Алексей Калугин. Специалист по выживанию
страница №9
... Лореанцы достаточно быстро усвоили нехитрые правила игры и вышли наплощадку. Действие, разыгравшееся там вслед за этим, повергло Чейта в
ужас.
Не видя никакого смысла в совершаемых ими действиях, игроки не в
состоянии были проявить ни вдохновения, ни азарта. В результате полного
нервного и физического истощения, заработанного бессмысленным трудом в
течение целого дня, они едва держались на ногах и передвигались по
площадке, словно зомби. А в дополнение ко всему оказалось, что кольца для
игры сделаны из полимерного материала, отличительной особенностью которого
было намертво прилипать ко всему, с чем он соприкасался, что также не
способствовало внесению оживления в игру.
Через пять минут после начала Чейт захлопал в ладоши, объявляя
тайм-аут. После этого он прочитал новоявленным спортсменам пространную
лекцию, ее основная мысль сводилась к тому, что если они собираются
чего-то достичь в спорте, то не следует полностью выкладываться на
"бестолковом конвейере", а лучше приберечь хотя бы немного сил для
вечерних тренировок.
Закончив речь, он распустил лореанцев по камерам, а сам отправился
звонить адвокату Чаррну.
На следующий день, получив от Чаррна необходимые материалы, Чейт с
помощью пары свободных охранников несколько видоизменил площадку для игры
в "Наш любимый шест".
Вместо одного шеста в центре они установил два по краям площадки. Саму
же площадку разбили на несколько игровых зон. Чаррн передал Чейту новые
кольца для игры, сделанные из упругого, не липнущего к рукам материала.
Закончив переоборудование спортивного зала, Чейт с нетерпением ожидал
появления в нем игроков. Прохаживаясь по площадке, он улыбался и время от
времени подкидывал к потолку резиновое кольцо.
В условленное время никто на тренировку не пришел.
Прождав минут двадцать, Чейт отправился на поиски своих подопечных.
Долго искать их ему не пришлось. Первым был обнаружен Картри, который,
сидя в своей комнате, вяло, без аппетита поглощал ужин.
- Так, - остановившись в дверях, зловеще прошипел Чейт. - Ты почему
здесь, а не в спортзале? Где остальные?
- Никто не придет, - безнадежно покачал усами Картри. - То, что ты
придумал, несерьезно. Мы и без того устаем на работе...
- Серьезно или нет - это мне решать! Я - тренер, я вложил в это дело
свои деньги! - Чейту надоело сдерживать себя, и он орал на Картри во всю
глотку. - А вас, раз уж вы ввязались, я работать заставлю! Любым способом!
Вам всем отсюда все равно одна дорога - в психушку!
- Ты собираешься ЗАСТАВЛЯТЬ нас работать? - повторил Картри, пытаясь
осмыслить то, что говорил землянин.
Чейт тут же сообразил, как ловко можно сыграть на особенностях
лореанской лингвистики.
- А вы думали, я с вами шутки шутить буду?! - заорал он и, схватив
Картри за ворот плаща, выволок из-за стола. - Бегом в спортзал! Работать!
Но перед тем как самому отправиться в спортзал, Чейт наведался в
комнаты той несчастной семерки, которая вчера имела неосторожность
поддаться на его уговоры.
- Прохлаждаешься! - грозно заревел Чейт, ворвавшись в первую комнату. -
А товарищи ждут тебя, не могут начать тренировку! Срываешь рабочий график!
Чейт уже уяснил, что слово "работа" оказывает на лореанцев магическое
действие, и теперь старался употреблять его при каждом возможном случае в
таком контексте, чтобы слова "работа" и "спорт" воспринимались ушными
отверстиями его подопечных одинаково.
- От работы отлыниваешь! - кричал он уже в следующей комнате.
Так, действуя где уговорами, где угрозой, а порой применяя и прямое
физическое воздействие, Чейт собрал в спортзале всех вчерашних
добровольцев, прихватив заодно и их соседей по комнатам.
Когда Чейт выстроил в шеренгу свою едва держащуюся на ногах команду и
окинул ее гневным взглядом, сердце его сжалось от жалости.
В данной ситуации жалость был худшим советчиком, однако Чейт ничего не
смог с собой поделать. Нечего было и думать о том, чтобы начинать
тренировки с такой командой. Усиленная физическая подготовка прикончила бы
если и не самих спортсменов, то, уж точно, их веру в спасение через спорт.
Для начала следовало найти способ увлечь лореанцев игрой, чтобы не
приходилось каждый день силой загонять их на тренировку.
Скрепя сердце Чейт разделил присутствующих на две команды по пять
человек и объяснил им новые правила игры. Теперь у каждой команды был свой
шест, а надевать кольца следовало только на шест противников. Касаться
кольца по-прежнему можно было только верхней парой рук, зато вторую пару
теперь можно было использовать во время ведения силовой борьбы. Игра
делилась на три тайма, каждый из которых продолжался до тех пор, пока на
шесте одной из команд не оказывалось десять колец. Победа присуждалась
команде, выигравшей два тайма. Еще Чейт объяснил лореанцам, что такое
вбрасывание, штрафной удар, офсайд, подача и тайм-аут, какие задачи
выполняют на поле нападающие, защитники и голкиперы. В конце он сообщил,
что в коммерческих интересах меняет название игры и она отныне будет
именоваться "рингбол".
Началась игра.
Лореанцы, скованные усталостью, едва передвигались по площадке. Если у
игрока, владевшего кольцом, кто-то, бог его знает по какой причине,
пытался его забрать, то расставание с кольцом происходило без какой-либо
борьбы и сожалений, а потерявший кольцо игрок со спокойной совестью
присаживался отдохнуть у боковой линии.
Тем не менее команда игроков, которую Чейт для различия заставил снять
арестантские накидки, выиграла первый тайм с разрывом в три кольца.
Спрашивать лореанцев, понравилась ли им игра, не имело смысла. И без
того было ясно, что никто, кроме Чейта, не испытал никаких особых эмоций.
- Да, ребята, - сочувственно покачал головой Чейт. - Похоже, вам
требуется принудительное лечение. Будем медленно, постепенно выдавливать
из вашего сознания мысли о "бестолковом конвейере" и замещать их мечтами о
спортивной славе. Возражения имеются?
Лореанцы угрюмо молчали.
Утром, торопливо проглотив принесенный в комнату завтрак, Чейт, ни
слова не говоря Картри, вышел в коридор.
Заключенные уже покидали свои комнаты, чтобы, сбившись в гудящую от
нервного напряжения толпу, двинуться в рабочий зал.
