Алексей Калугин. Специалист по выживанию
страница №3
...апертым в комнате без окон, когда дверь неожиданнооткрылась. Только это была совсем не та дверь, через которую Чейт попал в
комнату, - она находилась на противоположной стене. Но стоял в дверном
проеме все тот же черноусый здоровяк в помятом белом халате.
- Пошли, - коротко приказал он Чейту.
Конечно же, можно было попытаться поспорить, потребовать каких-либо
объяснений... Но Чейт почему-то сразу понял, что подобные действия с его
стороны ни к чему хорошему не приведут. Подхватив за ручку саквояж, Чейт
направился следом за провожатым, надеясь, что теперь-то он непременно
встретится с пригласившим его Баруздиным и получит ответы на все имеющиеся
у него вопросы.
Пропустив Чейта вперед, черноусый пристроился у него за спиной.
Чейт зябко повел плечами. Воображение само собой дорисовывало оружие,
нацеленное ему в спину.
- Вперед, - негромко приказал черноусый.
Они прошли по узкому и довольно-таки длинному коридору, в котором им не
встретился ни один человек. Стены были такие же, как и в том помещении,
где на протяжении без малого шести часов томился в одиночестве Чейт. Если
в стенах и были спрятаны потайные двери, то Чейт ни одну из них не
заметил. В конце же коридора находилась самая обыкновенная дверь с круглой
серебристой ручкой.
Остановившись возле двери, Чейт оглянулся на провожатого.
Тот молча кивнул, давая понять, что дверь можно открыть.
Выйдя за дверь, Чейт оказался во внутреннем дворике, одна половина
которого была залита ослепительным солнечным светом, а другая накрыта
плотной тенью от высокой бетонной стены.
В центре дворика стояло небольшое "летающее блюдце" на
антигравитационной тяге. "Блюдце" было довольно-таки искусно замаскировано
под гражданский транспорт. Но Чейт сразу же обратил внимание на несколько
удлиненную форму круто заведенных вниз стабилизаторов горизонтального
полета, что было характерно для боевых машин, не связанных правилами об
ограничении скорости.
Чейт оглянулся на своего провожатого, ожидая дальнейших приказаний.
Черноусый взглядом указал на приоткрытую дверцу пассажирского отсека
"летающего блюдца".
- Мне надо забраться туда? - указав пальцем на дверцу, на всякий случай
уточнил Чейт.
Не произнеся ни слова, черноусый утвердительно наклонил голову.
- Послушайте, я не знаю, куда вы собираетесь меня отправить, но я не
испытываю ни малейшего желания лететь куда бы то ни было, не переговорив
предварительно с генералом Баруздиным, - не двинувшись с места, решительно
заявил Чейт.
- Генерала Баруздина здесь нет. - Это был первый ответ, которого был
удостоен Чейт.
Но ему было этого мало.
- Но генерал назначил мне встречу...
- Тебя к нему доставят. - Под густыми черными усами провожатого
появилась едва заметная улыбка. - Это не дом свиданий, парень, а ООН.
- Понятно, - с мрачным видом кивнул Чейт. - Продолжаем игру в шпионов.
Подойдя к "летающему блюдцу", Чейт открыл дверцу пошире, заглянул в
пассажирский отсек и, никого там не увидев, кинул саквояж на сиденье.
- Не теряй бдительности, - оглянувшись, подмигнул он черноусому. - И
ешь поменьше мясного, а то от тебя за десять шагов несет плотоядностью.
Сказав это, Чейт быстро запрыгнул на сиденье и захлопнул за собой
дверцу.
В ту же секунду щелкнул автоматический замок.
Чейт снова оказался запертым, но на этот раз границы его свободы были
еще более узкими. От водителя его отделяла сплошная перегородка из стекла
с односторонней светопроводимостью, в котором Чейт мог видеть только свое
собственное тусклое отражение. Точно такие же стекла закрывали от его
взгляда и то, что находилось снаружи.
- Эй! - Чейт на всякий случай постучал согнутым пальцем в перегородку.
- Когда отправляемся?
Как и следовало ожидать, никакого ответа не последовало.
- Могли бы для приличия хотя бы к черту послать, - обиженно насупился
Чейт.
Осмотрев весь пассажирский отсек и не обнаружив абсолютно ничего
интересного, Чейт откинулся на спинку сиденья и сложил руки на груди.
"Нужно было прихватить с собой какой-нибудь детектив", - посетовал он
на собственную недогадливость.
Но кто же мог предположить, что аудиенции командующего ООН "Луна-13"
придется дожидаться дольше, чем приема у стоматолога на какой-нибудь
заштатной планете сектора дальних колоний.
Впрочем, на этот раз ждать Чейту пришлось недолго. Не прошло и пары
минут с того момента, как он оказался запертым в пассажирском отсеке
"летающего блюдца", как под днищем машины глухо заурчали
антигравитационные генераторы. "Летающее блюдце" несильно вздрогнуло и,
чуть накренившись на правый борт, пошло на подъем. Набрав полетную высоту,
пилот, скрывающийся за перегородкой, выровнял крен и повел машину в
выбранном направлении.
Насколько мог определить по собственным ощущениям Чейт, скорость,
набранная "летающим блюдцем", не превышала той, что была разрешена при
полетах гражданских транспортных средств в пределах городской зоны.
Пододвинувшись к окну, Чейт незаметно снял с руки часы и краем
металлического браслета попытался осторожно процарапать затемненное
покрытие оконного стекла, чтобы иметь возможность выглянуть наружу и
попытаться определить, куда именно его везут. Но то ли покрытие было
двухсторонним, то ли очень прочным, но, как Чейт ни старался, у него
ничего не вышло.
Цокнув с досады языком, Чейт снова надел часы на руку и пересел на
середину сиденья, на котором без особого труда могли бы разместиться
четверо человек. За неимением лучшего можно было получать удовольствие и
от сознания того, что командование ООН предоставило в его распоряжение
комфортабельный транспорт с персональным шофером.
Однако "летающее блюдце" пошло на снижение гораздо раньше, нежели Чейт
успел проникнуться всей благостностью этой мысли.
На какое-то время машина зависла на одном месте, но факт, что
антигравитационные генераторы не были при этом выключены, свидетельствовал
о том, что путешествие пока еще не было закончено.
