то вы умерли бы от голода, - лукаво скосив
глаза в сторону Чейта, напомнил Архенбах.
- Ну, может быть, пока бы еще и не умер, но был бы близок к тому. -
Чейт, сдаваясь, поднял обе руки вверх: - Правда на твоей стороне! Я не
хочу быть неблагодарным и помогу тебе выполнить твой контракт.
- Я не стану тебя есть! - взревел Архенбах.
- Наконец-то я дождался этого! - радостно вскинул руки к небу Чейт. -
Глубокоуважаемый Архенбах признал во мне друга и стал обращаться ко мне на
"ты"!
- Извините, я погорячился...
- Не принимаю никаких извинений! - протестующе замахал руками Чейт. -
Отныне - только на "ты". Ты хочешь выполнить свой контракт?
- Да, но я не хочу тебя есть.
- И не надо. Ты и без этого сможешь вернуться к своей семье с целой
кучей денег.
Архенбах смотрел на Чейта с недоверием, но слушал не перебивая.
Чейт же продолжал интриговать его:
- У меня сердце в груди разрывается, когда я слышу о том, что дети
могут остаться сиротами! Клянусь, я верну им отца!
Наконец голос его стал серьезным.
- По условию "Золотого Квадрата" ты должен съесть человека на болоте.
Этого от тебя хочет Слейт?
- Так, - кивнул Архенбах, все еще не понимая, в какую сторону клонит
Чейт.
- Ты должен съесть именно меня или человека вообще?
- Но, кроме тебя, на болоте больше никого и не было, - немного
растерянно произнес Архенбах.
- Зато теперь есть! - Чейт торжествующе указал на Гога, который начал
приходить в себя и что-то невнятно мычал, пытаясь приподнять голову.
- Я должен съесть его? - презрительно глянув на гиганта, спросил
Архенбах.
- Если хочешь, - не стал настаивать Чейт.
- Честно говоря, не очень, - скорчил недовольную гримасу Архенбах.
- Тогда дождись, когда киношники вернутся за этим громилой, и пригрози,
что съешь его. Я думаю, что у него нет контракта на смерть во время
съемок, иначе зачем тогда был нужен я? Киношники дают тебе отбой, и твой
контракт выполнен, - съемка сорвана не по твоей вине!
Лицо Архенбаха просияло, как только может просиять лицо, покрытое
роговыми пластинами с шипастыми наростами.
- А что будет с тобой? - спросил он Чейта.
- Ну, я с выполнением своего контракта торопиться не собираюсь, - криво
усмехнулся тот.
- Ты останешься на болоте?
- Да.
- Тогда я остаюсь с тобой, - решительно заявил Архенбах.
- Нет, - отрицательно покачал головой Чейт.
- Один ты погибнешь.
- Послушай, Архенбах, во-первых, тебя ждет семья. А во-вторых, ты
будешь мне гораздо полезнее, если выберешься отсюда.
- Каким образом?
- Ты свяжешься со службой Галактического патруля и расскажешь им о том,
что здесь происходит. Я бы предпочел сесть в тюрьму, но остаться живым.
- Ты думаешь, так будет лучше? - все еще сомневаясь, спросил Архенбах.
- Я в этом уверен! - Чейт снял свою бейсбольную кепку и пристроил ее на
плоской голове Архенбаха. - На память. Буду рад снова встретить тебя
когда-нибудь.
Распрощавшись с Архенбахом, Чейт прихватил с собой меч и снова зашагал
по мокрой болотной траве в том направлении, где, по мнению Архенбаха, в
зарослях намечался просвет.
Чейт помнил о преследующих его невидимых камерах-жуках и ни секунды не
сомневался, что Джейк Слейт вместе со своими подручными уже готовит ему
новую возможность для выполнения контракта. Но все же он надеялся, что
произойдет это не раньше следующего дня.
Однако не прошло и часа с момента расставания с Архенбахом, когда,
обогнув купу кустов с широкими, как китайские веера, листьями, Чейт увидел
перед собой то, чего на болоте быть не должно.
Это был серый, ветхий балахон, который к тому же еще не просто так
валялся на земле, а висел в воздухе, сохраняя форму, как будто был
наброшен на человека. Однако старое тряпье не прикрывало ничего, кроме
пустоты.
Чейт остановился в нерешительности.
Балахон висел в воздухе неподвижно, касаясь полами земли. Выглядел он
довольно-таки странно, но при этом вроде не таил в себе никакой опасности.
Решив все же не рисковать, Чейт свернул в сторону, чтобы обойти
непонятный предмет стороной.
И тотчас же балахон кинулся ему наперерез.
Глядя на это, можно было подумать, что бежит одетый в балахон человек,
если бы под капюшоном не зияла пустота.
Чейт остановился и встретил летящий на него балахон ударом меча. Меч
прошил балахон насквозь, и тот повис на нем, как обычная тряпка.
В ту же секунду сильный удар в челюсть едва не сбил Чейта с ног.
Чейт взмахом меча описал вокруг себя круг, но не только никого не
зацепил, а даже никого и не увидел.
Серая тряпка, слетев с меча, упала в стороне.
Оглядываясь по сторонам и держа меч наготове, Чейт стал медленно
пятиться назад. И тут же, снова получив удар в челюсть, затем в солнечное
сплетение и третий - в висок, упал на землю.
Очнувшись, он попытался подняться на четвереньки, но сильнейший удар по
ребрам опрокинул его на спину.
Затравленно озираясь по сторонам и не видя противника, Чейт попытался
отползти в сторону. Упираясь руками в землю, он вполз на невысокий,
поросший мягким мохом бугор и тут получил удар в живот такой силы, что,
согнувшись пополам, едва не скатился в большую лужу с бурой вонючей водой.
"Ну, вот и конец", - пронеслось в голове у Чейта, как будто какой-то
посторонний, холодный и рассудительный голос произнес, когда невидимая
рука занесла над ним его же меч.
У него уже не было сил ни отбиваться, ни бежать. Как можно сражаться с
пустотой? Куда можно спрятаться от нее?
- Кончай, что ли, скорее, - пробормотал Чейт и закрыл глаза.