- Минутку! - Чтобы привлечь к себе внимание, Чейт хлопнул в ладоши над
головой. - Членов спортивной секции прошу на пару минут собраться в моей
комнате. У меня есть важное сообщение. Надеюсь, вы не возражаете? -
спросил Чейт у оказавшегося рядом охранника.
Тот безразлично махнул рукой.
Чейт быстро, не давая опомниться, затолкал в комнату с десяток
лореанцев, особенно не разбираясь, те ли это, кого он вчера пытался
заставить играть в рингбол. Нетерпеливо подтолкнув в спину последнего,
Чейт захлопнул дверь и привалился к ней спиной.
Сообразив, что попали в ловушку, из которой без дозволения Чейта никому
не выбраться, лореанцы сразу приуныли и жалобно защелкали челюстями.
Никому из них и в голову не пришло, что, навалившись разом, они без труда
справились бы с землянином.
- Итак, ребята, - начал было Чейт, но в этот момент кто-то робко
постучал в дверь снаружи.
Выглянув, Чейт увидел Картри.
- Вы меня забыли...
- Заходи. - Чейт за руку втащил Картри в комнату и снова закрыл дверь.
- Итак, ребята, для вас есть хорошая новость. У меня имеются деньги, и я
намерен нанять несколько работников. Есть желающие?
Чейт моментально пожалел о своих словах, когда навалившиеся со всех
сторон лореанцы - и откуда только у них силы взялись? - едва не размазали
его по стене.
- Спокойнее, спокойнее, ребята, - испуганно закричал Чейт. - Работы
хватит на всех.
Это замечание несколько исправило положение, но тем не менее лореанцы
по-прежнему обступали Чейта плотным полукольцом. Каждый старался
протиснуться к нему поближе. Чейт понял, что теперь уже он превратился в
заложника лореанцев и они не отпустят его, не получив обещанного.
- Все в порядке, все в порядке, ребята. - Чейт одной рукой делал
успокаивающие движения, другой при этом отталкивая от себя особенно
активных.
- Картри, чтоб тебя! - почти с отчаянием крикнул Чейт. - Где ты?
- Я здесь, - вынырнул рядом с ним Картри.
- Сколько стоит здесь у вас самая сложная и ответственная работа?
- Чем работа сложнее, тем ниже она оплачивается, поскольку выполняющий
ее получает моральную компенсацию и...
- Половина федерал-марки в неделю - это как, достаточно мало?
- О-о-о-о! - только и смог произнести Картри. - Боюсь, что не всякий с
такой работой справится.
- Ничего, потянете, - заверил его Чейт. - Эй, я всех вас нанимаю на
работу. Плата - по полфедерал-марки в неделю!
Многоголосый говор моментально утих. Лореанцы, не зная, верить или нет
услышанному, благоговейно молчали.
- Полфедерал-марки в неделю, - решительно повторил Чейт, почувствовав,
что ситуация снова находится у него под контролем. - Больше платить не
могу, даже и не просите. Я не миллионер.
- Что мы должны будем делать? - робко поинтересовался кто-то.
- Вы вместе со всеми остальными пойдете в рабочий зал и будете отбирать
для меня диски определенного цвета. Ты и ты, - ткнул Чейт пальцем в двух
лореанцев, - будете отбирать только белые диски, вы двое - красные, вы -
зеленые, ну а вы - синие.
- Но если я буду отбирать только белые диски - что же мне делать с
остальными? - спросил один из только что нанятых работников.
- Ничего, - ответил Чейт. - Просто отбрасывай их в сторону. Теперь -
что касается вас. - Чейт повернулся к трем лореанцам, которые еще не
получили задания. - Вы будете следить, чтобы другие не халтурили.
Усы лореанцев скрестились в знак крайнего удивления.
- Не халтурили? Что это значит?
- Это значит, что все сортировщики будут сдавать свои лотки вам, а вы
будете проверять, чтобы в них находились диски только одного,
определенного цвета. Лотки после проверки передадите мне, о замеченном
браке будете делать соответствующие отметки.
- А как же я? Меня ты не забыл? - подал голос Картри.
- Тебе, Картри, я поручаю самую ответственную работу. Ты возьмешь
блокнот, перепишешь в него имена всех моих работников и будешь отмечать в
нем, кто сколько контейнеров с отобранными дисками сдал за день.
Справишься?
- Я буду стараться, - с придыханием ответил Картри.
- Ну вот и отлично. Всем все понятно? В таком случае последнее: все мои
работники должны в свободное от работы время посещать спортивную секцию. -
Чейт сделал паузу, чтобы дать лореанцам возможность осознать услышанное. -
Если кто-нибудь желает отказаться, то я никого не держу. - Тишина. - Ну
тогда - за дело. Я не собираюсь платить бездельникам!
Лореанцы бросились к выходу.
- Послушай-ка, - схватил Чейта за рукав Картри. - А что ты будешь
делать с рассортированными дисками?
- А это уж моя забота, - усмехнулся Чейт. - Я буду платить вам за
конкретную работу, вот и извольте выполнять ее так, чтобы у меня не
возникало к вам никаких претензий.
День пролетел как одно мгновение.
Вначале нанятые Чейтом работники немного терялись, не зная, что делать
со скапливающимися в приемниках дисками ненужных им цветов, но, после того
как первый из них решительно вывалил содержимое контейнера на пол, все
пошло как по маслу. Сортировщики - сортировали, контролеры - проверяли,
Картри - делал отметки в своем блокноте. Чейт же опустошал принесенные ему
контейнеры, вываливая их содержимое в барабан, куда оно поступало и
прежде.
К концу рабочего дня работники Чейта выглядели значительно свежее и
бодрее, чем остальные заключенные, которые продолжали нести
психологический груз осознания бессмысленности своего труда.
Вечером подопечные Чейта, все до одного, пришли в спортзал.
Чейт еще раз объяснил правила игры.
Лореанцы, пока еще не вкусившие удовольствия от игры, тем не менее
играли старательно, понимая, что от этого зависит их служебная карьера.
Чейт являлся для них в первую очередь работодателем, поэтому они были
готовы исполнить все его желания и прихоти. Хочет считать себя тренером
спортивной команды - пусть будет им.
Чейт, в свою очередь, также понимал, что лореанцы воспринимают занятие
спортом только как плату за право делать осмысленную работу и в спортзал
их привел вовсе не интерес к игре, а только страх потерять полученное
место. Поэтому он и не требовал от них в первый день слишком многого,
стараясь по возможности подбодрить и поощрить наиболее активных.