Поскольку Чейт в течение всего полета был лишен возможности видеть
что-либо иное, кроме своего отражения в мутных зеркальных стеклах,
направление и дальность полета он мог определить, только ориентируясь на
собственные ощущения, сдобренные изрядной долей воображения. И тем не
менее он был почти уверен в том, что "летающее блюдце" покинуло городскую
черту, но при этом еще не добралось до космопорта. А учитывая, что
местность между двумя этими объектами была по большей части пустынной и
исключительно безлюдной, временная остановка транспорта вызвала у Чейта
непонимание и удивление.
Повисев некоторое время на одном месте, "летающее блюдце" принялось
выписывать какие-то странные виражи, наклоняясь то на один борт, то на
другой. Один раз оно даже настолько внезапно и резко завалилось на корму,
что Чейт испугался: а вдруг машина потеряет равновесие и опрокинется.
Однако невидимый пилот быстро справился с возникшей проблемой, уверенно
вернув "летающее блюдце" в устойчивое положение, после чего Чейт с
облегчением перевел дух и разжал пальцы, судорожно вцепившиеся в
подлокотник.
Спустя примерно минуту после этого "летающее блюдце" снова
остановилось. Антигравитационные генераторы и на этот раз не были
выключены, но, переведенные в холостой режим, они стали издавать более
протяжные звуки, нежели во время полета.
Почти одновременно с остановкой "летающего блюдца" щелкнул замок
дверцы, что совершенно справедливо было истолковано Чейтом как приглашение
выйти из машины.
Чейт не стал заставлять просить себя дважды и, подхватив саквояж,
проворно выскочил из пассажирского отсека.
Под ногами гулко бухнула корабельная палуба.
Чейт с изумлением осмотрелся по сторонам.
Судя по всему, он находился в грузовом отсеке небольшого космического
корабля. У дальней от входа стены стояли три контейнера, закрепленные, как
требуется во время полета. В остальном же отсек был пуст, если не считать
занимавшего почти все свободное пространство доставившего Чейта "летающего
блюдца".
Удивительным было и то, что, хотя время только еще приближалось к
восьми часам вечера, а следовательно, солнце еще не успело зайти за
горизонт, за открытым люком корабля царили серые сумерки. Единственное,
что пришло в связи с этим в голову Чейту, так это то, что корабль ООН был
спрятан в какой-то глубокой расщелине. Хотя, с другой стороны, зачем и от
кого его было прятать?.. Впрочем, у ооновцев могли быть какие-то свои
соображения, недоступные пониманию постороннего человека.
Антигравитационные генераторы под днищем "летающего блюдца" заурчали в
рабочем режиме, и машина медленно двинулась в сторону открытого люка.
- Эй!.. Постой!.. - Чейт всполошенно взмахнул рукой перед кабиной
пилота, спрятавшегося за темными стеклами. - Ты что, собираешься просто
так бросить меня здесь?!
Если бы кто-то еще мог объяснить, что в данном контексте должно
означать слово "здесь"...
Не обращая внимания на отчаянные прыжки и изощренную жестикуляцию
Чейта, "летающее блюдце" продолжало двигаться в сторону открытого люка. У
самого выхода, дабы не оказаться размазанным бортом машины по переборке,
Чейт был вынужден отпрыгнуть в сторону. Миновав его, "летающее блюдце"
выплыло в открытый проем грузового люка.
Тяжелая металлическая плита начала медленно подниматься вверх, готовясь
занять вертикальное положение и герметично закупорить грузовой отсек, в
котором, скорее всего по причине его малых размеров, не была предусмотрена
система шлюзов, обеспечивающая возможность загрузки и разгрузки корабля в
открытом космосе.
- Черт! - С отчаянной злостью Чейт лягнул каблуком пол, отозвавшийся
коротким глухим эхом.
Корабль готовился к старту, а Чейт по-прежнему пребывал в полнейшем
неведении относительно того, куда и с какой целью он направляется.
Чейт бросился к двери, ведущей в глубь корабля, и едва не налетел на
вышедшего ему навстречу высокого, подтянутого мужчину лет сорока,
облаченного в темно-синюю форму стратегических аэрокосмических сил Земной
федерации с майорскими погонами на плечах.
- Чейт А, - уверенно произнес он.
- Естественно! - раздраженно взмахнул свободной рукой Чейт. - Можно
подумать, вы рассчитывали увидеть кого-то другого!..
Пронзительный взгляд серо-голубых, чуть прищуренных глаз майора впился
Чейту в переносицу, что сразу же заставило его умолкнуть.
- Судя по тому, что вы здесь, вы приняли предложение генерала
Баруздина, - спокойно произнес майор.
- В целом - да, но мне хотелось бы узнать о нем поподробнее, - взяв
себя в руки, почти так же спокойно ответил ему Чейт.
- Генерал Баруздин находится на борту и лично ответит на все имеющиеся
у вас вопросы.
- Отлично!..
- Но только после того, как мы выйдем в космос и ляжем на курс.
- А позвольте поинтересоваться, куда именно мы направляемся?
Майор одарил Чейта столь многозначительным взглядом, что тот сразу же
понял, что любопытство его останется неудовлетворенным. По крайней мере,
до встречи с Баруздиным.
Вероятно, в ООН вообще не принято было задавать какие-либо вопросы.
Поэтому и привычки отвечать на них ни у кого не было.
- Надеюсь, Чейт, я не заставил тебя ждать слишком долго. - Коротким
взмахом руки генерал Баруздин выставил за дверь бравого майора,
доставившего Чейта в его каюту.
- Какие проблемы, - несколько растерянно произнес Чейт. - Я прекрасно
провел время.
Растерянность Чейта была обусловлена тем, что, отвечая на риторический
вопрос Баруздина, он одновременно изучал помещение, в котором оказался.
Баруздин был одет точно так же, как и при первой их встрече в кафе "У
Мо", но на этот раз у Чейта не было ни малейшего сомнения в том, что перед
ним командир Отряда особого назначения "Луна-13". В свое время Чейт служил
в мобильной пехоте и даже принимал участие в боевых действиях во время
шенского конфликта, но никогда прежде, ни на одном боевом корабле, ни в
одном штабном отсеке, ему не доводилось видеть столь огромного скопления
самых современных средств наблюдения, слежения и связи, как в командном
пункте ООН, каковым, судя по всему, и являлась каюта генерала Баруздина.
Свободным от мониторов, навесных экранов, стоек с загадочными автоматами и
аппаратурой непонятного назначения был только небелыми участок каюты,
прилегающий к переборке, на котором размещался круглый штабной стол,
крышка которого, помимо своего обычного назначения, могла также выполнять
функции проекционного экрана с низовой подсветкой, и несколько вращающихся
стульев на высоких ножках, с маленькими узкими спинками - на таких стульях
удобно сидеть, но только не пытаться, сидя на них, задремать.