Поэтому он и не увидел, как из кустов выкатился упругий шарик в
цветастой распашонке и шортах.
- Саван! Саван надень! - кричал, размахивая руками, продюсер. - Не
убивай его, не надев савана! Ничего же не будет видно!
Меч опустился острием в землю. Невидимка еще раз пнул Чейта под ребра,
и меч поплыл по воздуху в сторону серой хламиды, лежащей бесформенным
комком в десяти шагах от распростертого на земле Чейта возле большой
грязевой лужи.
Балахон поднялся в воздух и, всколыхнувшись, приобрел форму
человеческого тела. Враг обрел видимость.
Чейт приподнялся на локте и вытащил из кармана зажигалку. Криво
усмехнувшись разбитым ртом, он чиркнул зажигалкой и, с надеждой взглянув
на скользнувший вверх по фитилю красноватый язычок пламени, кинул ее в
сторону большого, влажно поблескивающего пузыря, вспухшего на поверхности
жидкой грязи. Одновременно, оттолкнувшись всем телом от земли, он
перебросил себя через пригорок, скатился с него, плюхнулся в лужу и с
головой погрузился в затхлую, вонючую жижу, вдавив лицо в вязкий ил на
дне.
С нарастающим ревом над зеленой крышей, нависающей над болотом,
взметнулся столб пламени. Ударившись о толстый, плотный слой влажной
листвы, он снова упал на землю и с шипящим шумом растекся рыжим кольцом,
захлебывающимся водой, пропитавшей все вокруг.
Чейт выбрался из вонючей жижи на траву, обтер - скорее, размазал -
грязь на лице и оборвал несколько пиявок, успевших присосаться к голым
рукам и шее.
На побуревшей от жара траве валялся меч и тлеющие лохмотья.
Посидев еще пару минут и окончательно уверившись в том, что бить его
больше никто не собирается, Чейт поднялся на ноги, подобрал меч и,
опираясь на него как на костыль, заковылял в ту сторону, где незадолго до
взрыва скрылся Джейк Слейт.
Он шел неторопливо, размеренно, как автомат, не замечая ни страшной
духоты, ни боли в отбитых легких, ни жжения кожи на ногах, отекшей и
побелевшей от постоянной сырости в ботинках. В его сознании рухнул некий
барьер, о существовании которого он и сам не подозревал до этой минуты, и
теперь для него не существовало ни боли, ни времени, ни страха смерти,
осталась только одна необъятная, заполняющая всего его, каждую клеточку
его тела, злость.
Солнце уже клонилось к закату, а Чейт все шел, не останавливаясь,
тяжело дыша сквозь крепко стиснутые зубы.
Чейт уже почти не надеялся выбраться когда-нибудь из этого проклятого
болота, когда неожиданно, продравшись сквозь необычайно густой кустарник,
он увидел перед собой танк.
Неподвижно стоявший танк был первым, что бросилось Чейту в глаза. Вслед
за этим он увидел, что над головой больше не нависает ставший привычным
мангровый полог, а впереди расстилается чуть всхолмленная равнина.
Заходящее солнце бросало сиреневые отблески на широкую ленту реки,
петляющую среди холмов. Болото, которому, казалось, не было ни конца ни
края, кончилось!
Чейт тихо завыл от счастья. Но тут же его радость охладила мысль, что
если и на болоте киношники не оставляли его в покое, то здесь, на открытом
пространстве, они разделаются с ним в один момент.
Танк! Откуда здесь танк? Специально оставлен киношниками? А, какая, к
черту, разница!
Чейт подбежал к танку, быстро вскарабкался на броню и, приоткрыв люк,
заглянул в чрево машины. Танк казался пустым. Чейт откинул крышку люка и с
мечом в руке прыгнул вниз. В танке действительно никого не было. Чейт
пробрался к приборной панели и сел на место водителя. Датчик уровня
горючего показывал полные баки. Вдоль бортов тянулись обоймы со снарядами,
но все до одного они были холостыми.
Чейт вдавил педаль стартера, и двигатель танка ожил.
Одновременно со звуком заработавшего двигателя гулко лязгнул
захлопнувшийся люк, и больно ударили по ушам тяжелые удары по броне.
- Ну наконец-то он попался! - раздался радостный возглас снаружи.
Чейт, подхватив меч - свое единственное оружие, казавшееся внутри
мощной боевой машины бесполезной игрушкой, - вылез в башню танка и уперся
плечом в крышку люка.
Люк был надежно заперт.
Понимая всю безнадежность своих действий, Чейт тем не менее несколько
раз со злостью стукнул по крышке рукояткой меча. Выругавшись, он снова
спустился вниз и попытался ногой выбить люк механика. И снова
безрезультатно. Его поймали, как крысу в клетку.
Чейт на чем свет стоит ругал себя за то, что ушел с болота, за то, что
влез в этот чертов танк, когда и младенцу было понятно, что это ловушка -
танки просто так где попало не бросают!
Но что же готовил ему Слейт на этот раз?
Снаружи послышался приближающийся рев двигателя.
Чейт переключил экран наблюдения на круговой обзор.
В сотне метров от него из кустов выполз еще один танк и замер, направив
жерло пушки прямо в лоб Чейту.
Его собирались расстрелять из тяжелой артиллерии!
Пискнув, включилось переговорное устройство.
- Алло! Алло! Чейт! Вы меня слышите? - быстрой скороговоркой заверещал
искаженный помехами голос.
- Кто говорит? - спросил Чейт.
- Да это же я - Джейк! - Голос обиделся, что его не узнали. - Как ваше
самочувствие, Чейт?
- Какая трогательная забота! - язвительно умилился Чейт. - Где ты
сейчас находишься?
- В поселке. Но я вас прекрасно вижу на мониторе.
- Жаль, что не рядом, я бы с удовольствием проехался гусеницами по
твоему жирному брюху!
- Чейт, вы неблагодарный, - снова обиделся голос. - Я сделаю из вас
кинозвезду.
- Посмертно?
- Немногие великие становились знаменитыми при жизни. Посмертная слава
- тоже слава. В конце концов, вас никто не заставлял подписывать контракт.
- Провались ты вместе со своим контрактом!