Слух о том, что землянин нанимает работников, мгновенно разлетелся по
тюрьме. Следующим же утром в комнату к Чейту зашли трое заключенных и,
смущенно подергивая усами, спросили, нет ли у него работы и для них. В
обеденный перерыв еще пятеро подошли к Чейту с той же просьбой. Чейт не
отказывал никому, ставя перед всеми единственное условие - обязательное
занятие спортом.
Спустя всего лишь три дня в спортивной секции Чейта занимались все
находившиеся в данный момент в тюрьме заключенные.
Пришли даже трое стариков с рыжими усами. Поскольку им уже было тяжело
бегать по площадке с кольцом, они принесли с собой настольную игру, суть
которой заключалась в поочередном передвижении всего одной фишки по
разделенному на цветные секции круглому столику. Так и не разобравшись с
правилами и принципом определения победителя, Чейт тем не менее усадил
стариков у окна и велел сыграть десять партий, чтобы выявить таким образом
сильнейшего.
Чейт разделил лореанцев на две команды: одной было присвоено название
"Лучшие работники", другой - "Лореанские трудяги". Поскольку по правилам
на площадке одновременно могло находиться не более пяти человек от каждой
команды, игру стали вести тремя звеньями, со сменой составов. Когда
лореанцы почувствовали, что на игровой площадке тоже присутствует дух
конкуренции, в их игре появился огонек. О филигранной технике говорить
пока еще было рано, но зато теперь каждый из них старался проводить в игре
как можно больше времени.
Еще сильнее разыгрались спортивные страсти после того, как Чейт
объявил, что со следующего дня он принимает от каждого работника только по
пять перебранных контейнеров с дисками, но игрокам выигравшей накануне
команды предоставляется право сдать еще по одному льготному контейнеру.
Тут уж пошла такая игра, что даже деды, отложив в сторону свои лореанские
шашки, не отрываясь наблюдали за происходящим на площадке.
Подсев как-то раз к наблюдавшим за игрой старикам, Чейт объяснил им,
как нужно делать ставки на победу той или другой команды, и теперь на
небольшой трибуне болельщиков, которую вместе со стариками делили и
кое-кто из охранников, бушевали страсти, немногим уступающие тем, что
кипели на поле.
Один из заключенных, по имени Таррик, бывший промышленный дизайнер,
помог Чейту разработать модели спортивной формы, включающей в себя накидку
спортивного покроя, шлем с пластиковым забралом, наколенники и
налокотники. Для каждой команды были выбраны свои цвета и своя символика.
Изготовление необходимого количества комплектов было заказано через
адвоката Чаррна. Тот только сокрушенно покачал головой и напомнил Чейту,
что предыдущая попытка привить лореанцам любовь к спорту не принесла
никаких результатов. На что Чейт ответил лореанской пословицей: "Одно дело
- когда тебя чем-то кормят насильно, и совсем другое - когда можешь
выбирать еду по собственному вкусу".
Таррик, помогавший Чейту с формой, разработал для игроков и целую
систему символов и знаков из столь почитаемой лореанцами разноцветной
фольги. Взглянув на них, можно было без труда узнать, как давно игрок
занимается спортом, сколько игр он провел и в скольких из них его команда
одержала победу, сколько колец надел он на шесты соперников и сколько
штрафных очков получил. Введение системы отличий вызвало полнейший восторг
всех без исключения лореанцев. Идя навстречу пожеланиям стариков, Чейт
также был вынужден выпустить серию специальных значков и для болельщиков.
Все шло просто превосходно. Лореанцы быстро совершенствовали свое
спортивное мастерство, игры становились все более динамичными и
захватывающими, на поле преобладала жесткая силовая борьба. Но тем не
менее Чейт не мог назвать своих подопечных профессиональными спортсменами,
поскольку каждый день они исправно тащились в рабочий зал и - хотя и без
прежнего болезненного надрыва, но все же пока еще достаточно добросовестно
- предавались там сортировке цветных дисков, теша себя иллюзией некой
непонятной им осмысленности данного процесса. Этот факт ставил под большое
сомнение то, что лореанцы не забросят спорт и не отдадутся вновь
самозабвенно "бестолковому конвейеру", как только нажим со стороны Чейта
несколько ослабнет. А в его планы вовсе не входило оставаться до конца
своих дней на Лореане-5.
Спустя два месяца после начала тренировок Чейт решил, что настал
решающий момент - пора кончать с "бестолковым конвейером". Либо он одержит
окончательную победу, либо навсегда смирится с поражением.
- Смотрите сюда, ребята! - Чейт держал в руках маленькую пластиковую
коробочку. Достал он ее из большого посылочного ящика, переданного ему
накануне адвокатом Чаррном. - Эту штуку, если вы не в курсе, изготовители
называют плейером. В народе же за ней закрепилось название "дебильник".
Вся партия изготовлена по специальному заказу, наушники адаптированы к
слуховому аппарату лореанцев. Так что берите и смело пользуйтесь. Я бы
хотел, чтобы все вы носили их во время работы.
Рассчитывая на то, что придется проводить долгую экспериментальную
работу, подбирая музыку, которая пришлась бы по вкусу лореанцам, Чейт
заказал по каталогу набор мини-дисков с записями в самом широком диапазоне
стилей и жанров, начиная с классического джаза и заканчивая новейшими
хитами в стиле спейс-спин-топ, правда, сам Чейт его на дух не переносил.
В целом лореанцы отнеслись с пониманием к творческим поискам
практически всех композиторов и музыкантов, предложенных их вниманию. Но
просто-таки бешеной популярностью после первого же прослушивания стала
пользоваться у них архивная запись Дженис Джоплин, которую Чейт вообще-то
заказал для себя самого.
У Чейта на душе становилось тепло и радостно, когда он видел, как в
такт звучанию голоса великой исполнительницы блюзов непроизвольно
подергивались кончики усов лореанцев, а некоторые даже вполне сознательно
пытались напевать мотивы старинных песен, пощелкивая совершенно не
приспособленными для этого сильно выступающими вперед челюстями.
Но окончательно Чейт поверил, что победил, когда увидел, как во время
работы один из лореанцев бросил синий диск в контейнер с белыми и даже не
обратил на это внимания, продолжая отстукивать ритм пяткой о ножку стула.
Утром Чейт сделал для всех объявление.
- Мне очень жаль, ребята, но я должен сообщить вам новость, которая
скорее всего не очень-то вас обрадует: фирма в ваших услугах больше не
нуждается. Работники мне больше не нужны, и я не буду больше платить вам
деньги за работу. Я теперь только тренер по рингболу, а не работодатель.