- Присаживайся. - Баруздин указал Чейту на один из стульев.
Дождавшись, когда Чейт вскарабкается на предложенный ему стул, генерал
занял место напротив. Трость он поставил рядом с собой, прислонив к краю
стола.
- Похоже, Чейт, что ты парень неглупый, - начал с откровенного
признания генерал Баруздин.
- Спасибо, - смущенно потупил взгляд Чейт.
- И тем не менее я должен предупредить тебя, что все, что ты увидишь и
услышишь за то время, пока будешь с нами работать, является
государственной тайной.
- Ну пока я видел не так уж и много, а слышал и того меньше, - счел
нужным заметить Чейт.
Генерал продолжал, словно и не слышал его слов:
- По роду своей деятельности мы часто имеем дело с новейшими
технологическими разработками, аналогов которым не существует. Поэтому во
избежание недоразумений приходится соблюдать определенную осторожность.
- Надеюсь, после выполнения моей работы вы не посадите меня под замок
до тех пор, пока оборудование, которое я здесь увижу, не появится в
свободной продаже? - усмехнулся Чейт.
- Нет, - вполне серьезно ответил ему Баруздин. - Я полагаюсь на твое
благоразумие.
- У меня его более чем достаточно, - с готовностью заверил генерала
Чейт.
- Теперь что касается предстоящей операции...
- Я весь внимание. - Чейт сразу же стал серьезным и сосредоточенным.
Работа есть работа. Ирония и шутки уместны только до ее начала и после
того, как заказчик согласится с тем, что конечный результат соответствует
его ожиданиям.
- Я хочу, чтобы ты принял участие в испытании некоего нового
устройства, которое упорно пытается продать нам одна крупная частная фирма
научно-производственного склада, чье название я, по понятным причинам,
оглашать не стану. Представители фирмы стараются убедить меня в том, что
для ООН это устройство является настолько необходимым, что вообще
непонятно, как мы раньше-то без него обходились. Устройство действительно
уникальное и любопытное, но у меня имеются определенные сомнения,
настолько ли оно соответствует тем требованиям, которые хотели бы
предъявить ему мы. Если мы все же купим данное устройство, то,
естественно, приобретем заодно и все права на его производство и
разработку аналогичной продукции. А это, как ты понимаешь, вылетит
налогоплательщикам в копеечку. В конце концов, это не единственная
техническая новинка, которую нам предлагают приобрести. Покупать же все
подряд бессмысленно и расточительно.
По мнению Чейта, вступление было слишком уж затянутым. Вместо того
чтобы сразу же перейти к делу, как это принято у военных, генерал Баруздин
в подробностях знакомил своего новоявленного подчиненного с предысторией
операции, в которой ему только еще предстояло принять участие. Из этого
Чейт сделал вывод, что, помимо заботы о кошельках налогоплательщиков,
генералом движут и некие личные мотивы. Исходя из того, с какими
интонациями он произнес слова "фирма научно-производственного склада",
можно было предположить, что фирма эта у него особых симпатий не вызывала.
А следовательно, Баруздин вполне мог иметь тайное желание посадить
представителей данной фирмы в калошу. Или вывести на чистую воду. А может
быть, сначала посадить в калошу, а затем вывести на чистую воду.
Впрочем, все это Чейта сейчас не касалось. Он собирался работать не на
некую анонимную фирму, а на ООН и, в соответствии с этим, должен был
опираться в своей деятельности на версию генерала Баруздина.
- И что же это за устройство? - спросил Чейт.
- А вот это знать тебе не положено, - едва заметно улыбнулся Баруздин.
- Вся суть предстоящей операции сводится к тому, чтобы ты не имел ни
малейшего представления о том, с чем именно тебе предстоит иметь дело.
- То есть как? - изумленно вскинул брови Чейт.
- Устройство проходит сейчас полевые испытания на одном из наших
полигонов. И, следует признать, совсем неплохо себя показывает. Но все
дело в том, что при его разработке были учтены все те условия, которые мы
можем смоделировать при его испытаниях. К сожалению, реальная работа - это
далеко не то же самое, что тренировочные задания. И если какая-нибудь из
используемых нами технологических новинок подведет бойца в самый не
подходящий для этого момент, то все может закончиться весьма трагически...
Кстати, именно это и произошло на Каннеле-8. Там наших бойцов подвели
новые бактериологические фильтры, которые оказались малоэффективными
против местной микрофлоры.
- И купили вы эти фильтры у той же фирмы, - не смог удержаться, чтобы
не высказать возникшее у него предположение, Чейт.
Генерал одобрительно взглянул на него, но не ответил ни "да", ни "нет".
- Отнюдь не всем и не всегда следует демонстрировать свою догадливость,
- сказал он.
- Понял, - быстро кивнул Чейт.
- Короче, я хочу предложить участвующим в испытаниях представителям
фирмы нечто такое, чего они никак не могли ожидать, - сказал Баруздин.
- Понятно, - снова кивнул Чейт. - А в чем будет заключаться моя роль?
- Ты и будешь тем самым фактором неопределенности, который, как я
надеюсь, окажется наилучшим тестом для интересующего нас устройства.
В первый момент Чейт даже не нашел что сказать. Затем он почесал
затылок и, глядя в стол, растерянно произнес:
- Признаться, я не совсем понимаю, что вы имеете в виду.
- А тебе и не нужно ничего понимать, - ответил ему Баруздин. - Ты
просто должен будешь в точности исполнить все полученные от меня
инструкции.
- Честно говоря, я имею привычку выполнять свою работу осмысленно, -
заметил Чейт.
- Оно и видно, - усмехнулся Баруздин. - Когда я встретил тебя, ты был
занят весьма интеллектуальной деятельностью.
- Некорректное замечание, - парировал Чейт. - Я вовсе не имел намерений
до конца своих дней оставаться официантом. Просто мне нужны были деньги.
- Ну, так сейчас ты имеешь шанс их заработать.
Упоминание о деньгах сразу же настроило Чейта благодушно, что, в свою
очередь, сделало его белее покладистым.
- И сколько я смогу заработать, радея о благе налогоплательщиков? -
осторожно поинтересовался он.
- Тысяча федерал-марок в день тебя устроит? - небрежно бросил генерал.