- Грубо, Чейт, очень грубо, - укоризненно произнес Слейт голосом
старого школьного учителя. - Эту фразу придется вырезать.
- Конец связи! - рявкнул Чейт.
- Минутку!
- Что еще?
- Не откажите в любезности, - елейным голосом попросил Слейт. - Раз уж
вам все равно погибать, постреляйте, пожалуйста, из пушки. Это очень
украсит сцену вашей гибели.
- Черта с два! У меня все снаряды холостые!
- Ну и что же? Наши пиротехники начинили их специальной смесью - эффект
будет потрясающий!
- А в другом танке снаряды тоже холостые?
- Нет, но...
- Тогда - катись!..
Рванув рычаги, Чейт бросил танк вперед, одновременно разворачивая башню
с бесполезной пушкой в сторону. Вражеский танк, не ожидавший столь
стремительной и безрассудной атаки со стороны безоружного противника,
успел сделать всего лишь один выстрел, да и тот скорее всего бесприцельно,
так что снаряд только чиркнул по броне танка Чейта.
Перед тем как столкнуть две машины, Чейт сделал небольшой вираж, и его
танк всей своей многотонной массой врубился передним скатом брони в
гусеницу своего собрата. В своей безумной, отчаянной атаке Чейт и не думал
о такой удаче - из гусеницы вражеского танка вылетело два трака, и
одновременно в его танке сорвало ударом крышку люка механика.
Подхватив какую-то увесистую железяку, Чейт выскользнул на землю, в два
прыжка забрался на башню обездвиженного танка, откинул люк и прыгнул вниз.
Танкист, едва успевший развернуться ему навстречу, дернул из гнезда
башенный пулемет, но, получив железкой по шлему, отвалился в сторону. Чейт
схватил пулемет и, взяв под мышку, передернул затвор.
- Не стреляй! - завизжал танкист.
Скрючившись на полу, он пытался спрятаться под сиденье.
- Вылезай! Быстро! - скомандовал Чейт.
Просить дважды не пришлось - танкист пулей вылетел из люка.
Чейт с пулеметом выбрался следом за ним.
- Где поселок?
- Там! - Танкист рукой указал направление. - Километра полтора.
- Теперь убирайся!
Для острастки Чейт дал короткую очередь в воздух.
Подпрыгнув на месте, танкист развернулся и, петляя как заяц, бросился к
кустам.
Наклонившись, Чейт посмотрел вниз. Два ремонтных робота, похожих на
больших стальных крыс, уже меняли выбитые из гусеницы траки.
Когда танк въехал в поселок, его единственная улица была пуста. Лишь
только в окнах домов мелькали испуганные лица.
Помня о камерах-жуках, с помощью которых киношники вели за ним
постоянное наблюдение, Чейт придал лицу кровожадное выражение и направил
танк на дом в центре поселка, в котором, как он полагал, прятался Джейк
Слейт. Из окон и дверей посыпались люди. Пробитый танком насквозь, дом еще
какое-то время стоял, прежде чем рухнуть, сложившись, как карточный.
Среди разбегающихся в панике во все стороны людей Чейт высматривал
того, кто был ему нужен, - толстяка в цветастой распашонке.
С такой заметной внешностью скрыться было непросто. Слейт бежал позади
всех, то и дело оглядываясь. Лицо у него было красным и блестело от пота.
Очки едва держались на самом кончике его крошечного носа.
Выставив пулемет в амбразуру, Чейт дал длинную очередь над головой
Джейка. Толстяк упал, зарывшись носом в землю, и закрыл руками голову.
Чейт остановил танк в полуметре от распластавшегося по земле продюсера.
- Слейт! Ко мне! - рявкнул он в приоткрытый люк механика.
Джейк проворно вскочил на ноги, подбежал к танку и покорно сунул голову
в люк.
- Что, Чейт? - Он старательно, но безрезультатно пытался сложить
трясущиеся губы в слащавую, заискивающую улыбочку.
Чейт, схватив Слейта за шиворот, втащил его в танк и бросил на соседнее
сиденье. Ворот продюсерской рубашки затрещал, но выдержал.
- Привет, Слейт! - Зловеще оскалившись, Чейт дулом пулемета ткнул
деятеля киноискусства под ребра.
Толстяк нервно дернулся, всколыхнув желеобразный живот.
- З-здравствуй...те, Чейт, - промямлил он.
- Показывай дорогу в космопорт.
- Ты... - Слейт запнулся. - Вы хотите улететь? Но в космопорту нет
кораблей. Они вообще не садятся здесь без предварительной договоренности.
- Не твое дело, - оборвал его Чейт. - Показывай дорогу.
Таможенник в красных трусах сидел, положив ноги на стол. В руках у него
был все тот же журнал с рыжеволосой красоткой на обложке. Он не двинулся с
места, и только брови его поползли вверх, когда, втолкнув перед собой
трясущегося Джейка, в комнату вошел грязный и оборванный Чейт с пулеметом
на плече.
Джейк докатился до кресла, упал в него и безжизненно закатил глаза.
- Не привык ездить без кондиционера, - усмехнулся Чейт, садясь в
свободное кресло и пристраивая пулемет между коленей.
Таможенник открыл холодильник и поставил на стол две мгновенно
запотевшие банки пива.
Чейт опорожнил свою тремя большими глотками, смял банку в кулаке и
бросил ее в коробку с мусором.
- Вызывайте Галактический патруль, - устало произнес он.
Охранник постучал ключом по решетке.
- Привет, Чейт!
Чейт поднялся с койки.
- Доброе утро, Грани. - Чейт потянулся и протер глаза. - Как дела?
- Вчера всей семьей в четвертый раз смотрели "Умри легко". Высший
класс! - Охранник показал большой палец. - Сынишка так просто свихнулся на
этом фильме - всю свою комнату увешал твоими портретами.
- Приноси, подпишу, - пообещал Чейт.
- Спасибо, - расплылся в улыбке Грани. - Если ты не против, я и сынишку
приведу?
- Да ради бога, - пожал плечами Чейт.
В коридоре послышались уверенные начальственные шаги. Каждый шаг
припечатывался к полу, словно штамп "Совершенно секретно" к папке с досье.