Кто желает тренироваться - милости прошу в спортзал. Все остальные могут
возвращаться к "бестолковому конвейеру". Надеюсь, никто ни на кого не
будет в обиде.
Воцарилась гнетущая тишина. Лореанцы понимали, что сейчас им предстоит
сделать выбор, который, быть может, навсегда перевернет всю их жизнь. Хуже
она от этого станет или лучше, с уверенностью не мог сказать никто.
Чейт ждал ответа, внешне не подавая вида, что волнуется, но на самом
деле весь сжавшись внутри. Минуты тишины превратились для него в
бесконечные часы ожидания. Несколько раз за это время он готов был
проклясть себя, что поторопился, не дал своим подопечным достаточно
времени, чтобы адаптироваться к новым условиям, искусственно созданным для
них. Надо было подождать, ведь время у него еще есть!
Чейт молча повернулся и медленно направился к лестнице, ведущей в
спортзал. Тишина за спиной давила ему на плечи, заставляя сгибаться все
ниже.
Его остановил голос старика заключенного. Он говорил на галактос, а
следовательно, хотел, чтобы слова его были услышаны и поняты не только
соплеменниками, но и землянином.
- Я уже стар. Жить мне осталось совсем не долго, так что и терять мне
особенно нечего. Не знаю, как остальные, но лично мне больше понравилось
играть и смотреть, как играют другие, чем доводить себя до идиотизма
работой на "бестолковом конвейере". Если для меня найдется партнер, я иду
в спортзал. Как ты, Фиттр, - обратился он к другому старику. - Кажется, мы
с тобой вчера не закончили партию.
- Ты прав, Тагги, - бодрым голосом отозвался его партнер. - Идем в
спортзал, я покажу тебе, как надо играть! - Он лихо свернул усы в нимб над
головой и довольно-таки фальшиво просвистел несколько начальных тактов из
"Летней поры".
Плотину молчания прорвало одновременно с нескольких сторон.
- Пошли, сегодня мы сделаем "трудяг"!
- Куда уже вам!
- Вчера мы обставили вас за два тайма!
- Вам просто повезло. В первом тайме неправильно был назначен
штрафной...
Грань была переступлена, и от осознания этого, от гордости за
собственную решительность и удаль всех захлестнула волна безудержной,
лихой радости. Она подхватила и Чейта и понесла, увлекая за собой.
Чейт не сразу понял, что это подняли его на руки лореанцы.
Никогда прежде Чейт не получал такого удовольствия ни от одного матча.
В этот раз он доверил судейство одному из охранников, который уже давно и
регулярно приходил на тренировки и неплохо разбирался в правилах, а сам
наблюдал за игрой со скамейки запасных.
Лореанцы, все до одного, играли самозабвенно, с полной отдачей, так,
будто от результата этой встречи зависела вся их дальнейшая жизнь. Как
блестяще прошел с кольцом по левому краю Доппс из "Лореанских трудяг"!
Казалось, он не бежал, а летел. Не сбавляя скорости, он с разбегу выбил с
площадки защитника "работников", перешел в центр и в головокружительном
прыжке, минуя еще одного защитника, надел кольцо на шест.
А как самозабвенно защищались "Лучшие работники", оставшись втроем
против пятерых соперников! Они не только сумели выстоять, но во время
одной из контратак защитник "работников" Буттн сумел убежать от соперников
и набросить кольцо на их шест. Достаточно было увидеть, какое ликование
царило в этот момент на скамейке запасных "работников" и в какое уныние
были повергнуты "трудяги", чтобы понять, что время, проводимое на
площадке, стало для них чем-то большим, нежели просто игрой.
После этого дня они действительно стали одной командой. Новые
заключенные, появляющиеся в тюрьме, сразу же попадали не на "бестолковый
конвейер", а в спортзал, и их начальным образованием занимался уже не сам
Чейт, а ветераны команд. Поступило даже предложение переоборудовать
рабочий зал, который все равно теперь простаивал, под новую спортивную
площадку, но на это не дал своего разрешения начальник тюрьмы, опасаясь,
что подобная самодеятельность не найдет одобрения у более высокого
руководства.
В один момент возникли было трения, когда свое желание играть в рингбол
высказали и тюремные охранники. Часть заключенных была категорически
против того, чтобы выходить на одну площадку со своими сторожами, но Чейт
решительно положил конец всем спорам, сказав, что спорт существует не для
того, чтобы сеять вражду, а чтобы объединять всех, кто им занимается. В
результате была сформирована еще одна команда, получившая вполне логичное
название "Тюремные надзиратели".
В назначенные день и час адвокат Чаррн встретил Чейта у ворот тюрьмы,
поздравил с досрочным освобождением и отвез к себе домой. Дома он
представил Чейту подробный отчет о том, как распорядился его деньгами.
- Скажи просто, Чаррн, у меня еще что-нибудь осталось? - спросил Чейт,
быстро устав от потока цифр, похожих на муравьев, суетливо бегающих по
экрану компьютерного монитора.
- Вовсе не "что-нибудь", Чейт. Ты теперь весьма состоятельный человек.
Я вовремя успел вложить значительную часть твоих денег в акции
межпланетной концессии, начинавшей разработку месторождений редкоземельных
металлов на Стелле-11. На сегодняшний день их котировка возросла в
несколько раз, поскольку месторождения оказались гораздо богаче, чем
предполагалось.
- Отлично, Чаррн. Ты согласен и впредь оставаться моим доверенным лицом
на Лореане-5?
- Если я тебя устраиваю...
- Я собираюсь вложить свои деньги здесь, на Лореане-5, и предлагаю тебе
стать моим компаньоном.
- Во что, если не секрет?
- В индустрию развлечений. Конкретно - в спорт.
- Ну, не знаю, - с сомнением шевельнул усами Чаррн. - На мой взгляд,
дело довольно-таки сомнительное...
- Чаррн, Чаррн, - укоризненно покачал головой Чейт. - Хотя мне и
предрекали после лореанской тюрьмы прямую дорогу в психушку, но, уверяю
тебя, я сохранил абсолютно здравый ум. Да еще и выправил вывих мозгов
нескольким десяткам ваших соплеменников. И намерен продолжать это занятие.
К тому же, если судить по реакции тех, с кем я общался в тюрьме, дело это
обещает принести, кроме морального удовлетворения, еще и неплохие барыши.
Соглашайся, Чаррн, не пожалеешь. Если и не разбогатеем, то уж повеселимся
точно.
- А почему бы и нет, - развел усами Чаррн. - Деньги, в конце концов,
твои. И уж если тебе их не жалко...