- И на сколько дней рассчитана эта работа? - севшим от волнения голосом
спросил Чейт.
- Пять дней. Или чуть меньше.
- Я бы предпочел полную рабочую неделю, без выходных.
- Все будет зависеть от тебя самого. Кроме того, как я уже говорил, у
нас в ООН действует гибкая система премий и штрафов.
- О штрафах вы в прошлый раз не упоминали.
- Ну так говорю об этом сейчас. Если тебя что-то не устраивает...
- Все в порядке! - взмахнув рукой с открытой ладонью, заверил генерала
Чейт.
- Отлично. Через два дня мы прибудем к месту назначения. Планета
является тренировочной базой нашего отряда. Название и местоположение ее
не имеют значения. На ней воссозданы практически все климатические зоны и
условия, в которых приходится действовать бойцам ООН. Населения нет. Сила
тяжести 1,1 g. Кислородная атмосфера. Суточный цикл составляет двадцать
два стандартных часа. Ты спустишься на планету в одноразовой посадочной
капсуле в зоне субтропического леса. Место это ничуть не лучше тренинских
болот, в которых тебе уже довелось побывать. Лес естественный, но водится
в нем не только местная живность, но и кое-какие виды, созданные по нашим
заказам в генно-инженерных лабораториях. Есть среди них и ядовитые, и
такие, которые не прочь отведать человеческой плоти. Так что не надейся,
что это будет простая прогулка. Но если ты выжил на болоте, то в лесу у
тебя и подавно не должно возникнуть неразрешимых проблем. Однако, поверь
мне, свои денежки ты отработаешь сполна.
- Так что же, выходит, я просто должен буду просидеть неделю в лесу,
населенном уродливыми генно-инженерными тварями? - непонимающе сдвинул
брови Чейт.
- Нет, тебе придется пройти через этот лес. Ты умеешь ориентироваться
по радиомаяку?
- Чем мне только не приходилось заниматься в жизни, - тяжко вздохнул
Чейт. - Пользоваться радиопеленгатором я научился, когда...
- Меня интересует только сам факт, а не связанная с ним история, -
прервал его Баруздин. - Только "да" или "нет".
- Да, - коротко, как и требовал генерал, ответил Чейт.
- Отлично. Ориентируясь по радиопеленгу, ты выйдешь к контрольной
точке. Переход займет у тебя около двух дней. Постарайся не задерживаться
в пути. Если к 18 часам вечера второго дня после высадки тебя все еще не
будет в назначенном месте, то за каждый час опоздания ты будешь оштрафован
на 10 процентов причитающегося тебе гонорара. Нетрудно подсчитать, что в
случае, если опоздание составит более 10 часов, ты останешься ни с чем.
- А что, если я доберусь до назначенного места раньше срока?
- То же самое, но со знаком плюс.
- Надеюсь, что вы не собираетесь меня подставить? - на всякий случай
спросил Чейт, хотя прекрасно понимал, что никто и никогда не даст
утвердительного ответа на подобный вопрос.
- Срок вполне реальный, - заверил его Баруздин. - Я упомянул о штрафных
санкциях на тот случай, если тебе вдруг взбредет в голову побродить по
лесу, зарабатывая тем самым суточные.
- Я предпочитаю честно зарабатывать свои деньги! - произнес Чейт с
видом оскорбленной добродетели.
- В таком случае мы сработаемся. - Со стойки, находившейся у него за
спиной, Баруздин взял металлический браслет и кинул его через стол Чейту.
- Надень на левую руку.
Прежде чем выполнить указание, Чейт внимательно осмотрел оказавшийся у
него в руках браслет. Шириной он был около полутора сантиметров. На
внутренней поверхности можно было заметить с десяток точечных контактных
датчиков. На внешней стороне находились три световых индикатора и с
десяток разноцветных пьезокнопок.
- Что это такое? - держа браслет двумя пальцами, спросил Чейт.
- Одевай, не бойся. - Подтянув кверху левый рукав пиджака, генерал
продемонстрировал точно такой же браслет на своем запястье. - Такой
браслет есть у каждого бойца ООН. С его помощью мы будем следить за твоими
перемещениями.
Чейт пожал плечами и продел кисть левой руки в металлическое кольцо.
Браслет тут же автоматически защелкнулся, плотно обхватив запястье.
- А снять его можно? - недовольным тоном поинтересовался Чейт.
- Без проблем, - ответил Баруздин. - Для этого достаточно в течение
пяти секунд нажимать широкую красную полоску, расположенную под нижним
рядом кнопок. Но я бы не советовал тебе этого делать. Как только ты
снимешь браслет, на контрольном пункте включится сигнал тревоги, что будет
означать окончание операции. Но в этом случае о премиальных можешь забыть.
Если же вдруг действительно возникнет ситуация, связанная с угрозой для
твоей жизни, ты сам сможешь послать сигнал тревоги. Спасательная капсула
прибудет через пять-семь минут.
- Но и в этом случае премиальных я лишаюсь? - решил до конца прояснить
ситуацию Чейт.
- Совершенно верно, - подтвердил его догадку Баруздин.
- А если все произойдет так быстро, что я даже не успею нажать на
кнопку тревоги?
- Браслет в автоматическом режиме постоянно фиксирует и передает на
контрольный пункт основные показатели состояния твоего организма. В случае
если отклонения от нормы будут свидетельствовать о прекращении основных
жизненных функций твоего организма, операция будет прервана и за тобой
будет выслана спасательная группа. - Угадав очередной вопрос Чейта,
генерал добавил: - И ты снова останешься без премиальных.
- И на какие деньги мне тогда протезы заказывать? - мрачно
поинтересовался Чейт.
- У тебя слишком пессимистичный взгляд на жизнь, - с укоризной заметил
Баруздин.
- А на что еще способна эта игрушка? - Чейт осторожно провел подушечкой
указательного пальца по кнопкам браслета.
- Это многофункциональный прибор, - уклончиво ответил генерал. - Тебя
может заинтересовать функция анализатора, позволяющая определить степень
пригодности того или иного продукта, как растительного, так и животного
происхождения, для употребления в пищу.
- Вы хотите, чтобы я сам добывал себе еду?
- Ты получишь стандартный недельный рацион. Анализатор понадобится тебе
в том случае, если ты захочешь разнообразить свое меню.
- Что еще я могу взять с собой?
- Обмундирование для рейда по субтропическому лесу, радиопеленгатор,
программируемую аптечку с автоматическим диагностором, фильтр для очистки
и обеззараживания воды и переговорное устройство с функцией односторонней
связи, через которое ты будешь получать все необходимые указания.