- Сержант Грани! - рыкнул хрипловатый голос начальника тюрьмы.
- Я! - развернувшись на пол-оборота, вытянулся в струнку охранник.
Подойдя к двери камеры, начальник тюрьмы ухмыльнулся, проведя согнутым
пальцем по густым рыжим усам.
- Ну, как поживает наша кинозвезда?
- Благодарю, замечательно, - улыбнулся в ответ ему Чейт.
- Сержант, откройте камеру, - приказал охраннику начальник тюрьмы и,
повернувшись к Чейту, добавил: - К вам посетитель.
- Это кто же? - удивленно вскинул брови Чейт.
Никаких гостей он не ждал. Да и некому было навещать его в тюрьме.
Сержант широко распахнул решетчатую дверь, и на пороге камеры возник
Джейк Слейт собственной персоной, только на этот раз вместо пестренького
пляжного наряда на нем был темно-синий костюм с широкими, отливающими
серебром лацканами.
- Милый мой! - Джейк растянул улыбку так, что за щеками не видно стало
ушей, и призывно раскинул руки, подобно любящему отцу, готовому принять в
свои объятия блудного сына.
- Я тебе не милый, - огрызнулся Чейт.
- Неужели вы до сих пор держите на меня обиду? - Джейк, казалось, был
искренне удивлен.
Чейт ничего не ответил, а только отрешенно покачал головой.
Джейк присел на краешек койки рядом с Чейтом и заговорил, возбужденно
размахивая руками:
- Мне удалось! Вы понимаете, Чейт, мне все-таки удалось сделать
совершенно новое кино! Строев - бездарь, кретин! Он ни черта не понимает в
современном кинематографе! Под моим личным руководством весь фильм
смонтировали только из тех пленок, на которых были сняты вы! Никакой игры!
Все вживую! Оставалось только озвучить его в студии! В результате
получился грандиозный фильм! Незабываемое зрелище и глубочайшее
эмоциональное воздействие на зрителей!
- Знаю, - безразлично кивнул Чейт. - Здесь, в тюрьме, нам его уже
показывали.
- Да? - Джейк на секунду растерялся. Но тут же вновь воодушевился: - Я
сейчас прямо с церемонии вручения премий "Оскар"! Наш фильм получил
пятнадцать! Пятнадцать золотых статуэток! Две из них - ваши: за лучшую
роль и за исполнение трюков!
- Где? - спросил Чейт.
- Что? - не понял Джейк.
- Где мои "Оскары"?
- Я не взял их с собой, - растерянно развел руками Джейк.
- Напрасно. Они бы скрасили унылый интерьер моей камеры.
- Да о чем вы говорите, Чейт! - замахал на него розовыми ладошками
Джейк. - Скоро вы выйдете отсюда!
- Да ну? - Чейт сделал вид, что удивлен. - Каким же образом? Вы
готовите мне побег?
- Да, да, да! - радостно закивал Слейт. - Я забираю свой иск и
оплачиваю все судебные издержки! Я беру вас в свой новый фильм! Я уже
нашел для него великолепную натуру - мертвая, безводная пустыня...
Чейт, вскочив на ноги, схватил Джейка за отвороты пиджака и вышвырнул
из камеры. Материал затрещал, но выдержал.
- Чейт! Чейт!
Джейк бросился назад, но Чейт проворно захлопнул перед его носом
дверную решетку.
- Чейт! Мы сделаем новый фильм! Лучше прежнего!
- Катись к черту!
- Чейт! Я сделал вас звездой!
- После того, как я едва не сдох под твоим чутким руководством!
- Чейт!
- Катись!..
Джейк с разбега бросался на решетку, а Чейт, упершись в нее руками, не
позволял толстяку ворваться в камеру.
Начальник тюрьмы и охранник с интересом следили за этим единоборством.
- Нелегко работать со звездами, - сочувственно покачал головой усатый
начальник тюрьмы.
Наконец Чейт, просунув руку сквозь прутья решетки, вырвал из рук
сержанта связку ключей и запер дверь камеры на замок.
- Катись к черту, - еще раз, уже спокойным тоном, сказал он Джейку. - Я
и без твоей помощи скоро отсюда выйду.
- Вам сидеть семь лет! - Слейт строго погрозил Чейту пальцем.
- Не угадал, - состроил презрительную гримасу Чейт. - Через неделю меня
здесь уже не будет.
Слейт удивленно посмотрел на начальника тюрьмы.
Тот наклонил голову, подтверждая сказанное Чейтом.
- Как это может быть? - растерянно развел руками Джейк.
- После просмотра фильма "Умри легко" служащие и заключенные нашей
тюрьмы объявили подписку в счет погашения долга заключенного Чейта А, -
объяснил, ухмыляясь в усы, начальник тюрьмы. - Уже собрано более половины
необходимой суммы. Оставшуюся часть обещал внести некто по имени Архенбах
с Грона. Как только будет получено официальное подтверждение его
платежеспособности, Чейт А станет свободным человеком.
Джейк Слейт был сражен наповал. Опустив голову, он уныло побрел по
коридору к выходу.
- Эй, Джейк! - крикнул вслед ему Чейт.
Слейт с надеждой обернулся.
- Не забудь прислать мне моих "Оскаров"!
Чейт игриво помахал рукой, просунутой между прутьями решетки, навсегда
и без всякого сожаления прощаясь с гениальным продюсером своего первого
фильма.
ФАКТОР НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ
- Официант!
Услышав крик из зала, Чейт проворно вскочил на ноги, одернул белый
накрахмаленный фартук и, подхватив со стола электронную записную книжку,
выбежал на зов клиента.
Кафе было небольшим, всего на двенадцать столиков. Правда, в редкие дни
наплыва посетителей хозяин Лин Мо умудрялся втиснуть в зал еще пять
дополнительных столиков, припасенных в подсобке, но сегодня был явно не
такой день. Часы между завтраком и обедом были самыми тихими как в самом
городе, так и в кафе "У Мо", в котором, несмотря на китайское имя
владельца, подавались самые что ни на есть традиционные блюда. Туристы
прилетали на Галеон не ради кулинарных изысков старины Мо, а для того,
чтобы осмотреть заброшенный Песчаный город, в котором, если верить
россказням знающих свое дело экскурсоводов, до сих пор бродят призраки его
обитателей, еще в незапамятные времена превратившиеся в межзвездную пыль.