- Значит, договорились! - удовлетворенно потер руки Чейт. - В таком
случае давай составим список дел первейшей необходимости. В тюрьме я
сколотил три неплохие команды по рингболу...
- Рингбол? - удивленно переспросил Чаррн. - Никогда не слышал о такой
игре.
- Игра совершенно новая и потому абсолютно никому не известная,
родилась в стенах ужасной лореанской тюрьмы. Кстати, сей факт можно удачно
обыграть в рекламе. Мол, никто из тех, кто ею занимался, не повредился в
уме, она помогает сохранить трезвый ум, здравую память... Ну и так далее в
том же духе... Значит, первое - выпустить рекламный буклет. Яркий,
красочный, с подробным описанием правил игры. Далее. Через месяц-другой
все мои спортсмены выйдут из тюрьмы. Надо подыскать для них подходящую
базу для тренировок и собрать к тому времени тех, кто уже вышел на
свободу. Их имена и адреса я тебе дам. В столице есть стадион?
- Да. Он был построен в период проведения государственной программы
развития национальных видов спорта. Сейчас в нем размещается какой-то
склад.
- Надо купить его и отремонтировать. Кстати, поскольку рингбол родился
на Лореане, его с полным правом можно считать национальным видом спорта.
Провентилируй вопрос, нельзя ли получить от государства субсидии на его
развитие.
Чаррн молча кивал, делая пометки в блокноте.
- Теперь самое главное - нужно, чтобы на игры ходили зрители. В тюрьме
я записал с десяток видеодисков. Необходимо найти хороших режиссеров,
чтобы смонтировать из отснятого материала цикл увлекательных телепередач.
Для показа передач можно приобрести наиболее удобное эфирное время на
общенациональных телеканалах. Если же с этим возникнут проблемы, купим
собственный канал и будем транслировать по нему наши передачи в режиме
свободного приема. Ну и, конечно, массовая рекламная продукция: фотографии
игроков, плакаты, календари, одежда с символикой команд, значки, вымпелы,
брелоки - короче, сам разберись, что у вас здесь пользуется массовым
спросом и на что можно наклеить наши картинки. Куда бы ни пошел, что бы ни
делал лореанец, на все его органы чувств постоянно должна воздействовать
информация о рингболе.
- Все? - Второй и третий глаз Чаррна вопросительно сфокусировались на
переносице Чейта.
- Для начала, мне кажется, вполне достаточно. В этом году ограничимся
только тренировками и показательными матчами. А уж на следующий год нужно
будет составить турнирное расписание. - Чейт поднял глаза к потолку,
припоминая, все ли сказал, что хотел. - Да, чуть не забыл! - встрепенулся
он, внезапно что-то вспомнив. - Вся наша рекламная кампания должна
проходить под пение Дженис Джоплин. Никогда не слышал? Рекомендую. Только
не слишком увлекайся. От тебя, Чаррн, в отличие от других, я буду
требовать как раз работу!
ПРОБЛЕМА ЭКСПОРТА
Чейт открыл люк, сделал шаг вперед и, остановившись на верхней ступени
трапа, с интересом посмотрел по сторонам.
Прежде ему не доводилось бывать на Эльфе.
Во Вселенной столько планет, что жизни не хватит, чтобы побывать на
каждой из них. А планеты, колонизированные людьми, к тому же еще в
большинстве своем похожи одна на другую. Людям нужны кислород, вода и
температура, колеблющаяся в очень узких рамках. Разве можно ожидать
какого-нибудь разнообразия при столь жестко ограниченных исходных данных?
Но Эльф, несомненно, заслуживал внимания. Это была на удивление
красивая планета. По крайней мере, в том месте, где посадил свой корабль
Чейт.
Поселок колонистов располагался на берегу огромного серебристого озера,
похожего на овальное зеркало, оброненное каким-то сказочным гигантом.
Планета была заселена, два года назад, и надувные ангары, где в первое
время людям приходилось жить, теперь уже использовались только по своему
прямому назначению. Большинство колонистов уже успели обзавестись
собственными домами. И это были не временные сборные конструкции, а
добротные постройки, рассчитанные на долгие годы. Похоже было, что мало
кто из колонистов собирался покинуть Эльф по истечении трехгодичного срока
индивидуального контракта, заключенного с Ассоциацией содействия
колонизации планет.
- Чейт?..
Чейт посмотрел в сторону кормовой части корабля, откуда его окликнул
голос.
- Ба! - Чейт удивленно и радостно раскинул в стороны руки, увидев
человека, назвавшего его по имени. - Ну надо же! Сергей Кислов! - Чейт
спрыгнул с трапа на землю. - Говорят, что Вселенная не имеет границ, а в
ней, оказывается, нельзя и шагу ступить, чтобы не встретить кого-нибудь из
знакомых!
- Сколько лет мы с тобой не виделись? - спросил колонист, крепко
пожимая протянутую Чейтом руку.
- Да, пожалуй, с самого дня подписания мирного договора с шенами, -
улыбнулся в ответ Чейт. - Кстати, ты получил приглашение на очередную
встречу ветеранов шенского конфликта?
- Получил, - кивнул Кислов.
- Собираешься?
- Пока еще не решил, - с сомнением покачал головой Кислов. - Дел
невпроворот... А на Эльф тебя какими судьбами занесло?
- Привез вам груз. - Чейт взмахом руки указал на открытый люк грузового
отсека корабля. - Какой-то ширпотреб.
- Ты теперь работаешь на АСКОП? - удивленно посмотрел на Чейта Кислов.
- Временно, - солидно ответил тот. - Вообще-то я сам себе хозяин. У
меня свой собственный корабль, и я занимаюсь доставкой небольших партий
груза в секторы дальних колоний. А ты-то сам что здесь делаешь?
- Я старший управляющий колонии на Эльфе, - улыбнувшись, ответил
Кислов.
- Да ну? - удивленно вскинул брови Чейт. - И давно ты этим занимаешься?
- Для меня это уже шестая планета, на которой люди пытаются закрепиться
надолго.
- У тебя долгосрочный контракт с АСКОП?
Кислов утвердительно кивнул.
- Большие деньги платят? - конфиденциальным тоном осведомился Чейт.
- Денежное вознаграждение оговаривается отдельным договором перед
каждой новой высадкой. Все зависит от местных особенностей.
- Никогда бы не мог предположить, что управляющим колонии на Эльфе
окажешься ты, - усмехнувшись, покачал головой Чейт. - Чего только я не
наслушался про тебя в АСКОП.
- И что же именно про меня там говорят? - насторожился Кислов.