- Почему переговорное устройство с односторонней связью? - непонимающе
сдвинул брови Чейт.
- Чтобы ты не задавал вопросов, - вполне серьезно объяснил Баруздин. -
Ты сам будешь искать ответы на все вопросы, которые у тебя непременно
возникнут.
- А оружие?
- Армейский нож.
- Маловато будет, - прищурился Чейт.
- Достаточно для того, чтобы выжить в том месте, где ты окажешься.
- Ну, если вы так считаете... - Чейт озадаченно постучал пальцами по
столу. - Пока у меня нет оснований не доверять вам, но все же... При том,
что в лесу водятся хищные животные, я чувствовал бы себя куда увереннее,
имея что-нибудь посерьезнее ножа.
- Боюсь, что, если в руках у тебя будет огнестрельное оружие, ты
нанесешь непоправимый ущерб очень ценному оборудованию, работающему на
полигоне.
- Я умею обращаться с оружием и не стану пускать его в дело без крайней
необходимости...
- Нет, - сказал, как отрубил, Баруздин.
- Что ж... - Чейт развел руками, не скрывая своего разочарования. - Вы
здесь хозяин.
- Командир, - поправил его генерал.
- Пусть будет по-вашему, командир, - не стал спорить Чейт. - Итак,
ориентируясь по радиопеленгу, я добрался до условленного места, заработав
при этом пятидесятипроцентную надбавку к своему основному гонорару. Что
дальше? Вы говорили, что вся работа займет около недели.
- Дальнейшие инструкции получишь на месте.
- И вы даже не намекнете мне, что именно мне предстоит сделать? -
заговорщицки прищурился Чейт.
- Нет, - с однозначной определенностью ответил Баруздин.
- А как же быть с оплатой? - искусно изобразил изумление Чейт. - Пока
вы объяснили мне только то, каким образом я буду отрабатывать свои деньги
в первые два дня.
- Надейся на то, что это будут самые трудные дни, - улыбнувшись,
ответил генерал.
- А те два дня, что мы будем находиться в полете? - с невинным видом
поинтересовался Чейт. - За них я что-нибудь получу?
Улыбка генерала Баруздина сделалась еще шире.
- Бесплатное питание в общей столовой, - ответил он. - И услуги
корабельного врача на тот случай, если вдруг повздоришь с кем-нибудь из
экипажа.
- У меня на удивление покладистый характер, - заверил генерала Чейт.
Чейт не любил одноразовые посадочные капсулы по многим причинам. Одна
заключалась в том, что теплоизоляция в них была настолько тонкой, что при
вхождении в плотные слои атмосферы температура внутри капсулы поднималась
порой до шестидесяти градусов по Цельсию. Кроме того, посадка
сопровождалась таким диким воем и скрежетом, что казалось, капсула не
спускается по заранее намеченной траектории, а падает, уподобившись
большому и бестолковому болиду.
Но главной причиной, вызывающей у Чейта острую неприязнь к одноразовым
посадочным капсулам, было то, что однажды, лет пять назад, ему пришлось
бросить свой корабль, загруженный контрабандными гвоздями настолько
плотно, что даже в командной рубке стояло несколько ящиков, и спасаться от
бдительных таможенных инспекторов именно в таком посадочном устройстве.
Все бы ничего, но дверца капсулы, которая должна была автоматически
отвалиться при посадке, начала выполнять эту функцию еще в открытом
космосе. И Чейту до самой посадки пришлось самому держать дверцу обеими
руками, упершись ногами в борта капсулы. Когда опасность миновала, он еще
в течение получаса не мог разжать руки, сведенные судорогой.
Правда, следует упомянуть, что у той капсулы срок годности вышел лет за
десять до того дня, когда Чейту пришлось ею воспользоваться. Но случай сам
по себе был неприятный, способный у любого отбить охоту пользоваться
одноразовыми посадочными устройствами.
На этот раз все прошло гладко, без сучка, без задоринки, что Чейт отнес
на счет армейской четкости и аккуратности. А когда дверь капсулы
отвалилась, Чейту даже показалось, что внутри было совсем не так уж душно.
Снаружи царила влажная духота субтропического леса. В нос сразу же
ударил гнилостный смрад, источаемый толстым слоем разлагающейся на земле
растительности. Чейт недовольно поморщился и вставил в ноздри дыхательные
фильтры. Вонь сразу же исчезла, но теперь, для того чтобы втягивать в
легкие воздух, а затем снова выдувать его через нос, приходилось прилагать
заметные усилия. Подумав, Чейт избавился от фильтров. В конце концов, к
запаху можно привыкнуть, а вот затрудненность дыхания непременно создаст
проблемы во время марш-броска, который Чейт, помня о премиальных,
планировал осуществить в рекордно короткие сроки.
Чейт сделал шаг из капсулы. Ноги его, обутые в тяжелые армейские
ботинки, едва ли не по щиколотки провалились во влажный перегной. Капсула
приземлилась точно в центре небольшой круглой поляны, которую со всех
сторон обступала стена буйной растительности - ее ядовитый цвет тут же
заставлял вспомнить словосочетание "зеленая тоска". При взгляде на эту
стену, словно бы сложенную из огромных валунов, поросших толстым слоем
мха, неподвижно лежащих на своих местах с первого дня сотворения мира
великим престидижитатором, сразу же возникало кажущееся вполне
обоснованным подозрение, что поляна, на которую приземлилась капсула, была
единственной в лесу, прореженной силами бойцов ООН "Луна-13".
Это было, конечно же, не болото, но тоже далеко не самая удобная для
пеших прогулок местность. Если бы можно было выбирать... Но выбора у Чейта
не было, а значит, не стоило об этом и думать. Ему следовало
неукоснительно выполнять все предписания, полученные от генерала
Баруздина, следовательно, впереди его ожидал двухдневный марш по гнилым
джунглям.
Тяжело вздохнув, Чейт принялся доставать из капсулы свои вещи.
Впрочем, вещей у него было не слишком много - всего-то один небольшой
ранец, в который были уложены семидневный паек, полуторалитровая фляга с
водой, аптечка, индивидуальный перевязочный пакет, катушка тонкого, но
чрезвычайно прочного каната с вплетением моноуглеродной нити и отрез
синтетической непромокаемой ткани - теперь Чейт понял, для чего она ему
пригодится. Кроме того, многочисленные кармашки на армейском жилете из
плотной темно-зеленой ткани, который был надет на Чейте поверх майки без
рукавов точно такого же цвета, были набиты всевозможной мелочевкой, без
которой в лесу не обойтись, вроде зажигалки, таблеток для обеззараживания
воды и тюбиков с антисептиком и репеллентом.