Выйдя в зал, Чейт прищурился от нестерпимо яркого света. Площадь за
стеклянным фасадом кафе была залита ослепительным солнцем, которое,
казалось, заставляло тени сморщиваться и съеживаться, постепенно превращая
их в ничто, как кислота кожу. Не боясь ошибиться, можно было сказать, что
сегодняшний день будет таким же жарким и душным, как и подавляющее
большинство других дней из 210-дневного годового цикла на Галеоне.
В углу, под небольшой искусственной пальмой, сидела пожилая пара,
разодетая в пестрые пляжные наряды. Это были не туристы, а одни из
немногочисленных местных жителей. Никто не знал, что за ветер странствий
занес их в свое время на Галеон и, главное, что заставило их остаться
здесь до конца жизни. Финансовыми проблемами парочка, судя по всему, была
не обременена. Они жили в собственном бунгало на дальнем берегу Соленого
озера, но завтракать каждое утро приезжали в город. Кафе "У Мо" они
предпочитали скорее всего по причине его немноголюдности. Ежедневно они
садились за один и тот же столик, не спеша завтракали, после чего пару
часов просто сидели на своих местах, наслаждаясь прохладой кондиционеров.
Мужчина обычно слушал сводки "Межзвездных новостей", с удовлетворенным
видом покачивая головой, а женщина тем временем доставала из сумки
электронный карточный планшет и занималась раскладыванием замысловатых
пасьянсов.
Неподалеку от стойки сидел еще один клиент, задержавшийся после
завтрака. Человек был не из местных. По крайней мере, Чейт его прежде в
кафе не видел. Судя по новеньким шортам и льняной рубашке цвета кофе с
молоком, это был турист, отставший от своей группы. Причину, по которой он
предпочел чудесам и тайнам Песчаного города относительную прохладу кафе "У
Мо", можно было без труда определить, взглянув на его слегка оплывшее и
изрядно помятое лицо. Должно быть, вчера, по вечерней прохладе, он принял
спиртного чуть больше разумных пределов. Ну а сегодня, на солнышке, его
повело так, что ни о какой прогулке среди пышущих жаром песков и речи быть
не могло. Клиент начал поправлять здоровье пивом, но после третьей кружки
перешел на джин. Пятнадцать минут назад Чейт подал ему третью порцию. Если
так пойдет и дальше, то из всех впечатлений от поездки на Галеон у
бедолаги останутся только смутные воспоминания о внутреннем интерьере кафе
старины Лин Мо.
Но звал официанта не он. У второго столика от входа сидел новый
посетитель, которого в прошлый раз, когда Чейт выходил а зал, еще не было.
Это был мужчина лет пятидесяти, с коротко подстриженными светлыми, чуть
тронутыми сединой волосами. Фигура у него была немного грузной, а лицо
несколько полноватым, но при этом в незнакомце с первого взгляда
чувствовалась внутренняя сила и уверенность в себе. Одет он был в
аккуратный светло-серый костюм без галстука. Верхняя пуговица рубашки с
узким стоячим воротом была расстегнута. Из кармана пиджака торчал строгий
треугольник белоснежного платка. Необычность и в то же время логическую
законченность всему образу незнакомца придавала большая и, как казалось,
довольно-таки увесистая трость из черного дерева с белым костяным
набалдашником, которую он держал в чуть отведенной в сторону правой руке.
Последний раз трости были в моде лет сорок назад, еще до рождения Чейта,
однако незнакомец управлялся с ней настолько легко и непринужденно, словно
она была для него естественной и самой что ни на есть обыденной деталью
туалета. При этом человек вовсе не был похож на престарелого денди или
молодящегося сноба.
- Официант! - Посетитель требовательно взмахнул двумя пальцами,
сложенными вместе, подзывая к себе Чейта.
- Слушаю вас, - подойдя к столику, дежурно улыбнулся тот.
Посетитель окинул Чейта медленным внимательным взглядом, так, словно
оценивал скаковую лошадь, на которую собирался поставить все свое
состояние.
- Это ты?
Концом трости незнакомец указал на один из многочисленных постеров,
украшающих стены кафе, на котором был изображен обнаженный по пояс Чейт,
прикрывающийся мечом от занесенного над его головой огромного боевого
топора, зажатого в руке темнокожего гиганта с выражением дикой злобы и
непробиваемой дебильности на квадратном лице.
- Да, - скромно потупил взгляд Чейт. - Если вы сделаете заказ, то
получите счет с моим автографом.
Посетитель словно и не услышал слов Чейта.
- "Умри легко", - с выражением прочитал он название фильма на плакате,
после чего снова оценивающе посмотрел на Чейта. - А на картинке ты вроде
бы покрепче выглядишь.
- Реклама всегда имеет склонность к преувеличениям, - с безразличным
видом повел плечом Чейт.
На самом же деле замечание незнакомца задело его. Он вовсе не считал
себя слабаком.
- Видел я этот фильм. - Незнакомец медленно повел подбородком из
стороны в сторону. Трудно было понять, означает ли этот жест одобрение или
полнейшее презрение к тому, о чем шла речь. - Там действительно все было
снято вживую?
- До последнего кадра, - кивнул Чейт.
- Сцена разрушения киношного поселка произвела на меня самое
благоприятное впечатление. - Человек улыбнулся, но наклон головы его на
этот раз был, несомненно, одобрительным. - Ты ведь мог погибнуть при
съемках?
- Вообще-то именно это и было предусмотрено первоначальным сценарием, -
чуть смущенно ответил Чейт.
Незнакомец снова посмотрел на рекламный плакат фильма "Умри легко". На
этот раз на тот, где рядом с Чейтом был изображен Архенбах - создание
добрейшей души, но внешне похожий на помесь крокодила с галапагосской
черепахой, - с хищно разинутой пастью, утыканной ужасающими, похожими на
крючья зубами.
- И с чего ты вдруг на это подписался? - задал новый вопрос незнакомец.