- Проводи-ка меня в дом, Сережа, - хлопнул друга по плечу Чейт. - Там и
поговорим. Я хоть и не знал, что встречу тебя, но на всякий случай
гостинец с собой прихватил.
- Так что говорят обо мне в АСКОП? - снова спросил Кислов, разливая по
рюмкам привезенную Чейтом водку.
- Разное говорят. - Чейт тронул донышком своей рюмки край рюмки Кислова
и одним глотком осушил ее. - Одни говорят, что ты стал мизантропом и решил
один остаться жить на Эльфе после закрытия колонии. Другие утверждают, что
ты завел себе гарем из местных колонисток. Третьи склоняются к мнению, что
управляющий колонии на Эльфе стал наркоманом, пристрастившись к какому-то
здешнему зелью. Еще говорят...
- Хватит трепаться, - поморщился Кислов.
Чейт опрокинул в себя еще одну рюмку и подцепил вилкой салат из
глубокой тарелки.
- В АСКОП уже не рассказывают анекдотов, только пересказывают друг
другу твои идиотские проекты по спасению эльфийской колонии.
- Ты тоже считаешь их идиотскими? - насупился Кислов.
- Я считаю, что если ты собрался поразвлечься, то напрасно пытаешься
сделать это за счет Ассоциации. Не стоит портить отношения со своим
работодателем, тем более что всего через год тебе придется заключать
договор на новую высадку.
Чейт снова наполнил свою рюмку, ткнул было горлышком бутылки в рюмку
Кислова и удивленно поднял брови, обнаружив, что она полная.
- Ты почему не пьешь?
- Давай-давай, - нетерпеливо махнул рукой Кислов.
- Давай-давай, - передразнил его Чейт и выпил.
Плотно закусив после третьей рюмки, Чейт расслабленно откинулся на
спинку стула и глубокомысленно изрек:
- Ну вот, после третьей - разговор. Так что у тебя за проблемы?
- Моей колонии грозит закрытие.
- Да ну? - С деланным изумлением Чейт, как маленькие крылья, раскинул в
стороны кисти рук. - В самом деле? Это самая свежая новость на сегодня?
- Чейт, я говорю серьезно.
- Отлично. - Чейт отбросил фиглярство и, подавшись вперед, навалился
грудью на стол. - Ты хочешь, чтобы я объяснил тебе причину?
Кислов нервно дернул щекой:
- Я не о том.
Чейт жестом руки прервал его:
- Как я слышал в АСКОП, за два года твоя колония показала полную
бесперспективность. Ее можно было бы закрыть прямо сейчас, но в таком
случае АСКОП пришлось бы платить неустойку колонистам, заключившим
контракт на полный трехгодичный срок. Именно поэтому Ассоциация продолжает
делать вид - только делать вид! - что все еще интересуется колонией на
Эльфе. Ты, как профессионал, должен понимать это не хуже меня. По
статистике, только каждая седьмая колония становится постоянной, а в
разряд метрополий переходит лишь одна из двадцати.
Кислов слушал Чейта, согласно качая головой и уткнувшись взглядом в
руки, вертящие вилку. Все так же, не поднимая глаз, он тихо произнес:
- Я хочу сохранить эту колонию.
- Зачем? - удивленно округлил глаза Чейт и налил себе еще одну рюмку.
- Эльф идеально подходит для жизни людей.
Лицо Чейта презрительно скривилось.
- Слушай, только не рассказывай мне сказки. Демографической проблемы
давно уже не существует. Разве это первая планета, которую ты бросаешь по
причине бесперспективности?
Кислов молча ковырнул вилкой пустую тарелку.
- Нет, ты не отмалчивайся. - Чейт отобрал у него вилку и воткнул ее в
салат. - Отвечай, раз уж сам завел этот разговор.
- Это трудно объяснить. - Кислов посмотрел в глаза своему собеседнику и
понял, что Чейт уже знает, о чем он собирается говорить. И тем не менее
хочет, чтобы он произнес это сам. Кислов набрал полную грудь воздуха, как
перед прыжком в ледяную воду. - Здесь я впервые понял, что колонисты
по-настоящему полюбили свою планету. На других планетах я видел, что
высадка является для колонистов просто работой, способом поднакопить
деньги. Если кто и оставался на второй срок, так только одиночки,
привыкшие к бродячей жизни, к переездам с места на место и вечной
неустроенности. Большинство же считали дни до окончания срока контракта и
по его окончании спешили вернуться в метрополию, чтобы осесть там,
обзавестись домом, семьей, друзьями. А местные колонисты нашли свой дом на
Эльфе. Они не хотят отсюда улетать.
Кислов как-то неуверенно дернул плечом, будто хотел произнести: "Ну,
что здесь еще можно сказать?" - но почему-то передумал.
- А ты сам? - выждав какое-то время, спросил Чейт.
- Что? - переспросил Кислов.
- Сам-то ты тоже хочешь остаться на Эльфе?
Это был уже не вопрос, а скорее утверждение, констатация факта.
- Я пока еще не думал об этом, - смущенно и не очень искренне произнес
Кислов. - Но, собственно, почему бы и нет.
Чейт выпил рюмку и, закинув одну руку за спинку стула, посмотрел на
собеседника долгим изучающим взглядом, после которого рентгеновский луч
можно было сравнить разве что только со светом карманного фонарика с
севшим аккумулятором.
- Это называется старость, Сережа, - изрек он наконец свой
неутешительный диагноз.
- Да брось ты, - отмахнулся Кислов. - Я же серьезно...
Чейт еще пожевал салат и вдруг обратил к Кислову лицо с выражением
обманутой невинности:
- Слушай, а горячее что-нибудь будет?
- Будет, будет тебе и горячее.
Кислов сходил на кухню и выставил на стол два глубоких блюда. На одном
возвышалась белая горка крупного рассыпчатого риса, на другом источали
волшебный аромат куски тушеного мяса.
Высоко задрав нос, Чейт с наслаждением втянул мясной дух.
- Что-нибудь из местной живности? - с живым любопытством спросил он.
Кислов усмехнулся:
- Обыкновенная свинина, от хрюшки традиционной земной породы.
Чейт с явным неодобрением поджал губы, но тем не менее наложил себе
полную тарелку.
- Когда бросишь заниматься колонизацией планет, становись поваром, -
посоветовал он другу, проглотив первый кусочек мяса.
- Непременно, - согласно кивнул Кислов.
- Так вот, если серьезно, - неожиданно снова вернулся к прерванному
разговору Чейт, - то ты, как профессионал, должен был не строить
утопические планы для АСКОП, а четко и определенно растолковать своим
подопечным всю беспочвенность их надежд на создание на Эльфе постоянной
колонии. Я думаю, если бы ты этого захотел, доводы у тебя бы нашлись.