То, что репеллент ему понадобится, Чейт убедился почти сразу же, выйдя
из капсулы, когда на его голое плечо пристроился какой-то крылатый вампир,
сильно смахивающий на комара, но размером с тощую, вечно линяющую
канарейку, которая сидела в клетке в кабинете у Лин Мо. Сбив агрессора
щелчком, Чейт принялся умащать свое тело репеллентом, воняющим, как
нестираные носки. Впрочем, смешиваясь с остальными запахами леса, аромат
репеллента становился почти неразличимым.
Покончив с косметикой, Чейт укрепил за ухом миниатюрное переговорное
устройство. Дуги с микрофоном, который обычно выводится к углу рта, не
было, поскольку генерал Баруздин собирался давать Чейту указания, но при
этом не имел ни малейшего желания знать, что сам Чейт думает о том, что
происходит вокруг него.
Хлопнув себя ладонями по бокам, Чейт удостоверился, что слева на поясе
у него висит нож, а справа - радиопеленгатор, упакованный во
влагонепроницаемый футляр.
Все. Можно было отправляться в путь.
Чейт закинул за спину ранец и подтянул лямки, чтобы груз не болтался
при ходьбе.
Он посмотрел на небо. Было около семи часов утра по местному времени, и
большое ослепительно белое светило, похожее на чан с расплавленным
металлом, только-только полностью поднялось над стеной зеленых зарослей.
Что ж, условно можно было считать, что в той стороне, где поднялось
местное солнце, находится восток. Впрочем, под пологом леса светила скорее
всего видно не будет. Так что ориентироваться на местности придется
исключительно с помощью радиопеленгатора.
Чейт снял незаменимый прибор с пояса и включил его. На самом краю
небольшого экрана с пятью концентрическими окружностями, похожими на
мишень, загорелась тусклая зеленая точка. Задача Чейта, как в детской
игре, заключалась в том, чтобы загнать зеленую точку в центр мишени.
В течение пяти часов Чейт шел не останавливаясь. Найдя нужный ритм
ходьбы, он почти не чувствовал усталости. Лес, издали похожий на
неприступную крепость, на самом деле оказался не таким уж ужасным. Под
ногами по-прежнему чавкала влажная почва, покрытая плотным слоем прелой
листвы, а рукам то и дело приходилось отводить в стороны свисающие с
ветвей деревьев зеленые лохмы висячих растений-паразитов, похожих на
разбросанные повсюду плотные клочья пакли, но тем не менее лес был не
настолько густым, чтобы у Чейта возникла необходимость ножом прорубать
себе тропу.
Репеллент надежно защищал открытые участки кожи от летающих кровососов,
которые временами все же предпринимали отчаянные попытки атаковать
аппетитную плоть, но быстро ретировались, столкнувшись с непреодолимой
преградой, созданной на их пути препаратом бытовой химии. А хищников, о
присутствии которых в лесу предупреждал генерал Баруздин, Чейт пока еще не
только не видел, но даже и не слышал. Порой слух его улавливал какие-то
подозрительные шорохи и странные звуки, похожие не то на приглушенное
ворчание, не то на слабое попискивание, но особого опасения Чейту они не
внушали, поскольку источником их могли быть и вполне безобидные зверьки,
обитающие в лесу.
Больше всего неприятностей доставляла Чейту сырость. Джунгли были
буквально пропитаны влагой. Вода потоками обрушивалась сверху, стоило
только неосторожно задеть какую-нибудь ветку. А свисающие с деревьев
толстые плети лиан лопались, выбрасывая плотные, широкие струи воды,
способные намочить неосторожного путника с головы до ног.
Должно быть, из-за обилия не имеющих собственных корней
растений-паразитов лес представлял собой нечто вроде многоярусной
конструкции, на каждом ярусе которой был установлен свой собственный
биоценоз. Связующим звеном между ними была вода, которая с дождем падала с
неба и тяжелыми испарениями поднималась от влажной почвы. А где-то
посередине, на одном из промежуточных уровней между небом и землей, вода
скапливалась на широких листьях с загнутыми вверх краями, похожих на
природные сосуды для сбора столь необходимой для жизни леса влаги.
Памятуя слова генерала Баруздина о том, что на планете искусственно
воссозданы различные природные и климатические зоны, Чейт старательно
изучал окрестности, пытаясь определить, где именно приложили свои знания и
умения специалисты из ООН. Но единственным местом, над которым,
несомненно, потрудились люди, была поляна, с которой Чейт начал свой путь.
В остальном же лес выглядел абсолютно естественным и даже диким. Непонятно
было, чем здесь занимались бойцы ООН, но никаких следов присутствия в этих
местах человека, пусть даже в достаточно отдаленном прошлом, Чейт
обнаружить не смог.
Незадолго до полудня Чейт сделал короткую остановку, чтобы дать отдых
ногам и наскоро перекусить.
Устроившись среди вылезающих из земли корней огромного дерева, чья
вершина возносилась в невообразимую высь, а огромный ствол в три обхвата
был покрыт широкими напластованиями одеревеневшей коры, Чейт скинул с плеч
и раскрыл свой ранец.
Сублимированная пища из солдатского походного рациона, похожая на
толстые картофельные чипсы, совершенно ему не понравилась. Возможно,
потребление ее и обеспечивало организм необходимым количеством
аминокислот, микроэлементов и витаминов, но приятного чувства насыщения
подобная еда не вызывала. Да и на вкус она была далека от совершенства.
С трудом разжевав и проглотив пару чипсов, на упаковке которых было
указано, что на изготовление их пошла первосортная индюшатина, Чейт запил
спартанский обед водой из фляги, уложил остатки трапезы в ранец и достал
из чехла пеленгатор, чтобы уточнить направление движения.
Зеленая точка едва заметно переместилась от края экрана в сторону
первой концентрической окружности. Судя по показаниям прибора, все это
время Чейт шел, выдерживая правильное направление, но, поскольку
расстояние до цели было еще слишком велико, определить, какая часть пути
пройдена, можно было только весьма приблизительно. Цифры, указывающие
оставшееся до цели расстояние, появятся в окошке под экраном только после
того, как точка, обозначающая источник сигналов, войдет в первый из пяти
кругов.