- Стечение обстоятельств, - просто ответил Чейт. - А если честно, то я
даже не знал, за что брался.
Чейт, как исполнитель главной роли в эпохальном фильме Джейка Слейта
"Умри легко", получившем на последней церемонии вручения "Оскаров"
пятнадцать наград, был главной достопримечательностью и приманкой для
туристов в довольно-таки заурядном по всем остальным статьям кафе "У Мо".
Посетители - главным образом туристы - знали, кто их обслуживает, а потому
задавали множество вопросов, вежливо отвечать на которые также входило в
обязанности Чейта. Ну а поскольку вопросы были одни и те же, ответы на них
Чейт знал наизусть и выдавал по мере необходимости, почти не задумываясь.
- А здесь-то ты как оказался? - насмешливо поинтересовался посетитель.
- Ролей больше не было?
Тон, каким был задан вопрос, Чейту совершенно не понравился.
- Вы собираетесь что-нибудь заказывать? - напомнил он клиенту о своих
основных обязанностях.
Человек, чуть прищурив левый глаз, глянул на Чейта с интересом. Похоже,
ему понравилось то, что слова его зацепили официанта.
- Пиво, - отрывисто бросил посетитель.
- Какое именно? - приподняв электронную записную книжку, уточнил Чейт.
- А какое посоветуешь?
- Я бы предложил вам "Золотой Галеон".
- Почему именно его?
- Могу ручаться за то, что оно натуральное, - у нас прямые поставки от
изготовителя.
- Отлично, - кончиками пальцев посетитель слегка пристукнул по крышке
стола. - Неси.
- Сколько?
- Стакан.
- Большой? Маленький?
- Пиво маленькими стаканами не пьют.
- Значит, большой. - Чейт внес заказ в записную книжку. - Что-нибудь
еще?
- Можешь и для себя пива прихватить.
- Я на работе.
- Отлично, - лицо посетителя расплылось в добродушнейшей улыбке. -
Значит, один большой стакан "Золотого Галеона".
Чейт прошел за стойку, наполнил пивом стакан, поставил его на небольшой
круглый поднос и вернулся к столику клиента.
- Если вы больше ничего не станете заказывать...
- Держи. - Клиент верно расценил намек официанта и протянул ему свою
кредитную карточку.
Чейт провел кредиткой по контрольной щели электронной записной книжки.
Получив отпечатанный счет, Чейт расписался на нем и вручил посетителю
вместе с карточкой.
Кредитку незнакомец небрежно сунул во внутренний карман пиджака. Счет
же с раритетным автографом исполнителя главной роли в супербоевике "Умри
легко" он скомкал и бросил в пепельницу.
Вежливо наклонив голову, Чейт взял поднос под мышку и повернулся к
посетителю спиной.
- Постой, - окликнул его властный голос, услышав который Чейт невольно
замер на месте и обернулся. - Мы вроде еще не закончили беседу.
- Мне показалось, что вы получили все, что хотели, - со сдержанным
раздражением ответил Чейт.
Он не любил клиентов, которые только и хотели, что самоутвердиться за
счет официанта, считая его по сравнению с собой человеком более низкого
социального статуса, а потому обязанного сносить любые унижения. До сих
пор Чейту удавалось себя сдерживать, но этот тип с тростью, похоже,
всерьез задался целью вывести его из себя.
- Тебе нравится эта работа? - спросил посетитель.
- Она меня устраивает, - уточнил Чейта.
- Понятно, - кивнул незнакомец. - Между прочим, в кафе напротив
кредитки у клиентов принимает живая обезьяна, привезенная с Земли.
Чейт дернулся в сторону пижона с тростью, но в последний момент все же
сдержался.
- Послушайте, что вам надо? - процедил он сквозь стиснутые зубы.
Человек за столиком неторопливо поднял стакан с пивом и сделал из него
три больших глотка.
- А пиво и в самом деле неплохое, - констатировал он, поставив стакан
на место и с наслаждением чмокнув губами.
- Вот и пейте свое пиво, - сдавленным полушепотом посоветовал ему Чейт.
- А ты умеешь держать себя в руках, - с одобрением отметил клиент.
- До определенных пределов.
- И как далеко они простираются?
- Все зависит от конкретных обстоятельств.
- Ладно. - Человек снова поднял стакан и несколькими глотками осушил
его наполовину. - Если ты и в самом деле проделывал вживую все, что я
видел в фильме, то я могу предложить тебе работу.
- Да? - Изображая удивление, Чейт склонил голову к плечу и чуть
приподнял левую бровь. - И что же вы собираетесь мне предложить? Мыть полы
в бане? Или мести посадочную полосу для челноков?
- Тебе придется делать примерно то же самое, что ты проделывал в
фильме, - с невозмутимым выражением на лице ответил человек. - Только с
гарантией, что останешься в живых. - Он сделал небольшую паузу, после чего
добавил: - Если, конечно, сам не сваляешь дурака.
Показное удивление Чейта плавно перетекло в совершенно искреннюю форму.
- Новый кинофильм? - спросил он, брезгливо поморщившись.
- Работа на правительство. - Человек небрежно бросил на стол визитную
карточку на плотной глянцевой бумаге с золотым обрезом.
Чейт с некоторой опаской, словно ожидая какого-нибудь подвоха, взял
карточку двумя пальцами. Буквы на ней были четкие и строгие, без всяких
там игривых завитков:
"Александр Баруздин. Генерал. ООН "Луна-13".
Чейт озадаченно почесал затылок. Отряд особого назначения "Луна-13"
считался почти легендой среди граждан Галактической Лиги, чья повседневная
деятельность не была напрямую связана с работой спецслужб. В спокойные
времена о нем, бывало, и вовсе забывали. Но название ООН "Луна-13" с
предсказуемой неизменностью всплывало в экстренных выпусках "Межзвездных
новостей" после сообщения о нейтрализации группы террористов, захвативших
пассажирский космолет, или же во время рассказа о спасении колонистов с
планеты, чья ранее райская природа неожиданно для всех превратилась в
агрессивную среду. Бойцы ООН "Луна-13" всегда появлялись там, где для
спасения людей требовались решительные, неординарные действия, зачастую
связанные с риском для жизни самих спасателей.