- Я знаю, - уныло кивнул Кислов. - Ассоциация содействия колонизации
планет - коммерческая организация, которая никогда не занималась, да и
попросту не может позволить себе заниматься, благотворительностью. После
первого трехлетнего срока договор с колонистами продлевается только в том
случае, если находят подтверждение данные разведки о том, что планета
представляет коммерческий интерес и может приносить стабильный доход,
окупающий содержание на ней колонии. Эльф не оправдал возложенные на него
надежды - месторождения олова, отмеченные разведчиками, оказались
бесперспективными. Других полезных ископаемых или скоплений редких
элементов в достаточных для крупного экспорта количествах на планете нет.
На Эльфе нет ровным счетом ничего, что невозможно найти на других
планетах. Но люди хотят верить в чудо, в то, что произойдет нечто, что
позволит нам навсегда остаться в нашем поселке на берегу озера.
- Каждому из них достаточно заглянуть в собственный контракт, в котором
ясно и четко сказано, что если после трехлетнего срока АСКОП решает
прекратить финансирование колонии, то контракт автоматически расторгается,
и максимум, на что могут рассчитывать после этого колонисты, - это что
Ассоциация оплатит им перелет до ближайшей пересадочной станции.
- Люди решили остаться на Эльфе даже в том случае, если АСКОП не
продлит контракт.
- Да ну? Похвально, похвально. - В знак своего восхищения Чейт постучал
вилкой по краю тарелки. - И что же, вы решили создать здесь феодальное
княжество? - Не получив ответа, он продолжал: - Твоим колонистам нравится
жить на Эльфе так, как они живут сейчас, когда всем необходимым их
снабжает АСКОП. Но многие ли из них согласятся на нищенскую,
полупервобытную жизнь? А ведь именно это ожидает их в самой ближайшей
перспективе. Да, я согласен, рис у вас растет как ненормальный, свиньи и
индейки добросовестно плодятся и размножаются в соответствии с заветом
Бога-отца - будем считать, что прокормить вы себя сможете. Но как тебе,
наверное, известно, нормальному человеку недостаточно только набить свой
живот. И речь сейчас даже не о возвышенном, не об искусстве и философии.
Человеку необходима одежда, обувь, крыша над головой, вот этот стол. -
Чейт хлопнул ладонью по столу. - Эта вилка! - Он швырнул вилку на стол и
огляделся по сторонам, ища, что бы еще разбить или сломать.
Кислов вовремя схватил его за руку:
- Достаточно примеров, Чейт, я тебя прекрасно понял.
- Так вот, раз ты меня понял, то объясни и своим колонистам, что без
лицензии АСКОП доставка любой мелочи из ближайшей к вашему Эльфу
метрополии обойдется в целое состояние. Обыкновенная швейная игла будет
стоить столько, будто сделана из чистейшего иридия. Объясни им это! Вот я
привез сюда бутылку водки...
Взяв бутылку за горлышко, Чейт встряхнул ее и с изумлением обнаружил,
что жидкости в ней осталось только на самом дне.
- Сережа, а у вас здесь есть какое-нибудь местное зелье? - лукаво
подмигнул он Кислову. - Наверняка же есть!
- Ты сначала свое допей, - недовольно проворчал Кислов.
Чейт не стал ждать, чтобы его упрашивали, и наполнил рюмку. Поискав
вилку, которая упала на пол, он пальцем выловил из соуса кусок мяса.
Утратив в какой-то степени координацию движений, ясность мыслей он тем не
менее не потерял.
- Мне даже в чем-то симпатично твое стремление спасти колонию, -
продолжил он свою речь. - Но, поверь мне, из этого ничего не получится.
Все проекты, предложенные тобой, рассчитаны на долгосрочные денежные
вложения. АСКОП на это никогда не пойдет - вы не единственная колония,
которой она занимается.
- На Эльфе ровный, мягкий климат и великолепная природа. При небольшой
поддержке мы могли бы развивать туристический бизнес.
- А чем ты собираешься завлекать к себе туристов? У тебя же в лесу нет
ни одного приличного монстра!
- На северо-западе, в каньоне Паоло, мы обнаружили место, в котором эхо
повторяет каждое произнесенное слово пятьдесят два раза.
- Потрясающе! И ты всерьез думаешь, что найдется масса желающих
выложить несколько сотен федерал-марок только за то, чтобы крикнуть свое
имя и посчитать, сколько раз его повторит эхо? - Чейт смотрел на Кислова
восхищенным взглядом. - Да ты определенно из породы неизлечимых
оптимистов. Тебя самого можно за деньги показывать.
Он опрокинул над стопкой пустую бутылку и хорошенько потряс ее. Получив
за все свои труды только несколько капель, он стал обшаривать помещение
внимательным, ищущим взглядом.
- Вот оно! - торжествующе воскликнул Чейт, выставив перед собой руку с
указующим перстом. - Чутье меня не подводит, это то, что мне сейчас нужно!
У стены стояла двухлитровая пластиковая бутыль без этикетки,
заполненная чем-то мутным.
- Проиграл, - не очень весело усмехнулся Кислов, посмотрев на
вожделенный объект.
- Да? - Брови Чейта взметнулись вверх: левая - удивленно, правая -
обиженно, рука, не найдя опору, упала на стол. - Что же это такое, если не
самогон?
Кислов через стол протянул бутылку Чейту.
Рука, которой Чейт принял сосуд, с необыкновенной легкостью взлетела
вверх.
- Она что, пустая? - удивленно произнес Чейт, поднося бутыль почти к
самому носу.
- Почти, - улыбнулся Кислов. - В ней туман с рисовой плантации.
- Туман? - Чейт сначала недоумевающе воззрился на бутылку, а затем
устремил точно такой же взгляд на своего друга. - У меня начинают
возникать подозрения, что разговоры, которые ведутся на твой счет в АСКОП,
имеют под собой реальную почву.
Кислов только усмехнулся в ответ.
Чейт аккуратно отвернул пробку и очень осторожно, самым кончиком носа,
понюхал горлышко бутылки.
- Ничем не пахнет, - разочарованно сообщил он, навинчивая пробку на
место. - А для чего ты держишь туман в бутылке?
- Дети играют, - ответил Кислов.
- У тебя есть дети? - Чейт восхищенно всплеснул руками. - Ты не
перестаешь меня удивлять, Сережа!
- Да нет, это соседские ребятишки забыли.
- Бедные дети, - скорбно покачал головой Чейт. - Им что же, больше
заняться нечем, как набирать туман в бутылки?