Не желая рисковать понапрасну, Чейт решил не задерживаться надолго на
одном месте и, быстро собрав все свои вещи, снова двинулся в путь. Кто
знает, что могло ждать его впереди, а каждый час в лесу имел весьма
весомое выражение в денежном эквиваленте.
Неожиданности - и, надо сказать, довольно-таки непонятные неожиданности
- начались, как только Чейт отошел пару километров от места своего первого
привала. И следовали они одна за другой, чем-то напоминая Чейту полосу
препятствий, которую ему не раз приходилось преодолевать во время службы в
армии.
Чейт размеренно шагал по лесу, выбирая дорогу попрямее между стволами
гигантских деревьев и купами густого широколистного кустарника, когда
неожиданно почва у него под ногами поплыла. Вначале Чейт решил, что угодил
ногами в лужу, прикрытую сверху палыми листьями. Но когда он попытался
вытащить левую ногу, увязшую по щиколотку, правая провалилась по колено.
Чейт вновь перенес основной вес тела на левую ногу и провалился при этом
едва ли не по пояс. Опасаясь делать новые движения, что могли еще глубже
увлечь его под слой палой листвы, Чейт напряженно замер. Под ногами он не
чувствовал никакой опоры. В вертикальном положении его удерживала только
довольно-таки плотная консистенция массы, в которую он увяз.
Чейт осторожно наклонился и начал руками раскидывать в стороны слой
перегноя, покрывающего землю. Для того чтобы выбраться из ловушки, нужно
было увидеть, что именно она собой представляет.
Проклятие!..
Чейт поднял ладонь, перемазанную густой черной дегтеобразной массой.
Поднеся руку к носу, он осторожно понюхал. Вещество, прилипшее к руке,
едва заметно пахло чем-то кисловатым. Причем запах вовсе не был
неприятным, скорее даже наоборот, было в нем нечто притягательное.
Невольно возникало желание лизнуть языком перепачканный незнакомым черным
составом палец. Впрочем, с этим желанием Чейт быстро совладал.
Наклонившись, он продолжал раскидывать обеими руками прелые листья в
стороны.
Вскоре Чейт смог увидеть, что по пояс увяз в непонятной черной массе.
Сам факт был неприятен, особенно если принять во внимание, что ни глубину,
ни размеры ямы определить было невозможно. Но больше всего не понравилось
Чейту то, что на поверхности заполняющей ее массы плавали наполовину
погрузившиеся в дегтеобразную массу скелеты небольших, размером с кошку,
зверьков, а также отдельные кости зверей размерами побольше.
При одном только взгляде на этот анатомический вернисаж Чейту сразу
сделалось как-то не по себе. Несмотря на жару, он зябко повел плечами и
невольно поджал пальцы на ногах, словно кто-то пощекотал ему пятки.
Конечно, звери могли и сами угодить в яму со странным вязким веществом,
где и закончили свои дни. Но с таким же успехом можно было предположить,
что яма эта являлась ловушкой какого-нибудь местного монстра, который
сейчас прятался за кустами, ожидая, когда его очередная жертва
окончательно увязнет и потеряет способность двигаться и оказывать
сопротивление.
Стараясь не проявлять излишней суетливости, но в то же время и не желая
затягивать процесс своего освобождения из коварной ловушки, Чейт начал
медленно разворачиваться так, чтобы попытаться выбраться из ямы на тот же
край, откуда он в нее и угодил. Чейт старался действовать крайне
осторожно, но, несмотря на это, к тому времени, когда он получил
возможность, протянув руку, коснуться относительно сухой земли, тело его
погрузилось в черный деготь до середины живота.
Наклонившись, Чейт ухватился рукой за торчащий из земли сухой корень.
Опора была не слишком надежной, но другой поблизости не было.
Для того чтобы ухватиться за корень другой рукой, Чейту нужно было лечь
грудью на заполняющую яму черную массу. Что он и сделал, тяжело вздохнув.
Потянув корень обеими руками, Чейт убедился, что тот достаточно прочно
сидит в земле, и, напрягшись, принялся медленно вытягивать себя из ямы.
Сделать это было совсем не просто, поскольку ноги по-прежнему не
находили опоры, а странная клейкая масса крепко держала угодившего в нее
ротозея.
- Давай... давай... - сквозь зубы подбадривал себя Чейт, понемногу
выбираясь на твердую почву.
Внезапно из-за росшего неподалеку куста с широкими листьями, похожими
на полуразвернутые веера, выскочило странное существо, напоминающее два
белых пушистых шарика, соединенных между собой тонкой нитью. Один из шаров
был размером с кулак, другой - примерно в два раза больше. Странное
существо перемещалось сильными, стремительными прыжками, издавая при этом
негромкие хрюкающие звуки.
Прыгнув пару раз, существо приземлилось в сантиметре от лица
застрявшего в вязкой массе человека. От неожиданности Чейт едва не
отшатнулся назад, но вовремя вспомнил, что позади у него ловушка, из
которой он как раз и пытается выбраться.
- Кыш! - раздраженно крикнул Чейт на пару связанных между собой
шариков. - Пошли вон!
Большой шар хрюкнул. Нить, связывающая шары, изогнулась дугой. Малый
шар, взлетев в воздух, с силой ударился о землю. Каким-то образом он
передал свой импульс своему соседу. Вместе они снова подпрыгнули,
переместившись в прыжке метра на два в сторону.
Чейт невольно проследил взглядом за полетом странного создания, больше
похожего не на живое существо, а на забавную детскую игрушку. При этом
краем глаза он заметил, что за спиной у него появился облепленный палыми
листьями бугорок, которого прежде там не было.
Чейт внимательнее присмотрелся к странному новообразованию.
Бугорок буквально на глазах поднимался вверх, увеличиваясь в размерах.
Чейт отчаянным рывком попытался вытянуть себя из вязкой массы. Но
усилия его ни к чему не привели.
А бугор тем временем вырос до размеров исключительно крупного арбуза и
медленно двинулся в сторону человека. По мере движения облепившая его
листва сползала, оставаясь позади и открывая черную, лоснящуюся кожу,
похожую на генеральский сапог, начищенный перед парадным смотром. Среди
широких кожистых складок зловеще поблескивали три глаза, расположенных
треугольником с устремленной вверх вершиной. Вторым треугольником, но уже
перевернутым вершиной вниз, была пасть чудовища, которую оно, похоже, даже
не могло как следует закрыть или же, наоборот, поспешило раскрыть в
предвкушении свежей закуски, бестолково размахивающей руками на краю ямы.