- Если это шутка, то довольно-таки глупая, - посмотрев на своего
собеседника, сказал Чейт.
- Это не шутка, - серьезно ответил тот.
- Я давно уже не состою на воинской службе.
- Я это заметил, - усмехнулся Баруздин. - Где проходил службу?
Невольно, по старой памяти, Чейт подтянулся и прижал ладони к швам на
брюках.
- Тук-4. База "Головачев-12". Старший сержант мобильной пехоты.
- "Головачев-12"... Шенский конфликт?
- Да.
- Награды?
- Орден Доблести первой степени.
- Неплохо, - одобрительно кивнул Баруздин.
- Вы действительно из ООН "Луна-13"? - все еще с некоторым сомнением
спросил Чейт.
- Я командую этим подразделением, - ответил Баруздин. Заметив взгляд
Чейта, устремленный на его слегка выступающий животик, он счел нужным
добавить: - Хотя с некоторых пор непосредственного участия в операциях сам
уже не принимаю.
- Что за дела могли привести генерала ООН на Галеон? Я за всю свою
жизнь не видел более спокойной и безмятежной планеты. Даже вечно
неугомонные туристы на время своего пребывания здесь погружаются в
полусонное состояние.
- Разве генералам не полагается отдых? - улыбнулся Баруздин.
- Не думаю, что генерал ООН станет проводить свободное время, сидя в
заштатном кафе небольшого туристского комплекса, - с сомнением покачал
головой Чейт.
- Верно, - согласился с ним Баруздин. - Я, например, предпочитаю
подводное плавание. На Галеоне находится реабилитационный центр нашего
отряда. Во время недавнего рейда на Каннель-8... Впрочем, об этой операции
средствам массовой информации ничего не было известно... Короче, несколько
наших бойцов подцепили какую-то мерзкую заразу, для излечения от которой
наилучшим образом подходит сухой, жаркий климат Галеона. А я прибыл сюда
для того, чтобы подбодрить ребят.
- А каким образом вы вышли на меня?
- Вышел? - Генерал удивленно приподнял бровь. - Видишь ли, дорогой, я
не вышел, а просто шел по улице и случайно увидел в витрине кафе афишу
фильма, который совсем недавно посмотрел. Ну а когда я прочитал на
вывеске, что клиентов обслуживает исполнитель главной роли, то не мог
пройти мимо.
- Вы хотите предложить мне службу в отряде?
- Больно ты прыткий, - осадил Чейта Баруздин. - Хочешь сразу из
официантов попасть в бойцы "Луны-13"?
- Я хочу узнать, что за работу вы собираетесь мне предложить, -
обиделся Чейт.
- Учитывая твои способности к выживанию в самых экстремальных условиях,
я решил, что ты можешь пригодиться мне во время полевых испытаний нового
оборудования. Займет это не больше недели. Как я уже сказал, здоровье твое
при этом не пострадает. А денег, что ты получишь, будет достаточно для
того, чтобы выбраться из этой дыры.
- Сколько? - сразу же навострил уши Чейт.
- Достаточно, - веско произнес Баруздин. - А сколько именно, будет
зависеть от тебя самого. У нас действует гибкая система повременной оплаты
и премий за успешное выполнение работы.
- Что именно я должен буду делать?
- Прожить несколько дней в лесу. Один, без посторонней помощи.
- И какой в этом смысл? - недоверчиво прищурился Чейт.
- Все подробности узнаешь на месте. - Баруздин поднял стакан и допил
остававшееся в нем пиво. - Ты был прав, - сказал он, посмотрев на Чейта, -
пиво действительно неплохое.
- Сколько времени у меня на размышление? - озабоченно наморщил лоб
Чейт.
- До вечера. Ровно в девять из космопорта вылетает мой личный корабль.
Если решишь принять мое предложение, то не позже восьми приходи на Замытую
улицу. Там есть небольшое двухэтажное здание с вывеской: "Общественный
центр содействия приверженцам вегетарианской кухни"...
- Знаю, - кивнул Чейт. - Я думал, что этот центр открыли на Галеоне
какие-то психи.
- Именно на такое впечатление мы и рассчитываем, - улыбнулся Баруздин.
- Ну а если вдруг среди туристов оказывается вегетарианец, который
все-таки находит время, чтобы посетить наш центр, мы сполна снабжаем его
соответствующей литературой и пакетами с образцами вегетарианской пищи.
- Мне следует спросить вас? - уточнил Чейт.
- Просто покажешь человеку, который откроет тебе дверь, мою визитную
карточку, - сказал Баруздин. - Он будет знать, что нужно делать... Еще
вопросы?
- Нет, - качнул головой Чейт. - Но...
- Всю необходимую информацию я тебе уже предоставил, - не стал даже
слушать его генерал. - У тебя достаточно времени для того, чтобы все
обдумать и принять решение.
- Понятно, - коротко кивнул Чейт.
Опершись на трость, генерал Баруздин тяжело поднялся со стула.
- Если ты и в самом деле настолько хорош, - взглядом указал он на
рекламный постер "Умри легко", - то тебе не место в официантах.
Баруздин подмигнул Чейту и, больше ничего не сказав, направился к
выходу.
Теперь стало понятно, почему генерал носил при себе трость. Это было не
франтовство, а насущная необходимость - при ходьбе он сильно хромал на
правую ногу.
Пару секунд Чейт смотрел на захлопнувшуюся за генералом стеклянную
дверь. Затем развернулся в сторону стойки и громко позвал:
- Лин Мо!
Из кабинета хозяина заведения выбежал пожилой всполошенный китаец,
одетый в синие шаровары и атласную курточку с косым запахом.
- Что?.. Что?..
Глаза Лин Мо быстро забегали по залу.
- Все! - Подойдя к стойке, Чейт снял фартук и кинул его на поднос с
вымытыми, сверкающими на солнце бокалами. - Я увольняюсь!
Дверь Чейту открыл невысокий человек с широким красным лицом и черными
обвислыми усами. Одет он был в белый помятый халат, небрежно запахнутый на
груди. Вид у человека был заспанный и недовольный, словно его только что
подняли с постели, не дав досмотреть захватывающий эротический сон.