- Дай-ка сюда.
Кислов забрал из рук Чейта бутылку, открыл ее и опрокинул вниз
горлышком. Из горлышка медленно потекла вниз плотная молочно-белая струя.
Ударившись о пол, она превратилась в диск, который равномерно увеличивался
в размерах, постепенно охватывая всю плоскость пола, теряя при этом свой
объем, становясь все более прозрачным, почти неразличимым для глаза.
- И это весь фокус? - разочарованно спросил Чейт, когда туман исчез
полностью.
Ничего не отвечая, Кислов достал из кармана металлическую шайбу и
бросил ее в дальний угол комнаты. Плоский металлический диск с отверстием
посередине ударился о стену, отлетел на пол и завертелся на ребре.
- Что за черт? - изумленно произнес Чейт.
Наклонив голову, он хорошенько встряхнул ею, словно пытаясь выгнать из
уха залетевшую туда невзначай муху.
Кислов, довольный произведенным эффектом, растянул губы в улыбке.
- Как ощущение?
- Ощущение? - Чейт еще раз тряхнул головой. - Ощущение такое, будто эта
железка звякает прямо у меня в черепке... Да и голос твой звучит как-то
странно... Сочно... Словно в квадронаушниках, - нашел наконец-то
подходящее сравнение Чейт.
Кислов удовлетворенно кивнул:
- Так оно и есть. Именно этот эффект и забавляет детей.
- А что за кисель был у тебя в бутылке?
Чейт хлопнул в ладоши и наклонил голову, прислушиваясь к звуку.
- Я же тебе уже сказал - туман. На рисовых плантациях он доходит до
пояса взрослому человеку. Достаточно опустить бутыль...
- Все это здорово. - Чейт засунул в ухо мизинец и энергично встряхнул
кистью руки - он все еще никак не мог привыкнуть к необычному звучанию
своего голоса. - Что из себя представляет этот ваш туман? Вы проводили
анализ?
- Ничего особенного, обычный аэрозоль - капельки воды, пыль,
непатогенные микроорганизмы, набор органических молекул. Вот только
причину устойчивости этой взвеси наши химики объяснить так и не смогли.
- И как долго туман сохраняет свои свойства?
- Все зависит от концентрации. В закрытом помещении - несколько часов,
а в закупоренной бутыли может простоять три-четыре месяца. Джейсон, наш
ведущий химик, больше года назад запаял стеклянную ампулу с туманом, и он
в ней до сих пор не осел.
- А если закачать его в баллон под давлением?
Кислов закинул руки за спинку стула и посмотрел на собеседника,
прищурив глаза.
- Чейт, что случилось? Ты трезвеешь просто на глазах.
- Так оно и должно быть, - назидательно поднял палец Чейт. - О деле
говорим.
- Что ты задумал?
- Пока еще сам не знаю. Но есть, знаешь ли, некое предчувствие... -
Щелчком пальцев и замысловатым движением руки Чейт попытался выразить то,
что не удавалось передать словами.
На следующий день Чейт улетел, прихватив с собой пять двухлитровых
бутылок с эльфийским туманом.
Жизнь в колонии потекла своим чередом.
Когда на собраниях колонистов Кислов пытался убедить своих товарищей в
том, что без поддержки АСКОП колония, не имеющая экспортного товара,
пользующегося стабильным спросом, обречена, его просто отказывались
слушать. Все больше за ним закреплялась репутация пессимиста. А кое-кто
уже поговаривал и о том, что управляющий, который был штатным служащим
АСКОП, тоже заинтересован в ликвидации колонии на Эльфе.
Кислову было неприятно слушать все это. Но и возразить ему было нечего.
Он делал все, что мог, для спасения колонии. Но отчетов о проделанной
работе и рапортов с изложениями новых грандиозных проектов было явно
недостаточно для этого.
Спустя пару недель, когда Кислов почти уже и думать забыл о визите
Чейта и о тех бутылках с туманом, что тот увез с собой, в комнату
управляющего ворвался запыхавшийся посыльный с узла связи.
- Вот! Пакет экспресс-почты! - выпалил он, протягивая Кислову плотный
голубой конверт с голографическим изображением серебристой кометы.
Аппараты экспресс-почты, позволяющие в одно мгновение передать
нераспечатанный конверт с письмом на любое расстояние, имелся на каждой
пересадочной станции и на всех кораблях Космофлота, курсирующих в
бескрайних просторах Вселенной. Были оснащены ими и находящиеся под
контролем АСКОП колонии, даже те из них, о которых помнили разве что
только живущие там колонисты. Таково было распоряжение Федеральной
почтовой службы, и его проще было выполнить, чем оспаривать. Однако
пересылка экспресс-почтой стоила бешеных денег, поэтому пользоваться ее
услугами могли позволить себе только очень состоятельные люди. Или же тот,
кто считал свою информацию слишком ценной, чтобы доверить ее обычной
электронной почте.
Кислов сорвал серебристую наклейку, удостоверяющую, что конверт не был
вскрыт. Внутри лежали страница, вырванная из какого-то журнала, и лист
бумаги - в самом низу стояла широкая размашистая подпись Чейта.
Кислов перевел взгляд на замершего в ожидании посыльного.
- Все в порядке, - спокойно произнес он. - Это личное послание.
Посыльный удивленно присвистнул и выскользнул за дверь.
Кислов начал с письма.
"Дела складываются как нельзя лучше, дорогой друг, - писал Чейт. -
Настолько хорошо, что я даже позволил себе потратиться на экспресс-почту.
Поздравляю тебя, Сережа, твоя колония будет жить и процветать. Мы станем
продавать ваш туман. Не считай меня за идиота, я за короткий срок проделал
огромную работу и полностью отвечаю за свои слова. Если коротко, то я дал
попробовать ваш туман кое-кому из своих знакомых. Что из этого вышло,
можешь прочитать в заметке из "Роллинг Стоунз", которую я тебе прислал.
Подробности при личной встрече. Скоро буду. Чейт А.
P.S. Не забудь к моему прибытию припасти пару пузырей местной
бормотухи.
P.P.S. Я имею в виду вовсе не туман".
Кислов отложил письмо в сторону и взял журнальную страницу. Поверх
страницы шла шапка: "Короткие сообщения с музыкальных площадок". Одна из
заметок была обведена красным маркером.
"Земная федерация. Кейсар-5.
На Большой спортивной арене столицы Кейсара-5 состоялся очередной
концерт из серии "Саунд Трек", название которого давно уже стало синонимом
пошлости и безвкусицы в музыке. Ни одно солидное музыкальное издание
никогда не анонс...