Чейт видел одну лишь уродливую голову омерзительного существа, но у
него не возникало ни малейшего желания выяснять, что там еще скрывается
под поверхностью массы, заполняющей яму. Хозяин же ямы, судя по всему,
стремился поближе познакомиться с попавшим в его ловушку человеком.
Расстояние между Чейтом и скользким уродом быстро сокращалось. Реально
оценив обстановку, Чейт пришел к выводу, что за те тридцать с небольшим
секунд, что у него остались до момента тесного контакта с инопланетным
монстром, выбраться из ямы он не успеет. Поэтому, продолжая держаться за
торчащий из земли сухой корень левой рукой, он правой ухватился за
рукоятку ножа и развернулся лицом к уродливой твари.
Приблизившись к Чейту на расстояние метра, скользкая тварь еще
чуть-чуть приподнялась вверх над поверхностью вязкой лужи и неожиданно
совершила молниеносный бросок. Подобно крему из тюбика, сдавленного в
кулаке, существо взметнулось вверх, вытягивая из лужи свое червеподобное
блестящее тело, покрытое слоем желеобразного вещества, благодаря которому
оно беспрепятственно перемещалось в вязкой массе, а затем обрушилось на
человека.
С отчаянным воплем Чейт всадил нож в левый глаз чудовища, одновременно
подавшись в сторону, чтобы не оказаться придавленным его огромным весом.
Из пасти гигантского червяка вырвался глухой, клокочущий звук, похожий
на бурление плотно закрытого кипящего котла. Тело его свернулось петлей, а
затем распрямилось, как пружина. Конец взметнувшегося над поверхностью
лужи хвоста ударил Чейта в плечо.
Чейт выдернул перемазанный фиолетовой жижей нож из пустой глазницы
зверя и, кинув его на край ямы, снова обеими руками вцепился в сухой
корень.
Раненый червь бесновался в вязкой черной массе, то уходя в глубину, то
снова выскальзывая на поверхность. Чейт же тем временем извивался, как
змея, сдирал на ладонях кожу и мысленно молил о спасении всех богов
Бесконечного Космоса, пытаясь выкарабкаться из смертельной ловушки.
Выдернув наконец левую ногу, Чейт уперся коленом в край ямы и, взревев,
как альфианский лось в период гона, рванулся вперед и вверх.
Выбравшись на твердую почву, он подхватил лежавший на земле нож и, не
поднимаясь на ноги, на четвереньках отполз на несколько метров от ямы. И
только уперевшись головой в ствол оказавшегося у него на пути дерева, Чейт
без сил рухнул на влажную гнилую листву.
Минуты две он лежал совершенно неподвижно, как вдруг над ухом у него
раздался пронзительный поросячий визг.
Чейт дернулся в сторону. Он хотел перевернуться на спину, но ему
помешал висевший за плечами ранец. Острие ножа, зажатого в руке Чейта,
было направлено в сторону, откуда он уже ожидал нового нападения.
Однако рядом с ним весело подпрыгивали два пушистых шарика, соединенные
шнурком.
Чейт улыбнулся. Если бы не этот забавный зверек, то сейчас не валялся
бы он на прелых листьях, облепленный с ног до головы густой черной массой,
похожей на расплавленный гудрон, а принимал участие в трапезе плотоядного
червя в качестве деликатесной закуски.
- Не знаю, как насчет этой твари из ямы, - сказал Чейт, обращаясь к
забавному зверьку, - но ты-то точно создан по заказу ООН. Таких, как ты,
просто не может быть в природе.
Зверек по-поросячьи хрюкнул и снова подпрыгнул на месте - малый шар
ударился о землю, подбросив при этом вверх своего соседа, а затем и сам
взлетел в воздух, увлекаемый связующим их шнурком.
Воткнув нож в торчащий из земли древесный корень, Чейт поднялся на
колени и скинул с плеч ранец.
Опершись рукой о ствол дерева, он оглянулся, чтобы посмотреть на яму, в
которой всего лишь несколько минут назад сражался с омерзительной
скользкой тварью.
Гигантский червяк бесследно исчез, должно быть, канув на дно ямы,
служившей ему жилищем. Черная глянцевая поверхность ямы-ловушки медленно
затягивалась наплывающей на нее палой листвой.
Присев между корней дерева, Чейт принялся стягивать с себя
перепачканную липкой грязью одежду.
Для того чтобы принять лесной душ, достаточно было посильнее дернуть за
свисающую с любого дерева лиану. Но как только Чейт проделал это, с
верхнего яруса леса на него вместе с потоками воды посыпались плотные
слизистые комки, похожие на медуз. Один из них упал Чейту на плечо и,
превратившись в тонкий блин, прилепился к коже. Чейт вскрикнул,
почувствовав боль, как от ожога. Отпрыгнув в сторону, он ногтями сорвал с
плеча древесную медузу. На коже осталось красное воспаленное пятно, словно
на нее плеснули кипяток.
Достав из ранца плоскую коробочку аптечки, Чейт приложил ее к раненому
плечу. Через пару секунд он почувствовал легкий, едва заметный укол
пневмошприца. Выведя данные диагностора на световое табло аптечки, Чейт
прочитал: "Химический ожог первой степени. Опасности не представляет".
Душ все же нужно было принять.
Подходя к лиане, свисающей с другого дерева, Чейт был уже куда более
осторожен, чем в первый раз. Дернув за нее, Чейт тут же отбежал в сторону.
И лишь убедившись, что сверху льется только чистая, прозрачная вода, он
встал под ее потоки.
Вода была мягкой, в меру теплой и едва заметно пахла свежей листвой.
Стоя под ней, Чейт сначала выстирал свою одежду и отмыл снаряжение, а
затем и сам с удовольствием вымылся.
Натянув на себя еще не просохшую одежду, Чейт сверил направление
движения по пеленгатору. В принципе, встреча с гигантским червем, хотя и
стоила нервов, отняла у него не очень много времени, так что еще
оставались шансы добраться до назначенного места, имея в запасе несколько
призовых часов.
Однако прежде чем идти дальше, Чейт ножом срезал невысокое молодое
деревце и ободрал с него ветки, превратив в полутораметровую жердь. Яма,
которая едва не превратилась в могилу для его бренных останков, скорее
всего была не единственной в лесу, поэтому Чейт совершенно справедливо
рассудил, что лучше уж немного проиграть во времени...