- Чего тебе? - спросил он, угрюмо глядя на посетителя.
Чейт на всякий случай еще раз взглянул на вывеску "Общественный центр
содействия приверженцам вегетарианской кухни", после чего с некоторым
сомнением протянул усатому типу визитную карточку генерала Баруздина.
Лицо черноусого привратника в одно мгновение изменилось. На нем не
осталось даже следа полусонной истомы. Окинув Чейта быстрым, внимательным
взглядом, он молча сделал шаг в сторону, освобождая проход. При этом дверь
осталась приоткрытой ровно настолько, чтобы в нее мог боком проскользнуть
человек. Когда же Чейт попробовал открыть ее чуть шире, ему это не
удалось.
Протиснувшись в узковатую для него щель, Чейт оказался в небольшой
квадратной прихожей. На второй этаж вела широкая, застланная ковром
лестница. Справа от двери невысокий деревянный парапет отгораживал
конторский стол со стойкой компьютерного терминала.
- Вещи на пол, - услышал негромкий приказ Чейт.
Обернувшись, он увидел все того же человека в белом халате, открывшего
ему дверь. Но теперь тот уже не был похож на проспавшего смену банщика.
Несмотря на совершенно не соответствующий ситуации наряд, у Чейта не
возникло ни малейшего сомнения в том, что этот человек имеет полное право
отдавать ему приказания. К тому же правая рука черноусого была опущена в
глубокий карман халата, и у Чейта сразу возникла мысль, что там у него
находится оружие, небольшое, но достаточно эффективное для того, чтобы
наставить на путь истинный того, кто прежде, чем выполнить приказ, начнет
задавать совершенно ненужные вопросы.
Чейт был не из таковых. Он беспрекословно выполнил приказ, поставив на
пол возле ног свой потертый кожаный саквояж.
- Повернись и положи руки на парапет, - последовало новое приказание. -
Ноги расставь в стороны.
Помедлив секунду, Чейт выполнил и это приказание.
Ловкие, умелые руки быстро обшарили все укромные уголки на его теле.
Краем глаза Чейт увидел, как черноусый сделал шаг назад, поднял с пола
его саквояж и, приоткрыв, заглянул в него.
Должно быть, то, что там находилось, не вызвало у стража дверей
подозрения. Захлопнув саквояж, он снова обратился к Чейту:
- Можешь обернуться.
Чейт выпрямил спину и поправил завернувшийся рукав тенниски.
- Меня пригласил генерал Баруздин... - начал он, решив, что пора брать
инициативу в свои руки.
Черноусого же, похоже, нисколько не интересовало то, что собирался
сообщить ему Чейт.
- Держи. - Он бросил Чейту его саквояж, так что тот едва успел поймать
его, и взмахом руки велел следовать за собой.
Подойдя к противоположной стене, он толкнул ее ладонью, и в стене
беззвучно открылась невидимая доселе дверь.
- Заходи, - коротко махнув рукой на уровне пояса, велел черноусый
Чейту.
Едва только Чейт переступил порог потайной комнаты, как дверь за его
спиной так же беззвучно встала на свое прежнее место.
Обернувшись, Чейт провел ладонью по стене, на которой не было заметно
ни малейшей щели, указывающей на то место, где находится дверь. Ударив в
стену кулаком в нескольких местах, Чейт пришел к вполне справедливому
выводу, что самостоятельно, без помощи извне, дверь открыть он не сможет,
а следовательно, нужно просто запастись терпением и ждать.
Чейт осмотрел комнату, в которой он находился.
Трудно было сказать, на что она была больше похожа - на тюремную камеру
или же на палату клиники для душевнобольных, не подверженных припадкам
буйства. Комната представляла собой параллелепипед со сторонами два на три
метра. Вытянув руку вверх, можно было без труда коснуться пальцами
потолка, такого же идеально белого, как и стены, на одной из которой была
подвешена квадратная осветительная панель без регулятора яркости. Окон в
комнате, само собой разумеется, не было. Зато в торцевую стену почти под
потолком был встроен телемонитор. Пульт дистанционного управления лежал на
низенькой скамеечке, обтянутой коричневой искусственной кожей, на которой
с трудом смогли бы уместиться два человека. Единственным достоинством
помещения было то, что в нем совершенно не ощущались жара и духота,
царящие на улице.
Тяжело вздохнув, Чейт поставил саквояж на пол и присел на скамеечку.
Сорвать раздражение и злость было не на ком. Да и некого было винить в
случившемся - сам пришел сюда, по собственной воле. Возомнил себя бойцом
легендарного ООН "Луна-13"... Очень ты им нужен... Баруздин даже толком не
объяснил, что именно он от него хочет.
Чейт взглянул на часы. Было начало третьего. Передвинув скамейку, Чейт
привалился спиной к стене, сложил руки на груди, прикрыл глаза и
приготовился ждать. За ним придут сразу же, как только генералу Баруздину
станет известно, что он уже здесь...
Через полтора часа ждать Чейту надоело.
Он выпрямил спину, протер глаза и включил телемонитор.
Из всех каналов работал только тот, что транслировал в круглосуточном
режиме "Межзвездные новости", да местный кабельный канал, по которому
передавали информацию для туристов.
Чейт чертыхнулся, выключил телемонитор и, кинув пульт на скамейку,
вскочил на ноги.
Предприняв еще одну, более продолжительную, но столь же безрезультатную
попытку отыскать дверь, Чейт принялся мерить шагами комнату. С каждым
шагом ему все меньше нравилась история, в которую он по собственной же
глупости влез.
Время неумолимо приближалось к восьми часам - крайнему сроку,
назначенному Чейту генералом Баруздиным, - а о запертом в тесной комнате
специалисте по выживанию все словно и вовсе забыли.
Чейт уже начал сомневаться в том, что генерал Баруздин был
действительно тем, за кого себя выдавал. С таким же успехом он мог
оказаться и главой преступного синдиката. Только вот для чего ему в таком
случае мог понадобиться Чейт А?..
Чейт в апатичном состоянии сидел на скамейке, вытянув ноги, и совершал
в уме сложные логические построения, пытаясь уяснить для себя причину, по
которой он оказался з...
